Глава 8

Вздох напряжения пронесся по залу волной.

Понятно, что всем страшно. Стражей тут всего семеро против всех, но их боятся. И главное, им не доверяют. Отношение, что складывалось веками, не перешибить одномоментно.

Первым поднялся мужчина из королевской ложи. Лет сорока, высокий и худощавый, с жестким сухим лицом.

— Разумеется, мы назовем свои имена. Но что сейчас было? Мы имеем право знать.

Энгвард Ордгарн прищурился, глядя в сторону, а потом проговорил:

— Сейчас было то, с чем Стражи Хаоса постоянно сталкиваются. Именно так происходит посвящение в Стражи. Каждый из нас приносит дар крови и проходит испытание Хаосом. Но выживают не все, только те, кого Хаос пожелает принять.

— Вот это… Оно…

Мужчина неопределенно повел рукой, показывая на отливающий сребристым стеклом труп короля Зинала, и, как бы хорошо ни владел собой, все-таки не удержался, вздрогнул.

— Это то, что наполняет Разлом, — холодно произнес глава Ордгарн. — Хаос, как его привыкли называть. Или страж границ, Зеркало миров. И да, предвосхищая ваш вопрос, оно живое и оно разумно.

Новая волна звенящего напряжения прокатилась по залу.

— Мы должны верить вам на слово? — сказал высокий сухой мужчина в короне. — Это… немыслимо.

— Я могу подтвердить.

Из тех рядов, что занимали представители имперской коллегии магов поднялся и вышел вперед Бруно Дравар.

— Я был у Разлома и свидетельствую, что именно так проходит испытание в Стражи.

— Вы видели своими глазами.

— Да, — Дравар кивнул. — Я хотел пройти испытание, но… его пришлось отложить.

— Я также могу подтвердить, — со своего места нехотя поднялся Валлигар. — Я подписывал договор в Ангиаре и прибыл к Разлому вместе с девятью моими товарищами из имперской коллегии магов.

Теперь все взгляды устремились на него. Видно было, что Валлигару это дается непросто, однако он все же сказал:

— Я видел, как проходил испытание Молен Гоулз. Это было ужасно, — он прикрыл глаза.

— Почему ужасно?

— Потому что Хаос тогда взбесился и чуть не пожрал его так же, как и его величество Конрада, — он указал на короля. — Только усилиями главы Ордгарна и остальных Стражей удалось подавить возмущение. Потом Молен Гоулз сошел с ума и сам бросился в Разлом. Вы не представляете себе, насколько это было страшно.

— Но если это так, то кто же может пройти испытание?

— При мне его прошли мейр Ангус Форман, архивариус Ангиара, коллега Эйтерн Хорм и архимаг Земекис.

Король некоторое время молчал, потом спросил:

— Вы ведь, кажется, сопровождали на родину тело архимага Олима? Как он погиб?

— Он погиб так же, как и его величество Конрад. Хаос мгновенно пожрал его.

— А Бэкил?

— Этого я не знаю, я к тому моменту уже уехал, — вскинул ладони Валлигар.

— Это видел я, — мрачно обронил Бруно Дравар. — Бэкил покончил с собой. Самосожжение.

Повисла зловещая тишина.

Наконец король, взявший на себя обязанности председательствующего, проговорил, обращаясь к Олафу, молодому королю Ангиара:

— Приношу вам свои извинения, собрат. К вашим словам следовало прислушаться раньше.

А после повернулся к Энгварду Ордгарну.

— И все-таки, чего вы этой демонстрацией добивались? Известно, что Разлом весьма богат сокровищами. Вы намерены никого к нему не подпускать и держать империю в страхе?

Эва не выдержала, хмыкнула и чуть не сорвалась. Но Энгвард коснулся ее руки — не сейчас. Его жена слишком вспыльчива, а тут нужно холодно и спокойно разжевать этим господам. Это предстоит делать ему. Он глава ордена Стражей.

— Именно об этом я хотел бы говорить, — начал Энгвард.

— Мы слушаем вас.

— Никакой демонстрации не было, это произошло спонтанно. Потому что, я повторюсь, эта ледяная металлоподобная субстанция, которую мы зовем Хаосом, на самом деле живой организм, призванный древними из другого мира. Зеркало — бессмертный траж границ, и оно наделено сознанием.

— Оно, — мужчина сглотнул. — Слышит нас?

— Зеркало миров не мыслит человеческими категориями. Но да, оно может слышать, и решение принимает само, — глава ордена Стражей кивнул. — И еще. Да, Разлом теперь запечатан, к нам больше не лезут из Хаоса демоны и твари бездны. Но вы должны понимать, что Зеркало миров осталось. Готовы вы к тому, что Хаос может вырваться в этот мир?

Опять колючая пауза, наполненная отголосками неприятия и страха.

— Постарайтесь понять, — Энгвард все-таки хотел донести до них. — Когда древние маги создавали орден Стражей Хаоса, они уничтожили все источники тепла и создали особые условия, потому что только так можно удержать Хаос в границах Разлома. И касательно того, что мы не хотим никого к Разлому подпускать. Давайте вернемся к магическому закону, договору между империей и древними магами.

Оглядел присутствующих в зале глав субъектов империи и произнес:

— Прошу вас ознакомиться с оригиналом. Лойку, передай.

Вперед вышел Лойку и достал из внутреннего кармана магически запечатанный футляр для документов. Естественно, все сейчас смотрели на него. Высокий сухой мужчина в короне, взявший на себя функции председательствующего, уже протянул руку, ожидая, что тот подойдет и отдаст ему документ, однако Лойку этого его жеста словно не заметил, остался на месте.

— Я официальный представитель делегации ордена Стажей Хаоса мейр Лойку Горан. Прежде чем этот документ будет передан в руки представителя совета королей, представьтесь.

— Вы… — председательствующий медленно выдохнул. — Зарываетесь.

— После того как вы ознакомитесь с содержимым, ваше мнение изменится, мессир, — спокойно проговорил Лойку.

— Хорошо. Еще раз. Кого вы представляете?

Лойку коротко поклонился.

— Орден Стражей Хаоса. Ангиар. И Зингар.

Его черные глаза сверкнули огнем, отпуская на полную мощь ведьмачью сущность. Поднялся ропот. Один из королей обронил, поджав губы:

— Зингар не входит в состав империи.

Внезапно с места поднялся Олаф:

— Зингар присутствует по моей просьбе в качестве независимого наблюдателя.

— Вы противоречите себе, нельзя одновременно представлять одну из сторон и быть независимым наблюдателем.

— Вы готовы отказаться от знаний, которыми может располагать только зингарец? — резко спросил Олаф, которому уже порядком надоело нежелание совета принять очевидное. — Это притом что остекленевшее тело Конрада все еще находится в этом зале?

Тот замолчал и с недовольным видом сел на место. Секунду висело молчание, наконец председательствующий встал и проговорил:

— Я Мартен, король Верты. Могу я теперь увидеть оригинал договора, о котором здесь столько говорят?

Лойку молча подошел и передал ему магически запечатанный футляр.

— Как мне его открыть?

— Кровью. Приложите палец в основание.

Тот опять шумно выдохнул и сглотнул, но все манипуляции выполнил. Футляр открылся, мужчина стал его читать. И чем дольше читал, тем больше менялся в лице. Наконец дрогнувшим голосом сказал:

— Здесь… совсем не то, что хранится у нас в архивах.

А после в звенящей тишине добавил:

— Здесь семь субъектов, а сейчас нас здесь присутствует девять.

— Это значит, — спокойно проговорил Энгвард Ордгар. — Два субъекта не легитимны.

Зал накрыл ропот.

— Можем и мы увидеть? — со своего места поднялся еще один правитель.

— Можете. Но прежде представитесь и оставите свою кровь. Процедура для всех одинакова.

На сей раз спеси поубавилось, свои имена назвали все и даже изволили выбраться из своих лож и собраться за столом, который внесли в зал.

На этом столе, переливаясь магическими печатями, лежал оттиск с того самого первого договора, по которому королевские рода должны были отдавать наследников в орден Стражей Хаоса. Составленный на двух языках, старом всеобщем и языке древних магов.

Семь печатей от империи, семь корон.

Из наследников этих семи корон и был составлен первый орден Стражей. Старшие ветви. Это давало больше прав на престол, чем у нынешних наследников. Сразу замаячила возможность пересмотра правил наследования, в зале теперь висела напряженная тишина.

— Орден не будет предъявлять наследственных прав, — сразу обозначил Эгвард Ордгарн. — Речь идет только об исполнении магического закона.

Можно было ощутить, как тут многие выдохнули с облегчением. Но не менее важные вопросы остались.

— Но нас сейчас не семь, а девять, такова историческая реальность, — проговорил председательствующий король Верты. — Что это может для нас значить?

— Либо каждый из королевских домов отдает в Стражи наследника. Либо объединяйтесь так, как это было на момент подписания.

Опять поднялся ропот. Некоторые королевства за это время разделились, как те же Верта и Зинал или Машкадар и Хорцария. Никому теперь не хотелось втискиваться в прежние рамки и терять право на самоопрделение. Но и детей своих отдавать Хаосу никто не желал.

— А не можем мы поступить так, как поступил Ангиар? — спросил Хавьеро, король Астуры.

Олафу уже безумно надоели эти намеки, он сказал прямо:

— Ангиар единственный выполнил обязательства по магическому закону. Мы отдали двух наследных принцесс в Стражи.

— Да, это был ловкий ход, выдать сестру замуж на главу ордена, — послышались смешки. — Или удочерить девочку из приюта и отдать ее в Стражи. Почему бы и нам не поступить так же?

— Разумеется, — Олаф оглядел всех. — Можете усыновлять или удочерять сирот. Но не забудьте особым королевским указом внести их в список наследников прямой линии, подтвердить все права на престол и закрепить это за ними потомственно. Как сделал Ангиар.

Некоторое время стоял гомон, большой совет королей отчаянно ругался вполголоса. Делили и припоминали друг другу все. Однако остекленевший труп Конрада все еще был в зале, это значительно охлаждало пыл.

В конце концов председательствующий устало произнес:

— Хорошо, дела империи — это наши внутренние вопросы и будут решаться на внутреннем совете. Мы готовы исполнить свои обязательства по магическому закону. Чего еще хочет от нас орден Стражей Хаоса?

* * *

Вот сейчас бы брать их всех тепленькими, подумалось Эве, да только это им ни к чему.

Им нужен мир. И гарантии, что в Разлом не сунется вся эта оголтелая братия, а с Зеркалом миров они как-нибудь разберутся сами.

* * *

Мирный договор на пятьдесят лет с условием обязательного продления был подписан в тот же день. Трудно было поверить, что все было принято с первого раза. Готовились биться, а не пришлось даже задействовать дополнительные силы и резервы. Но главное, что получилось.

Выходили из зала совета как пьяные, от внезапно нахлынувшей усталости подрагивали ноги и слегка кружилась голова.

Однако эта самая голова работала у Эвы как часики. И в тот момент, когда все произошло, и она, и остальные Стражи промолчали, но вопрос-то остался.

Уже когда оказались за пределами курии, она его Хельге задала.

— Скажи, тот фокус, что мы видели, как тебе удалось?

Рыжеволосая Хельга повернулась к ней, а Хорм незаметно, но как-то сразу оказался рядом. Эва невольно улыбнулась и продолжила свою мысль:

— Мне приходилось видеть, как Хаос заполняет тело целиком. Но после этого носитель либо становится демонической сущностью, как Гойран, либо просто умирает. И обратный процесс запустить нельзя. А ты, получается, носишь в себе Хаос и остаешься человеком. Как?

— Ах это, — женщина неловко повела плечом, отбрасывая рыжие волосы за спину.

А потом бережным жестом вытащила из-за пазухи серебристую каплю Хаоса.

— Вот, — прошептала. — Оно постоянно со мной. Для меня оно как…

Подошел Лойку. Она замялась, не зная, как сказать, а Лойку тихо проговорил:

— Дитя.

Дико прозвучало, как строчка из пророчества.

Но задуматься никто не успел, потому что Озран, все то время, что они были в зале молчавший, словно воды в рот набрал, выдал:

— Хоть теперь-то мне можно один часик на это? Ну, это… с девушками погулять?!

Грохнул хохот. Толкали старого Оза и зубоскалили все.

— Эй! Не рассыпься, старый! Да что ты успеешь за час?

— Это мое дело, не ваше. Нечего нос совать. Мне на это, полагается! — Оз вскинулся и взмахнул руками. — Я тут с вами вон, сколько времени сидел как привязанный. Дайте хоть немного воздухом подышать!

— А, так ты дышать с девицами собрался?

— Не вашего ума дело, что я там собрался! Я может, это…

И тут Эва спокойно и негромко так сказала:

— Отставить.

Смех прекратился, а она встала прямо перед Озраном, уперев руки в бока.

— Ты куда собрался, старый?

— Куда надо, — буркнул тот.

Однако же чуть отступил и поджался, хотя мейра ростом была чуть выше его плеча.

— Так куда это тебе надо? По девкам, что ли?

— И что с того? Я ж всего на час.

— А то, — спокойно так, буднично напомнила мейра. — Что ты уже сколько времени вдали от Разлома, а?

Что-то такое тревожное промелькнуло у Озрана во взгляде, а она еще безжалостно припечатала:

— Вот, теперь сам понимаешь. Без подпитки-то оно как? Резерв сразу падает, — и перевела взгляд на его штаны.

— Фуй, бессовестная девка! — разразился обиженными воплями старейший из Стражей.

— Я не бесстыжая, а заботливая, — материнским тоном провещала Эва. — Подумай сам. Вернешься к своим девочкам, они тебя в ванну, а у тебя все всплывет, перерасход покажет. Что тогда?

— Ыыыы, — Оз надулся, обиженный страшно.

— Но, — Эва вскинула указательный палец. — На час воздухом подышать в трактир мы тебя, конечно же, отпустим. Как не отпустить, ты заслужил. И двух молодых Стражей с тобой отправим. Чтоб ты там не пил лишнего и не бузил.

Он сопел несколько секунд, а потом выдал:

— А им ты тоже запретишь на девок пялиться?

— Им? Нет. Они же неженатые, их никто не станет сажать в ванну и содержимое, кхмм, на вес проверять.

Опять грохнул хохот. Оз оглядел всех и махнул рукой:

— И-и-иэх.

— Кстати, тебе тоже никто не запрещает на девушек смотреть. Можешь сколько угодно. Но только смотреть, понял, да?

Потом резко повернулась к остальным:

— Можете отдыхать! Кто как хочет хочет. У вас один час и еще час на сборы. После этого отбываем.

* * *

После этого все дружно завалились в ближайший кабак. Назойливую стражу, что мозолила глаза и стерегла каждый их шаг, совет королей снял сразу.

Конечно, от этого простые горожане не перестали бояться Стражей. Ведь маги Хаоса надменные, холодные, по силе им нет равных. И этот магический закон, по которому им должно женщин отдавать. Возможно, потому и глазели на них крайне настороженно. Но сейчас на это было плевать. День прошел тяжело, хотелось расслабиться.

Сама Эва не пошла с остальными, она хотела увидеться с братом. Олаф сейчас находился в посольстве Ангиара, и они с Энгвардом отправились туда.

День действительно был непростой. Молодой король Ангиара казался осунувшимся и повзрослевшим.

— Как ты, братик? — Эва обняла его, когда они остались строем.

— Хорошо, лучше, — отшутился тот. — Чем ожидалось.

И сразу спросил:

— Вы сейчас сразу назад?

— Да.

— Я скоро приеду туда, привезу еще одну партию магически одаренных девушек, изъявивших желание отправиться на работу в орден Стражей. Есть даже аристократки. Как видишь, Эв, твоя реклама сработала.

— О! Братик, да это просто отличная новость! — обрадовалась Эва.

— И еще, — серьезно проговорил Олаф. — Есть несколько предположений.

— Ты можешь высказать их прямо сейчас, — сказал Энгвард.

— Нет, лучше там, — У Олафа проскочил странный жест.

Глава ордена Стражей прищурился. Прошелся по комнате и застыл, скрестив руки на груди.

— Скажи, король, когда ты намерен подарить Ангиару наследников?

— У меня уже есть целых две наследницы, — отмахнулся тот, потом буркнул, исподлобья взглянув на Энгварда: — Работаю я над этим, работаю.

— А, — радостно фыркнула Эва. — Так это та самая, которую ты прятал в спальне, когда мы…

— Эва! — молодой король Ангиара закатил глаза. — Ну ты хоть иногда снимай сапоги!

Но все же признался:

— Да. Но это пока тайна.

Эва рассмеялась и хотела сказать, чтобы не затягивал со свадьбой, но не успела. Посыльный сообщил, что их хочет видеть король Верты.

Их опятьхотят видетьв курии? Сразу повисло напряжение. Что еще могло быть после всего того, что уже было?

Энгвард сказал:

— Мы готовы встретиться с его величеством.

Но в курию отправляться не пришлось, посыльный сообщил, что его величество Мартен здесь.

— Хорошо, тем лучше, — вмешался Олаф, это ведь было на его территории. — Проводите гостя.

Встреча состоялась в соседней гостиной. Оказалось, что король Верты пришел не один. С ним в гостиную вошли два юноши. Один был похож на него, другой… В нем угадывалась южная кровь.

— Я хочу сказать, — начал Мартен. — Что Верта и Астура готовы отдать младших наследников в Стражи.

Невольно мороз подрал по коже. Эва спросила, указывая на того, в ком угадывалась южная кровь:

— Почему Хавьеро сам не привел сына? Он вообще в курсе?

Понятно, что все это могло вызвать политические осложнения.

— Я его брат, — вскинул на нее взгляд юноша. — И мне не нужно его дозволение. Я сам решаю свою судьбу.

Повисло короткое молчание, потом Эгнвард сказал:

— Хорошо. Мы готовы принять новых Стражей.

* * *

В тот день они отбыли расширенным составом и немного позже, чем предполагалось.

Потому что…