8

8

Через три ночи ко мне вновь пришел Гард и опять с подарком. На этот раз это была какой-то телевизор, который он закрепил на пустой стене, а после настройки на нем появилось изображение с чудесным видом бесконечных звезд.

— Это гало-окно. Ты можешь настроить любой вид за окном. В прошлый раз мне показалось, что это было бы тебе приятно.

— Надо же, действительно вид как из настоящего окна. Спасибо, мне очень оно нравится.

— Мне хотелось тебя порадовать, но мяса на углях, о котором ты рассказывала в прошлый раз, я достать пока не смог, да и док не рекомендовал этого.

— Ему виднее. Раз не рекомендовал, то не будем нарушать его рекомендации. Гард, почему ты еще в перчатках? Снимай их скорее и иди обними меня, — потребовала я улыбаясь.

Его не нужно было просить дважды. Вновь мы обнимались и целовались, но в этот раз я сама не поняла, как оказалась с расстегнутым и спущенным верхом комбинезона, а он уже водил горячими ладонями по моей голой спине и целовал грудь. Мой тихий стон перемешивался с его удовлетворенным рычанием.

— Я не знал, что по-настоящему держать в руках самку может быть так приятно, — шептал он.

— Гард, расстегни свою броню, — обратилась я к нему, потому что тоже хотела ощутить его кожу под своими ладонями.

Два щелчка и верх комбинезона был стянут до его талии. Передо мной предстал прекрасно сложенный мужчина. Его темно-синяя кожа без единого волоска была чуть шершавой, как бархат и горячей, а под этой нежностью бархата ощущались твердые, как металл мышцы. Он стоял передо мной, позволяя изучать его и даже не дышал, пока я нежно кончиками пальцев обводила грудные мышцы, покрытые мелкими белесыми полосками шрамов, провела по каждой четко очерченной мышце плеча и зашла ему за спину. Широкая рельефная спина тоже была покрыта многочисленными шрамами тонкими и толстыми, глубокими и не очень, белыми и темными. Но, несмотря на это, она все равно притягивала взгляд своей силой и мощью. Я успела обвести каждый шрамик, когда Гард повернулся ко мне лицом и вновь впился жадным поцелуем в губы.

Мы не целовались, мы словно пили друг друга, смешивали общий воздух и делились им друг с другом. Потом долго стояли так обнявшись.

— Гард, что означает твое имя? — спросила я уже полностью одетая, когда сидела с ним на кровати, вновь прижавшись к его груди.

— Защитник. На моем языке он означает «защищающий». А у твоего имени тоже есть значение?

— Есть. Ангелина это от слова «ангел». На Земле ангелов считают посланцами Бога, которые несут его волю. Но друзья зовут меня Геля, это имя для близких.

— А мне можно называть тебя Гелей?

— Думаю, что мы уже достаточно сблизились с тобой. А еще в школе, меня называли Снежной королевой за внешнее сходство с ней, — улыбнулась я детским воспоминаниям. — И я так срослась с этой ролью, что будто действительно у меня все заледенело внутри, а сейчас рядом с тобой я чувствую что оттаиваю. И если честно боюсь.

— Чего же ты боишься?

— У меня еще ни с кем не было серьезных отношений. Я боюсь что все что сейчас между нас пробуждается, симпатия, влюбленность, может разрушиться. Если ты меня предашь, мне будет очень больно. Гард, ты же не предашь меня? — прошептала я. Он отодвинул меня от себя и, глядя прямо в глаза, пообещал:

— Я клянусь, что никто и ничто не сможет меня заставить предать тебя.

Даже не дождавшись ужина, Гарду пришлось вновь покинуть меня.

Остаток дня прошел для меня в раздумьях, я пыталась анализировать свое отношение в Гарду, свои желания и моделировать будущее, а по-простому я мечтала. В своих фантазиях я пыталась примерить на себя роль жены, мамы, в воображении рисовала, как мы с ним будем жить в одном доме, какой он будет. И так замечталась, что не заметила время прихода ночи. Во сне продолжались мои фантазии: я видела обнаженного Гарда, который завороженно смотрел на меня тоже нагую, потом его целующего мое тело. Контраст темно-синей кожи и молочной белизны моего тела создавал иллюзию символа Инь и Янь. И хоть по духу мне казалось мы были с ним похожи, оба серьезные, основательные, ответственные без склонности к пустым разговорам и театральности, но, в то же время его твердость и несгибаемость, закаленная в суровости его будней и моя мягкость, податливость и нежность дополняли друг друга. Во сне Гард был так страстен, что я физически ощущала жар внизу живота и соки, текущие из моего лона. Впервые в жизни я видела эротический сон, от которого проснулась с мокрым нижним бельем.

Для меня стало большой неожиданностью появление Гарда у меня на пороге ранним утром.

— Собирайся Геля, сегодня я буду тебя развлекать, — торжественно произнес он.

— Мы куда-то поедем?

— Не поедем, полетим! Хочу показать тебе кое-что…

— А как же заверения доктора Зельна о небезопасности нашего нахождения вне стен этого отсека.

— С доктором я договорился, тем более, что контактировать мы ни с кем не будем.

Мне не нужно было много времени для сборов, потому что единственным моим нарядом оставался белый комбинезон, который утром менялся на такой же чистый. На ногах оставались несменяемая обувь в виде балеток.

— Только, позволь надеть тебе на руку вот этот браслет, — и протянул мне на вид обычную синюю пластмассовую полоску.

— Зачем он?

— Это нужно для твоей безопасности, здесь содержатся сведения о твоей принадлежности ко мне и роду Аконтар.

— Что? Я не принадлежу ни тебе, ни твоему роду, — начала возмущаться я.

— Но, разве ты не выбрала меня? Я надеялся, что ты примешь мое предложение и станешь моей женщиной, — удрученно проговорил он.

— Это было предложение руки и сердца?

— Наверное. Просто для того, чтобы все знали, что ты особенная женщина и имеешь статус избранницы альдарца, надевают такие вот браслеты. Тогда к тебе никто не подойдет и никто не причинит вреда.

— А мне могут причинить вред?

— Нет, конечно, нет, тем более со мной тебе нечего бояться.

— Тогда зачем он?

— Знаешь, я все время забываю, что ты с другого конца света… Понимаешь, иметь такой браслет у всех самок Галактической Федерации считается почетно, у них привилегии, к ним особое отношение и я думал, что сделаю этим тебя счастливой

— Для меня счастье не заключается в браслете или привилегиях. И если бы я была одна в незнакомом месте, то, наверное, мне было бы спокойнее его иметь, но я же буду с тобой?

— Прости, я думал тебе будет приятно иметь мой браслет, — огорченно сказал он.

— Мне приятно твое внимание и забота, но пока я не разберусь в последствиях для меня принятия твоего браслета, прости, не приму.

— У вас самцы не дарят украшения самкам?

— Конечно дарят, но чтобы принадлежать друг другу официально, то дарят кольцо и вступают в брак.

— Я понял. У нас тоже вступают в браки.

Больше развевать эту тему мы не стали. Вышли из моей каюты и направились известным коридором, мимо прозрачной палаты моей подруги. Аделина увидела меня идущую под руку с Гардом и застыла, а я счастливая улыбалась и махала ей рукой.

Пройдя дальше, мы покинули наш изолированный отсек и после недолгих переходов между секциями вышли к стоянке летательных аппаратов. Огромное пространство было заставлено летательной техникой разных конфигураций, разных размеров и форм, а вокруг ходили и стояли люди, которые и походили на землян, и сильно отличались от нас. Кто-то был в привычных уже моему взору комбинезонах, преимущественно серых цветов, но были и в балахонах, и настоящих скафандрах, только в платьях и юбках здесь никого не было.

Хоть все вокруг для меня было очень интересным и в голове роились тысячи вопросов, но больше и внимательнее рассмотреть ничего не удалось, а все потому, что мы подошли к небольшому синему самолёту, по виду очень похожему на американский Стелс и по небольшому трапу зашли внутрь. Мне предстоял первый космический полет (первый в сознании).

— Это мой личный челнок. Он небольшой, но может совершать перелеты на большие расстояния. Здесь не так комфортно как на больших шатлах, но мы полетим не далеко, поэтому он как никакой другой подойдет.

— А куда мы полетим? — с детским любопытством спросила я, предвкушая грандиозные впечатления.

— Пусть это будет для тебя сюрпризом, надеюсь это будет приятный сюрприз. При планировании этого вылета я учел все рекомендации дока, косаемые контактов с другими существами, поэтому там, куда мы летим будем только мы.

Лететь на настоящем космическом инопланетном корабле было волнительно, особенно наедине с Гардом. Мы уселись в специальные удобные кресла, пристегнулись, нажав на кнопки сбоку кресел, и стартовали. Сначала вокруг самолета опустился прозрачный цилиндр, тем самым отсекая нас от остального пространства, потом сверху открылся шлюз, мы оторвались от платформы и вертикально вверх вылетели наружу из этого шлюза. Когда немного отлетели от станции, то тогда, на расстоянии, я смогла увидеть эту громадину висящую над небольшой серой планетой, издалека так похожей на нашу Луну. Центром станции оказалась пирамида, где находилось все управление станцией, а огромные блоки и секции, которые выполняли разные функции соединялись с пирамидой узкими рукавами. Она выглядела так же как мне ее показывал Гард на голограмме. Но тогда я не предполагала ее размеров. Видеть это было просто потрясающе.

Я смотрела во все глаза. Космос поразил меня бескрайней чернотой и глубиной, я была впечатлена тем, что в живую смотрела на мерцающие звезды, которые в черноте космоса казались еще ярче.

Отлетев немного от станции, не успела я до конца насладиться видами космического пространства в лобовом стекле, как командор задал какую-то команду на пульте управления и меня придавило в кресло с такой силой, будто бы мне на грудь положили гранитную плиту. Огни планет, которые я рассматривала за стеклом слились в сплошные световые линии.

В этот момент мне стало не только тяжело, но и трудно дышать, что ввергало в панический неконтролируемый страх, поэтому, я с силой вцепилась в подлокотники кресла. Гард уловил мое состояние и принялся успокаивать:

— Не бойся, Геля, это гипер- скорость, которая не продлиться долго.

— Я пониманию, но все равно страшно и тяжело дышать, — пожаловалась я.

— Давай, тогда нарушим правила и сделаем вот так, — он отстегнулся, с трудом, но подошел к моему креслу, отстегнул меня, а потом поднял на руки, сам уселся в мое кресло, а меня усадил себе на колени. — Так лучше?

— Лучше.

— Никогда не была в космосе?

— Нет, конечно, я и на обычном то самолете только несколько раз летала. Ты опять забыл, что я с отсталой планеты? — уже улыбаясь, ответила ему.

— Не знал, что на столько не развитой, — тоже по-доброму улыбаясь, ответил Гард.

Чтобы отвлечь меня, он рассказывал про строение корабля, показывал и рассказывал про функции кнопочек и рычажков на панели управления. И так, сидя у советника на коленях, прижавшись к его твердой груди и слушая его голос было спокойнее. Сильное давление действительно продолжалось не так долго, Гард вернул нас к обычной скорости и стало намного легче. Мы оказались на орбите голубой планеты так похожей на мою родную Землю. Теперь я уже сидела ровно и вновь смотрела во все глаза, чтобы не пропустить ничего интересного. А Гард занял кресло пилота и начал спуск.

— Это Таур, небольшая планета с мягким теплым климатом, золотыми пляжами и океанами воды. Он считается лучшим курортным местом во всей Галактической Федерации.

У меня просто не было слов, я пребывала в восторге. Побывать в космосе, да еще и попасть на настоящий океанский курорт, где можно почувствовать свободу и пространство после долгого пребывания в одной комнате, было для меня подарком судьбы, а все это в компании с Гардом и вовсе делало меня самой счастливой.

— Башня — 1, Аконтар — 1 запрашивает посадку, — серьезный и собранный начал радио эфир Гард.

На лобовом стекле появилось изображение мужчины с большими глазами и зеленотоватым оттенком кожи:

— Приветствую Вас Советник. Аконтар-1, Башня −1 дает разрешение на вашу посадку. Ваша площадка номер 24.

— Спасибо.

Экран погас и мы полетели к нужному указателю. Наш полет проходил над простирающейся за горизонт водой с небольшими островками суши. На один из таких островков мы и приземлились. Казавшийся сверху небольшим островом на самом деле был совсем не маленьким. На нем помимо площадки для взлета и посадки летательных аппаратов, был еще комфортабельный одноэтажный дом, который утопал в тропической зелени, а вокруг только пляжи и океан.

— Я в раю? — спросила я больше саму себя.

— Геля, ты на Тауре.

— Я помню, но это рай? — спросила, зная, что он не понимает. — Раем на Земле считают место, где люди испытывают вечное счастье и наслаждение.

— Тебе действительно нравится?

— Конечно, а ты сомневался?

— Не все самки любят натуральную природу и трудности, что она несет, поэтому я переживал, что тебе не понравится.

— Какие трудности может нести живая природа? — удивилась я.

— Дикие животные, например. Разнообразные насекомые, мешающие отдыху на свежем воздухе, даже слишком жаркая или холодная погода делает отдых на природе многим не комфортным.

— Только не мне. Мне все нравиться. Жаль только, что у меня нет купальника.

— А зачем он тебе? Вокруг никого, здесь кроме меня никто тебя не увидит, — удивился он.

— Но у нас не принято быть нагой, поэтому я стесняюсь.

— Тогда пойдем посмотрим, может в доме есть что-то тебе подходящее? — он взял меня под локоть и повел по дорожке, выложенной из деревянных реечек прямо к дому.

Домом оказалось деревянное строение с плетеными из какой-то лианы стенами и крышей. Внутри аскетичное пространство с большой кроватью, небольшим столиком и кухонной зоной.

— Я намерен сегодня тебя кормить мясом собственного приготовления, — удивил меня Гард. — Надеюсь, оно будет не хуже чем шашлык, который ты любишь.

— О, из твоих рук я готова попробовать все, — с предвкушением ответила я.

День пролетел незаметно. Мы провели его нагишом, купались в теплом океане и загорали на ласковом солнышке. Сначала мне было неловко, потому что выросла в строгих традициях, но переборов свою стеснительность, просто наслаждаться моментом. Мы перекусывали легкими овощными и рыбными блюдами, которые доставили нам беспилотные курьеры, но к вечеру все равно сильно разыгрался аппетит.

Гард разжег костер и готовил свое национальное блюдо: мясо, завернутое в ароматные листья и обмазанное глиной, которое томилось прямо в пламени. Огонь весело трещал, вырываясь вверх искрами, и отражался на нашей коже золотыми бликами. Пляшущие отблески скользили по нашим телам, по песку вокруг, словно ночь дышала светом и жаром одновременно.

Я видела, как из маленькой дырочки в глиняном коконе выбивается струйка пара, распространяя по воздуху умопомрачительный запах специй и дыма и чувствовала себя как это мясо, пропитанной жаром, томимая изнутри нетерпением и сладким ожиданием.

Потому что целый день теплые волны и горячий песок игрались с моим телом, а нахождение рядом мужчины сложенного как Геракл, совсем лишили меня терпения. Его случайные прикосновения, мягкие касания пушистой кисточкой хвоста, жар его взгляда — все это сводило меня с ума. Я таяла как воск под солнцем, не в силах скрывать ни желания, ни восторга от этого безумного, волшебного дня.

Не просто так Гард привез меня на этот остров, где мы были только вдвоем, соблазняет меня неискушенную своим рельефным телом, даже хвост не отстает от хозяина, все норовит погладить или вовсе обвиться вокруг одной из моих конечностей. Но еще в палате на станции я решила, что готова отдать ему всю себя. Только с ним мое, будто ледяное сердце, оттаяло и за каких-то несколько встреч успело прикипеть к этому синекожему гиганту.

Когда мы испробовали его изумительного сочного мяса, то я без страха пошла с ним в дом, а там сначала нежно, а затем, страстно целуясь и прижимаясь к его разгоряченной коже, легла с ним в постель. Он пах как то мясо пряно с нотками дыма и дерева. Мне приносило большое удовольствие ощущать под своими ладонями гладкое горячее тело Гарда и плотность его мышц перекатывающихся в моменты движения. Нравились его большие ладони темного цвета с длинными сильными пальцами, которые эффектно смотрелись на моей светлой коже и этот контраст приносил дополнительное удовольствие. А слышать как он рычит от удовольствия, когда без страха касается меня, совершенно отключало мое сознание, заставляя отдастся воле желания.

— Будь аккуратен, в первый раз мне будет больно, — предупредила я, когда он опустился на меня, удерживая свой вес на локтях и мягко разводя мои бедра.

— У тебя никого не было до меня? — удивился он. — Но почему? — в ответ я лишь подала плечами.

— Наверное, берегла себя для тебя? — улыбнулась я, старалась сгладить неловкость затронутой темы.

— Я слышал о такой особенности некоторых рас населяющих нашу Вселенную и постараюсь себя сдерживать, хоть рядом с тобой порой это сделать очень сложно. Для меня тоже с настоящей живой девушкой все впервые, поэтому если буду делать что-то не так и тебе будет не комфортно не молчи, скажи мне об этом.

И закружились мы в страстном танце любви. Были дикие по напору поцелуи, жадные и безудержные. Он целовал везде, где так давно хотел прикоснуться губами, а мои вздохи и тихие стоны лишь подстегивали его желание не останавливаться. Затем наступило единение не только тел, но и казалось душ, когда давние, как сама природа, движения сплетали нас воедино навсегда. Когда мы достигли пика наслаждения, то казалось, что счастливее нас во всей Вселенной нет никого. Утомленные, но счастливые уснули мы только тогда, когда горизонт уже начинал светлеть. Спать в его объятиях было уютно и спокойно.

Проснулась я от назойливого солнечного луча, что пробивался сквозь щель травянистой крыши и светил прямо в глаза. Открыв их, я встретилась с внимательным взглядом Гарда. Он лежал на боку, подперев голову рукой, а указательным пальцем другой, едва касаясь, водил по постели, обрисовывая изгибы моего тела, словно боялся прикоснуться, а на губах играла притягательная блаженная улыбка.

— Привет.

— Привет. Боялся потревожить твой сон и не хотел пропустить твоего пробуждения. Как ты? — заботливо спросил он.

— Все хорошо, — увидев его почти обнаженным, лишь тонкая простыня небрежно прикрывала его узкие бедра, я невольно задержала взгляд. Кожа глубокого синего цвета поблескивала в полосах утреннего солнца, играя на плавных линиях мускулов, словно сама природа лепила это тело с чувством и любовью. Вспомнив, чем мы занимались вчера ночью, я ощутила как кровь прилила к щекам, а дыхание сбилось.

— Ты стесняешься? Почему? — я опустила взгляд и лишь пожала плечами. — Ты жалеешь, что выбрала меня?

— Нет, конечно же, нет, — подалась ближе нему и уткнулась носом в его грудь, он сразу обнял меня и притянул еще ближе.

— Хорошо, что ты не жалеешь, что выбрала меня, потому что до тебя я не знал, что бывает так.

— Как?

— Так тепло, нежно, так хорошо, — он перекатился на спину и обнял уже обеими руками. Нежно водил горячими ладонями по моей спине и целовал в макушку.

Потом нам пришлось собираться. Мы позавтракали остатками ужина, сменили большие полотенца на свои одежды и полетели обратно на станцию 1284.

— Геля, вчерашний день, вечер и особенно ночь были для меня самым счастливым, — сказал Гард, прежде чем уйти и оставить меня в моем отсеке.

— Для меня тоже. Я буду ждать новой встречи, Гард, — я поцеловала его на прощание. Мы вновь целовались и не могли оторваться друг от друга, пока он не отступил на шаг и не сказал:

— Если я сейчас не уйду, то останусь надолго, а мне как бы хорошо с тобой не было, нужно идти, — с сожалением произнес он, опустив руки. Потом быстро развернулся и вышел из моей палаты.