20. Медблок

Я стою, все еще чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Мысли несутся вихрем, но я ловлю их на лету и загоняю в узкие, логические рамки. Это работа. Просто работа. Часть миссии. Я его старший помощник, и если протокол требует – значит, я должна его исполнить.

Луиза, наверное, пойдет с Вальтуром. Или с Рейвеном. Хотя Рейвен вряд ли… Впрочем, какая разница? Это не мое дело. Моя задача исполнить приказан, и сделать это безупречно.

Я поднимаю взгляд и встречаю пристальный, изучающий взор Ксавьера. Ксавьер наблюдает за мной, словно оценивая, выдержу ли я этот новый удар реальности.

– Идите отдохните, – говорит он, и в его голосе, сквозь привычную твердость, пробивается оттенок чего-то, что я не решаюсь назвать заботой. Это, скорее, прагматизм. – Вам нужно поспать хотя бы пару часов. И медик должен вас осмотреть. После планеты и… всего остального.

Он даже не договорил, как в дверях лаборатории, словно из воздуха, материализуется Луиза. Она застывает на пороге, ее поза выражает готовность к выполнению приказа, но глаза, брошенные на меня, полны того же ледяного, невысказанного недовольства.

Ксавьер бросает на меня последний взгляд и, не сказав больше ни слова, разворачивается и уходит, растворившись в коридоре вместе с Рейвеном.

Луиза делает едва заметный вздох, как будто ей поручили самую обременительную задачу во вселенной.

– Пойдемте, – произносит она тем же сквозь зубы тоном. – Я провожу вас в медицинский блок.

Мы снова идем по бесконечным коридорам. В голове зреет подозрительная мысль: а что, если это она? Луиза? Она явно меня ненавидит, у нее есть доступ ко всему. Могла ли она подделать сообщение, украсть образцы? Но Ксавьер сказал, что все отчеты у него. Значит, цифровую копию она не уничтожила.

А физическая кража… рискованно. Слишком рискованно для такой осторожной и расчетливой особы. Нет, не похоже. Или… очень даже похоже, если она уверена в своей безнаказанности? Голова начинает раскалываться.

Медицинский блок – это царство стерильности и тихого гула продвинутого оборудования. Нас встречает врач. Ее кожа имеет нежный, светло-голубой оттенок, как утреннее небо. Длинные, огненно-рыжие волосы собраны в практичный, но элегантный пучок. Ее глаза, цвета теплой меди, смотрят на меня с безмятежным, профессиональным интересом.

– А, новенькая землянка, – говорит она, и ее голос звучит мягко, почти певуче. – Проходите, садитесь. Я – Илария, старший медицинский офицер.

Луиза остается стоять у двери, сложив руки на груди.

Илария проводит быстрый, но невероятно тщательный осмотр. Сканеры бесшумно скользят вокруг меня, анализируя все: от уровня кислорода в крови до малейших следов нейротоксинов. Она берет образцы, изучает показатели на экране, и на ее лице появляется легкая, заинтересованная улыбка.

– Ох, какая вы интересная, – мурлычет она, глядя на данные. – Нейронные связи… необычайно гибкие для землянки. И адаптационные показатели выше среднего. Вы интересный экземпляр.

Мне становится неловко под ее пристальным, почти научным взглядом и под ледяным взором Луизы в дверях.

– Его светлость ждет отчет о состоянии, – сухо вставляет Луиза

Илария лишь кивает, не отрываясь от экрана.

– Никаких серьезных проблем. Легкое истощение, следы воздействия чужеродных спор в легких, но фильтр справился. Небольшой стрессовый гормональный дисбаланс, что неудивительно. Ничего, с чем не справится хороший сон, питание и… – она поворачивается ко мне, и в ее руке появляется маленький, безболезненный инъектор, – витаминный коктейль и универсальный восстановитель. Это поможет нервной системе стабилизироваться и даст энергию. Вы будете как новенькая.

Она делает укол, и по телу разливается приятное, теплое ощущение. Усталость отступает, мысли проясняются.

– Спасибо, – говорю я искренне.

– Пожалуйста. Теперь отдых.

Луиза, получив молчаливое подтверждение, что я не умру в ближайшие часы, разворачивается. Я следую за ней, на этот раз чувствуя себя немного более собранной. Мы идем вглубь жилого сектора. Луиза останавливается у двери с номером, который означает что-то только ей понятное, и прикладывает ладонь. Дверь открывается.