Глава 12

— При изучении дисциплины «Основы геммологической оценки драгоценных камней» кадеты получат основные сведения и базовые навыки, необходимые для проведения оценки качества ювелирных минералов с помощью стандартного геммологического оборудования, — пожилой гномейр прихрамывая вернулся за кафедру, и запустил голофильм, попутно комментируя его.

В голофильме под торжественную музыку мелькали прекрасные украшения, шел рассказ, из каких камней и металлов они сделаны. Некоторые из украшений были сделаны из недорогих полудрагоценных камней с использованием недорогих металлов, но украшения были выполнены столь искусно, так что просто захватывали дух. Вот, например эта брошь — стрекоза (неужели мастер вдохновился земными насекомыми?), сделанная из серебра, недорогих камней, искусно подобранных для фасеток глаз, тончайшие крылья, оказалось сделаны тоже сделаны из камня.

— Очень тонкий срез обыкновенной слюды, — комментировал преподаватель, запомните клеймо мастера, он пока широко не известен и украшения свои выставляет не часто, но то, что выставляет — сразу же уходит за сотни тысяч кредитов, императрица Микаэлла носит украшения этого неизвестного ювелира, что интересно, — гномейр резво пробежался толстыми пальцами-сосками по комму, и голоизображение броши сильно увеличилось, — брошь имеет еще и полезное качество — это определитель скаривитян.

По нашему классу пронесся вздох удивления. Голофильм длился не больше десяти минут, но оставил неизгладимое впечатление.

Этот предмет не продлится долго, но я уже понимала, для чего он нужен. Смотрители в своей деятельности встречались с множеством проблем при отправке грузов и оплат за переправку космических потеряшек в родной мир. Иногда за помощь со смотрителями расплачивались драгоценными камнями. А бывало, что аферисты пытались нажиться на смотрителях, отправляя для переправки в другие миры фальшивые камни, и со слов Нэда и Тэлии, смотрителям маяков, если они не были бдительными, приходилось нести убытки, выплачивая полную стоимость груза — таково законодательство в некоторых мирах: транспортировщик несёт полную ответственность за груз.

На этих же лекциях, нам расскажут, как обезопасить себя от таких неприятных грузов.

— На практических работах для определения качества и свойств камней мы будем использовать разнообразное оборудование, — сообщил почтенный гномейр, искин школы отправит перечень оборудования, к следующему уроку вы должны знать назначение и характеристики оборудования.

Вжикнул комм, открыла сообщение и пробежалась глазами.

Та-а-ак, рефрактометр, знаем принцип действия еще со времен качественного химического анализа, хотя исполнение прибора для жидкостного и твердого анализа может различаться, но это не проблема, разберусь. Еще нам обязательно потребуются весы, лупа и микроскоп — тут все понятно, а что такое коноскоп и дихроскоп?

Школа навигаторов учила, а еще учила учиться. Выясню все об этих приборах, не в первый раз!

* * *

— Лани, ты меня загоняла, — запыхавшись, пожаловалась Тэлия, Мы уже не раз устраивали спарринги, и обычно в конце обе еле держались на ногах, а сегодня, задумавшись, машинально отрабатывая давно заученные стойки и удары, я так погрузилась в мысли о Лиге, что не задумывалась о своих движениях.

Сегодня утром во всех официальных и не очень, информационных средствах протрубили, что достойный Рэвелиг Лаонтис, младший сын главы департамента международных отношении, главный службы дипломатических отношений и безопасности Элеии сделал предложение леди Энарилиэн Диарентис. Бракосочетание не назначено, но таблоиды и официальная пресса, уже составили план событий. Через полгода — официальное знакомство родителей, через год — предсвадебная вечеринка, через два года после помолвки — бракосочетание.

— Как-то быстро все у них, пробормотала я, учитывая бесконечность жизни элефин.

Элея сегодня: экстренный выпуск! Наш любимка Рэв сделал предложение известной светской леди Диарентис.

Галактический вестник: красотка Энари, наконец, угомонилась и приняла брачное предложение Лига Лаонтиса.

Союзнические новости: в следующем выпуске интервью восхитительной Энарилиэн и достойного Рэвелига

Руку, вдавливающую в глаз противника санти, захватили железные тиски и отвели ее в сторону. Адреналин постепенно отпускал, красная пелена спадала. Твою ж мать! Я же чуть не убила Тэлию!

Откатилась, и тут же почувствовала, как в испуге колотится сердце. Из глаз покатились слезы. Я опасна. Стала опасной даже для своих.

Я так больше не могу! Не могу видеть эти безмятежные голубые глаза, мягкую добру улыбку Рэвелиага со всех страниц как официальных, так и желтых изданий. Не могу читать предположения прессы, почему он так изменился: из тихони — медика стал частым гостем шумных вечеринок золотой элейской молодежи. Недавно он провел триумфальные переговоры с миром Пракуве. Все экономические и политические обозреватели захлебываясь писали, что Лиг выторговал у пракувианцев возможность поставлять на Элею какие-то грибы, а Элея — будет поставлять на Пракуве препарат от легочной инфекции, вызываемой местным агрессивным грибком и скашивающем почти все взрослое население на пять — десять дней, слава богу, без летального исхода. Такие эпидемии сильно влияют на экономику планеты. Элефины подписали договор и даже построят на планете несколько медицинских центров, специализирующиеся на диагностике и лечении дыхательных путей.

— Гиш, подозреваю психоэмоциональную неустойчивость кадета Васькиной, — громко сказал Нэд, прижимая к себе трясущуюся от страха Тэлию, — необходимо медицинское освидетельствование.

— Предатели! — заорала я, смотря на переплётные пальцы сладкой парочки Нэд-Тэлия, эти двое объяснились почти сразу после Нового года, который мы встретили на Франгаг, где я потеряла сердце, — если бы не я, вы ни за чтобы не были вместе.

Укол в шею и в глазах потемнело.

* * *

Никогда и ни с чем не перепутаю этот звук — звук открывавшейся амниотической капсулы. Села на теплом ложе, автоматически прикрыла рукой грудь — в медицинскую капсулу или голой или в белье, скосила глаза на плечо, увидела бретель бюстгальтера и опустила руки, упершись ими в ложе.

Передо мной стояли ректор номер один, номер два, его высочество Эспен нье' Ринд и глава медицинской службы второй школы навигаторов.

— Нельзя было дождаться, когда я оденусь, чтобы предстать перед вашими величественными очами? — с сарказмом спросила я. Я даже не подумала сбавить тон. Последнее время мне стало все равно, что обо мне подумают окружающие. Вчера я нагрубила нье' Моттексу. Весь урок он приводил меня в пример:

— У кадета Васькиной нет лоска, вы посмотрите на ногти кадета, разве с ней будут считаться при Лио’кейтском дворе?

Или.

— Если кадету Васькиной придется спасать нааварийских подданных, они предпочтут гибель, лишь бы не видеть этот ужас на голове смотрителями, называемого прической. Кто скажет, почему кадет Васькина не сможет спасти нааварийшей?

Я точно знаю, что мои друзья знали ответ, но решили промолчать. Руку вытянула кадет нье' Гиори. Господин нье' Моттекс кивнул, разрешая ответить.

— У нааварийшей культ волос. Если у этого вида длина волос выше лопаток, за это сажают в изолятор, до тех пор, пока не отрастут волосы, если военный этого вида потерял волосы во время сражения, ему обязательно нарастят новые, наавариши выпавшие волосы тщательно собирают всю свою жизнь и после смерти все волосы сжигаются вместе с телом. Все самые продвинутые средства для роста волос, средства по уходу за волосами, средства от алопеции — изобретения нааварийшей.

Я подняла руку. Моттекс в удивлении посмотрел на меня.

— Вам есть, что добавить, кадет Васькина?

— Ага, — развязно начала я, — показательно поковыряла в носу, почесала в ухе, — кадет Васькина — круглая сирота, у кадета Васькиной нет дохода, империя до конца школы навигаторов содержит кадета Васькину, у которой нет собственных средств на все эти несомненно замечательные вещи, как уход за ногтями и волосами. Вы ведь на каждого из нас собрали досье, неужели там об этом ничего нет? Напоминать мне о моей кредитной несостоятельности это бестактно, невежливо и вульгарно. Уверена, что если нааавариши и лио’кейтчане будут спасаться от пиратов, им будет без разницы, что за чучело будет их спасать.

Я блефовала. Если у нье Моттекса есть информация о том, что империя платит мне кредиты до конца учёбы школы навигаторов из-за Экспериментатора, что на моем вкладе лежат кредиты — плата за молчание насчет древних Элеи, рискнет он опровергнуть мои слова? Он довольно долго сверлил меня глазами. Знает, зараза, знает, но сказать не может. Гриф секретности — иногда очень удобная штука.

Он тонко улыбнулся:

— Туше, кадет Васькина, и отлично за мой курс.

Опасный старикан. Не хотелось бы с ним снова пересечься, но как говорят близни: «Вселенная все же конечна», это как наше «Земля круглая». Необходимо немного его умаслить.

Я встала, низко поклонилась и сообщила:

— Я же учусь у лучшего из лучших.

Вернулась мыслями к стоявшим напротив меня.

— Мы сочли необходимым поговорить с вами сейчас, Мелания, — уведомил меня ректор номер один, протягивая халат.

Как же они меня бесят — те, кто поспособствовал разрушению, конечно во благо Великой империи вигов, моего счастья, те, кто поспособствовал разрушению жизни простой и недалекой девочки с отсталой Земли.

Одела халат и последовала в кабинет главы медицинской службы школы навигаторов.

— Мелания, нам нужно знать, что с вами происходит, — начал господин Лунморт, нужно как можно скорее скорректировать ваше состояние.

— Я себя отлично чувствую, нервничаю из-за предстоящих экзаменов и последней практики.

Глава медицинской службы показательно вздохнул и сунул распечатку состояния моего организма мне в руки. Эти все буквы, цифры в распечатках обследования давно перестали быть абракадаброй, Так, кровь в норме, органы работают оптимально, а это что за дикий перегиб в гормонах? Тестостерон, пролактин, кортизол — не в норме. Твою же мать! Я уже знала, какой курс лечения мне предложат. Протянула распечатку обратно медику.

— Вам нужно сбросить сексуальное напряжение, желательно с объектом ваших фантазий, это успокоит вас, и гормональный фон придет в норму, вы сможете учиться дальше.

Посмотрела на ректоров — они точно знали об объекте моих фантазий. Более того, они сами настояли на моем общении с ним. Господин Лунморт кивнул, а я сухо сообщила:

— Предмету моих фантазий стерли память из-за меня, предмет моих фантазий меня не помнит, предмет моих фантазий другой расы и имеет высокопоставленных родственников, играющих важную роль в управлении планеты. У меня нет возможности осуществить свои фантазии.

Глава медицинской службы кивнул:

— Понимаю, но все же разрядка должна быть. Я могу отправить данные исследования вашего организма в частную клинику, специализирующуюся на медикаментозных оргазмах.

Я скривилась:

— Нет!

— Нам придется отстранить вас от занятий, а если вы не придете в форму, вы окончите школу, но станцию вам в управление не передадут, вы будете подменным смирителем — кочевать со станции на станцию, там, где будет требовать помощь временного смотрителя.

На глаза навернулись слезы. Я не могу потерять еще и это!

Я посмотрела на ректоров и жалобно спросила:

— Может вы просто сотрете мне память и вернете меня в мой мир? Теперь я сумею за себя постоять.

Госпожа нье' Товен вздохнула:

— Лани, у вас отличный потенциал, империи очень не хочется терять вас, давайте договоримся, если ваша тяга к тому юноше за пять обязательных лет службы смотрителем не ослабнет, мы оправим вас в ваш мир.

— Приемлемо. Отправляйте мои данные.

В клинику я улетела через три дня, все это время меня не допускали до занятий.

В отельном кабинете, бот вколол мне препарат, я знала, что он начнет действовать через пятнадцать минут, противоположная дверь, той которой я вошла в кабинет, отъехала и я вошла в мягкую (обитую звуконепроницаемом материалом) комнату с ложем. Одежду надлежало снять. Непонятно зачем, но таковы правила. Таковы условия моего возвращения в нормальную жизнь.

В комнате имелась еще одна дверь, заглянула туда — душевая кабинка. А зачем? Легла на удобное теплое ложе. Я знала, что в этом помещении никакая запись не ведется. Пока почти все комфортно, смущало полное отсутствие одежды. Закрыла глаза. Кажется, я заснула, а во сне ко мне пришел Лиг, он лег рядом со мной, сначала нежно целовал меня, а потом его ласки становились настойчивее, откровеннее, чувственнее.

— Покричи, для меня, Лани! — прошептал он.

И меня сотряс оргазм. Мощный, длительный. Лиг продолжал ласкать меня, снова подводя к разрядке:

— Еще, Лани, покричи еще, ты так сладко это делаешь!

В душ я шла на дрожащих ногах. Теперь я понимала зачем он тут нужен. Все тело было липким от пота, вся промежность влажной.

Через неделю мой гормональный фон выровнялся, и меня снова допустили к занятиям.

* * *

— Существуют следующие типы дихроизма, — читала я свой конспект, завтра утром короткий опрос по геммологии и экзамен по пилотированию. Мы пройдем самую сложную гоночную трасу, и сейчас это для меня не проблема.

— Линейный дихроизм — частный случай дихроизма; состоит в различном поглощении веществом света с взаимно перпендикулярными направлениями линейной поляризации; эллиптический дихроизм — частный случай дихроизма; состоит в различном поглощении…

Меня прервал голос Тэля:

— Какая же ты зануда, Лани, можно уде больше не учиться, нас итак уже выпустят. До экзаменов месяц, мы даже уже знаем, какой маяк нам достанется, — он покосился на Нэда и Тэлию. Тэлия сидела на коленях Нэда, об увлечённо рылись в коммах, — вот не могли вы объявить о помолвке позже? Тогда бы у нас был один пустой маяк, устроили бы там отель с казино или вообще экстрим-развлечения по выживанию. Помнишь, Тэлия то задание по инвестициям? Наш анализ понравился преподу, и он сказал, что если немного доработать проект по экстремальному выживанию, то он сможет существовать.

— Немного⁈ — хмыкнула Тэлия, — забыл, что основные затраты будут на обеспечение медицинской и психологической помощи выживальщикам? Рядом с аттракционом придется держать медицинское судно с хорошими профессионалами. Ты страшилки то для выживания придумал, а как туристы это переживут — не предусмотрел. А еще придется потратиться на качественные датчики состояния организма и его местонахождения. Гибель любого туриста — обанкротит нас, мы же обсчитывали это, Тэль.

Я уже давно, но втайне от всех вернула квазар нье' Оалу, и Тэль сейчас пытался ухаживать за той симпатичной девушкой, что как-то пришла в моей отсек узнавать, действительна ли наша с ним помолвка. Кажется, эта девчонка его зацепила своей неприступностью — тактика верная, хватит ли у нее фантазии для того чтобы держать его на расстоянии и при этом подогревать его интерес, надеюсь да.

— Лани, кем ты будешь на карнавале?

Я рассмеялась:

— Принцессой Бадр-аль-Будур.

В колонии вариакутов даже парням понравилась история Алладина и Жасмин. Ребята скривилась. Общую мысль выразила Тэлия:

— Опять прикол из твоего мира?

Кивнула. Я только недавно смога извлечь информацию со флэшки, которую забрала с Земли, среди многочисленных энциклопедий, справочников, я хранила сказки и фильмы, которые мне запали в душу. Оказалось, что я совсем не помнила, что принцесса Жасмин — это мультипликационный персонаж и что в оригинале возлюбленную Алладина звали Будур. Это я и пояснила друзьям.

— То есть ты встроишь в коврик, — Нэд посмотрел на коврик у моей кровати, — двигатели?

— Уже встроила, у меня будет свой ковер-самолет, господин Кроох’а назначил на завтра испытания.

— Журналюги будут в экстазе, — прокомментировала Тэлия

— Пф-ф-ф, — они и думать забыли о сумасшедшем кадете на странных летательных аппаратах, — фыркнула я.

* * *

Как бы ни билась, воспроизвести ковер-самолет, таким, каким я его представляла, я оказалась не в силах. Я что-то такое уже нащупала, но поджимало время. Пришлось заказывать тонкий пластик, на котором был нарисован узор, очень походившим на восточный с Земли. Планета, на которой есть похожие узоры, называется Ханахи. Быть может, я когда-нибудь там побываю.

В легких полупрозрачных шароварах, в вышитом лифе, заканчивающемся под грудью, во множественных браслетах на руках и ногах, прикрытая короткой полупрозрачной вуалью, я телепортировалась на своем ковре-самолете на карнавал, подводящий итоги очередного года обучения в школах навигаторов, в ММР. Мои волосы был унизаны жемчужинами, глаза ярко подведены черным. Я по максимуму попыталась воссоздать образ принцессы Жасмин.

Сегодня утром я отправила Северину к Трин, ведь завтра я отправлюсь на практику. Последняя практика в моем обучении. Всего три месяца и один день отделяет меня от моего дома. Всего три месяца и один день отделяет меня от маяка номер пять тысяч триста сорок восемь.

Я зажмурилась от вспышек голокамер. Повсюду слышались:

— Это она!

— Какой необычный персонаж, из какого мира он?

— Мы наконец-то узнаем, кто этот кадет школы навигаторов!

Ой! Я набрала на комме команд, плавно выплыла из телепортационной комнаты и неспешно полетела над головами гостей. Нет-нет искала глазами толстого лысого элефина, надеясь на чудо. Чуда не произошло, я увидела их — семью леди Маэлин, ее мужа и обоих сыновей. Они маски не носили. Лаонтисы мило общались с нье' Риндами.

Остановив свой транспорт рядом со столом, набрала себе в тарелку закусок и подхватив бокал игристого вина и полетела в сторону развесистого дерева, его крону украшало множество фонариков. Под ним я приметила полянку, какое счастье, что там нет лавочек или качелей — значит не буду никому мешать. Попивая игристое вино, наслаждалась вечером. Завтра я улечу на практику в один из развитых миров, где действует программа по обмену студентами. Буду жить в настоящей заортянской семье, а быть может в семье скаривитян, или у аринцев. М-м-м… белые песчаные пляжи, теплый океан — не практика, а мечта. Только завтра нам скажут, куда нас распределил Гиш. Этот искин может и напакостить, не удивлюсь, если я на три месяца полечу к моим вариакутам. Надо же наконец-о научиться правильно смешивать дерьмо с травой и лепить кизяки. Из нас четверых этими навыками в совершенстве владел только Тэль.

Раздались привычные звуки. Варсана — национальный танец вигов. Рядом послышался щелчок каблуков и знакомый голос произнес:

— Вы позволите пригласить вас на танец?

Подняла глаза — рядом стоял Лиг.

— Разве вы не должны танцевать со своей невестой? –поинтересовалась я.

— Леди знает обо мне?

Пришлось снова повторить:

— Кадеты последних курсов школ навигаторов знает всех членов семьи главы дипломатического корпуса Элеи, а уж вашем предложении леди Диарентис не написал только ленивый.

— Следите за моей жизнью?

Я даже фыркнула:

— Вас так много последнее время в информационном поле, что, даже не желая этого, все равно знаешь о вас.

Лиг рассмеялся, он был все тем же…но без памяти обо мне.

— Так вы потанцуете со мной?

И только теперь до меня дошло, что Лиг флиртует. Слегка.

— Почему бы не побыть для разнообразия в этом году самой красивой парой на маскараде, — улыбаясь, ответила я, беря его под локоть. Пусть он не помнит меня, но у меня есть побывать в его объятиях, хотя бы на то время, что длится варсана.

* * *

— О нет! Нет! Нет! Гиш! — почему именно я лечу на Элею на практику? Я не хочу туда! Куда угодно, только не на Элею! Пожалуйста, Гиш!

— Документы уже готовы, госпожа ректор их подписала, вас уже ждут во встречающей семье.

Мне только что на комм свалилось место назначения практики. Я лечу на Элею! Ужас! Я только-только заставила себя каждый день не смотреть Элейскую прессу, в которой постоянно смаковали подробности помолвки Лига. А-а-а!!!

Попыталась взять себя в руки. Быть может я буду далеко от столицы, на другом континенте, быть может эти элефины, у которых я буду жить — фермеры с прекрасным цветущим садом? Я не против повозиться в земле.

— В какую семью я направляюсь? Куда мне ехать? — ты не отправил мне никаких координат.

— Вас встретят в космопорту. Вылет через час кадет.

Что ж, можно разобрать сумку, на Элее вечное лето, теплая одежда точно не понадобится, как и купальник, не на Арин же я лечу. Осталось отправить вещи в почтовую ячейку и забрать их оттуда, когда я уже буду дома, на своем маяке. В школу навигаторов я уже не вернусь, прямо с практики я полечу принимать свою станцию. В этот же день туда прибудет моя команда. Не знаю, что это — шутка Вселенной или удача, но транспортная компания, которой принадлежал транспортник, где я проходила практику два года назад, поставила некачественные комплектующие, что привело к его гибели. Команда спаслась чудом, отдельное чудо — что крошечный катер не захватили любители легкой наживы. Так что сейчас команда сидела на какой-то станции, проедая свои накопления и ожидая, когда они смогут примкнуть ко мне.

Я вышла из причального дока и почти сразу уперлась в элефина.

— Леди Мелания? — учтиво спросил он.

Я кивнула. Мужчина забрал мой рюкзак и показал на флаэр:

— Госпожа ожидает вас.

Мы не спеша удалялись от космопорта, и я во все глаза смотрела на столицу империи. На Элее я бывала дважды и оба раза я телепортировалась сразу в императорский дворец, за его пределами я не была. И вот теперь я любовалась видами. Что ни дом — то произведение искусства, ажурные, словно кружева или небоскребы вздымающиеся хрустальными иглами ввысь, многоуровневневые сады, подвесные мостики соединяли уровни, технологии тесно переплелись с природой. Потрясающе!

Наконец флаэр повернул, мы влетели в полупрозрачную сферу, что это было? Мы летели по подъездной аллее, и, в конце концов, остановился у резной невысокой лестницы. Вверху которой стояла… стояла леди Маэлин Лаонтис. Да ладно? Я даже обернулась, почему — то мне показалось, что это шутка близнецов или госпожи ректора, а потом я начала пятиться обратно, в сторону флаера. Зачем я тут? Это совпадение? Нет! Не сомневаюсь, эта отвратительная женщина воспользовалась своими связями, чтобы персонально три месяца издеваться надо мной! От побега меня остановила высоко поднятая бровь и усмешкам стервы. Вызов? Внезапно осознала, что я его принимаю.

Я шагнула в сторону лестницы, но леди Маэлин легко сбежала вниз ко мне.

— Следуйте за мной, кадет.

Я не выдержала:

— Зачем я вам?

Леди Маэлин снизошла до ответа:

— Давно хотела попробовать поучаствовать в программе «Семья по обмену», почему бы не попробовать сейчас, тем более мы уже знакомы? Во флаэр, кадет, — приказала она.

Я оглянулась, флаэра, который меня доставил из космопорта, уже не было, вместо него парил в двадцати сантиметрах надо почвой странный летательный аппарат. Мощный флаэр, казался неимоверно тяжелым. Как вообще он летает? Он ведь явно усиленный, это не флаэр, это какая-то летающая крепость.

Леди Лаонтис села во флаэр после меня. Боится, что сбегу? А можно вообще сбежать из этого танка? Во флаэре находилось двое мужчин-элефин.

— Здравствуйте, достойные.

Мужчины чуть приподняли уголки губ и кивнули.

— Братья Нирали, они не говорят, у них нет языков, у телохранителей главы разведки и дипломатии не должно быть возможности говорить.

Я ошарашенно посмотрела на мужчин:

— Но ведь признаться, то есть сообщить ценную информацию можно письменно.

— На практике доказано, пока противник пытается заставить говорить, он ломает кости пальцев, запястий, рук, — и, видя мой полный отвращения взгляд, леди Маэлин снисходительно сообщила, — вы ещё очень молоды, кадет, а Нирали служат роду, к которому я принадлежу больше семисот тысяч лет. Охранять членов семьи, к которой я принадлежу — для клана Нирали — почетно.

Мы молча летели по узким улочкам, петляя между старинных владений. Это собственность звезд голомыльных сериалов. Эти особняки знают во Вселенной. Элефины просто обожают драматические истории, и очень придирчиво относятся к идее, к актёрам, которые будут играть в сериале. Если актера утвердили на роль в элейском сериале, неважно, роль это садовника или трубоукладчика, он мгновенно станет звездой.

Затем бронированный флаэр леди Лаонтис вылетел на оживленную трассу, и тут я окончательно очумела: другие флаэры образовали для нас воздушный коридор! Пейзаж за окнами начал меняться — вдалеке, нет-нет мелькали владения, их вид уже не бы таким архаичным, по сравнению с кварталами, которые мы покинули минут пятнадцать назад, эти владения скорее напоминали космические крепости, и при этом оставались ажурными и светлыми, как и вся хоть древняя, хоть современная архитектура Элеи.

И снова невольно поразилось гармоничности полноте полученного в школе навигаторов образования. Мы разбирали особенности рас, их культуру, их особенности, историю тех или иных привычек и законов общества, сейчас я без запинки могла объяснить, почему такой стиль архитектуры принят районах средней удаленности от центра столицы Элеи и перспективы развития этого района. Кстати, на мой вклад — взятку за молчание по поводу вампирских наклонностей элефин, накапали хорошие проценты, и я раздумывала, на что их потратить: купить владение на Элее — этот мир притягивал меня и не только из-за Лига, я отдавала себе отчёт, что отождествляю этот мир со сказками Земли, и хотела заиметь тут свой сказочный домик, а еще с самого первого посещения влюбилась в Арин, и там я хотела иметь свою соломенную хижину, пусть на крошечном искусственном острове бескрайнего аринского океана…

Флаэр остановился внезапно. Оказывается, я задремала. Дверца флаэра поднялась, первым из него плавным гибким движением выскользнул один из телохранителей и замер в стойке.

А тело гуманоида может так уметь, да⁈

Затем вышла леди Маэлин, второй телохранитель показал рукой на открытую дверь. Помотала головой.

Не хочу выходить. Никто и ничего мне объяснить не собирается, а вдруг эта стерва ест молоденьких девственниц, ну, таких как я, на обед (мы четыре часа летели, по столице Элеи, так что, быть может, эта странная женщина проголодалась)?

Одернула себя и успокоила — если на практике пропадет кадет школы навигаторов, обязательно состоится расследование.

Уголок губы леди Маэлин начал приподниматься в презрительной усмешке. Обойдется!

Выпрыгнула из флаэра и осмотрелась — мы остановились около какого-то леса. Таких деревьев я никогда не видела, я даже не могла представить, что такие гиганты существуют! Мы шли по широкой тропинке, нет-нет я всматривалась в кроны этих тридцати метровых деревьев, стволы их были изъедены короедами, сильно, но приятно пахло хвоей. Оглушенная похожим на земной запах, исходивший от этого леса, я шла за леди Маэлин, неужели элефины не могут вылечить свои деревья от короедов и других насекомых⁈ Где их хваленые технологии? А потом я остановилась и сошла с тропинки — это же не изъеденная кора, это же знаки, письмена! Начала водить пальцами по знакам — они казались теплыми, мой элейский сводился к школьному курсу, уверена на сто процентов, что, как и на Земле древний и современный элейские отличались как палец от… от глаза. И, тем не менее, я разобрала несколько символов: «Жизнь», «Судьба», «Рождение».

— Кадет, вы отстали, — за моей спиной стояла леди Маэлин, — чем поразили вас наши деревья?

Говорить, что в рисунке коры я рассмотрела символы, не хотелось — леди Лаонтис в лучшем случае обсмеёт меня, в худшем — отразит в моем личном деле по окончанию практики мою неадекватность.

— Мы изучали географию Элеи, но про этот лес в наших лекциях там не упоминалось.

— Это Заповедный лес, кадет, мы не распространяемся о нем. Но и о его существовании информацию не закрываем.

Очуметь! Это я, думая о Лиге выискивала самые мельчайшие детали о его мире. Действительно о Заповденом лесе не трубят все издания, но нет-нет информация о нем упоминалась. Я в том самом лесу, который у элефин типа бога — хранителя благословите браков и деторождения? Я на родине Праматери всех элефинов? Я читала, что при самом первом посещении этого леса надо встать на колени перед деревом, прислонить лоб к коре и пожелать долголетия расе, которую он оберегает.

Встала на колени и склонила голову рядом с деревом, с которым стояла и от всей души про себя пожелала:

Пусть Лиг будет счастлив!

Удивительно, но леди Маэлин терпеливо ждала, когда я завершу этот обряд.

Облагороженная тропинка свернула в очередной раз, и мы вышли к небольшому озерцу, берега которого оказались довольно благоустроенными — утоптанный галечник и ракушенчик. Заметила ступеньки, ведущие в воду. Довольно удобно. Мы остановились у этих ступеней и леди Малин приказала:

— Раздевайтесь кадет.

Что⁈

— Я не планировала плавать, я без купальника, — возразила я

Леди Маэлин хищно улыбнулась и посмотрела мне за спину и тут же я полетала в воду.

Сука!

Еще в воде, открыв глаза, заметила какое-то сияние. А когда выплыла на поверхность, то очумела — вода озера была залита золотым светом. Телохранители Маэлин завороженно смотрели на воду. Сама же тварь, попытавшаяся меня только что утопить, задумчиво переводила взгляд с меня на воду и обратно. Я подплыла к ступеням, в ярости выбралась на берег и, не обращая внимания на стекающую с меня воду, бегом бросилась к выходу. Позади послышался крик леди Лаонтис:

— Мелания, стойте! Я приказываю!

Я показала ей известный во всей Вселенной жест, плевать я хотела на дипломатические отношения, плевать я хотела на практику, я хочу оказаться как можно дальше отсюда! Позади раздался топот — оглянулась — это охрана Маэлин оставила ее и приближалась ко мне.

Не-а! Не поймаете! Вы ведь не никогда не убегали от харангри!

Этим я тоже показала средний палец и ускорилась. Бегать я любила, бегать я умела. Когда я вылетела из этого странного парка, то, не раздумывая свернула налево, а потом при первой возможности снова свернула и снова налево, снова бегу на предельной скорости, сворачивала, где вздумается. Преследователей уже давно не слышно и не видно. Осмотрелась — я в каком-то парке. Гуляющие тут элефины с удивлением рассматривали меня. Твою же мать, я в сыром ученическом комбинезоне! Пока бежала — я не чувствовала сырости, влажная ткань — отводила тепло разгоряченного тела. А теперь, не смотря на вечное лето, я начала зябнуть.

Забралась поглубже в парк, осмотревшись, и не увидев на дорожках парка никого, стянула комбинезон и отжала его, а потом попыталась одеть комбинезон снова. Наверное, все знают, каково одевать на себя сырую одежду? Мало того, что холодно и неприятно, так еще и сырая ткань плохо скользила по коже. Кое-как натянув комбинезон, побрела к выходу из парка. В животе заурчало.

На Элее есть закон: все продукты в магазинах, срок, которых подходит к концу, но еще не вышел (за этим тщательно следят власти) раздаются бесплатно. Над такими продуктами висит голографическая стрелка «Бесплатно». Искин моего комма рекомендовал большой магазин, где можно было не только бесплатно переодеться (очуметь, даже футболки, штаны и обувь, похожая на кеды через какое-то время становились бесплатными), но и поесть. Бесплатно предлагалась еда, которая не требует готовки — овощи, фрукты, нарезки колбас и сыров, хлебобулочные изделия.

* * *

Закрывшись в кабинку для переодевания, вцепилась зубами в бутерброд, срок годности которого подходил к концу через две недели. Из бесплатного выбрала брюки неприятного — мятного цвета, и светлую тряпичную обувь, молочного цвета. Черная толстовка с капюшоном на размер меньше, чем нужно, скрыла мои волосы и лицо. Из магазина двинулась в сторону космопорта. Я планировала пропетлять по жилым районам, на случай слежки, через одиннадцать кварталов есть еще один магазин, где можно будет переодеться еще раз.

Конечно, можно вызывать флаэр, и улететь в космопорт, но, во-первых, хотелось, чтобы сука Маэлин понервничала — подумать только в самый же первый день практики кадет сбежал от нее, а во-вторых не хотелось тратить кредиты, по транзакции меня тоже можно будет отследить, а я хотела, чтобы Лаонтис понервничала.

Я стояла в магазине и увлечено рылась в ворохе бесплатной одежды, мне была нужна смены одежды, брюки я подобрала, обувь тоже, оставалась куртка или толстовка с капюшоном, тихо радовалась, что смогу позлить леди Лаонтис несколько дней. Оглянулась и вздрогнула — в магазин заходили стражи правопорядка.

Меня нашли⁈

Юркнула в туалет для посетителей — посижу тут. Но тут увидела окно, кажется выходящее во двор, не думая открыла его и спрыгнула вниз.

— С-с-с, — зашипела от боли. Неудачно сгруппировалась, и подвернула ногу. Поскуливая от ноющей боли, я поковыляла к какой-то двери, толкнула ее, и она поддалась, я вошла, это оказался вход на лестницу, поднимаясь, я толкала все двери на лестничных клетках, но ни одна не поддавалась, лестница кончилась, и, толкнув последнюю дверь, оказалась на крыше. За этот подъем я выдохлась и решила присесть отдохнуть в тени бортиков крыши. На минуточку прикрыла глаза.

Мне снился странной сон: Леди Маэлин с злеными волосами жевала лягушачью лапку, а Дин, одетый как официант держал поднос с горой таких лапок, а потом на палочке, с одной стороны которой была одета голова харангри, прискакал Рэвелиг и заревел басом:

— Мама, ну почему Лани не хочет со мной играть?

— Потому что Лани любит сырное мороженное.

И я почему-то ныряю в ванну, наполненную восхитительным воздушным белым мороженным, посыпанным сырной крошкой, и оно было таким холодным!

С трудом открыла глаза. Очень холодно! Почему так холодно? Голова болела, горло горело. Обняла себя руками, пытаясь согреться.

* * *

Ну почему в амниотической капсуле не сделать какую-нибудь веселую мелодию при пробуждении?

Крышка капсулы отъехала и я села на ложе, не забыв прикрыть одной рукой обнаженную грудь. Бесят иногда эти инопланетяне — чудо-капсулу придумали, а вот лечиться в ней можно только в белье или голым, неужели никто из них не додумался, лечить в одежде? Хотя… хотя… никто и никогда не знает характер внутренних повреждений, очень часто операционные вмешательства делаются внутри капсулы, и тогда одежды будет мешать.

Передо мной стояла леди Лаонтис и неизвестный мне элефин в медицинской форме. Я даже помахала одной рукой перед собой, надеясь, что видение исчезнет. Не исчезло. Жаль. Мать Лига протянула мне пакет. Я настороженно посмотрела на него.

— Там одежда, — пояснила она и, повернувшись к элефину, — не будем стеснять девушку, достойный Неаритель.

Я дождалась, когда они вышли, и сунулась в пакет.

— Очуметь! — вырвалось у меня.

В пакете находилось белье известной торговой марки, стоимость этого комплекта в день выхода новой коллекции доходила до пятидесяти тысяч кредитов. Этот комплект, кстати, из коллекции трехлетней давности и сейчас стоил от трех до семи тысяч кредитов. Я бы оставалась в неведении об этом белье, если бы не Тэлия, которая несколько месяцев назад, еще до того, как они с Нэдом стали парой, ворвалась ко мне в отсек с воплем:

— У меня был секс!

Тогда я зубрила все препятствия возможных экзаменационных трасс. Одну из них, а быть может комбинацию их, мы будем проходить на заключительном экзамене по пилотированию.

— Руль на себя, раз, два, три, руль отпускаем, проходим каньон со скальными червями, — руль в сторону, раз, два, выровнять рули, реверс, зависнуть. Раз, два, три, четыре, пять, руль от себя, полный ход! Уклонение… секс!

Как тут оказался секс⁈

С трудом оторвалась от повторения трассы, и с трудом сфокусировавшись на Тэлии переспросила:

— С кем там опять у Тэля был секс? Она симпатичная?

— Не у Тэля, а у меня! — воскликнула подруга.

В тот момент я порадовалась, что сижу на кровати, а еще очень хотелось встать и пойти сказать все, что я думаю Нэду, за, то, что он так долго тянул и в итоге остался без своего счастья.

— И кто этот парень? — спросила я, холодея, неужели Тэлия повелась на смазливую мордашку одного из кадетов, кто «вдруг» начал ухаживать за племянницей императора.

— Так тот, классно целующийся незнакомец! С маскарада! Оказывается ЭТО, — Тэлия выделила это слово, — делать в переписке очень романтично! Мы договорились, что повторим через три дня!

Я выдохнула. Нэд подыграл Тэлии, судя по сияющим карим глазам моей подружки ей это понравилось. Чтобы поддержать разговор я лениво спросила:

— А почему через три дня, почему не сегодня?

И услышала возмущенное:

— Ну ты же учила анатомию вигов и всем девочкам задавали реферат по женской половой системе, ты разе не помнишь что после дефлорации, надо как минимум пять дней воздержаться от половых сношений.

Вот тут я совсем ничего сказать не могла. Разве что позавидовать выдержке Нэда. Молча. Потерять девственность виртуально, по переписке это надо умудриться. Хотя если посмотреть с другой стороны, если двоим это нравится, то почему бы и нет? Быть может, эта шуточная репетиция приблизит их друг к другу?

— Так вот, — продолжала Тэлия, хочу его удивить, я откопала та-а-акое белье…

И мы погрузились в каталоги восхитительного белья.

* * *

Кроме белья, врученного мне леди Лаонтис, в пакете было строгое темно-зеленое платье до середины икры, с длинным рукавом и вырезом лодочкой, чулки и туфли на высоком каблуке. А еще косметика.

Белье, платье и туфли я одела — не идти же голой по медицинскому центру, и потом по космопорту (то, что я завалила практику — я не сомневалась), а вот остальным не воспользовалась.

Когда я вышла из палаты в холл, леди Лаонтис, стоящая лицом к панорамному окну, выходящему на какое-то озеро, обернулась. Её взгляд напоминал сканер. Она точно отметила отсутствие косметики и чулок. Разговор мы начали одновременно:

— Я бы хотела поговорить с вами, кадет…

— Я хочу прервать практику, леди Лаонтис…

Леди Совершенство предложила:

— Предлагаю обсудить все за чашкой кайты во владении Лаонтис.

Хм, кайта — элейский чай из ягод и трав, травы и ягоды растут в труднодоступной местности, и эти сборы для заваривания ценятся на Элее и в других мирах очень высоко.

А я могу отказать этой высокопоставленной леди?

Молча кивнула.

* * *

— Зачем я вам? — спросила я ее, как только мы сели во флаэр.

— Мелания, у вас есть увлечения? — спросила меня, стараясь вовлечь меня в светскую беседу, леди Сука.

Угу, так я и поверила, что ей интересна личинка гуманоида, называемая кадетом Васькиной.

— А вы не знаете? Не сомневаюсь, что у вас целое досье на меня, как и на любого кадета выпускного класса.

— Я этого никогда не скрывала, Мелания, должна же я знать, к кому поступают на службу молодые элефины. Среди вас, навигаторов, бывают довольно неприятные личности.

— Как и среди элефин, — парировала я, — я не виг, неужели не знаете?

— Верно, но вы учитесь в школе вигов, вы говорите на вигском, как виги, выглядите как виг, иногда я забываю, что ты не виг. Кто вы?

Пожала плечами. Кажется это очередная проверка, не думаю, что она не знает.

— Человек.

— И все человеки такие сообразительные и предприимчивые, как вы?

— Сообразительные и предприимчивые? — мы вошли в симпатичную, светлую гостиную, сели в кресла, межу нами стоял столик с чашками и чайником, в вазочке засахаренные фрукты, печенье, — решила уточнить я.

— Вы неплохо скрывались от моего сына на карнавалах, ваш транспорт — он необычный, даже император его оценил, — сообщила она, наливая мне горячий напиток. Очуметь! Грозная глава разведки Элеи сама наливает мне чай⁈

— А…так вы знали?

И тут она меня удивила:

— Нет, только вчера вечером узнала, ваш транспорт — характерный, а вот грим в это раз подкачал, решили не скрываться, потому что Лигу уже нет необходимости узнавать вас?

— Что-то вроде того, — я осторожно отпила из кружки. Бесит. Зачем она упоминает его имя?

— И все же я задала вопрос, а вы не ответили, кадет, я не люблю, чтобы мои вопросы оставляли без ответа.

У меня не плохая память и я пояснила:

— Моя раса называется люди, но когда обращаются в единственном числе, говорят человек. Мы, как и вы — все разные, но люди — раса еще не освоившая путешествия между мирами. Не знаю, откуда, но про вашу расу в моем мире знают, у нас есть множество легенд и сказок о вас и очень точное описание, когда я впервые увидела элефина — достойного Рэвелига, я подумала, что я в сказке, и передо мной — эльф.

— Элф? — переспросила леди Лаонтис. Очуметь, я сижу за столом с самой безжалостной Лаонтис и веду светскую беседу!

— Эльф, — поправила я ее, так в моем мире вас называют, как видите даже название схоже.

— Как ты попала в мир вигов, Мелания?

Я напряглась. В этом очень насыщенном выкусами трав и ягод растворен веритат? От страха к горлу подкатила тошнота.

— Этот вопрос вам нужно задать госпоже нье' Товен, у меня нет прав сообщать вам об этом.

Маэлин неожиданно рассмеялась:

— Ладно-ладно, не дергайтесь, кадет. Я не добавляла веритат в кайту. Мне не принципиально, откуда вы, просто профессиональная привычка уточнять детали, — леди Маэлин выверенным движением поставила чашку с напитком на блюдце, — а теперь, пойдемте, Мелания, я покажу вам владение и ваши комнаты.

Комнаты⁈ Мои? Тут? Сто тысяч раз очуметь!

— Вы тоже не ответили на мой вопрос.

— Хочу, чтобы вы завершили практику. Не обещаю, что будет легко, но на практике вы поймете структуру дипломатической службы, ее функции и место в системе элейской власти. У вас есть шанс применить на практике свои теоретические знания, вы поучаствуете в подготовке аналитических материалов, поучаствуете в переговорах. У вас будет возможность обзавестись интересными контактами. Рассматривайте эту практику, как инвестицию в ваше будущее, кадет, смотрители часто становятся посланниками императора Франгаг во время подготовки переговоров, зачастую и сами участвуют в них.

Очень интересно и очень заманчиво. Она говорила очень убедительно, держа ладони вверх, этот жест свидетельствует об искренности. Очень надеюсь, что она сейчас не играет со мной.

Я даже зажмурилась, когда сказала:

— Я остаюсь.

* * *

Мы вышли из небольшой гостиной в просторный холл. А затем Леди Лаонтис лично (я даже включила запись на комме, иначе никто потом не поверит) показывала мне владение и знакомила со слугами. Очуметь! Слугами!!! Во владении было четыре этажа. Первый — холл, кухня, столовая, пара гостиных, несколько подсобок. Как ни странно, даже их леди Лаонтис показала мне. В каких-то из них хранились запасы средств для уборки, которая в этом владении велась старинными способами — без привлечения ботов-уборщиков.

— Скромные женские прихоти, — прокомментировала она, когда я спросила, почему владение убирают исключительно руками.

Сука!

Осмотрели подсобки со средствами для ухода сада, средства уборки, осмотрели кладовые — холодильники, кладовые — погреба. Я задавалась вопросом, а зачем мне все это надо?

— Ну вы же на практике, Мелания, сейчас вы изучаете элейский аристократический быт. Большинство семей, известных мне, начали бы знакомство с нашим бытом с этого.

Захотелось скривиться. Я свой вопрос вслух не задавала. А это значит, он был написан на моем лице. Нье' Моттекс бы поставил мне тройку за умение владеть эмоциями, с минусом.

А затем по лестнице мы прошли на второй этаж.

— Тут располагаются личные покои семьи и покои гостей, — поясняла леди Маэлин. Я иногда смотрела на нее искоса. Сейчас она была обычной женщиной, гордившейся своим домом. Мы прошли по коридору, вдоль которого попались несколько картин. Очуметь, нарисованных красками и в деревянных рамах! Прошли мимо красиво задрапированных ниш, в углублении которых стояли столики с вазами и цветами. Красиво и уютно.

Мы остановились рядом с дверьми.

— Мелания, коснитесь ручки, — попросила леди Лаонтис.

Я нажала ручку и дверь открылась.

— Теперь в эти комнаты смогут войти только вы и ваша горничная — Нанириэль — я увидела молодую элефину, бесподобной красоты, которая присела в низком поклоне. На девушке было черное платье, белый передник, туфельки на невысоком каблуке, строгая прическа. Мы вошли в крошечную гостиную, в которой у окна стоял столик, два кресла, обитых немыслимо дорогим шемельским шелком. Про этот шелк я узнала недавно, когда господин преподаватель по инвестициям и банковским операциям раздал домашнее задание. Сначала я с тоской думала о всяких там насекомых-шелкопрядах, о способах переработки такой нити, а затем я втянулась и домашка получилась очень познавательной.

Из гостиной вели две двери.

— Спальня, леди Васькина, — горничная открыла дверь, — и я быстро глянула на кровать с балдахином, кушетку перед кроватью и еще я заметила, кую-то дверь. Позже выясню, что это такое. Напротив спальни оказался небольшой кабинет: камин, письменный стол и несколько полок. Кажется, это помещение мне будет без надобности, как и гостиная.

Мы вышли из моих комнат и прошли по второму этажу, леди Лаонтис небрежно кивала на двери:

— Гостевая, гостевая, гостевая… моя, гостевая, комнаты Нэрелига, гостевая, комнаты Рэвелига, гостевая.

Мы поднялись на третий этаж.

— Комнаты служащих.

Затем мы спустились в цокольный этаж.

— Прачечная, — указывала леди Ланотис на помещения, мимо которых мы проходили.

Очуметь, а зачем мне все эти подробности?

— Погреб, — тут мама Лига остановилась и с гордостью сообщила, — тут хранятся вина, которым десять тысяч лет.

— Так они же давно прокисли, — брякнула я, и прикусила язык.

— Вы нечего не понимаете в выдержанных винах, кадет Васькина.

«Вы ничего не понимаете в винном уксусе, кадет Васькина» — мысленно передразнила я леди Лаонтис.

У меня в рамках курса по инвестициям был двухдневный факультатив по алкогольным напиткам. Близни долго матерились, вспоминая алкогольные напитки вариакутов, как оказалось изготовленных из тех же кизяков, только в специальных условиях и многократно перегнанных, пару раз мы пробовали их.

— А это мой кабинет, и Лани, вынуждена вас предупредить, что все, что вы пытались записать в моем доме, на комм, останется тут, ваш комм последние два часа запись вести не может.

Да что бы вас поглотила самая чёрная навигаторская дыра! Кабинет не вызвал восторга. Стол, кресло и пустая стена перед столом, а еще дверь толщиной в метр, которая очень быстро закрылась, как только мы покинули кабинет.

— Я и не рассчитывала, — буркнула я и, скривившись, спросила, — мне и с друзьями будет запрещено общаться?

— Можно, но только после того, как офицер службы безопасности проверит пакеты данных.

— Цензура? — еле сдерживаясь от злости, спросила я.

— Она самая, кадет, — безмятежно ответила леди Лаонтис, — она быстро глянула в комм и, не прощаясь, ушла в сторону бронированной двери, — на ходу кивнув на Нанириэль, — помоги ей, ждем леди Меланию за ужином.

* * *

Я уже собираюсь выходить на ужин в общую столовую, когда в дверь моих комнат постучали, и вошла Нанириэль, увидев меня, она испуганно вскрикнула:

— Нет! Пожалуйста! Не выходите этом! Вам надо переодеться!

Пожала плечами:

— У меня есть только это…

— Вы видели цветы в коридоре, значит у госпожи меланхоличное настроение, для такого настроения рекомендую золотисто-кремовое платье…

— Но у меня нет подходящего!

— Есть! — и горничная распахнула шкаф и достала платье. Оно совершенно мне не шло, да еще и село плохо. Скрипя зубами, отправилась в столовую. Пришла последней, села за стол под укоризненный взгляд находившихся тут элефин — ужин то без меня не начинали. И тут сосед справа меня что-то спросил. Мой чип сломался? А потом я увидела легкую улыбку леди Маэлин и поняла, что эту гадость устроила она.

— За ужином мы разговариваем на элейском, леди Мелания, — четко, выговаривая элейские слова, сообщила леди Лаонтис.

Я кивнула. Кажется, мне придется ужины проводить в молчании. Впрочем, так, наверное, лучше.

Утром ко мне постучали, вспомнив, что войти в комнату кроме меня и Нанириэль никто не сможет, я, как была в пижамных шортах и пижамной маечке, ринулась открывать. За порогом стояла леди Лаонтис, она молча осмотрела меня, а потом прохладно сообщила:

— Очень жаль, что вас не научили манерам. Леди всегда должна оставаться леди, потрудитесь переодеться, кадет, у нас много дел. У вас десять минут.

Твою же мать! Я не успею даже принять душ и нормально расчесаться! Брызнула на лицо холодной водой, кое-как почистила зубы, натянула брюки, первую попавшуюся блузку и рванула к выходу. Но во флаэр меня не пустили:

— Эта блузка с этими брюками не сочетаются, вам нужно переодеться, кадет! И не бегите, леди не бегают.

А-а-а! Как же мне хочется ее придушить! Я неспешно дошла до двери и как только она захлопнулась за мной, понеслась в свою комнату переодеваться. Ну и какую блузку к этим брюкам одеть? Остановилась на белой, строгой. Вдруг мы уже сегодня поедем на переговоры?

Я снова бегом спустилась в холл, но из владения вышла не спеша.

— Приемлемо, — услышала я, — но на будущее, если выбираете такой строгий стиль, нужно придерживаться его во всем, образ портит эта неряшливая, растрепанная коса, и вы забыли про косметику.

Р-р-р! А когда бы я могла про нее вспомнить, если мне дали времени на сборы всего десять минут⁈

Посмотрела на коммуникатор и мысленно застонала — время полседьмого утра! Это что я теперь все три месяца буду так вставать⁈

Флаэр остановился у роскошного особняка, то есть владения. А владение леди Маэлин было более скромным… Мы вошли в здание, и нас окружила стайка девушек в униформе. Глядя на прекрасные лица элефин, подумала, что после практики в этом мире у меня разовьется фобия — я буду бояться смотреться в зеркало. Я по сравнению с эти богинями — шиприкса, то есть мышь серая.

— Полный комплекс для леди Мелании, — распорядилась леди Лаонтис, — а мне как обычно.

Уже другая стайка девушек увлекла меня вглубь имения. Я совершенно очумела, когда вошла… в купальню.

— Леди Мелания, вам нужно раздеться, полный комплекс ухода займет около шести часов. Очуметь! А я даже не позавтракала. В животе заурчало, девушки рассмеялись и сказали, что принесут перекус. А я задумалась, сколько же стоят тут услуги и сколько придется кредитов перевести за этот салон красоты.

А потом меня мыли, оборачивали в глину, делали массаж, наносили скраб, снова мыли, что-то втирали в руки, голову, в ступни, обрабатывали пальцы, на лицо наносили то одну маску, то другую. Потом сделали макияж, я ушла одеваться. Одежды, в которой я приехала, не было, вместо нее висела другая — темно-синие брюки и белая рубашка в синюю, под цвет брюк, клетку. Туфли на высоком каблуке. Ходить и танцевать в подобных я научилась, но носить не любила. Когда я повернулась к зеркалу, то в восхищении замерла. Кожа ровная, белая, блестящие черные волосы были завиты на концах и у лица, макияжа, словно не было, но глаза почему-то стали выразительнее, губы чуть полнее, брови ровнее, немного помады в тон моим собственным губам.

За спиной раздался голос:

— Ну наконец, кадет, вы выглядите достойно.

Не обращая внимания на колкость, уточнила:

— Леди Маэлин, сколько стоит мое преображение?

— Расслабьтесь, кадет, за все платит школа навигаторов, — и, видя мои округлившиеся глаза, она пояснила, — это условие договора между мной и школой.

Очуметь!

В этот день мы посетили департамент дипломатических отношений. Обед леди Лаонтис и мне принесли прямо в ее кабинет.

— Есть за рабочим столом не желательно, кадет, но иногда приходится, — улыбнулась она.

Оказывается, у нее есть слабости! Через минуту я пожалела о своих мыслях.

— Кадет, сядьте прямо, выпрямите спину, леди ни про каких обстоятельствах не должна горбиться.

Секретарь леди Маэлин — леди Лиаренье, положила передо мной планшет и проинструктировала:

— Это на время вашей практики, леди Васькина, за пределы этого кабинета планшет не выносить, данные не копировать, — она выразительно посмотрела на мой комм.

Я кивнула. Не смотря на то, что мне не доверят ничего секретного или того, о чем не знают навигаторы, я была удивлена, что леди Лаонтис вообще допустила меня в свой кабинет.

— Я уже отправила файлы, вам нужно ознакомиться с ними и свои выводы через два часа предоставить главе департамента, — сообщила секретарь.

Я погрузилась в чтение. Так, тут идет речь о расе, которая пару столетий назад начала осваивать соседние системы. С ними уже контактируют урзакийцы — непосредственные соседи, на мой взгляд, неприятные внешне существа — разумные тараканы, я бы охарактеризовала их так. Мир называется Хтэрон, жители тэроны, обращаясь к мужчине, нужно говорить тэр, к женщине — тэра. Хтэроны — не гуманоиды, высокие с кожей землисто-серого цвета, две очень длинные ноги и две нерационально короткие трехпалые руки. На пальцах по четыре фаланги. Шея — обычная, а вот голова овальная, с широким ртом, снабженным мясистыми вполне гуманоидными губами, а вот глаз был один, очень большой, грязно-розовый, с темно-бардовым зрачком, природа не предусмотрела защиты, то есть века для этого глаза. Под глазом находился нос. Это было круглое отверстие, закрытое подвижными крошечными щупальцами, при выдыхании — они раскрывались наружу, а при вдыхании — плотно закрывали носовое отверстие. Гадость! Вид дышал тем же составом воздуха, что и виги, ну почти тем же, они предпочитали все же, когда азота в воздухе было не семьдесят восемь процентов, а восемьдесят. Сразу же подумалось, что предок тэронов — червь, судя по носовым отросткам, а еще черви любят плодородную почву, которая часто насыщена азотом. Основное, чем торгуют с другими расами тэроны — редкоземельные металлы. Генетическая память? Их предок избегал почвы с этими металлами или наоборот селился и активно размножался только в богатых этими металлами грунтах и породах? Сделала пометку, если в докладе об этой расе дальше не будет пояснения, стоит провести дополнительные исследования. Быть может элефинам эти исследования помогут понять, какие есть пути взаимодействия с этим видом. Например, я уже сейчас видела, что способности к поиску редкоземельных металлов можно использовать при преобразовании планет. Элефины за эту услугу берут неприлично много кредитов, но если появляются вот такие субподрядчики, то стоимость уменьшается, иногда в разы. Обязательное условие преобразования планеты под нужды вида — ее полное обследование, в том числе экологическое, геологическое и гидрологическое, исследование флоры и фауны мира. Если вид откажется работать с элефинами в этом направлении, то быть может их, заинтересует поставка редкоземельных металлов в концерны, владеющие патентами на изготовление амниотических капсул, запаивателей ран и множества другого исследовательского и оперативного медицинского оборудования — в них всегда используются эти металлы.

Дальше шло описание способов добычи и обогащения руды, плавки металлов. Фу! Какие отсталые технологии! Да они убивают свою планету! Надо выносить все эти грязные производства (ужасающие объемы выбросов парниковых газов, кошмарные составы сточных вод, которые сбрасываются после примитивной обработки на очистных сооружениях, миллионы тонн отходов от этого производства в виде шлаков, нерастворимых остатков бесполезной породы) если в них есть необходимость на орбиту мира или на удаленные от мира безжизненные планетоиды или астероиды, кстати, у этого мира есть три спутника, почему бы на местных Лунах не разместиться?

Откинулась на спинку кресла, в котором сидела и снова с удивлением осознала, масштабность полученного в школе навигаторов образования! Сделала еще одну пометку для леди Маэлин.

— Держать спину, — услышала короткий приказ. Машинально выпрямилась, и снова углубилась в интересное чтение. Два часа пролетели как один миг. Я отправила свои заметки предложения по Хтэрону леди Маэлин и глотнула уже давно остывшую кайту, которую принесла секретарь главы департамента дипломатический отношений.

— Неплохо, кадет, — сообщила леди Маэлин, — но вы не учли удаление галактики от основных торговых путей, а потому логистика для этого мира будет несколько сложнее, и соответственно более затратное.

Да что б вас! Вы бываете когда-нибудь довольны?

* * *

Пятый день практики.

— Замечательное платье, кадет, для деловых переговоров, напомню, у нас сегодня неформальное мероприятие, и вы об этом знаете. Подойдет коктейльное платье. Идите переодеваться, кадет.

Десятый день практики.

— Если вы не способны пользоваться кразими, лучше сделать вид, что вы не голодны, кадет.

А я виновата, что эти съедобные улитки, обжаренные в масле вместе с панцирем, не держатся в этих самых кразими, то есть в щипцах? А еще ведь надо ковырнуть мягкое содержимое двузубой вилкой. С пятнадцатого раза у меня получилось. Я с энтузиазмом (блюдо было красиво оформлено) сунула в рот этот кусок мяса, и тут же поняла, почему это не едят отдельно от соусов. Полагаю соплю можно съесть под любым соусом, особенно если соус будет жгучим и с насыщенным вкусом.

Двадцать второй день практики.

— Ваш грим не подходит для сегодняшнего нашего мероприятия, алтынейцы могут счесть это оскорблением, я отправила вам программу сегодняшнего посольского приема на коммуникатор, почему вы не потрудились изучить ее?

— У меня нет от вас сообщений.

— Уверены, кадет?

Проверила комм. Сообщение есть, оно поступило в три часа ночи с личного комма леди Лаонтис, то есть чисто теоретически спать она легла всего четыре часа назад. Но леди выглядела, как будто спала двенадцать часов, а потом еще посетила салон красоты.

— Идти умываться? — уныло спросила я ее.

— Уж потрудитесь, кадет.

Сука!

Сорок восьмой день практики.

— Вы оскорбили посла Нетрандии, кадет.

— Чем? Я коснулась носом и губами его колен — как того требуют традиции нетрандийцев!

— Лбом, кадет, вы коснулись его коленом лбо-о-ом, а не губами.

— Ну вы же не касались его клен губами!

— Разве, кадет?

Сука!

Пятьдесят третий день практики.

Тэлия: Прости нас за колкости из-за твоего молчания. Мы уже знаем, что ты на Элее и не можешь нормально отвечать, мы тебя любим и ждем!

Семьдесят первый день практики.

Бронированный флаэр резко тряхнуло, подбросило, перевернуло на бок. Больно удрались рукой и лбом, на лицо начало капать что-то теплое. На автомате задрала штанину брюк и выхватила из ремня, располагающегося под коленом свои любимые санти, вдела средние пальцы в кольца и только тогда осмотрелась.

Леди Лаонтис лежала на боку, с ее виска капала кровь, глаза закрыты, но кажется, жилка на шее бьется. Жива. Телохранители тоже вырубились, а в бронированное стекло флаэра долбили лучи бластера. Еще немного и раскаленное стекло начнет капать на нас.

Пошевелилась. Телохранители, на поясе которых висели бластеры, тазеры и еще пара неизвестных мне предметов, были в отключке. Попинала одного ногой по руке, парень зашевелился, открыл мутные глаза, и снова закатил их. Отстегнулась, отползла от окна, рукой пошевелила другого телохранителя, заметила, как из раны на его боку сочится кровь, парень был бледен и даже не двинулся.

Твою же мать!

— Три-и-ин! — заорала я в коммуникатор, — на сучку — Маэлин напали! — а затем перебирая номера коммов и частоты искинов, жалобно скороговоркой шептала, — нужна помощь! Ди-и-н! Лаонтис ранена, нужна помощь! Лиг! — Твоей матери нужна помощь! Леди Лиаренье, помогите! Гиш, меня убивают! Тэлия, помоги, на леди Лаонтис совершенно покушение! Тэль, меня убивают!

Бронированное стекло поддалось натиску плазмы, но не осыпалось — образовалось нервное овальное отверстие, в которое проникло щупальце, сжимающее крошечный бластер. Подготовились, твари, знали, на что способна броня флаэра леди Лаонтис. Взмахнула санти и привозила щупальце с бластером к дверной панели, с той стороны кто-то заверещал. Выхватила из щупальца бластер, высунула его в проделанное отверстие и выстрелила наугад. Меня резко дернуло вниз, и я уткнулась в грудь телохранителя леди Лаонтис, в того, который был еще несколько минут назад оглушен. Он подбросил над нами какую-то горошину и за долю секунды нас, находящихся в поверженном флаэре, окутала защитная сфера. Сколько бы потом ни били в нее бластеры нападавших, их заряды она не пропустила. Очень надеюсь, что нападающие не подумали, эвакуировать нас вместе с подбитым флаэром.

Восемьдесят второй день практики.

Как же приятно снова попасть в заботливые руки девочек роскошного уходового салона леди Риэнникло. Я отдалась умелым рукам профессионалов и через шесть часов в зеркало смотрела роскошная леди. Плечи расправлены, глаза смотрят прямо, серое, в тон моих глаз коктейльное платье село как влитое. Строгая прическа, невысокий каблук.

В бессмертного и прекрасного императора Элеи находились император, его нынешняя фаворитка (император не желал пока обременять себя узами брака), леди Лаонтис, ее муж и… Ревэелиг. Сердце забилось чаще при виде его.

— За спасение леди Лаонтис, кадет Васькина награждается Первым орденом Праматери, — мягким баритоном сообщил император. Лиг подошел ко мне и протянул большую бархатную красную коробочку. Таким же орденом наградили обоих телохранителей леди Лаонтис.

— Весь род Лоантисов в долгу перед вами, леди Васькина, — мою руку поцеловал Лиг. Теплые губы прикоснулись к коже, и сердце забилось чаще. Посмотрела в любимые голубые глаза и снова не заметила никакого узнавания, — благодаря вам, семнадцать тысяч триста одиннадцатое покушение на маму не стало удачным.

Сколько-сколько? Семнадцать тысяч сколько-то там⁈ Очуметь!