33

33

Северное княжество

Ярополк стоял у основания широкой каменной лестницы, ведущей в парадный зал, выпрямившись во весь свой рост. Его лицо, обычно бесстрастное, теперь напоминало застывшую маску учтивости.

Глаза, однако, выдавали истинное его состояние – в них плескался ледяной огонь скрытой ненависти. Холодный блеск, тщательно замаскированный под вежливое ожидание.

Он наблюдал, как Огнедар, держа Красимиру под руку, поднимался по ступеням. Девушка шла немного неуверенно, её взгляд скользил по роскошным гобеленам, украшающим стены, по тяжелым дубовым дверям. Красота молодой княжны резко контрастировала с мрачными мыслями, клубившимися в голове Ярополка.

Внутри мужчины все клокотало. Эта женщина, дочь Радомира, стала причиной раздора, камнем преткновения, угрозой всему, что он так долго выстраивал. Он видел в ней символ предательства, опасный вирус, способный разрушить всё вокруг.

И эта внешняя хрупкость, эта неприкрытая наивность только усиливали его негодование. Он мечтал, чтобы земля разверзлась и поглотила её, прежде чем она успеет нанести удар.

Когда они приблизились, Ярополк совершил глубокий, почти театральный поклон, его рука легла на грудь, словно в знак преданности, но в его глазах не было ни капли уважения. Его голос, ровный и меланхоличный, не выдавал бушующего внутри него урагана:

– Княжна Красимира, – его слова были словно кинжалы, каждое произнесенное слово – скрытая угроза, – сердечно приветствую вас в стенах Северного замка. Надеюсь, ваше путешествие было не слишком утомительным.

Холодный и проницательный взгляд на мгновение задержался на лице Красимиры, пронзая её насквозь ледяными стрелами. Он увидел в её глазах недоумение. Но ни малейшего признака страха перед ним. Это еще больше разожгло огонь в его душе.

Красимира, слегка склонив голову, ответила Ярополку едва заметным кивком. Её взгляд, спокойный и немного отстранённый, не выдал ни малейшего волнения или страха перед этим мужчиной. Она просто учтиво улыбнулась, не давая советнику ни единого шанса прочесть её мысли.

– Красимира, позволь представить тебе главного советника моего отца – Ярополка Мирского, – произнес Огнедар.

– Княжна, – повторил советник. – Надеюсь, вы будете чувствовать себя в нашем княжестве… комфортно.

Голос прозвучал холодно, почти иронично. Он подчеркнул слово «комфортно», намеренно выделив его, словно желая намекнуть на хрупкость её положения здесь. Это был не просто намёк, а тонкий укол, напоминание о том, что её безопасность здесь – иллюзия.

Ярополк понимал, что его ненависть к ней очевидна, но не мог сдержать себя. Он не мог контролировать ярость, клокотавшую в его груди, неприязнь к этой женщине, которая стала угрозой всему, что он ценил.

Красимира, сохраняя спокойствие и достоинство, ответила:

– Благодарю вас, господин Мирский.

Её голос был тихим, но уверенным, без дрожи, без тени сомнения, без запинки. Однако она не могла понять, почему советник смотрит на неё с такой неприкрытой враждебностью.

В этот момент Огнедар, почувствовав напряжение в воздухе, мягко взял Красимиру за руку, словно пытаясь оградить её от незримой угрозы, исходившей от Ярополка.

Этот жест не остался незамеченным советником. Он увидел в нем вызов, прямой намек на то, что Огнедар не позволит никому причинить вред своей жене.

– Князь Лучизар уже ожидает вас.

Ярополк сделал ещё один поклон, более формальный и отстранённый, чем предыдущий, и отступил в сторону, уступая им дорогу.

В этот момент он принял окончательное решение. Его план, план по устранению Красимиры, должен был быть выполнен.

Без колебаний. Без жалости.

* * *

Распахнулись массивные дубовые двери, и в тронный зал вошли Огнедар и Красимира. Князь Лучизар медленно встал со своего кресла, чтобы поприветствовать сына и его жену. Его взгляд сначала скользнул по фигуре княжича, задержался на его спокойном лице, а затем… остановился на Красимире.

В простом, но изысканном платье, подчеркивающем её хрупкую фигуру, она казалась воплощением весеннего света. Волосы, цвета спелой пшеницы, ниспадали на плечи, обрамляя ее правильное лицо.

Голубые глаза, полные одновременно тревоги и любопытства, встретились с его взглядом, и Лучизар почувствовал, как жгучая боль, словно острая стрела, пронзила его сердце.

– Вельмира… – тихо произнес он.

В её осанке, в изящных жестах, в едва заметной неуверенности, проглядывающей сквозь внешнее спокойствие, Лучизар узнал свою Вельмиру.

Красимира, почувствовав на себе удивленный взгляд князя, остановилась и присела перед ним в небольшом реверансе, стараясь проявить уважение. Она не могла не заметить, как князь будто бы потерялся в своих воспоминаниях, глядя на нее, и это вызвало множество вопросов в ее голове.

– Ваше Высочество, – произнесла она, стараясь сохранить спокойствие.

Казалось, князь перенесся на двадцать пять лет назад, когда он только увидел Вельмиру. Свою жену. Она вот так же зашла в тронный зал в сопровождении своего отца, приехав издалека, чтобы заключить брак с князем Северных земель.

Их брак был оговорен заранее и являлся взаимовыгодным для обеих семей. Однако, увидев свою будущую жену всего один раз, Лучизар влюбился бесповоротно.

Князь, все еще охваченный воспоминаниями, был не в силах поверить своим глазам. Он медленно подошел к девушке. Лучизар не мог избавиться от ощущения, что перед ним стоит не просто дочь его врага, а часть его прошлого, часть той любви, которая когда-то наполнила его жизнь светом.

– Ты… – произнес он, не в силах сдержать дрожь в голосе. – Ты похожа на нее.

Девушка, не понимая, что происходит, лишь смущенно опустила глаза.

– Я… я Красимира, – тихо произнесла она. – Откуда вы знаете мою мать?

Лучизар ощутил, как сжалось его сердце. Красимира, дочь его прекрасной Вельмиры, стала живым напоминанием о том, кого он потерял. Воспоминания о любви, о счастье и горечи утраты вновь заполонили его душу.

– Вельмира… – прошептал он, и в его голосе звучала не только боль, но и нежность. – Она была светом моей жизни.

– Я не понимаю, – совсем растерялась девушка, её голос дрожал от смятения. – Моя мать… она ушла рано. Сразу после моего рождения. Я никогда не знала её.

– Ты… ты унаследовала её красоту, – произнес он, стараясь сдержать слёзы.

Красимира, всё ещё не понимая, что происходит, подняла взгляд на князя.

Лучизар чувствовал, как его душа наполняется тяжестью воспоминаний. Он знал, что должен рассказать ей правду, но слова застревали в горле.

– Красимира, – начал он, стараясь говорить спокойно, – твоя мать… она была частью моей жизни. И я… любил её.