Глава 5. Условия жизни

Что? Что он сейчас сказал? Я сжала колени до побелевших костяшек, не веря собственным ушам. Одно дело, когда они просто проводили опыты, чтобы я… может быть была каким-то лакомым кусочком для оборотней, но… полностью менять гены?! Это возможно?!

— Люди не владеют тем, что есть у волков, — недобро сощурился Гатар, — она не могла перестать быть человеком.

— Но… Анечка же пахнет по-особенному? — бросил сумасшедший оскал мистер Зальман. — Я бы даже сказал, как омега.

Запах? А ведь тогда… Адам действительно вынюхивал меня, будто зверь, нашедший излюбленную добычу. Гатар, кстати говоря, поступил точно также. Даже стену проломил, чтобы добраться поближе.

Только вот я не почувствовала, что во мне что-то изменилось.

— Люди не могут быть омегами, долбоеб! — прорычал Гатар, сжимая кулаки. — Мозги пропил с дружками?

Мистер Зальман растянул губы в усмешке и, отбросив голову назад, захохотал на всю комнату. Эхо било по ушам, заставляя вжимать голову в плечи.

— М-мистер… — подал голос Арнольд.

Ученый все никак не унимался, делая рукой резкие и нетерпеливые движения, выражающие «да подожди ты».

— Мы… — он прокашлялся и смахнул пальцами слезы, — …мы отловили ваших волчиц и выкачали кровь, чтобы детально ознакомиться с составом. Интересно же, что волков делает волками.

Я поежилась. Упрямство и любознательность мистера Зальмана вызывало уважение, но его нестабильное психическое состояние и фанатизм ужасали до колющего чувства под ложечкой. Он был готов на многое, ломая других ученых/врачей, делая с ними все, чтобы они стали такими же, как он. К сожалению, справлялся с этим «командир» (так подчиненные звали его) на пятерочку.

Я краем глаза глянула на Гатара и Адама. Первый тяжело вдыхал и выдыхал воздух, все еще не оправившись от махинаций с пультом. Скалился, нетерпеливо хрустя костяшками. Адам же продолжал сидеть неподвижно. Только плотно сомкнутая челюсть с выступившими венами на лбу яро выражали его гнев.

Им было непросто. Знать о том, что твоих возможных близких похоронили или… того хуже – выкачали всю кровь заживо. Я прикрыла глаза, глубоко вздохнув. В голове тут же промелькнули картинки землянок, погибших на хирургическом столе.

— Аня станет полноправной волчицей, мои дорогие друзья, — с гордостью заявил мистер Зальман. — Это же успех, Арнольд!

Я чуть воздухом не подавилась. Волчицей?!

— Д-да, — поспешно кивнул парень, не переставая дрожать, будто осиновый лист на ветру.

— Люди не могут стать волками, даже, если мы их умышленно кусаем для этого… — спокойно заявил Адам, впервые вклинившись в разговор.

— Сейчас я вам все объясню, мои недалекие друзья, — радостно защебетал мистер Зальман. — Мы долго изучали кровь волчиц, выявили некоторые… аномалии, учитывая знания о человеческой. После многочисленных экспериментов удалось разработать специальную сыворотку, которая вступала в реакцию с организмом землянок и… произошли некоторые изменения… после многочисленные потери, но! Анечка-то тут, живая и здоровая!

Ученый указал на меня пальцем.

— Но, ладно, что-то я слишком выбиваюсь из графика, — пробормотал себе под нос, рассматривая электронные часы на руке. — Пришел час расплаты, мои пушистые гении.

Зальман коварно ухмыльнулся и шевельнул железкой. Я испуганно дернулась и вжалась в стену. Если надо, то побегу даже в камеру к Гатару!

Оборотень загородил путь ко мне, выставляя острые когти. Вся его спина покрылась плотной рыжей шерстью. Даже волосы на голове, которые в темноте казались мне каштановыми – мигом перекрасились в рыжий.

— Но, мистер Зальман! Вы же не сказали про условия!

Ученый разочаровано вздохнул. Боже мой, какое горе! Чтоб он поскользнулся на банановой кожуре, паразит.

— Умеешь ты обламывать кайф, — цокнул языком, выключая орудие пыток. — У нас несколько условий. Альфы определенно хотят выбраться наружу, поскольку… — мистер Зальман ехидно улыбнулся. — Драконы наворотили делов, да и вы потеряли армию, воюя с ними. Кстати, забыл вас поблагодарить за обоюдный проигрыш. Благодаря этому мы поймали двух Альф и благополучно выполняем планы.

У меня глаза лезли на лоб от новой информации. Так, давайте по порядку. Драконы… ГОСПОДИ! Неужели те самые драконы, которые в сказках крадут принцесс и тащат на самую высокую гору? Хотелось взвыть в голос, но я сдержала истеричный вопль внутри. Вернемся к нашим барам, тьфу, драконам.

Драконы сотворили что-то, после чего Альфы собрали армию и выступили против них, при этом потерпели поражение. Наррэны же, пользуясь случаем, схватили оборотней. И зачем? Чей план они выполняли?

— Планы драконов? — вопросительно изогнул бровь Адам.

Я кивнула собственными мыслям. Да, драконы вполне могут подойти. Только вот за все пребывание здесь никаких чешуйчатых не было.

— Драконов? Брось, волчонок, наррэны работают сами на себя, а не прислуживают всяким хвостатым тварям, — отмахнулся ученый.

Наррэны? Так, подождите. Разве со мной все это время были не люди?

— Так вот, наши условия такие: вы сношаетесь с Анькой и выходите на волю. Полчаса делов, а мы мусолим эту тему уже пару часов.

Мистер Зальман даже подмигнул мне. Вот же старый… вонючий…

— Что будет с Аней? — спросил напряженно Гатар. — После спаривания ты освободишь ее, отморозок конченный?

Сердце забилось чаще, а в горле пересохло. Может быть, он меня отпустит? После стольких дней… месяцев мучений, наконец-то спадут оковы страданий? Я смогу вдохнуть полной грудью свежего кислорода и ощутить кончиками пальцев мягкую траву под ногами, с только набравшейся расой.

— Отпустить? Ты привязался что ли, пушистик? — изогнул бровь врач, приподнимая уголки губ. — За стенами война, голод, даже конец света. А мы отпустим нашу бедную землянку на растерзание?

У меня даже руки опустились, ударившись о ледяной пол. Я буквально вся окоченела, переставая чувствовать собственное тело. Какая разница, что со мной будет, если маньяк желает оставить при себе, чтобы продолжать измываться, пока окончательно не добьет?

Гатар бросил на меня хмурый взгляд, осмотрев с ног до головы.

— И еще одно: у вас есть ровно сутки на то, чтобы трахнуть ее. Если уж вы и это не сделаете, то мы будем медленно пробивать девочку током. Так каждый день, повышая постепенно напряжение, пока она не умрет.

Внутри все содрогнулось, перевернулось и вцепилось в горло комком тошноты. Он просто не оставляет выбора Альфам. Тем более, зная, что за стенами идет война, а оставшиеся оборотни лишились главных защитников…

— Ты так обращаешься с ценной вещью? Какое расточительство, — грустно вздохнул Адам.

— Вещь перестает быть ценной тогда, когда не приносит плодов. Условия вы слышали. За их невыполнения – живым от сюда никто не выйдет.