Глава 14

Энер

Воровки оказались куда более ловкими и неуловимыми, чем я думал. Поговорив с уволенным дворецким и персоналом мастерской, я всё ещё не продвинулся в расследовании, поэтому решил обратиться к частному сыскарю. Идти к имперским ищейкам всё ещё не хотел по тем же причинам, что и раньше. Да и какое удовольствие мне доставит поимка нахалок, если я не буду присутствовать при ней лично?

Сыскарь опросил меня и выдвинул предположение, что воровки могли быть в столице на гастролях, а работать на заказчика из провинции или даже другой страны. По его заключению в моей лаборатории орудовал фамильяр, образцы шерсти обнаружились на полу. Следовательно, как минимум одна из воровок — ведьма. Они могли иметь других сообщников, и мне настоятельно рекомендовали не расслабляться. Войдя во вкус, преступницы могли вернуться за ещё одним артефактом. 

В последнее я не верил до тех пор, пока на моём пороге не показалась та самая Делия, которую я безуспешно искал последние дни. 

От удивления и злости дар едва не вышел из-под контроля. Какая восхитительная наглость! 

Открыв калитку, впустил нахалку во двор и уже хотел язвительно спросить, не завернуть ли ей с собой ещё парочку артефактов, как она заговорила сама: 

— Энер, я вернулась, чтобы попросить прощения за то, что сделала. Я знаю, что поступила ужасно и… воспользовалась ситуацией. Мне очень жаль. 

Она опустила голову вниз, словно действительно чувствовала вину. 

— Ты вернулась только за этим? — насмешливо спросил я. 

— Нет. Я привезла векселя от моей семьи. Мы успели собрать только двадцать пять тысяч, но я могла бы… отработать остальное. Либо мы могли бы составить долговое соглашение… 

Не знаю почему, но это предложение разозлило неимоверно. Словно я нуждался в деньгах! Проблема с этими грёбаными артефактами стабилизации была вовсе не в деньгах, а в том, что их чертовски долго и сложно делать, и теперь, если я не хочу выставить себя облапошенным дураком, придётся делать ещё один сверх графика. 

Чувствуя мой гнев, Делия сжалась в комок, а из её капюшона вдруг показалась нелепая синяя белка и с виноватой мордочкой протянула мне пустой накопитель в форме жёлудя, а потом зажмурилась, будто ожидала, что я её сейчас ударю. 

Это окончательно вывело меня из себя. То есть это они меня обворовали, а теперь ведут себя так, будто злодей тут — я?! 

— Терпеть не могу ведьм! — прорычал я, яростно сжимая кулаки, чтобы с пальцев не посыпались искры. — Особенно ведьм-воровок! И свои деньги можешь оставить при себе! Но ты права, наказания ты действительно заслуживаешь! 

Я подхватил ведьму под живот и поволок к себе. Не во дворе же её допрашивать! Хотя это было бы даже интересно… 

Войдя в дом, запер дверь, поставил воровку на пол, а её белку взял за шкирку и посмотрел в тёмные глазки-бусинки. 

— Только посмей тронуть хоть что-то, спалю и глазом не моргну. Понятно? 

Белка закивала, опасливо поджав пушистый хвост. Я потащил их обеих в лабораторию. Белку посадил на стол рядом собой, чтобы не выпускать из вида, а ведьме скомандовал: 

— Раздевайся! 

— Что?.. Зачем?.. — растерялась она. 

— Я собираюсь тебя допросить, и мне нужно убедиться, что на тебе нет никаких артефактов. 

Она переминалась с ноги на ногу, а потом сказала: 

— Я… я предлагала отработать по-другому. 

— А мне по-другому не надо, — ехидно бросил я. — Ты сама пришла сюда, поэтому либо делай, что тебе говорят, либо отправишься на каторгу. За воровство особо ценных артефактов — отдельная статья, Делия. Или не Делия? 

— Делайла… — тихо прошептала она. — Делия — моё домашнее имя. 

— Так вот, Делия, если не хочешь отправиться на каторгу на десять лет, то придётся подчиниться. Для начала я хочу убедиться в том, что ты не лжёшь, и узнать, кто ещё замешан в случившемся. 

Она всё ещё колебалась, и это тоже сердило.

— Ради того, чтобы меня обокрасть, ты разделась вполне охотно, если память мне не изменяет, — насмешливо бросил я, с удовлетворением глядя, как расцветает румянец стыда на её лице. 

Делия медленно обнажилась, а потом выпрямила спину. Я дал ей нужный артефакт и предупредил: 

— Говори правду. Если будешь лгать, кристалл изменит цвет и больно ужалит. 

Результаты допроса меня удивили. Теперь уже я чувствовал себя едва ли не подлецом. Приходилось раз за разом напоминать себе, что это она меня обворовала, а не наоборот. И что невольный обмен девственности Делии на артефакт — крайне сомнительная сделка, потому что её девственность мне была не нужна. 

Я задавал самые разные вопросы, в том числе очень личные, и она неизменно отвечала, только голос становился всё тише. 

Это меня тоже бесило. Я ненавидел, когда давили на совесть, жалость или пытались вызвать чувство вины, поэтому старался свести контакты с людьми к минимуму и перевести их в денежную плоскость. 

Когда Делия убедила меня в том, что никакой преступной схемы нет и действовала она в одиночку, я растерялся. Смотрел на неё и понимал, что не хочу вот так сразу отпускать. И в то же время наказывать её больше не хочу. 

Что же с ней делать?

С одной стороны, оставлять её в доме после того, что она учинила — верх глупости. С другой — я понял причины её поступка и поверил, что она действительно чувствует себя виноватой за совершённое. Кроме того, вся эта ситуация была настолько необычна, что я увлёкся. 

— Тебе понравилась наша совместная ночь? — спросил я, подходя почти вплотную. 

Она подняла на меня золотисто-карие глаза и ответила: 

— Да. 

— Ты бы хотела повторить? — задал я вкрадчивый вопрос, касаясь нежной кожи на её талии. 

— Да, — смущённо выдохнула она. 

— Хорошо. Тогда я предложу тебе отработать стоимость артефакта. Ты останешься в этом доме, будешь соблюдать мои правила и расписание. Делать то, что я захочу, и когда я захочу. 

Я коснулся пальцами её подбородка и чуть приподнял, заставляя посмотреть мне в глаза. 

— На какой срок? — тихо спросила она. 

— На два месяца. Примерно столько мне потребуется, чтобы сделать пять артефактов вместо четырёх. А ты проследишь, чтобы никто и ничто не отвлекало меня от работы, а также будешь приходить ко мне каждый вечер за порцией наказания. Или удовольствия. Будет зависеть от того, насколько ты понятлива и послушна. Деньги твоей семьи мне не нужны. 

Ведьма нервно сглотнула и прошептала: 

— Я согласна. 

Подкралось желание развернуть её к себе спиной и вторгнуться в тугое лоно прямо сейчас. Я прекрасно помнил, насколько оно возбуждающе узкое. Но решил соблюдать осторожность. Защёлкнул на Делии наручники, а потом отвёл в ванную комнату и помыл. И только после этого накинулся с поцелуями. 

Её податливость завораживала. Делия словно создана была для того, чтобы со стонами подчиняться моему натиску. Я нежно кусал её губы, сжимал тяжёлые округлости грудей и вдавливал девушку в стену, чувствуя, что член сейчас просто лопнет от возбуждения. Но я изо всех сил сохранял остатки самообладания и хотел, чтобы она кончила первой. Собирался сначала ощутить её удовольствие, и только потом брать так, как нравится мне. 

Развернул ведьму спиной к себе, прислонил ко влажной стене и принялся ласкать. Одной рукой скользнул между стройных ножек, а другую положил на тонкую шею, чувствуя бешеный ритм её сердца. Хотел показать ей, что она целиком в моей власти, и слегка сжал мягкое полушарие груди. Делия застонала в ответ, провоцируя и дразня. Не выдержав, толкнулся в тугое лоно и замер, давая ей привыкнуть. Она сладко всхлипнула и покорно подалась навстречу. У меня едва крышу не снесло от желания в этот момент. 

Тяжело дыша, я принялся ласкать её ещё более настойчиво, планомерно подводя к экстазу. Дыхание сбилось, она задрожала, а затем целиком содрогнулась в спазме удовольствия. Я толкнулся глубже в её пульсирующее лоно, а затем вышел почти целиком. И снова вошёл до самого предела. Её нежное тело трепетало от удовольствия, а я раз за разом вколачивался в него, пока не достиг сильнейшего оргазма. 

Развернул Делию к себе, посмотрел в расфокусированные глаза и сказал: 

— Это только начало.