39 глава

Дариан

Я держу Майю на руках так, будто в ее теле заключен хрупкий светлячок: стоит слишком резко вдохнуть — и огонек потухнет. Она дрожит тонко, глаза еще затуманены после ментального удара нага-телепата. Я слышу, как учащенно хлопают ее ресницы, когда я огибаю колонну и несу ее к нашим личным койкам-капсулам в дозорном ангаре.

— Дыши со мной, — шепчу прямо в ее волосы. — Вдох… выдох. Смотри на меня. Я рядом. Кас рядом. Все будет хорошо, моя душа…

— Моя нежная, — Кас наклонился и вдохнул ее запах в легкие.

Брат шагает рядом. Его ладонь лежит на затылке девушки, отливает ровным теплом: он тихо подает импульс умиротворения, гладит ее по волосам. Вибрация его альфа-канала скользит вдоль моей руки, прокладывая в Майиной ауре ровную дорожку доверия. Вливая в ее тело немного больше сил. Чтобы она могла стоять. Сердцебиение ее постепенно выравнивается — я чувствую, как в груди нее понемногу утихает паническая дрожь.

В боковых коридорах вспыхивают желтые метки тревоги. Мы переводим дворец на режим полной изоляции.

— Отец с матерью? — кидаю вопрос.

— Рубиновый сектор и два пролета наружной охраны, — отвечает Кас. — Наги в пути, Изумрудные уже на орбите. Любая пиявка, что сунется к родителям, сгорит в собственном яде.

Я усмехаюсь. Изумрудные знают свое дело.

Наш небольшой джет застыл под куполом — острые боковые крылья сведены. Я люблю эту крошку: бронекожа из нанокерамики сияет мокрым ониксом, а разгон до гипера укладывается в две секунды.

— Первым делом — кинетический щит и двойной маск-экран, — бросаю техкоманде. — Движки отстройте плазмой, хочу чистую камеру сгорания.

— Да будет, ваше высочество! — отдают честь.

Над нашим домом вспыхивают охранные руны. Ближний периметр замыкают наши личные джеты. С каждым новым завитком рун я чувствую, как броня толстеет вокруг наших родных. Едва кто-то пересечет этот периметр, охрана тут же откроет огонь.

Майя поднимает на меня взгляд, ресницы влажные:

— Голова… будто ваты напихали, — шепчет и пытается сесть на моих руках самостоятельно.

— Уже лучше, да? — улыбаюсь краем губ. — Пять минут — и твой разум окончательно выйдет из их противной и липкой паутины.

Кас фиксирует ремни на ее плечах, а я прохожусь пальцами по интерфейсу — прокладываю маршрут. Внутренние кольца Талассарии. Порт Огракс. Маршрут очень не популярный. Но мы на этом джете там уже были и теперь снова нужно туда прорваться.

Пульс бьет в виски — времени мало.

— Налиэн и ее семье нужно срочно заняться платьями, пирогами и свадебными приготовлениями, — проговаривает Кас, склонившись над планшетом, отправляя приказы. — Четыре дня репетиций, два бала, тонна розового пафоса — пусть сожрет ее время и силы.

Отправляю к родителям усиленный взвод стражей-нагов: три капитана появляются там и докладывают об этом. И сразу отключаю с ними связь, чтобы в дальнейшем никто не прорвался на эту линию. Капитаны знают свое дело.

Раз Совет захотел так с нами поступить, мы ответим не менее жестким ударом. И… Обязательно пересмотрим членство всего Совета. Едва станем Правителями.

Мы заканчиваем последние приготовления, у входа в джет, и только собираемся закрыть его, как из дворца вырывается Налиэн. Она тут только потому, что наша легенда должна сработать на отлично. Шлейф ее платья струится за спиной, будто хвост кометы.

— Куда вы? — вскидывает руки. — Мои любимые, мы должны утвердить меню свадебного пира…

Кас улыбается стервятником, поворачивается к ней боком, а я бросаю взгляд на Майю. Малышка все еще сидит в кресле и смотрит на нас, слушает. Она еще не отошла.

— Мы… наигрались, — сладко шипит брат. — Малышка-землянка оказалась хрупкой игрушкой. Отправим подальше, чтоб больше не мельтешила.

Внушение черного нага рядом вырывается гладкой бархатной волной: я вижу, как жесткие мышцы на шее Налиэн дрогнули, глаза заплавились сиропом принятия. Принцесса расплывается в улыбке, прижимается к нему, вешается руками на шею.

— О, Кассиан, вы такие милые! — жеманно щебечет. — Отдохните: я подготовлю все за вас!

— Верю, — цокает Кас, — ты у нас лучшая.

Он мягко отцепляет ее руки, и мы поднимаемся внутрь, за нами — изумрудные наги, что должны нас защитить там. Закрываем джет. Сервоприводы люка шипят, моторы начинают работать.

Едва мы поднимаемся в воздух, проходим сквозь барьер, на командный пульт ложится жесткая пачка запросов: Совет требует полные координаты рейса. Вдогонку — телеметрия торговой Гильдии запрашивает разрешение на контакты и запрашивает встречу с нами: их крейсер уже в атмосфере Веларии. Но… уже поздно, пиявки.

Кас выходит на общий канал, сразу же резко сообщает:

— Дайте нам один час. Один световой час, — он просит дать нам время на то, чтобы добраться до Талассарии и обратно. По расстоянию должно хватить с лихвой. — Любое нападение на Веларию я сочту за разжигание конфликта и немедленно прикажу Изумрудным Нагам открыть огонь. А они выжгут вас вместе с вашими бумажками.

В ответ — тишина.

Потом короткое «Принято».

Связь гаснет.

— Четкий ультиматум, — киваю и запускаю главный контур. Консоль показывает, что мы готовы.

— Активирую гипер-0,5, — объявляю.

Силовой каркас ревом замыкается. Вектор-блоки жалят пространство. Мы ныряем в темный тоннель, ускоряясь за несколько секунд.

Только закрываю пульт, как позади тихонько щелкает ремень безопасности. Майя поднимается из кресла, цепляясь пальцами за покрытие подлокотника. На щеках — растерянные пятна, глаза еще чуть-чуть мутные.

— Вы правда… хотите от меня избавиться? — голос тихий, почти ребенка, которого упустили на пол.

Я замолкаю. Этот вопрос, как лезвие, вспарывает недавний адреналиновый шторм. В несколько шагов оказываюсь рядом, становлюсь на колено, беру ее ладони.

— Малышка, если бы мы хотели избавиться, — я сжимаю ее пальцы своими, — мы бы не поставили против целого совета, принцессы-истерички и сотни наемников целые изумрудные легионы.

Кас подходит сзади, кладет руки мне на плечи и накрывает наши пальцы сверху своей широкой ладонью — теплой, почти пульсирующей.

— Правда вот какая, — говорит он тихо, и в его голосе нет ни капли притворства и лжи. — Мы хотим, чтобы ты была наша, была рядом по доброй воле. Мы готовы поставить на уши пол галактики, чтобы ты стала нашей. Потому… Потому что ты наша истинная и предначертанная душа.

Майя всхлипывает, но губы растягиваются чуть-чуть вверх в улыбке.

Я улыбаюсь — впервые за этот бешеный день без тени притворства. Потому что с ней я не могу притворяться.

— Значит так, душа, — шепчу, стирая большим пальцем слезинку с ее щеки. — У нас двенадцать минут до прыжка рядом с атмосферой Талассарии. Потерпи немного. Как все уляжется, мы напоим тебя самым сладким какао во всей галактике, а потом я покажу, как управляется этот джет. Согласна?

Девушка кивает. В ее глазах вспыхивает робкий искристый отблеск — надежда или, может, начало доверия.

Я встаю, притягиваю ее к себе: ощущаю, как она потихоньку перестает мелко дрожать под тонким шелком платья.

Под ногами ревет гипермодуль, корабль скользит по скрученным воронкам пространства-времени, а в кабине тихо — лишь слышно, как бьются наши три сердца в одном ритме.

И я клянусь: теперь от нас ее не оторвет ни совет, ни принцесса, ни вся вселенная.