Глава двадцать первая

Он приблизился как раз в тот момент, когда Эйя с упоением расспрашивала про способы готовки свинины на открытом огне, а Келегон ей рассказывал про маринад, к которому он пришел методом проб и ошибок, и об использовании прутьев, которые должны были быть предназначены для декоративной решетки перед камином, что он взял для протыкания хорошо сдобренного солью, перцем, уксусом и луком мяса.

– Когда мой камердинер в первый раз увидел, что я сижу перед камином, держа на вытянутой руке отломанную палку, и поджариваю ужин, он подумал, что я сошел с ума, – хмыкнул Келегон, пропуская девушку вперед, стоило лишь ей повернуть ключ в замочной скважине. – И ведь было бы отчего волноваться!

Эйя, звонко рассмеявшись, невольно утерла глаза от выступивших слез.

– Хотела бы я на это посмотреть!

– Если ты не против, я буду счастлив пригласить тебя… на пикник. Понимаю, что в мой дом идти ты не осмелишься, но на природу?

– С радостью, Келегон. Спасибо за предложение, я принимаю его.

Авери молча буравил соперника гневным взглядом.

Повар выискался! Подумаешь!

Да он может в полевых условиях приготовить такую похлебку, что язык от наслаждения можно проглотить! А как споро разводит костер! Даже без применения демонической силы!

Но все же стоило признать, эльф его удивил. Аристократ, не чурающийся работать и делать что-то собственными руками?

Ждать долго хозяйку лавки не пришлось. Через каких-то пять минут, сменив порванное платье на рабочее, сегодня выполненное из темно-зеленого хлопка, плотно облегающего тонкие плечи, оставляя руки обнаженными чуть ниже локтя, Эйя на ходу повязала поверх одеяния белый передник. И, подойдя к сброшенному ранее на прилавок камзолу, дотронулась до дорогой ткани.

– Келегон… спасибо тебе еще раз.

Оторвавшись от ревизии выставленных образцов, эльф кивнул, также приближаясь теперь к разделявшему их препятствию.

– Может, теперь расскажешь? Что произошло?

– Я… – девушка замялась, пряча глаза. – Мне нужно было…

– Можешь не объяснять, зачем тебе понадобилось оказываться в дамской комнате, – очень мягко отозвался о портовом клозете эльф, выручая смутившуюся травницу. – Скажи, почему тебе взбрело в голову лезть через окно, а не выйти через дверь?

– Я… – снова замешкалась шатенка, и Авери решил также приблизиться к говорившим, все еще подпитывая свой Полог, скрывающий звуки, запахи и визуальное отображение его присутствия.

Значит, приключения в порту (если они действительно были там) и ее компрометирующий вид не связан с эльфом?

– Я кое-что услышала… Когда заходила на тот склад, там никого не было, и я решила, что если быстро обернусь, никто не будет ругаться за нарушение границ…

– Те два моряка, что говорили рядом с тобой?

– Их было больше. Вероятно, команда, сошедшая с корабля под названием «Неуловимый».

Стоило лишь названию сорваться с ее губ, как Авери напрягся. И почему-то Келегон вторил его движениям, будто также знал, кому могло принадлежать судно. А также… повел длинным ухом, чуть поворачивая голову в его направлении.

Но ведь Авери находился под Абсолютным Пологом!

Вероятно, совпадение.

Но этот корабль… Его окружают нехорошие слухи. Пусть он не успел еще самолично провести расследование, но поговаривают, что команда «Неуловимого» – сплошь бандиты, не чурающиеся браться за противозаконные действия. Пираты.

– Они разгружали трюмы, в основном ткани, да предметы интерьера, если я правильно услышала, но часть товара оказалась лекарственной.

Келегон нахмурился.

– Сегодня не должно было быть поставки лекарств. Я бы знал.

Эйя прикусила губу, и Келегон тут же задержал внимание на ее ротике, порождая в Авери желание рыкнуть на него, чтобы соблюдал дистанцию, не провоцируя ни его, ни девушку, и радуясь преграде в виде прилавка. Хотя эта преграда могла бы стать и подспорьем… посадить на деревянную поверхность легкую, как перышко, травницу не составило бы труда. Или заставить ее облокотиться на нее, подойдя следом.

Мысли, которые совершенно не помогали плодотворной работе мозга. А сейчас нужен был холодный и трезвый ум. Если Эйя подтвердит его догадки, на вечер намечается работа.

– Может, потому, что этих товаров и не должно было быть в Аминском порту? – она нерешительно дотронулась до пуговицы эльфийского камзола, не встречаясь с его хозяином взглядом. – Перед тем, как услышать, о чем говорят те… моряки, я увидела похожее одеяние. Только красного цвета. Это была рубашка, снятая с одного из тех, кто сопровождал груз, который раскладывали сошедшие с «Неуловимого». Вот только… она была разорвана и обагрена кровью.

Келегон напрягся, а Авери стиснул зубы, на мгновение прикрывая глаза.

Кто-то погиб в море. Кто-то из команды Алхимика. Других вариантов расставания с заговоренной тканью быть не могло.

– Те мужчины за дверью… Они говорили, что отвоевали один из кораблей. Корабль Алхимика. Того самого, про которого вы только вчера мне рассказали. И привезенный груз – трофей контрабандистов.

– Пираты?! – блондин начал лихорадочно мотать головой и хмуриться. – Нет-нет, они не могли так просто пройти мимо. Да и среди бела дня встать на якорь прямо под носом у стражи?

Эйя все же встретилась с ним взглядом.

– Я их не видела, только того, что выглянул в окошко. Но слышала, как они обращаются друг к другу. Пес, Шустрый, Кривой… вряд ли это настоящие имена.

– А капитан?.. Как звали его?

Девушка пожала плечами.

– Капитан был Капитаном… Но узнать имена, наверное, можно, посмотрев на состав команды «Неуловимого».

Авери отрицательно качнул головой, и его жест тут же повторил эльф.

– Нет, Эйя. Даже если эти ребята приплыли на корабле с таким названием, это не значит, что их рейсы привязаны к «Неуловимому». И совсем не говорит о том, что этот корабль изначально принадлежал пиратам. К тому же… они могли пересесть на судно в другом порту, прикинувшись обыкновенными торговцами, встав временно под главенствование действующего капитана, оставив своего в тени.

Танасори приподнял бровь, внимательнее присматриваясь к сопернику.

А ведь этот остроухий понимает, что говорит! Интересное открытие… обыкновенный проверяющий из Амродана, значит?..

Стоит его историю проверить самому. И получше.

– Что еще они говорили? Какой именно товар перехватили и где?

Авери подошел ближе.

Четкие вопросы. Нет давления на ответчика. И сосредоточенное выражение лица, подсказывающее, что он внимательный слушатель.

Черт!

Кажется, он просмотрел этого Келегона, когда остроухий пересекал границу. Не может весьма посредственный контролер за качеством вводимых препаратов быть так подкован в методах допроса. И информирован о возможных диверсиях на море.

А, если взять во внимание, что, видимо, мужчина помог Эйе сбежать с того самого склада, где она, все всякого сомнения, подверглась психологическому насилию, не став усугублять ее состояние немедленными вопросами о случившемся… Да и всячески отвлекал ее, расслабляя и возвращая ясность мышления. Чтобы она могла, не углубляясь в воспоминания на эмоциональном уровне, поведать истину с точки зрения стороннего наблюдателя.

Он поступил бы точно также.

Келегон… Келегон… Нет, не знакомое имя в их кругах.

Но в нем явно сейчас говорил стратег с опытом дознавателя.

Тайная разведка?.. Но Авери бы знал его! Он знает всех агентов, принятых на службу к Римонду или Араи.

Сторона Ионтона?.. Подданный Альморона, Каларики или Ноала? Тогда причем здесь Амродан? Этот город всегда числился за Аминсом, даже не входил в спорные территории. А то, что Келегон родом именно из Амродана – непреложная истина. Этой информацией Авери владел еще перед встречей со своей более молодой и ушастой копией.

– Они говорили о шиннедре, листьях риваллены, и вскользь упомянули про раззурь. Если я достаточно знакома с правилами хранения этого реагента, его не рекомендуется тревожить при перемещении и держать колбы следует всегда в вертикальном положении. На эту тему ругались двое.

Келегон согласно кивнул, нахмурившись еще больше.

– Паралитики, обезболивающее… думаю, там также были сульфаниламидные препараты, химиотерапевтические и, разумеется, антисептические. Крокус, шортал, хинита, эмбоал… Интересный набор. Дорогой, и, что наиболее важно, редко встречающийся на рынке. Значит, пираты получили наводку на тот корабль, что будет перевозить именно этот груз.

Авери недовольно поджал губы.

С каждым выводом, словно сорванным с его языка, этот эльф нравился ему все меньше и меньше.

Эйя, продолжая теребить пуговицу на камзоле, опасливо поинтересовалась:

– А они… пираты… ведь они не… пойдут искать того, кто оставил часть юбки в непосредственной близости от уничтоженной улики? – увидев на лице блондина просьбу пояснить последнюю часть, девушка вновь посмотрела на камзол. – Я стала выбираться через окно, когда один из моряков решил сжечь окровавленную форму.

– Эйя… я знаю, что не вправе просить подобное, но… Ты не могла бы отказаться от свиданий с Филлипом и Иллором?

Авери чуть было не переспросил, но вовремя прикусил язык, желая оставаться незамеченным.

Какие еще свидания? Еще с двумя мужчинами?!

– Я, разумеется, сделаю все, что в моих силах, чтобы узнать о тех, кого ты слышала в порту, – продолжал эльф, – но не смогу гарантировать твою безопасность, если кому-то из этих двоих придет в голову оказаться в непосредственной близости от пиратов. Тот, кого мы видели в окне – оборотень. Он мог запомнить твой запах.

Эйя побледнела.

– Я не хочу тебя пугать, но не могу лгать, что твое предположение не имеет под собой основы. Эти ребята захотят найти владелицу голубой ткани. И лучше не попадаться им на глаза.

– Я… я обещала Иллору ступить на палубу его фрегата… А Филиппу прогулку в городе.

Келегон тяжело вздохнул, с минуту ничего не говоря.

– Я прослежу, чтобы Иллор перегнал фрегат в Белую бухту. Оттуда вас не будет видно из порта. А Филлип… убеди его обходить стороной места, выходящие к морю и крупные торговые площадки.

Авери не поверил своим ушам. Эльф позволяет Эйе пойти на встречу с другими?!

Почему?!

Так уверен в своей неотразимости?

Нет. Он просто не хочет давить на нее. Позволяет сделать выбор самостоятельно.

Если бы Авери сам не желал оказаться в рядах тех, на кого взглянет миловидная синеглазка, он бы посчитал подобный поступок достойным уважения. А так – глупостью.

Как можно позволять приглянувшейся девушке попробовать наладить общение с другим? А вдруг ей тот покажется лучшим вариантом?

Эйя же, приняв наставления эльфа к сведению, благодарно кивнула.

– Ты позволишь заходить к тебе в лавку? – Келегон все еще не мог разгладить складку меж бровей, что пролегла у него от нерадостных новостей. – Хотя бы просто проведать?

– Да, конечно, я буду рада тебя видеть.

Келегон медленно протянул руку вперед, накрывая ее пальчики, все еще теребящие пуговицу камзола. Захватив ладонь, он поднес ее к губам, осторожно прикасаясь к тыльной стороне.

– Прошу простить меня за сегодняшнюю прогулку, чуть было не вылившуюся в трагедию. И обещаю оберегать тебя от опасностей, Эйя. У тебя нет повода верить мне на слово, более того, ты, вероятно, жалеешь о том, что согласилась на встречу с одним недальновидным эльфом, не подумавшим, что оставлять на причале привлекательную девушку, чтобы оградить ее от непристойных взглядов и возможных сальных фраз грузчиков, с которыми я говорил по поводу рога миллеринга – не лучший выход… Но я постараюсь реабилитироваться в твоих глазах.

Эйя, у которой словно нажали на кнопочку, ответственную за цветопередачу кожных покровов, медленно начала краснеть. Щечки, ушки и даже шея стали притягательного розового цвета, делая травницу похожей на бутон нежной лилии.

Поняв, что окончательно смутил ее своими словами, эльф поклонился на прощание, и, прихватив с собой камзол, покинул лавку.

Авери молчаливо наблюдал, как Эйя, схватившись за пылающие щеки, опустилась на стул, прошептав: «Мамочки!».

Подглядывать за мысленными переживаниями юной девицы, которой, безусловно, понравилось внимание нелюдя, Авери был не намерен, и, дождавшись, пока хозяйка лавки отойдет в пристройку, вышел из магазинчика, предварительно зачаровав колокольчик, чтобы тот не выдал его передвижения.

Он обещал ей зайти после обеда, но не обозначил точного времени. Значит, может прийти позже. Сейчас есть более животрепещущая необходимость. Ее безопасность.

***

Авери переступил порог штабной квартиры, и разговоры, даже скорее споры, которые велись вокруг овального стола, тут же стихли. Мужчины, в большинстве своем одетые в «штатское», молча встали, провожая его до полагающегося Танасори места во главе.

Сев на выдвинутый стул, демон кивнул, и присутствующие вновь оказались на одном с ним уровне.

– Господин Танасори, – слово взял старший по званию, подтянутый мужчина с высеребренными бакенбардами, – до нас дошли известия…

– Что корабль Алхимика, который должен был перевезти лекарственные препараты на Юный архипелаг, был потоплен. Команда убита, а товар пропал.

– Д-да…

– И чуть позже в порте Лосселя на борт корабля под названием «Неуловимый» были приняты торговцы, что сетовали на опоздание к своему кораблю или же горевали, что задаток на судно, которое должно было их доставить в Аминс, некие джентльмены благополучно забрали, а самого судна они так и не увидели.

– Второй вариант, – угрюмо подтвердил мужчина.

– И после, когда была произведена проверка, этой команды, как и товара, что они перевезли на «Неуловимом», след простыл. Однако стало известно, что они временно оставили часть товара в складском помещении номер пять, где были обнаружены остаточные следы заклинания Слежения, которыми Алхимик отмечает свою продукцию перед отправкой по морю.

– Господин Танасори, заклинание было стерто. Полностью. Мы не смогли определить местонахождение товара.

– Команда?

– Капитана Бадаворса. Они также скрылись в неизвестном направлении.

– С паралитиками. Которые могут быть применены против стражей.

– Несколько наших ребят подверглись нападению… поэтому…

– Я понял.

Авери обвел мужчин взглядом.

– Я поговорю с киоссой о разрешении использовать артефакт. Бадаворса и его команду необходимо найти в ближайшие дни.