Глава 27

Ливен…

Я послал Машу обратно в покои, коротко велев Вите не выпускать её до моего возвращения. Голова гудела от происходящего. С каждым шагом злость во мне только росла. Я не знал, на кого злюсь больше – на Майорана, на Машу или на самого себя.

Я дурак. Сам себя обманул. Думал, что просто хочу растормошить её, вернуть ту личность, которую она тщательно прятала за маской покорности. Думал, что это всего лишь игра, забавный эксперимент, но на самом деле... я играл с огнём. И обжёгся.

Сладость её губ до сих пор горела на моих, словно клеймо, словно метка, доказывающая моё безрассудство. Я сам не понял, как потерял контроль, как позволил себе сорваться. Но самое отвратительное – у меня не получалось об этом сожалеть…

Майоран ждал меня в холле, лениво развалившись на широком диване, будто был у себя дома. На его губах играла самодовольная улыбка, а в глазах плясало торжество. Он наслаждался ситуацией, и это бесило меня больше всего.

– Вот почему ты мне эту землянку не отдал, – протянул он, скрестив руки на груди. – Она тебе самому приглянулась! И давно ты так развлекаешься? А то всё паинькой себя представлял…

Я стиснул зубы, удерживая себя от того, чтобы врезать ему. Он этого и добивался – вывести меня из себя, заставить признаться в том, что и так было очевидно. Отрицать было бессмысленно.

Его дерзость была привычна, потому что отец-император поганца любил. Не понятно за что, правда…

– Чего ты хочешь, Майоран? – ледяным тоном спросил я, делая шаг вперёд.

Он усмехнулся и с подчеркнутым безразличием стряхнул невидимую пылинку со своего рукава.

– О, не бойся, кузен. Я пока не собираюсь бежать к императору с рассказами о твоих… интересных вкусах. Хотя, представляешь, как он удивится? Его драгоценный сын, дариец с безупречной репутацией, так низко пал, что целуется с землянкой! Какой скандал…

Я молчал. Если бы я отреагировал так, как он хотел, дал бы ему повод копнуть глубже. Я слишком хорошо знал Майорана – он жил интригами, питался слабостями других и сейчас чувствовал запах крови.

– Не переживай, – продолжил он, откидываясь на спинку дивана. – Я не хочу рушить твою жизнь, Ливен. Напротив, я даже готов помочь тебе сохранить твой секрет. Разумеется, не бесплатно.

Я сжал кулаки.

– Говори.

– О, всё просто. Завтра я устраиваю вечеринку. Приведи свою новую… игрушку. Пусть все посмотрят, чем развлекается наш добродетельный принц…

Я резко выдохнул.

– Забудь.

Майоран медленно поднялся, его улыбка стала ещё шире.

– В таком случае, боюсь, мне придётся поделиться интересной историей с нашим любимым императором. Как думаешь, он будет доволен?

Я с ненавистью посмотрел на него. Майоран знал, куда бить. Если это дойдёт до отца, он не просто меня осудит – он примет меры. И пусть я не ребёнок, чтобы меня наказывали, последствия будут катастрофическими. Но хуже всего то, что Маша может пострадать. А этого я не мог допустить…

Несколько секунд я молча смотрел в насмешливое лицо кузена, после чего отрывисто кивнул.

– Хорошо, – процедил я.

– Вот и прекрасно! – Майоран хлопнул в ладоши. – Уверен, будет весело.

Я развернулся и вышел, пока не сделал чего-то, о чём пожалею.

Я не хотел вести Машу туда. Не хотел, чтобы на неё пялились другие дарийцы, не хотел, чтобы её обсуждали, рассматривали, делали выводы. Мне хотелось запереть её где-нибудь, спрятать ото всех… Но сейчас это было невозможно.

С Майораном нужно быть осторожнее. Он слишком ненадёжен и злопамятен. Пока в его руках козыри, мне придется идти у него на поводу.

Но я обязательно найду способ уничтожить эту возможность…

***

Вечеринка была в самом разгаре.

Зал, украшенный в традиционном дарийском стиле, поражал сочетанием элементов древности и современных технологий. Колонны из гладкого полупрозрачного материала мягко светились изнутри, потолок напоминал звездное небо, а вместо обычной мебели здесь были мягкие платформы, которые зависали в воздухе и подстраивались под положение тел. Длинноволосые дарийцы, одетые в нарядные туники с золотыми и серебряными узорами, развлекались, смеясь и ведя праздные беседы. Они выглядели непринужденно, кто-то пил из бокалов с переливающейся жидкостью, кто-то показывал голографические изображения на небольших устройствах, похожих на тонкие пластины. В воздухе витал легкий аромат пряных цветов и чего-то терпкого, явно не предназначенного для людей.

А землянки...

Меня передернуло, когда я заметила, как они ведут себя. Покорные, безвольные, словно механические куклы. Они стояли рядом со своими хозяевами, опустив головы, улыбались, когда им приказывали, смеялись в ответ на слова, которые, возможно, даже не понимали. Их наряды были весьма откровенными, а одна девушка и вовсе казалась полуголой из-за сильной прозрачности своего платья.

Боже...

Внутри меня бушевал шторм гнева. Дарийцы смеялись, шутили, кто-то играл в странную игру, рисуя световые знаки прямо в воздухе. Они наслаждались жизнью, как будто ничего плохого не происходило. Как будто то, что здесь творилось, было нормой.

Я перевела взгляд на Ливена.

Он стоял чуть в стороне, молча наблюдая за происходящим, и на лице его застыло… отвращение. Я изумилась. Неужели ему тоже здесь не нравится?

Почему же он пришел сюда? Его вынудили?

Именно в этот момент к нам приблизился Майоран.

Он был одет в той же манере, что и другие дарийцы – длинная темно-синяя туника с серебряными узорами, волосы рассыпаны по плечам, губы изогнуты в самодовольной улыбке. Этот взгляд – скользкий, неприятный – тут же вызвал у меня тошноту.

– Наши ряды пополнил… замечательный гость! – громко объявил он, и все дарийцы в комнате тут же обратили внимание на Ливена. – Возможно, не все знают его в лицо, но это весьма известная фигура… Принц Ливен, наследник нашего многоуважаемого императора!

Я замерла дыхание перехватило.

Принц?

Наследник?

Ливен – сын дарийского правителя?

Первой моей реакцией было неверие. Второй – шок. А потом – леденящий, обжигающий ужас.

Все обрывки воспоминаний – наш разговор, его отношение к тем, кто был выше по статусу, даже тот визит во дворец – всё вдруг сложилось в единую картину.

Как это вообще могло случиться? Как я оказалась в руках столь высокопоставленного дарийца?

Мои пальцы сжались в кулаки. Я почувствовала, что задыхаюсь от негодования.

Дарийцы вокруг оживились, послышался одобрительный гул голосов. Кто-то с нескрываемым интересом уставился на Ливена, другие перешептывались.

Он не выглядел довольным. Он не наслаждался вниманием. Наоборот. Его взгляд потемнел, губы сжались в тонкую линию, а пальцы, которые до этого спокойно покоились на коленях, теперь напряглись.

Он ненавидит быть здесь.

И все же пришел.

Я с трудом сохраняла бесстрастное выражение лица, но внутри меня клокотало от злости.

Именно в этот момент я поняла, как сильно презираю всех их.

Они могут быть красивыми внешне. Они могут быть совершенны лицами, фигурами, даже манерами. Но внутри… Внутри они уродливы. И ничто не сможет изменить этого.

Толпа вокруг загудела, словно потревоженный улей. Все взгляды обратились к Ливену, и я заметила, как несколько дарийцев тут же выпрямились, будто стараясь выглядеть достойнее в присутствии принца. Другие же, наоборот, оживились, в глазах вспыхнул азарт.

Внезапно один из присуствтвующих, высокий и светловолосый, с наглой ухмылкой и явным вызовом в глазах, громко воскликнул:

— Может, покажем нашему дорогому принцу нашу самую популярную игру?

Остальные загудели ещё сильнее, явно предвкушая что-то интересное. Кто-то усмехнулся, кто-то обменялся заговорщическими взглядами.

Ливен, до этого выглядевший отстранённым, медленно перевёл взгляд на говорившего.

— И что за игра? — холодно спросил он.

Дариец ухмыльнулся ещё шире.

— О, это очень просто, Ваше Высочество. Ставка — одна из ваших вещей или… ваша собственная служанка. Вы бросаете вызов, и если проигрываете — отдаёте то, что поставили. Ну а если выигрываете… то выбираете что-то из поставленного другими.

Я замерла.

Какое мерзкое развлечение!

Ливен, судя по всему, думал так же, потому что его взгляд потемнел.

— И что за испытание?

— Испытание ловкости и силы, — небрежно ответил дариец. — Удержать энергетический шар в воздухе дольше соперника.

Окружающие оживились, заговорили наперебой.

— В прошлый раз Мальк удерживал шар целых восемь минут! — Да, но потом его чуть не парализовало! — Давай же, принц, разве ты боишься?

Дариец, который предложил игру, с притворной заботой склонил голову.

— Конечно, если Вы не уверены в своих силах, то можете отказаться, принц Ливен…

Толпа ахнула. Прямой вызов.

Я тоже напряглась.

Я не знала, насколько это опасно, но подозревала, что дарийцы играют не просто так. Если здесь ставками были живые люди, значит, последствия поражения были неприятными.

Ливен молчал несколько секунд, а потом усмехнулся.

— Раз так, пусть первым начнёшь ты.

Дариец довольно улыбнулся.

— Ставка?

Ливен бросил на меня взгляд.

На один короткий миг я подумала, что он действительно предложит меня в качестве ставки.

— Плащ, — спокойно сказал он, снимая с плеч лёгкий тёмный плащ с символами императорского дома.

Я выдохнула.

Дариец пожал плечами и сделал ставку — один из своих браслетов.

— Начнём!

На центр зала вышли двое, и дарийцу вручили сферу, наполненную светящейся энергией.

— Готов?

— Всегда.

Раздался сигнал, и сфера зависла в воздухе.

Началось представление…