Глава 3

Резкий, дико раздражающий звук будильника раздался внезапно. Я специально выставила максимально неприятный сигнал, похожий на визг пожарного извещателя, который раздавался во время пожарных тренировок в детском доме на Земле. Такие тренировки проводились каждые три месяца, несмотря на дождь, снег, жару или холод. Только этот звук всё ещё мог разбудить меня утром, на всё остальное я перестала реагировать ещё полгода назад.

— Как же я ненавижу этот звон! — Я выдернула подушку из-под головы, положила её на лицо и заорала: — Как же я устала! Устала-а-а!

Мне казалось, что я легла спать всего пять минут назад. В подмышку ткнулся холодный нос Северины. Она всегда приходила, когда я рыдала от усталости после изнурительных физических занятий, мозговыворачивающих тестов по непривычным математике и физике; меня злили сочинения по чуждой для меня литературе и истории. А ведь всё это мне предстояло сдавать на экзаменах, чтобы поступить в школу навигаторов. Возможно.

Холодность носа Северюшки отрезвила и заставила меня вскочить с постели. Меня ждало много дел сегодня, как и в любой день за последние восемь месяцев! Через два месяца начинались вступительные испытания в школе навигаторов.

Я буду смотрителем на маяке! Я буду управлять космической станцией!

Я буду смотрителем на маяке! Я буду управлять космической станцией!

А это значило, что пора подниматься, надевать наушники и, слушая лекцию по физике, математике или литературе, отправляться на разминку и пробежку в десять кругов вокруг озера.

Господин Лунморт, как и обещал, решил мою проблему с медленным чтением — в течение месяца после его прибытия я каждый день индивидуально занималась с преподавателями, приезжавшими в дом ребёнка. Когда я научилась бегло читать и писать на общекосмике и вигском, индивидуальные занятия закончились.

Иногда я злилась на ректоров. Господин нье' Тарку прислал на мой коммуникатор информацию о школе — красивый голоролик, в котором мальчишки и девчонки с пятнадцати до двадцати лет занимались различными школьными делами. Они выполняли задания в теплицах, играли в мяч (суть игры я уловила сразу — нужно открыть малюсенькую червоточину, поймать в неё мяч и отправить в другую, ближе к воротам или к нападающему; но в ворота мяч разрешается забивать только руками или ногами), плавали (очуметь, они делали это связанными!), добывали огонь, растирая палочку о сухой мох. И всё это происходило под бодрящую музыку, с озвучкой приятным мужским голосом за кадром. Голос описывал преимущества учёбы в этой прекрасной школе, мол, так хорошо и интересно там учиться. И поступить в школу может любой, обладающий поиском или силой. Кадетов ждёт полное обеспечение, а вместо диплома после выпуска им вручают новенькую космическую станцию.

Экзамены, как выяснилось, проходят в два этапа. Первый разбит на три дня — математика, физика, сочинение. Те, кто проходит во второй этап, сдают физическую подготовку. О ней говорилось только одно — это полоса препятствий. Набор проходит сразу в обе школы, и распределение по ним осуществляет экзаменационный искин.

Вот, собственно, и вся официальная информация о школе навигаторов, которую я получила.

Обычные школьные задания давно перестали быть проблемой. К ним я готовилась в основном на переменах. Почти всё свободное время занимала подготовка к экзаменам. Роясь на бесчисленных форумах, посвящённых поступлению в школу, я поняла, что основные баллы дают задания повышенной сложности — искин оценивает не только правильность решения (сюрприз — не все задачи его имеют), но и скорость выполнения задания, и оригинальность подхода. У одной задачи могло быть и несколько решений.

Удручали темы сочинений. Они повторялись из года в год, иногда слегка видоизменяясь. Я читала, гримасничая:

— Какое влияние оказал миф о Точке начала на сказки и предания древних вигов?

Ну, я знаю, что виги называют так своё божество, но где взять сказки о нём? И даже если я найду их, где гарантия, что мои выводы в сочинении удовлетворят искусственный интеллект, выставляющий оценки за экзамен?

— Проанализируйте систему существующих протоколов, сделав уклон на любую сферу жизни навигаторов, предложите свой протокол, — прочла я следующую тему.

Очуметь! Я знаю всего три протокола (так виги называют свои законы, различные приказы и директивы императора Франгаг), касающихся сирот и таких, как я. Что я, не виг, могу предложить расе, существующей много тысяч лет? Их законодательство формировалось тысячелетиями!

— Навигаторский романтизм.

Так коротко называлась ещё одна распространённая тема для сочинения. Мы недавно проходили это на занятиях. В нас прямо вдолбили, что в этот период романтический герой — бунтарь, вступающий в конфликт со Вселенной. Возможно, кругленькая старушка-преподаватель письма и литературы знала, что эта тема часто встречается на вступительных экзаменах в школу навигаторов, и старалась нас по ней натаскать. В нашем доме ребёнка тех, кто собрался поступать в школу, оказалось шестеро.

Тема романтизма, владевшая умами писателей, художников, театральных режиссёров (да, у вигов — как и у половины Вселенной — есть театры; они отличаются от земных, но смысл остаётся тем же), пришла от орси. Это любопытная раса синекожих людей, то есть гуманоидов. Так вот, мир этих гуманоидоподобных существ имеет интересную особенность — у них вся экономика и общество строятся на обладании товарными камнями. Товарные камни этой расы — это аквамарины и топазы. Синенькие, в общем. Чем больше товарных камней в конкретной семье, тем выше она поднимается по социальной лестнице. Орси также разрабатывают месторождения и других драгоценных камней, тем и живут.

Я погладила Северину — она, не просыпаясь, вытянулась на кровати и подставила брюшко для ласки. Кто бы мог подумать, что заморыш-котёнок станет такой пушистой красавицей. Одно прошло мимо меня в той, земной жизни — потребность этого вида (тьфу, я теперь и думать стала, как виг) в размножении. В определённом возрасте моей кошке потребовался кот. Раньше у меня никогда не было домашних животных, и я даже подумать не могла, что в кошках так силён этот инстинкт! В те три дня я думала, что сойду с ума. Обычно спокойная Северинка орала не прекращая, она постоянно тёрлась об меня, о ножки стула, ходила на полусогнутых лапах и выставляла попу со вздёрнутым хвостом вверх.

В испуге я не придумала ничего лучше, кроме как обратиться за помощью к Лигу.

Он, спросив обо всех симптомах «заболевания» — так я думала в начале, — исчез на несколько часов, а потом прислал сообщение.

Лиг: Проконсультировался с ксеноветеринарами, почти все они сошлись во мнении, что твой питомец достиг полового созревания и сейчас активно сообщает об этом.

Этот парень меня поражал: и как он смог так легко и дипломатично сообщить, что моей кошке хочется завести потомство? Краснея от смущения — хотя никто, кроме Северины, этого не видел, — я засыпала Лига вопросами.

Лани: Лиг, как часто это будет происходить? Что с этим делать? Как облегчить её состояние? Она умрёт, если не…

Закончить я не смога, было жутко неловко. А ведь на флешке, которую отдала мне тётя Оля, хранилась энциклопедия о животных. Вот только я до сих пор не знала, как перекинуть информацию на коммуникатор. Для этого требовались специфические знания, которыми я не владела, а экспериментировать было негде, да и единственную флешку могла бы испортить — жалко.

Лиг: Периодичность репродуктивного цикла этого животного никому не известна. Извини, Лани, твой питомец из неизученного мира. Но большая часть ветеринаров считает, что твоего питомца нужно стерилизовать — это предпочтительный вариант, ведь в наших мирах такого вида нет, она не сможет подобрать себе пару.

Второй вариант — подробно изучить организм твоего питомца и подобрать специализированные препараты. Ветеринары полагают, что твой питомец относится к полицикличным животным с индуцированной овуляцией. С увеличением светового дня, повышением температуры окружающей среды гормональная система активируется, что приводит к появлению течки и готовности размножаться. У домашних питомцев половой цикл может проявляться в течение всего года и быть продолжительным. Это связано с отсутствием определённого светового режима из-за использования искусственного освещения.

Лани: НИКАКОЙ СТЕРИЛИЗАЦИИ!!!

Ой, а чего это я на него накричала⁈ Он ведь очень помог!

Лани: Извини, Лиг, я сильно испугалась за Северину. Я попробую воспользоваться вариантом номер два.

В тот день я искала ветеринарные центры, списывалась с ними, и только один из них оказался на Франгаг, где находилась и я. Только этот центр мог обеспечить необходимое обследование Северины. Когда увидела ценник, я очумела.

Это же почти половина того, что у меня есть!

Глянула на кошку — теперь она каталась по полу и призывно мяукала. И тогда я решилась. Дополнительно пришлось заплатить за отправку в ветеринарный центр и доставку Северины обратно. Когда я передавала пульт управления переноской, Северинка рычала, царапала и кусала дверцу — я и не знала, что она так умеет. Я рыдала, глядя, как её увозит флаэр, принадлежавший ветеринарной клинике.

Северину вернули мне через три недели, и все эти три недели я не находила себе места. Мне казалось, я совершила предательство. Когда кошка вернулась ко мне, первое, что она сделала, — больно вцепилась зубами мне в ладонь, выместив злость. Я со слезами обняла её и бегом отправилась в свою комнату.

— Никогда больше тебя не отдам!

Ветеринарная клиника прислала полный отчёт о состоянии организма Северины. Почти за каждым словом приходилось лезть в медицинский словарь. В этом случае я упёрлась, не стала спрашивать Лига о том, что всё это значит, и выкраивала себе по пятнадцать минут между уроками в школе. Я сама изучала всё, что было написано в ветеринарном заключении.

Я же обещала, что научусь разбираться, почему бы не начать сейчас?

— Рассмотрите перспективы взаимодействия навигаторов с любой из рас, — прочла я название ещё одной темы сочинения.

Хихикнула.

А что, если взять элефинов? Дружественная раса, медики на маяках — по договорённости с Элеей. Пожалуй, спрошу совета у Лига. Во всекосмической сети без проблем найдутся похожие сочинения, только немного переработаю их.

Лани: Привет, Лиг, хочу посоветоваться. Всё так же готовлюсь к поступлению в лётную школу, один из экзаменов — сочинение. Ума не приложу, зачем пилоту космического корабля мотивационное эссе. Но одна из тем — анализ перспективы взаимодействия навигаторов с любой из рас. Как думаешь, стоит описать перспективы взаимодействия вигов и элефинов?

Мы часто переписывались. Я старалась рассмешить его, помня о его горе, он в ответ рассказывал забавные случаи из жизни маяка, на котором служит.

Ответ пришёл нескоро. Я уже привыкла, что Лиг может быть занят — спасает жизни, спускается на планеты. Привыкла и к тому, что он всегда ответит. В любом случае — надо только набраться терпения.

Комм вжикнул, когда я уже допивала свой компот из гартеи и люнкса. Первая — плотный мясистый фрукт оранжеватого цвета, с небольшими, легко удаляемыми семечками; она приятно пахнет, я не могла бы и близко представить похожий земной фрукт. А вот второй — фрукт, растущий гроздьями, очень сладкий и сочный — вылитый и по вкусу, и по виду земной виноград.

Лиг: Здравствуй, Мелания. Всей командой принимали роды у парисинийки. Малыши родились здоровые, молодая мама чувствует себя хорошо, мы немного вымотались. Мне кажется, сочинение на тему отношений вигов и элефинов будет писать большинство поступающих в лётную школу. Быть может, стоит выбрать что-то более оригинальное?

Я приуныла.

А ведь он прав. Элефины — раса, которая сразу приходит на ум. И многие с удовольствием возьмутся за эту тему.

Расстроенная, я пошла смотреть, что это за раса — парасинийцы.

— Очуметь! — вырвалось у меня. От увиденного я чуть не подавилась булочкой, которую ела на полдник. Готовили тут, в доме ребёнка, разнообразно и очень, очень вкусно.

Парасинийцы оказались чем-то средним между кальмаром и осьминогом. Взрослый парасиниец — размером с мою комнату, женские особи немного поменьше. Вид развит. Более развит, чем земляне, ведь парасинийцы уже путешествуют на космических кораблях между галактиками. А вот среда их обитания — водная, соответственно, и роды проходят в воде. Кстати, в отличие от земных, этот то ли кальмар, то ли осьминог — живородящий и млекопитающий. Взрослые приносят до четырёх десятков детёнышей.

«Из-за сложного строения половой системы матери во время родов выживает всего три-пять малышей», — прочитала я в справочнике рас, и на глазах навернулись слёзы. Очень жаль было маму и детишек.

А каково там сейчас Лигу? Уверена, он бился за каждого новорождённого. Не могу не поддержать этого доброго парня.

Лани: Лиг, ты там как? Я прочла про парасинийцев. Уверена, ты сделал всё, что мог!

Лиг: Ты о чём Лани? Все двадцать девять малышей чувствуют себя отлично!

Лани: Да ты умница, Лиг!

И только потом я поняла смысл того, что отправила.

Это же выглядит как заигрывание!

Закрыла глаза и застонала. Ко мне подошла воспитатель и заботливо спросила:

— Лани, у тебя что-то болит?

Я помотала головой.

— Нет, госпожа нье' Авенир, я только что вспомнила, что забыла сделать дополнительное задание по биологии.

Воспитатель посмотрела на коммуникатор и улыбнулась:

— У тебя ещё есть время, ты всё успеешь!

Мне стало стыдно за своё враньё.

Вечером, когда я шарилась по Всекосмической сети в поисках оригинальной расы, чтобы описать перспективы её взаимоотношений с вигами, пришло сообщение. Почему-то вспотели руки и участилось дыхание.

Лиг: Знаешь, я тут подумал… А давай удивим твоих экзаменаторов? Подкину парочку идей для сочинения по развитию отношений между вигами и элефинами. Дай мне дня три.

И ни слова про моё предыдущее послание.

* * *

День экзаменов в школе навигаторов стремительно приближался. И только за пару дней до него я сообразила спросить, что будет, если я не пройду.

— Если ты не поступишь в школу навигаторов, то вернёшься обратно. Ты сможешь попытаться на следующий год или ещё через год. Но к восемнадцати годам ты должна определиться с профессией и пойти учиться или искать работу. Тут, в нашем доме ребёнка, воспитанники живут до восемнадцати, — ответила на мой вопрос госпожа нье' Кудюже. — Лани, если ты не поступишь в школу навигаторов, не стоит зацикливаться на этом, лучше сразу пробовать что-то ещё.

Я кивнула. У меня был план «Б» — пойти учиться в лётную школу и всё равно попасть на маяк, но уже в качестве пилота.

Я вдоль и поперёк изучила устав школы навигаторов и нигде не нашла запрета брать своего питомца, поэтому в день экзаменов, закинув вещи, планшет и кошачий корм в рюкзак, с трудом заманила шипящую и царапающуюся Северину в переноску. Удивительно, но она приноровилась справлять нужду в санитарный прибор, который, кстати, самодезинфицировался после использования — ну до чего техника может дойти! Вместе с питомицей я села во флаэр, принадлежавший дому ребёнка, и мы отправились на экзамены.

Моё появление во флаэре вызвало смешки. Ребята знали, что я не виг, и совсем не ожидали того, что я решусь поступать в школу навигаторов.

— На что ты надеешься? — спросил меня невысокий светловолосый паренёк, Васель нье' Даркис. — Ты же не виг…

— На удачу, — задрала я нос. Прямого запрета рассказывать, как я получила способности, не было, но не думаю, что ректоры школ обрадовались бы, если бы я трубила о своих возможностях направо и налево. Васель нейтрально относился ко мне до момента, пока не узнал, что и я поступаю в школу навигаторов.

— Да тебя не пустят даже в зал, где проходят экзамены! — не унимался он.

— Давай поспорим на тысячу кредитов? — наклонила голову я и протянула руку.

— Я разобью и буду свидетелем, — неожиданно поддержала меня Уарити.

Я взглянула на неё с благодарностью: она с ненавистью смотрела на Васеля.

Ой, кажется, между этими двумя вражда.

— Да не буду я спорить, это существо даже не виг, я точно знаю, что её не допустят до экзаменов.

— Ссышь, Васель? — ухмыляясь, негромко спросила Уарити.

— Обойдёшься, тупая нупса.

Забавно, но некоторые животные Франгаг чем-то напоминают животных Земли. Вот те же самые нупсы — вылитые курицы, только перья у них светло-голубые, а ног три. И ещё фиолетовый гребень.

Но встречаются и совсем невообразимые животные. Как-то мы ездили на экскурсию в императорский заповедник. Даже не могу описать словами впечатления, которые оставила поездка. Там росли немыслимые гигантские цветы, крошечные деревья — не кусты, не трава, а именно деревья, потому что у них были, хоть и крошечные, но твёрдые стволы, которые разветвлялись в кроны; так пояснял экскурсовод. Трава достигала высоты небоскрёба, но вот это меня не так удивило, ведь на Земле есть бамбук, а он тоже трава. Немыслимого вида животные встретились нам в заповеднике — представьте себе тигра с хоботком вместо носа, порхающего на кожистых крыльях с цветка на цветок и питающегося нектаром. Или большого — крупнее земного — льва, тоже с крыльями и хвостом, увенчанным жалом. Это бунти. Венцом коллекции необычных животных оказалась стая эппи.

— Очуметь тысячу раз! — прошептала я, рассматривая животных, сильно похожих на земных лошадок. Вот только шея и морда у них более вытянутые, шикарная грива растёт от ушей до потрясающего хвоста, а на спине крылья! Полупрозрачные крылья, как у бабочек! Глаз у эппи три, и они лиловые. Когда табун этих грациозных животных приземлился недалеко от нас, мы надолго замерли в восхищении.

Васель нехотя протянул мне ладонь — мы пожали руки, и Уарити разбила наше пожатие.

— Не переведёшь ей кредиты — ославлю, — пригрозила она. Васель показал ей средний палец руки.

Ой, а что, у вигов это обозначает то же, что и у нас, землян?

Мы пролетали мимо жилых и деловых кварталов, мимо парков и магазинов, мелькнул величественный императорский дворец (на секунду подумалось, что я хотела бы потанцевать там на балу в красивом платье). Наконец мы остановились около большого здания из красного камня, чем-то походившего на наш дом. Высокие окна, крыша покрыта черепицей. Перед зданием находилась спортивная площадка.

Отлично, можно будет побегать и снять стресс после первых экзаменационных дней.

Вступительные экзамены всегда проходили на Франгаг, а вот учились кадеты на космической станции.

В холле были расставлены столы, за которыми сидели сотрудники школы.

Точно! Я читала про это.

Процедура идентификации абитуриента — сверка по анализу крови с базой данных. Было немного страшно, что там, в этой базе данных, меня нет — вдруг ректоры ошиблись и я не обладаю способностями вигов? Волнуясь, я подошла к сидевшей за столом женщине и представилась:

— Мелания Васькина.

Вокруг раздались шепотки. Я едва не прикусила палец. Все поняли, что я не виг, об этом говорила моя фамилия — в ней отсутствовала привычная всем вигам приставка «нье».

— Руку, — потребовала женщина. Её, казалось, вообще не смутила моя фамилия.

Я вложила палец в анализатор и поморщилась, почувствовав укол. Женщина, заглянув в планшет и, видимо, сверив данные, улыбнулась:

— Добро пожаловать в школу навигаторов, госпожа Васькина. Вам нужно проследовать в экзаменационный зал. — Она показала рукой на высокие деревянные резные двери.

Вжикнул комм, и я увидела, что на мой счёт поступили кредиты. Поискала глазами Уарити, но наткнулась на удивлённую физиономию Васеля. Он, наверное, до сих не верил, что меня допустили к экзаменам.

Я нажала сочетание клавиш управления переноской Северины и бодро, не обращая внимания на удивлённые взгляды и возгласы, отправилась в экзаменационный зал. Он оказался просторным, светлым, в нём рядами стояли столы с мониторами. Села ближе к выходу.

Если Северинка начнёт орать от усталости — смогу быстро, почти незаметно сбежать отсюда.

Зал быстро заполнялся, и я рассматривала прибывающих мальчишек и девчонок. Некоторые из них казались старше, чем я. Но, как я поняла, поступать можно было бесконечное число раз. Пытаться снова и снова, пока не поступишь. Но в целом это стараются делать до восемнадцати-двадцати лет, чтобы учиться со сверстниками.

Вот появились ректор номер один и ректор номер два — так я мысленно называла господина нье' Тарку и госпожу нье' Товен.

Ух ты, какие они сегодня красивые!

«Парадный мундир» — так определила я их одежду. На груди у обоих — разные звёзды, вытянутые по вертикали ромбы и какие-то пуговки с разным количеством дырочек.

Это так выглядят в этом мире ордена?

— Та самая Льета, которая без оружия отстояла учебный маяк! —шептали мальчишки, восхищённо глядя на ректора номер два.

— В жизни он ещё красивее, чем на головидео, и ведь до сих пор любит свою жену! — раздавались возгласы девчонок при взгляде на ректора номер один.

Я вздохнула.

Как много я ещё не знаю о мире вигов, о мире маяков!

Господин нье' Тарку подождал, пока все успокоятся, и поприветствовал нас.

— Уважаемые абитуриенты, ваше прибытие сюда — это уже огромный шаг в вашей жизни, новые большие возможности, — говорил он, — и я уверен, что каждый из вас использует шанс поступить в школу навигаторов на все сто процентов. Успехов вам!

Его поддержала госпожа нье' Товен:

— В следующие несколько дней напрягите все свои силы, полностью соберитесь, пройдите сквозь трудности. Я знаю, вы добьётесь своей цели. Школа навигаторов ждёт вас!

Мы не сдержались и захлопали в ладоши. Ректор нье' Тарку подождал, когда аплодисменты смолкнут, и представил нам двух мужчин и одну женщину:

— Господин нье' Ходсек, господин нье' Руави и госпожа нье' Ери будут следить за дисциплиной на экзамене. А теперь я традиционно прошу выключить все планшеты и коммуникаторы. Для тех, кто это не сделает добровольно, через несколько минут в зале включат глушилки.

Ректоры покинули зал. А невысокий полный виг, кажется, господин нье' Ходсек, сообщил:

— Когда зажжётся экран, вам необходимо ввести свои имя, фамилию и нажать кнопку «Начать экзамен». На экзамен отводится четыре часа. Через четыре часа все мониторы погаснут.

Руки вспотели, и я уставилась на пока ещё тёмный экран монитора, стоявшего передо мной. Отчего-то вспомнилось, что я не сказала Лигу, что сегодня у меня первый вступительный экзамен.

Зажёгся экран, я ввела имя и фамилию, а вот нажать кнопку, обозначавшую начало экзамена, боялась. Вдохнула, выдохнула — и нажала страшную кнопку.

Первые задачи не то чтобы были сложными — тот, кто освоил школьный курс математики, мог решить их, не напрягаясь, если только от волнения совсем мозги не откажут. На эти задачи я потратила около полутора часов. И вот я прочла первую задачу повышенной сложности. И поняла, что попалась. Попалась на том, что заучивала решения многих сложных задач, не думая. А теперь, когда мне выпала совсем ни на что не похожая задача, я сразу зависла. Глядя сквозь монитор, перебирала в уме всё, что знала — формулы, законы, принципы. Ничего не подходило.

Надо просмотреть следующие задачи, может, хоть одна будет похожа на то, что я уже решала…

Я таки нашла задачу, отдалённо напоминавшую те, что я заучила. Попробовала решить, но с наскоку не получилось. Минут сорок я возилась с решением, пока не получила вполне себе удобоваримый ответ. И всё же за правильность решения я не ручалась.

Вернулась к первой задаче. Вспомнился некий парень с псевдонимом Гений (скромняга), он советовал: «Если не можешь увидеть решение, попробуй смоделировать его — нарисовать. А потом меняй модель под условия задачи». Он привёл наипростейший пример. Два путешественника подошли к реке. У берега стояла лодка. Лодка вмещала только одного человека. И тем не менее путешественники смогли переправиться в этой лодке через реку и продолжить путь. Как это могло произойти? Гений выложил один рисунок, на котором оба путешественника стояли на одном берегу рядом с лодкой, и второй — где оба путешественника стояли на разных берегах. Таким образом, один путешественник, переправившись на лодке к другому берегу, пригнал эту лодку другому путешественнику. И ведь в задаче не было сказано, где находились путешественники относительно лодки. Такое решение не противоречило условию.

Этот Гений приводил ещё несколько примеров, уже более сложных, но их я глянула мельком, подумав, что парнишка красуется…

Я принялась рисовать на экране кривые и прямые — именно о них говорилось в задаче. Что было хорошо, на этом экране кривые и прямые не приходилось перерисовывать, а можно было вращать пальцами под разными углами. Проговаривая про себя условие задачи, я замерла.

А решение-то — вот оно!

Внезапно вспомнилось, что такой тип задач Гений называл нестандартным.

Я осмотрелась: ребята, как и я, сидели перед мониторами, преданно глядя в них. Кто-то шевелил губами, кто-то лохматил волосы в задумчивости, один мальчик кусал кончик воротника рубашки.

Мимо неспешно прошла госпожа нье' Ери. В гравипереноске завозилась Северина. Я нигде не могла ее оставить — пока не сдадим первый экзамен, в комнаты временного общежития нас не заселили бы.

Потерпи, моя хорошая, после того как заселимся в общежитие, погуляем.

Следующую задачу решить тем же методом не вышло бы просто потому, что это была задача другого типа — задача с неопределённым условием.

Ыыы! Как же я не люблю такие задачки!

У таких задач ответ не определён. Чаще всего ответом бывает некое числовое множество.

Ну что ж, нужно всего-навсего выявить это множество…

Выявление затянулось. Я вздрогнула от раздавшегося голоса господина нье' Ходсека:

— До окончания экзамена осталось тридцать минут.

Я тоскливо посмотрела на все три задачи повышенной сложности, в правильности решения которых была не уверена, нажала кнопку «Завершить экзамен» и, подхватив свои вещи, двинулась за гравипереноской.

Общежитие располагалось на втором этаже, и там оказалось довольно тесно. Заглянув в одну из комнат, предназначенных для девочек, и убедившись, что обе двухэтажные кровати заняты, я двинулась дальше по коридору. Иногда заглядывала в двери. Ближе к концу коридора обнаружились и свободные места.

— Привет, — поздоровалась я, — примите новенькую?

Девушки, лежавшие на кроватях, посмотрели на меня и ничего не ответили. Пожав плечами, я закинула сумку на пустую верхнюю кровать и выпустила Северину из гравипереноски. Она, недовольно мяукнув, потянулась, выпустила когти в одеяло. Две соседки, ранее занявшие нижние койки, недовольно поморщились.

— Разве устав школы разрешает брать с собой питомца? — спросила одна из них. — Да ещё такого странного.

Я быстро нацепила поводок, подхватила Северину на руки и шагнула к двери.

— Я не нашла информации о запрете, — как можно дружелюбнее сообщила я и покинула комнату.

До прогулки по парку предстояло выяснить, когда будет ужин. Обед мы пропустили из-за экзамена.

* * *

Нервничая, что оставляю Северину в незнакомом месте, в спальне общежития, я побежала на завтрак, после которого нас ждал экзамен по физике. Двери я плотно закрыла и не беспокоилась, что моя кошка сбежит — ещё в доме ребёнка она поняла, что не стоит выходить без хозяйки.

Четыре часа экзамена пролетели как четыре минуты.

Кажется, я решила всё — и вроде бы даже правильно.

Нажала кнопку «Завершить экзамен» и помчалась в общежитие. Чем ближе я к нему подходила, тем беспокойнее мне становилось. А когда я поднялась на второй этаж, поняла, что половина подростков, приехавших поступать, стоят у двери моей комнаты. Оттуда раздавались крики:

— Лови! Лови его!

— Ай, оно меня поцарапало!

— Бей его! Палкой!

Я растолкала ребят и застала кошмарную картину: трое парней гоняли Северину по комнате, она шипела и царапалась, когда кто-то из ребят пытался стукнуть её палкой.

Увидев меня, Северина прыгнула со шторы, на которой висела чуть ли не под потолком, мне на руки. Она дрожала. Мгновенно воцарилась тишина.

— Берегись! — закричал кто-то над ухом. — Оно ядовитое!

Кто-то снова попытался стукнуть моё самое родное существо палкой.

И тут я заорала:

— Сами вы ядовитые! ЭТО. МОЙ. ПИТОМЕЦ! А вы чуть не убили её!

— Но Гирига сказала, что в комнату пробралось дикое животное. Оно укусило её, и рука распухла.

— Что за Гирига? — Я, сузив глаза, всматривалась в окруживших меня ребят.

— Я Гирига нье' Паруш, — задрала нос та самая девочка, которая спрашивала вчера, позволяет ли устав школы брать с собой на экзамен питомца.

Я знала, что Северина не пойдёт к незнакомым. Если она цапнула эту девчонку, значит, та сама её спровоцировала.

Ярость охватила меня, и я, подхватив под мышку Северинку, со всей силы залепила этой козе пощёчину. Достала из сумки поводок, снова растолкала толпу и бросилась вон из общежития. Возвращаться не хотелось, но ведь я несла ответственность не только за себя, но и за свою кошку, а это значило, что надо вернуться в общежитие, накормить и напоить её, а потом придумать, как сходить на ужин. Оставить питомицу в комнате я не могла.

На входе в общежитие нас ждал господин нье' Ходсек.

— Следуйте за мной, абитуриент Васькина.

И этот тоже сделал ударение на последнюю букву, казалось, скоро я сама начну так представляться.

Ну что за дурацкие мысли? Надо думать о том, что сейчас меня выгонят с экзаменов за то, что притащила с собой кошку и ударила эту Гиригу.

Мы дошли до крыла здания, где располагались административные помещения. Поднялись на второй этаж, и господин нье' Ходсек, постучавшись, провёл меня в небольшой кабинет. Он напомнил мне кабинет госпожи нье' Кудюже. Стол, экраны, кресла. В креслах сидели оба ректора и Гирига, злобно смотревшая на меня. На щеке у неё налился здоровый синяк. Был тут и властный виг с зелёными глазами и тёмными волосами, заплетёнными в косу.

— Рассказывайте, — негромко приказал господин нье' Тарку. — Сначала говорит абитуриент нье' Паруш, потом абитуриент Васькина.

Господин Лунморт показал мне на кресло, и я села на краешек, взяв Северину на руки. Она свернулась клубком на моих коленях. Я машинально поглаживала мягкую пушистую шёрстку, стараясь успокоиться.

Меня сейчас выгонят. Меня сейчас выгонят. Меня сейчас выгонят.

— Абитуриент Васькина принесла в комнату общежития это животное. На замечание не отреагировала. Всю ночь это животное издавало странные звуки. Я и мои соседки не спали, а ведь на утро у нас был экзамен по физике. Из-за недосыпа я не смогла сконцентрироваться и не решила две задачи. Придя в комнату в общежитии, я увидела, что животное грызёт мой планшет. Я попыталась отобрать его, и животное напало на меня. — Тут она показала четыре глубокие царапины на тыльной стороне ладони и продолжила: — Это животное дикое и опасное. Я попросила ребят помочь выдворить эту скотину из спальни. А затем абитуриент Васькина ни с того ни с сего ударила меня.

Сама ты скотина!

Господин нье' Тарку перевел взгляд на меня:

— Абитуриент Васькина?

Это так меня приглашают рассказать мою правду?

— После экзамена я зашла в комнату, в которой оставалось место, сходила в парк со своей кошкой… — Меня внезапно прервал удивлённый возглас темноволосого мужчины:

— Кощка⁈ Этот зверь — кощка?

Я удивлённо кивнула, глядя на восторженную улыбку мужчины.

Господин Лунморт укоризненно покачал головой, посмотрев на него.

— Продолжайте, кадет Васькина.

— Когда я вернулась с ужина, девочки готовились к экзамену, и я заняла своё место, Северина расположилась рядом. Я тоже повторила формулы и уснула. Северина всю ночь спала рядом со мной. Утром я ушла последней, закрыв дверь. А когда пришла с экзамена, Северину гоняли по комнате, пытались поймать и ударить палкой. Северина не любит посторонних. И ещё она не грызёт планшеты и коммуникаторы, она ни разу не пробовала что-то сгрызть, даже когда была котёнком.

— А что скажет искин школы навигаторов? Дживс, прошу…

— Господин ректор, могу я воспроизвести запись разговоров из комнаты, где животное напало на абитуриента?

— Да, пожалуйста.

Я вздрогнула от звука собственного голоса, раздавшегося в комнате: «Не скучай, Северюш, я быстро!»

Хлопнула дверь.

— С вашего позволения, я промотаю запись дальше. Всё то время, что абитуриенты были на экзамене, в комнате ничего не происходило. Если не считать, что зверь спрыгнул с кровати абитуриента Васькиной, потянулся, сделал круг по комнате и вернулся на кровать, — сообщил Дживс. Голос у него был приятный, учтивый.

Снова мы услышали, как стукнула дверь. Раздались шаги. Послышался голос Гириги: «Чё смотришь на меня, страшилка?»

Потом что-то пошевелилось, раздалось шипение Северины. При этом Северина, которая сейчас лежала на моих коленях, подняла мордочку и прислушалась. Мы услышали вскрик: «Ай!»

Пыхтение, снова шипение. А потом злое: «Я буду не Гирига нье» Паруш, если не вышвырну тебя отсюда!'

Хлопнула дверь, потом снова — и раздалось множество голосов.

«Вот этот зверь! Он опасен! Помогите избавиться на него».

Судя по голосам, выкрикам и последовавшему шипению-пыхтению, парни гоняли Северинку по комнате.

— Спасибо, Дживс, — поблагодарила искина госпожа нье' Товен.

Темноволосый мужчина нахмурился, перевёл взгляд с Северины на Гиригу и надменно спросил:

— Ну и зачем вы всё это организовали, госпожа нье' Паруш? Зачем вы нарочно спровоцировали зверя абитуриента Васькиной?

Гирига побледнела. Думаю, она сразу отметила, что к ней перестали обращаться как к абитуриенту. Она сжалась, закрыла лицо руками и заплакала. Сквозь всхлипывания мы разобрали:

— Я неудачно сдала экзамены… думала… думала… В общем, я просчитала успешность плана — выходило шестьдесят процентов…

Это она о чём?

— Вы посчитали, что, если не поступите в школу, ваш древний род сможет опротестовать результаты вашего экзамена, пытаясь доказать, что вам помешали полноценно отдохнуть и подготовиться?

Гирига вздрогнула и зарыдала сильнее.

— Вы больше не абитуриент, госпожа нье' Паруш, — негромко постановил темноволосый мужчина. — Собирайте вещи, ваших родителей уже оповестили.

Тут Гирига бросилась в ноги мужчине.

— Умоляю! Ваше высочество, позвольте мне пройти все испытания, я докажу, что достойна быть смотрителем! Я смогу, я ведь виг, в отличие от некоторых.

Этот мужчина с тёмной косой, в простой тёмной рубашке, военных брюках и берцах — принц? Принц Эспен нье' Ринд?

Конечно, я знала, как зовут императора, императрицу и наследного принца — этому на одном из уроков истории в моём новом детском доме уделили внимание. Но это…

Это принц? Не… принцы — они другие… они — на белом коне, в плаще и с развевающимися по ветру волосами. И волосы обязательно белые, длинные. И ушки у них такие симпатичные, острые…

— Лани, прекрати строить червоточины…

Ой… Да как же я это делаю⁈ Я не хотела!

Кажется, я покраснела. От переживаний меня отвлекло покашливание. Я оглянулась — Гириги и господина нье' Ходсека уже не было в комнате.

А когда?..

— Мелания, можно я поглажу вашу кощку? — спросил его высочество. Я от страха икнула.

Разве я могу запретить что-то этому могущественному вигу? Но как разрешить, зная, что Северина попытается откусить ему палец?

— Вы можете попытаться, ваше высочество, но Северина не любит, когда её трогают посторонние.

Прикусила язык.

А навигаторский принц может считаться посторонним?

Его высочество Эспен нье' Ринд улыбнулся:

— И всё же я попробую…

Он встал, подошёл к моему креслу, сел на корточки, протянул руку…

Мысли заметались.

Что делать, если Северина его поцарапает или цапнет? Как извиняться?

Рука осторожно коснулась кошки, и его высочество позвал:

— Кыс-с-с, кыс-с-с, кыс-с-с…

Северина глянула на него зелёным глазом и вывернулась на моих коленях так, чтобы подставить под ласку незащищённое брюшко.

— Очуметь!

Кажется, я произнесла это вслух.

Его высочество Эспен ухмыльнулся и, подмигнув, пояснил:

— Моя бабушка Катя выросла в твоём мире, Лани, она не раз рассказывала про этих удивительных животных. Я счастлив увидеть и погладить настоящую кощку.

— Кошку, — не удержалась я и поправила принца. И снова втянула голову в плечи.

— Кошьку, — повторил он мягче.

— Кошку, — снова поправила я.

— Я потренируюсь, Лани, и к нашей следующей встрече, а я думаю, что она состоится, научусь правильно называть это животное.

Я засмеялась. Принц Эспен же стал серьёзным и сказал:

— Ты остаёшься проходить дальнейшие испытания, Лани. Мы оценили, как ты защищала друга. — Он снова протянул руку и провёл пальцами под мордочкой Северины — та не возражала. — Но стоило позвать взрослых. Когда поступишь, ты научишься гасить такие конфликты, не прибегая к физической силе.

— Гирига… её исключат с отбора? — замирая, спросила я.

— Да.

— Я прошу дать ей шанс, — сорвалось с языка.

Его высочество мотнул головой.

— Нет. Среди смотрителей не должно быть завистников, смотрители должны помогать друг другу, должны рассчитывать на свои силы. Среди смотрителей не должно быть борцов за чистоту навигаторской крови. Смотрители равны между собой, будь это смотритель из древнего рода или крестьянин, у которого обнаружились способности.

Ой, это он так остро отреагировал на слова Гириги о том, что она виг, а я — нет?

Когда я вернулась в комнату общежития, Гириги и её вещей уже не было. Я покормила Северину, поставила будильник с расчётом на то, чтобы выгулять и покормить её утром, и завалилась спать.

* * *

Я нажала кнопку «Начать экзамен» и углубилась в темы сочинений.

— Очуметь! — пробормотала еле слышно. Тем оказалось больше, чем обсуждали на форумах. Я читала их и холодела.

«Функция авторских отступлений в поэме „Мир и война нье“ Жуавери».

«Мотив любви в драме 'В глубинах космоса достойного Дюариса».

«Мир природы в поэзии Х’ЭаарШ’уг».

Я укусила себя за палец.

Да я ни одного из этих авторов не знаю! Я же ориентировалась на типичные темы сочинений!

Дальше шли абстрактные темы.

«Экологические вызовы современности».

«Глобализация и отношения с расами-союзниками».

«Современные научные открытия».

«Значение молитв в современном обществе».

Почему-то стало не хватать воздуха. Ни одной знакомой темы!

Лани, соберись!

Медитация! Срочно! Как говорила нье' Итау, она поможет собраться.

Я прикрыла глаза и мысленно перебрала темы. Остановилась на частично-знакомой: «Глобализация и отношения с расами-союзниками».

Ну что ж… Один абзац про глобализацию напишу — общими фразами. А затем… затем распишу про отношения с главной расой-союзником вигов — элефинами.

Кое-как построив первые предложения, я перешла к заготовкам, которые уже давно обсудила с Лигом.

Итак, глобализация — процесс политической, экономической, культурной интеграции и унификации стран и народов Вселенной. Учёные многих миров полагают, что глобализация началась…

А потом я описала расу элефинов, экономическое, политическое устройство их мира, описала, ссылаясь на данные уважаемых политико-экономических изданий Вселенной, законодательную, исполнительную и судебную власть, упомянула религию и перешла к перспективам взаимоотношений.

По словам Лига, император рассматривал возможность упростить процедуру бракосочетания элефинов с инопланетчиками (ранее такое было возможно только с разрешения императора, элефины не поддерживают межрасовые браки). Тему межрасовых браков я описывала подробно, на этом настоял Лиг. Всем известно, что у элефинов есть проблемы с рождаемостью, три ребёнка в элейской семье — уже чудо.

Лиг также посоветовал мне почитать военно-политический обозреватель «Нация» прошлогодней давности, и я нашла статью, где рассказывалось, что элефины и виги уже начали разработку экспериментальной защиты, которая будет устанавливаться на маяки. Статья оказалась заумная и нудная, я с трудом продиралась через термины. Но ведь Лиг не был обязан писать за меня сочинение, поэтому я составила для себя краткий пересказ статьи, включив три сложных термина.

В заключении я выразила надежду, что навигаторы разрешат конфликт у Каврилианской ступицы с аниказийцами, если элефины станут посредниками. При этом вигам, контролирующим эту территорию, порекомендовала снизить торговые пошлины на провоз грузов через ступицу для элефинов.

Через два с половиной часа я завершила экзамен. Больше по этой теме выжать из себя не смогла.

Я сразу побежала в комнату общежития, чтобы проведать Северину, выгулять её и покормить. Через два часа объявляли результаты первого тура. От волнения руки дрожали, когда я насыпала корм. Северина, чувствуя, что я нервничаю, ластилась ко мне. Я сидела одна в комнате общежития и гладила её мягкую серую шерсть. Мыслей не осталось. Я боялась думать, боялась мечтать. Поцеловав Северину между ушей, буркнула:

— Скоро вернусь.

И помчалась на общее построение. Сейчас будут объявлять, кто прошёл во второй тур. Во дворе школы выстроились абитуриенты. Мы все замерли, ожидая свою судьбу. А нье' Ходсек, который, похоже, даже не двадцатый раз участвовал в этом мероприятии, зычно и размеренно стал произносить имена тех, кто прошёл дальше. Он называл имя за именем, чем дольше звучал его громкий приятный голос, тем сильнее дрожали руки и ноги.

На что я рассчитывала? Я — землянка. Я не виг! Неужели подросток из неразвитого мира может конкурировать с подростками из мира, где уже давно открыли всевозможные законы, как физические, так и природные, как планетарного, так и Вселенского масштаба?

Дыхание стало частым, и я укусила себя за палец, чтобы успокоиться. Не помогло. Нье' Ходсек перечислял и перечислял…

Я и правда надеялась, что отсталая землянка сможет посоревноваться с продвинутыми инопланетянами?

На глазах навернулись слёзы.

— Васькина.

Я вздрогнула. Последовали ещё три фамилии, и нье' Ходсек остановился. Хоть я и оказалась в самом конце списка, но прошла в следующий тур.

— Абитуриенты, которые не прошли дальше, должны покинуть школу навигаторов к вечеру. Школы ждут вас в следующем году.

Некоторые начали возмущаться. Раздавались крики:

— Не честно!

— Я был лучшим в школе!

— Искин неправильно посчитал баллы!

— Моя семья будет жаловаться императору!

Нье' Ходсек, зычно продолжал:

— Кто допущен до второго тура — остаётся тут, остальные — покинуть школу!

Я позволила себе растянуться на траве в парке. Мой рейтинг не вошёл даже в первую сотню, но всё же искин школы пропустил меня… Пропустил в числе самых последних, а это значило, что завтрашний экзамен по физической подготовке я должна сдать с одним из лучших результатов. Валясь в траве, я прикрыла глаза и снова начала повторять свой заговор.

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять космической станцией!

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять…

Мою медитацию прервала какая-то возня. Я выглянула из-за куста, под которым расположилась, и увидела, как двое рыжих подростков тащат другого, русоволосого. Тот упирался и испуганно оглядывался. Они остановились у дерева. Рыжие прижали русого к стволу, и один зло сказал:

— Только попробуй сдать завтра экзамен! Мы тебя отовсюду достанем! — Он ударил кулаком в ладонь.

— Такому, как ты, нечего делать в школе навигаторов! — добавил второй.

Да что же тут за гадюшник? Сначала Гирига, теперь эти.

Хоть я и девчонка, но решила, что помогу этому бедному парню.

— А что вы тут делаете? — Я вышла из-за куста. Поводок Северины надёжно привязала к его толстой ветке.

— Иди куда шла, — не глядя на меня, ответил один из рыжих.

Парни оказались близнецами, а их жертва — очень смазливым парнем.

Я пожала плечами:

— Не-а, останусь тут. Двое на одного — это не честно.

— Не честно? — тут же взорвался один из близнецов. — Не честно? А разве честно оскорблять сестру, — рыжий кивнул на другого рыжего, — только потому, что она ему не понравилась, а наши родители захотели их поженить?

Я зависла.

— Теперь все в нашем круге смеются над ней, и мы хотим отомстить — испортить ему жизнь! Если он не поступит в школу навигаторов, быть может, наши родители передумают насчёт женитьбы.

— Психованные нье' Эрайсы! — ломающимся голосом завопил русый. — Если не поступлю в школу, меня отправят на полжизни на какой-нибудь астероид охранять семейные рудники!

— А если поступишь — мы тебя прибьём! Специально сюда приехали на экзамены, чтобы обломать все твои влажные мечты!

Очуметь! Вот это мотивация!

Двое рыжих успешно прошли во второй тур только для того, чтобы не дать этому смазливому парню поступить в школу навигаторов?

— Если вы не в курсе, то все разговоры в школе навигаторов записывает искин. Если он, — я мотнула головой на русоволосого, — не поступит, его родители попробуют разобраться, в чём дело, и вы вылетите из школы.

Рыжая девчонка смачно харкнула на траву:

— Да нам пофигу! Мы сюда не рвались. А завтра на полосе препятствий постараемся не дать нье' Дювари дойти до конца трассы.

Ага, значит, смазливый — нье' Дювари. Ему подходит.

Вообще-то, их дела меня не касались, но почему-то стало жалко всех троих. Казалось, у этих рыжих отличный потенциал, да и смазливый не был дураком, раз смог пройти в следующий тур.

— Слушайте, если вы все не поступите, то разбежитесь по своим имениям и не будете видеться — доставать его станет сложно. А вот если вы поступите в школу — сможете испортить ему жизнь сильнее.

Я не стала напоминать, что они могут оказаться в разных школах навигаторов. Все трое с удивлением посмотрели на меня.

— Ну и как мы сможем портить ему жизнь в школе? — спросил нье' Эрайс.

Я начала фантазировать:

— Можно учиться лучше него, быстрее него научиться открывать червоточины. Прикинь, как это классно. А ещё представь: тебя возьмут в команду по дыроболу, а его нет. А еще нас будут учить драться, представь, что ты ему наваляешь в спарринге? И ведь никто слова не скажет.

— Да они же тупые, они никогда не смогут учиться лучше меня! И червоточины ещё не умеют открывать. А я умею — и даже удерживаю её целых десять минут! — засмеялся нье' Дювари.

Нье' Эрайсы синхронно повернулись к нему.

— Только попробуй не поступить, нье' Дювари. Прибьём!

Очуметь! А ведь я ещё даже не поступила в школу навигаторов, а тут уже такие страсти. Что будет на самой станции?

* * *

Всё тот же господин нье' Ходсек ходил туда-сюда перед шеренгой абитуриентов, выстроившихся для прохождения последнего испытания, и напоминал условия прохождения полосы препятствий:

— Абитуриенты стартуют с разницей в три минуты. Если на трассе вам попалось бревно, нужно пройти по нему, а не рядом. Впрочем, можете и так, но вам засчитают штрафные секунды. Нельзя сталкивать с трассы абитуриента, которого вы обогнали. На прохождение трассы вам даётся тридцать минут. Чем быстрее вы её пройдёте — тем выше получите баллы. Некоторые решения придётся принимать быстро, — закончил он загадочной фразой и больше не произнёс ни слова.

Потянулись часы ожидания. Так как я по результатам первого тура была третьей с конца, то и начинать бег мне предстояло в самом конце. Я немного размялась — обязательное условие для тех, кто бежит длинную дистанцию.

Я стояла на линии, обозначавшей старт, и смотрела на табло, отсчитывающее последние секунды, как только загорится красный свет — я побегу.

Красный!

Я рванула по хорошо утоптанной земляной тропинке. Пока дорожка оставалась ровной и удобной для бега, силы я решила не экономить — вдруг потом потеряю секунды на каких-нибудь каверзных участках полосы. Вот показался и первый — поперёк дорожки лежало дерево. Я перепрыгнула через него и побежала дальше.

Тропинка начала петлять, иногда попадались невысокие кустики, через которые я с лёгкостью перепрыгивала, а потом дорожку перегородила натянутая вертикально сеть. Она сильно трепыхалась. Я присмотрелась: наверху кто-то взбирался по ней.

Ага, значит, и мне туда же.

Я с энтузиазмом полезла вверх, но он быстро пропал, потому что лезть было неудобно. Кроме этого, создатель полосы оказался шутником — на сети висели пустые консервные банки, тухлая рыба, ленты из тонкой плёнки, в которой путались ноги. На другой стороне я выдохнула с облегчением и припустила дальше. Заметила, что дорожка стала каменистой и начала плавно подниматься вверх.

Горы?

Но на окраине столицы, где находится школа, нет гор!

Кое-где попадались валуны, через которые приходилось перепрыгивать, а за очередным поворотом часть тропинки отсутствовала. Руки и ноги сработали быстрее, чем голова, — я оттолкнулась, перепрыгнута провал и побежала дальше.

Тут точно не пытаются угробить будущих кадетов?

Дорожка стала спускаться, бежать с горы было приятно. Я почти не запыхалась — сказывались несколько лет беговых тренировок. Как же я сейчас благодарила тётю Олю!

Показались какие-то строения.

Верёвочный парк!

Пришлось бежать по шатающимся мостикам, перепрыгивая с помощью верёвки с одного на другой; лазить вверх-вниз по канату. И вот трасса закончилась. Бассейном.

Я плавать почти не умела. Если оказывалась в воде, просто держалась рядом с берегом и то и дело проверяла ногой, есть ли подо мной дно. Посмотрела, где находится выход из бассейна. План созрел мгновенно.

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять космической станцией!

Я отошла подальше, разбежалась, оттолкнулась и, молотя ногами в воздухе, как будто всё ещё бегу, постаралась войти в воду как можно ближе к лестнице.

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять космической станцией!

Опустившись на дно, я открыла глаза и осмотрелась. Лестница — вон она, совсем рядом. Толща воды давила, идти по дну было тяжело. Когда я дошла до стенки бассейна, воздуха уже не хватало, а лестница оказалась высоко над головой.

Упс!

Сознание начало плыть, очень хотелось вдохнуть. Я присела и изо всех сил оттолкнулась от дна, выставив руки вверх.

Есть!

Я ухватилась за нижнюю ступеньку лестницы. Как только голова показалась над водой, сделала глубокий вдох. И начала подниматься из бассейна. Ко мне бежали медики и испуганный господин нье' Ходсек.

Нет-нет… У меня идёт время… Мне некогда.

Я повернулась спиной к опешившему медицинскому персоналу и потрусила, набирая ход, дальше. Очередное препятствие показалось довольно скоро — грязевая лужа с низко натянутой над ней сетью. Я легла и поползла под сетью; лицо пришлось опустить прямо в грязь, иначе я задела бы сетку головой. Попой чуяла, что так делать не надо. Грязь заливалась за воротник, в уши и нос, даже скрипела на зубах. Почувствовав твёрдую землю, я проползла ещё немного, чтобы быть уверенной, что сетка осталась позади и я её не задену, вскочила, кое-как вытерла глаза и помчалась дальше.

Трасса окончилась внезапно — большой чёрной дырой, рядом с которой топтались несколько абитуриентов, таких же чумазых, как и я. Над дырой в воздухе висела голострелка «Продолжение трассы», указывающая вниз.

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять космической станцией!

На экзамене никто не пытался избавиться от абитуриентов, его цель — проверить их реакцию и выносливость. Я даже не сомневалась, что внизу есть какое-нибудь устройство, которое меня подхватит или смягчит падение. Нужно было только преодолеть свой страх.

И я прыгнула в черноту. Несколько секунд страшного полёта — и я упала на что-то пружинящее. Меня пару раз подбросило, а потом кто-то схватил меня и стащил с этого «батута». Только через несколько секунд поняла, зачем это сделали, — вдруг кто-то сверху приземлится мне на голову.

Глаза привыкли к полутьме, и я различила дверь с надписью «Конец трассы». Я открыла её и вышла на плац, где кадеты сидели, лежали, стояли, ожидая, когда экзамен закончится для всех. Из разговоров я поняла, что объявлять тех, кто поступил в школу, будут тут, через пятнадцать минут после того, как трассу пройдёт последний абитуриент.

И снова господин нье' Ходсек зачитывал фамилии поступивших. Всего их отобрали семьдесят — по тридцать пять первокурсников в каждую школу навигаторов.

Моё имя прозвучало внезапно. Кажется, в конце третьего десятка. Мне захотелось глупо улыбнуться, схватить Северинку и закружиться с ней. А потом я написала бы Лигу и рассказала, как всё происходило.

Но ведь мне нельзя.

Хотя… А что, если я скажу, что учебное заведение, куда я поступила, — военное, и что некоторые подробности я не смогу рассказывать?

Ухо уловило две знакомые фамилии: нье' Дювари и нье' Эрайс.

Ха, поступили-таки!

— Абитуриенты, не поступившие в школу навигаторов, покидают её сегодня. Зачисленных в школу завтра ожидает медосмотр. Послезавтра после обеда вы вылетаете в школу.

В свой комнате я осталась одна — мои соседки не поступили и покинули общежитие. Вечером не спалось, и я решила поделиться своей радостью с Лигом.

Лани: Привет, Лиг, я поступила в лётную школу. Сегодня был последний экзамен. Твои предложения по сочинению очень помогли.

Ответ пришёл почти сразу.

Лиг: Мои поздравления, кадет Васькина!

Я даже вздрогнула.

Он знает, что я поступила в шкоду навигаторов?

Лани: Откуда ты знаешь, что я стала кадетом?

Лиг: Обычно в подобных школах учащихся называют кадетами.

Я расслабилась.

Лиг: Как называется твоя лётная школа? Я приготовил тебе подарок. Ни на секунду не сомневался в твоём успехе.

Напряглась.

Лани: Лиг, это военная школа, назвать её не могу, сам понимаешь…

Лиг: Понимаю. Тогда у твоей школы должна быть почтовая ячейка, тебе нужно уточнить её номер, и я отправлю подарок через неё.

Ух ты, а я не знала о таком. Продумано.

Получить подарок от Лига очень хотелось.

Лани: Школа находится в космосе, уточню, когда прибуду на место. Вылетаем послезавтра. Завтра — медицинский осмотр.

Слово за слово — и Лиг вытянул из меня всё о том, как проходили экзамены. После того как я описала прыжок в бассейн и то, как сделала пять шагов по его дну до лестницы, а после сбежала от команды медиков, мне поступил видеовызов. Вызывал Лиг.

Я ответила, а Лиг начал кричать:

— Великая праматерь, почему ты сбежала от медиков, Мелания? Это был идиотский поступок — нырнуть в бассейн, не умея плавать! Ты могла погибнуть! Неужели у тебя совсем нет чувства самосохранения? Ты опрометью бросилась помогать Трин, и мы все попали к чудовищу! Тири и Нири не выжили, ты — выжила чудом! А сейчас ты, не думая, сиганула в бассейн! А если бы он оказался глубже? А если бы ты не допрыгнула до лестницы?

Стало очень горько. Я узнала главное — он считал меня виноватой в том, что погибли девушки, в которых он был влюблён. Или в которых до сих пор влюблён. Вытирая слёзы, которые покатились по щекам, я пыталась выдавить хоть одно слово, чтобы оправдаться. Наконец я пискнула:

— Завтра будет медосмотр, и мне пришлют результаты.

Лиг резко замолчал и всмотрелся в моё лицо.

— Извини, Лани, я испугался за тебя. Совсем не хотел тебя обидеть, по-идиотски получилось — хотел поздравить…

Я закрыла лицо ладонями.

Не хочу видеть его!

Отключить связь я почему-то даже не подумала.

— Лани, посмотри на меня, пожалуйста, — взмолился Лиг. — Как мне заслужить прощение?

Я раздвинула пальцы и посмотрела на него. Только сейчас заметила, что Лиг не в медицинском комбинезоне, а в футболке и пижамных штанах, волосы распущены. Не могла я сердиться на него дальше, решила пошутить:

— Пока не скажешь, что за подарок — не прощу!

Лиг смущённо улыбнулся.

— Я подумал, что пара программ, установленных на твой комм, облегчат тебе учёбу.

Я вообще перестала что-то понимать.

— А зачем ты тогда спрашивал, куда отправить подарок? Проги и коды активации можно отправить сразу на комм.

Он улыбнулся:

— Хотелось немного торжественности, ведь это очень важный для тебя день!

Лиг подмигнул и невинно спросил:

— Будешь ждать посылку с кодами активации или отправить тебе программы и коды сейчас?

Я засмеялась:

— Сейчас!

* * *

Я пристегнулась к креслу в челноке, который вёз нас в школу навигаторов. На коленях уместилась гравипереноска с Севериной, вещи кадетов боты загрузили в грузовой отсек челнока. Несколько минут назад нас распределили по школам. Я отправлялась в школу номер два. Госпожа нье' Товен, стоявшая рядом со входом в челнок, подмигнула мне:

— Я же сказала, что ты — моя.

Вчера результаты медицинской диагностики отправили мне на комм. Я зависла.

А… что из этого можно отправить Лигу?

Я пообещала ему, что пришлю результаты медицинского осмотра, чтобы он больше не беспокоился. Но ведь ректоры сказали, что у меня будут специфичные исследования и Лиг не должен о них знать.

Всю ночь я расшифровывала медицинские термины — в этом мне помогли новые настройки комма. Лиг отправил мне очень интересного искина для коммуникатора, и тот добросовестно, хоть я и не до конца разобралась с настройками, искал интерпретации исследований во Всемирной сети. В результате выяснилось, что мой гормональный уровень характерен для подростков-вигов (вот только я не виг), что организму не хватает витаминов, немного повышен уровень эритроцитов. Никаких дополнительных, необычных для общей диагностики показателей не было.

Перед отбытием я отправила результаты исследований Лигу. Уже сидя в кресле челнока, прочитала любопытный ответ.

Лиг: Для вига всё просто отлично, но сравнивать результаты с вигами не корректно.

Ну и что мне об этом думать? Вот же пакость! И ведь не спросишь, что он имеет в виду. Не хочу, чтобы ему стёрли память!

Послышался щелчок — рядом пристегнулся нье' Эрайс.

Э… а кто это из них? Они ведь очень похожи, и груди у девчонки ещё не было видно.

— Я слежу за тобой, — рыжий нье' Эрайс слегка обернулся. Я проследила за его взглядом и увидела второго нье' Эрайса, усаживающегося рядом с нье' Дювари. Тот, уныло глядя на рыжего соседа, тоже пристёгивался.

Закралось подозрение, что искин, распределявший сдавших экзамены абитуриентов по школам, специально определил нас вместе.

Госпожа ректор, сопровождавшая нас в школу, предупредила:

— Слева по борту формируется червоточина.

Мы все повернули головы налево. Формирование быстрого перехода я видела всего три раза, поэтому была не против насладиться этим чудом снова. Вот недалеко образовался огромный круг, который через несколько секунд затянулся дребезжащим зеркалом, а затем зеркало пропало, и мы увидели необычайную картину: на том конце быстрого перехода виднелся космос наоборот — молочно-белое пространство и чёрные дрожащие кляксы в нём. Кляксы то возникали, то пропадали.

С форумов вигов я знала, что переход строится в центр чёрной дыры, именно в них находятся маяки вигов. Именно через спонтанно возникающие червоточины виги узнают, что кому-то нужна помощь. Эти спонтанные червоточины они стабилизируют, чтобы помочь заблудившимся или пострадавшим. Школа навигаторов — это тоже маяк, который расположен в центре чёрной дыры.

Сердце бешено застучало.

Я — первая землянка, попавшая внутрь чёрной дыры!

Замерев от восхищения, мы все смотрели, как катер движется по червоточине. Её стенки переливались всеми цветами радуги, они напомнили мне мыльный пузырь. Очень не хотелось, чтобы пузырь лопнул. Я уже знала, что ничем хорошим это не кончится, нас могло выкинуть в совершенно неизвестном месте.

У кадетов запищали коммуникаторы. В челноке раздался голос госпожи нье' Товен:

— Искин второй школы навигаторов отправил вам расположение ваших личных отсеков.

Искин школы навигаторов №2: 2-П-19.

Да, мне сразу всё стало понятно.

Тут же я услышала пояснение от госпожи Льеты:

— Первая цифра — номер кольца, буква — сторона коридора, если двигаться от центрального лифта, цифра — номер личного отсека. Рекомендую взглянуть в иллюминаторы слева, мы прибыли.

Не знаю, как другие, но я открыла рот. Мы приближались к огромной космической станции, состоявшей из иглы и пяти колец. Я рассмотрела коридоры, соединявшие кольца и иглу, скоростные лифты, множество иллюминаторов. Не верилось, что следующие пять лет я буду тут жить и учиться. Серо-белая поверхность станции быстро приближалась. Лёгкий толчок, громкие щелчки, шипение — мы остановились. Около выхода встала госпожа ректор. Она улыбалась.

— Добро пожаловать в школу навигаторов, кадеты!