35 глава

Солнечный луч вползает под занавесь и щекочет мне нос. Просыпаюсь я одна в кровати и на миг пугаюсь тишины. Где они?

Сквозь огромные окна дует прохладный ветерок. Не знаю где они, но, я бы испугалась всерьез, если бы проснулась и они сразу бы устроили мне допрос. Тогда не было бы сомнений и я бы точно знала, что они давно читают мои мысли и знают обо мне абсолютно все.

Но по факту мне нужно быть честной с самой собой. Я всего лишь наложница для них. Невинная, да. Неопытная, да. Непонятно почему они именно меня взяли с Земли, да. Но по факту я всего лишь временное увлечение.

Нужно самой спасаться. Нужно держать разум свежим. Чистым. Не поддаваться им.

На подушке лежит браслет‑коммуникатор. Касаюсь его и он подсвечивается теплым светом, словно приветствуя меня. На внутренней стороне — крохотный знак дома Астрейя и пульсирующее сообщение на тонком экране:

«Малышка, если мы оба тебе нужны, накрой ладонью браслет и мы получим твое сообщение»

Я улыбаюсь и прижимаю подарок — изящный браслет, резной с кристаллами янтаря, и с тонким ярким дисплеем — к груди. По краешку видно гравировку: тонкие линии складываются в наши инициалы, переплетенные, как созвездие. Все‑таки они заботятся обо мне… Не знаю, зачем я им так нужна, — все еще не знаю, — но теплая тяжесть сокровища на руке заставляет беспокойство отступить хотя бы на шаг.

Ох… так и до самоедства недалеко, до раздвоения личности… и до… предательства.

У изножья кровати, будто выточенный из обсидианового монолита, стоит черный наг‑телохранитель. Тело — лакированная броня чешуи, огромный хвост свит кольцом, заслоняющей меня от любого сквозняка.

— Доброе утро, госпожа, — шипит он, не открывая янтарных глаз. — Вы в порядке? — наг внимательно всматривается в мои глаза.

— Да… Где Кассиан и Дариан?

— Принцы вызваны к Правителю. Вы можете делать сегодня что угодно.

Едва слова тают в воздухе, будто по сигналу в спальню врывается Алианта. Платье розового цвета развивается за ней шлейфом. Она подхватывает меня под локоть, когда я встаю, и ее глаза сияют янтарем, полным нетерпения.

— Пойдем, сестренка, покажу настоящую Лирену!

— Мне бы переодеться… — смятенно оглядываю домашнюю рубашку.

— Конечно! — она смеется, откидывает длинные иссиня‑черные волосы за спину. Черный наг мягко отползает, делая глубокий поклон на хвосте — осторожен, как ассасин, но от него веет непоколебимой верностью.

Через полчаса мы выходим из тенистых садов дворца прямо в бурлящий мегаполис. Он выглядит обычно, и сперва мне кажется, что ничем не отличаются. Пока прямо над нами не проносятся легкие джеты.

Мы заходим в огромный рынок, и я сразу цепляюсь взглядом за разнообразные фрукты и диковинные ягоды. Все выглядит аппетитно, несмотря на то, что очень необычно.

Уличные музыканты в сверкающих медных масках выводят мелодию на красивых резных флейтах, звук похож на плеск горного ручья. Фасады лавок переливаются разноцветным стеклом; вывески‑голограммы рисуют в воздухе самых разных зверей, цветы, целые мини‑сцены.

Черные наги‑охранники скользят позади: их тени закрывают мне спину. Сначала я чувствую себя хрупкой фарфоровой статуэткой — взоры льнут, шепоты шуршат, оставляя липкий след на коже. Но Алианта с веселым смехом подпихивает меня к лотку, где лежат фиолетовые фрукты в форме сердца: шкурка чуть бархатная, а в разрезе виднеется ярко-алый сок.

— Укуси! Они лопаются сладким соком.

Я осторожно надкусываю — плоть разливается во рту медово‑цветочным взрывом, язык затопляет густая сладость с кислинкой. Я сглатываю, смеюсь, и прохожие улыбаются в ответ; будто прохожим нравится, что мне понравился их фрукт.

У площадки с воздушными шарами‑бабочками — их тонкие оболочки мерцают, меняя цвета, а внутри видны вспышки биолюминесцентного газа — ветерок внезапно меняется. Вместо сладостей пахнет озоном, как перед грозой.

Телохранитель за моей спиной вытягивается, хвост каменеет.

— Назад! — шипит он, разворачиваясь; из-за спины он достает свой меч и быстро становится в стойку. Одновременно на кисти с браслетом я чувствую легкую вибрацию. Он ловит мой выброс адреналина?

Над площадью бесшумно зависает серебристый шар‑дрон — поверхность зеркальная, как капля ртути. Он раскрывается лепестками, выпускает молочно-серую дымку. Наг бросается, отталкивая меня назад, и принимает облако прямо в лицо. В ту же секунду его мышцы сокращаются судорогой; зрачки стекленеют, веки подрагивают, хвост тяжело падает, раскалывая каменную плиту пополам.

Запах газа режет легкие ментоловым инеем, и толпа будто на вдохе замирает в немой вспышке паники…

Нет, только не этого обязательно змея!

Я хватаю браслет, но палец замирает над кнопкой. Слишком поздно? Дым тянется ко мне. В груди резко и неожиданно вспыхивает боль — ровно там, где две метки. Укусы принцев. Кожа под ними горячо пульсирует… и вдруг все вокруг вспыхивает золотым светом.

От меня, как от сердцевины, расходится теплая волна. Дым, коснувшись ее, гаснет, словно поглощенный невидимым пламенем. Люди ахают; кто‑то падает на колени, шепча и приговаривая, что это магия Высших.

Ничего не понимаю… Что за магия?

Я дрожу, прижимая ладони к светящимся следам. Кажется, что я просто обнимаю себ, но нет. Я хочу резко закрыть там, где пульсирует. Свет расползается по венам. Я ощущаю это тепло по ним, свет согревает каждую клеточку моего тела, превращая ядовитый дым в силу. Я вытягиваю яд и из тела нага. Он постепенно начинает двигаться. Черный хвост обхватывает мои ноги, я же ищу взглядом Алианту. Но с ней и вторым нагом все в порядке, они в стороне и наг полностью укрыл ее собой. Черный наг передо мной моргает, словно выходит из транса, и с трудом поднимается.

Над нами зависают боевые дроны. Они уничтожают серебряный шар за одну секунду и я снова смотрю на огромного охранника.

— Вы… нейтрализовали яд, — хрипит он. — Ваша кровь… Вы…

Я не успеваю спросить, что это значит. Над нами резко появляется небольшой джет. Белоснежная металлическая птица, одну из которых я видела когда-то на огромном корабле Луминор, зависает над нами.

Это они.