Заноза

Вид у тигра был злой и встревоженный, а его тихое и уверенное “моей женщины” разлилось по венам приятным пламенем. Я старалась не сталкиваться с Виго взглядом после быстрой стычки с Ханаром. Боялась, что у меня на лице будет совершенно дурацкая, довольная улыбка, которую я никак не могла скрыть.

Не хотелось мешать торговцу и Виго разговаривать, тем более у меня была другая задача; так что я тихонько поднялась и пошла в сторону оазиса. Пропустить его — нереально. Сотни светляков кружились над пышной зеленью деревьев и спокойной темной гладью воды.

— Итак, приступим.

Я потерла ладони друг об друга и пошла вокруг края островка зелени, высматривая нужные мне травы.

В таких больших оазисах всегда всего в избытке. Здесь были красные крупные мерены, мелкая россыпь белой “звездной пыли”, а на поверхности воды слабо светились огромные сине-зеленые алории. В центре каждого бутона пульсировал крохотный красный комочек. Через несколько недель он вырастет и превратится в самую настоящую бомбу.

Все знали, что прикасаться к алории в период созревания — опасно для жизни. Цветочек мог рвануть с такой силой, что человек лишился бы рук.

Усевшись у воды, я принялась за дело. Мне стоило аккуратно собрать коварные цветы, упаковать их плотно друг к дружке и с помощью собственных сил ускорить их рост, совсем чуть-чуть, чтобы, добравшись до Ан-Салах, мы оставили в хранилище дворца один большой взрывной сюрприз.

Ладони слабо засветились зеленым, пока я прикручивала к шарику из алории пару цветков сонного дурмана.

На несколько мгновений меня отвлек плеск воды. Ветер тихонько перекатывал волны от края до края, бросая мне в лицо холодные капли.

Светлячки кружились над головой, выписывали затейливые спирали и завитушки, перемигивались и вспыхивали, будто переговаривались друг с другом.

Сейчас уже план не казался мне таким удачным.

Да и страшно было. До дрожи и обжигающей стужи, растекшейся по внутренностям. Так страшно, что кончики пальцев заледенели и мелко подрагивали, не в силах справиться с магическим плетением, которое никак не хотело укладываться нужными узорами на нежные зеленые листочки сонного дурмана.

Отложив все в сторону, я сделала несколько глубоких вдохов, попытавшись успокоиться. Мне отчаянно не хватало присутствия тигра рядом. Да, он сидел у костра вместе с торговцем, и даже на таком расстоянии я слышала их разговор, но при этом мне казалось, что Виго — бесконечно далеко, что он не здесь.

— Я закончу и вернусь к нему, — пробормотала я в темноту и запрокинула голову, чтобы полюбоваться светляками.

Это была странная тяга.

Почти неестественная.

Нет, Виго — очень хорош собой, я даже не могла вспомнить, видела ли хоть раз в жизни таких же красивых мужчин. Но разве одного этого было достаточно, чтобы коленки подкашивались и руки сами собой тянулись погладить и потрогать? Мне нравились другие мужчины до встречи с ним, но… никогда так.

Мы ведь почти чужие друг другу. Незнакомцы.

Мы почти не разговаривали и старались не общаться на личные темы.

Я знала почему.

Виго избегал привязанностей, чтобы потом не мучиться чувством вины. Не думать о себе как о предателе, отдавшем деву — которая доверила ему свою жизнь и прошлое — в лапы отвратительного чудовища.

Под грудью разлилось странное, тянущее тепло.

Распутав покрывало, я задрала рубашку и осмотрела кожу, подумав, что может цапнул кто-то, пока я отвлеклась. Насекомых возле оазисов всегда было с избытком.

Ничего.

Странно. Чувство было такое, будто кто-то приложил к боку почти остывший камешек из костра.

— Что-то случилось?

Сдавленно вскрикнув, я вскочила и, запутавшись в складках ткани, чуть не упала лицом в песок. Сильные руки подхватили меня и помогли удержаться на ногах, а над головой послышался тихий смешок Виго.

Я бы узнала его, даже если бы тигр просто промолчал. Мне не нужно было смотреть на мужчину, не нужно было прислушиваться, что-то спрашивать. Одного прикосновения было достаточно, чтобы понять — это тигр, можно выдохнуть и расслабиться.

Под грудью снова заныло, на этот раз сильнее. Будто что-то пыталось вырваться из клетки ребер, броситься к Виго на шею и никогда не отпускать его.

— Прости, я не хотел тебя пугать, — он окинул меня настороженным взглядом. — Ты же не собиралась пойти поплавать?

— Я, может, и сумасшедшая, но не настолько.

Улыбка тигра стала шире.

— Уверена?

Я толкнула его в плечо, хотя с таким же успехом могла бы толкать камень.

— Лучше помоги мне.

Указав на плотный комок из цветка и дурмана, я показала тигру, что нужно делать, и умостилась у воды, стараясь не пялиться на мужчину слишком уж пристально.

Мы не разговаривали, но то и дело касались друг друга: мимолетные прикосновения плеча к плечу, осторожные поглаживания пальцев, скользящих по коже запястья, когда Виго пытался привлечь мое внимание и передать еще один зеленый клубок из лепестков и листьев.

Запах холодной ночи смешивался с его собственным, все таким же жарким и сладким, будто кожа тигра всегда была горячей, как раскаленный солнцем песок.

От очередного прикосновения меня чуть не подбросило. В груди сдавило так сильно, что было невозможно терпеть — и с губ сорвался болезненный полустон-полувздох.

— Что случилось? — в голосе Виго была настороженность и забота, прямо как тогда, во сне, когда он обещал, что мы выберемся и все будет хорошо.

Я подняла на него затуманенный взгляд и тяжело сглотнула. Во рту совсем пересохло, до спазма в горле, словно внутрь набился песок и сухая трава.

— Больно, — прошептала я одними губами и прижала руку к боку, где под тканью бился странный, непривычный огонек. — Может, заболела, не понимаю…

Тигр проследил за моим жестом и побледнел, да так сильно, что проступили даже те веснушки, которых я раньше не замечала.

Это было неожиданно. Будто мужчина смертельно перепугался.

— Что? Ты меня отравил и ничего не рассказал?

Я попыталась пошутить, но вышло паршиво, и Виго в ответ не улыбнулся и не расслабился. Он продолжал пристально меня рассматривать, покусывал нижнюю губу и явно собирался с духом, чтобы что-то сказать.

— Если ты что-то от меня скрываешь, то самое время поделиться, — хмыкнула я нервно. — Мне казалось, что ты мне доверяешь.

— Доверяю, — неуверенно ответил тигр и отвернулся. — Что ты знаешь об оборотнях?

— Кроме того, что вы мягенькие и теплые?

Он закатил глаза и не удержался от улыбки.

— Кроме этого.

— Абсолютно ничего, — я беззаботно пожала плечами. — В наших поселениях не рождались оборотни, а отец не любил говорить о людях, отличающихся от… обычных людей. Я знаю, что оборотничество — своеобразное наказание Галакто и что…

Я осеклась на полуслове и снова облизнулась.

— И что?

Виго изогнул рыжую бровь, и в его янтарных глазах мелькнул вызов.

— Что оборотни всегда ищут своих суженых.

Его взгляд затягивал, лишал воли и возможности двигаться. Виго чуть наклонился ко мне, протянул руку к ткани, в которую я успела завернуться, и потянул вниз. Властно, по-хозяйски, будто имел полное право трогать как ему вздумается.

Задрав на мне рубашку, он коснулся того самого места под грудью, будто точно знал, что именно там зарождаются раскаленные колючки, выстреливающие в кровь яд и крохотные болезненные пузырьки истомы.

— Только не говори мне…

— Здесь, — он накрыл пульсирующую кожу ладонью, из-за чего я даже дышать перестала. Застыла каменной статуей, способная только судорожно глотать холодный воздух. — Моя метка. Ты родилась с ней и никогда бы не узнала о ее существовании, если бы мы не встретились. Ты бы жила своей жизнью, если бы Галакто не выбрала тебя для меня. Не столкнула нас лоб в лоб какими-то своими извращенными методами, которые мне никогда не нравились. И я бесконечно виноват перед тобой. Понимаешь?

Я качнула головой.

— Нет. Не понимаю.

Виго устало прикрыл глаза и хотел сказать что-то еще, но я остановила его, зажав рот дрожащей ладонью.

— Не понимаю, почему ты винишь себя в том, в чем совершенно не виноват.

— Я должен отдать тебя! — рявкнул Виго. — Выпустить из своих рук, позволить остаться один на один с… этой тварью. Это все равно что предать тебя!

— Он забрал твою дочь.

Тигр стиснул зубы и зажмурился. На его лице отражалась невыносимая борьба — такая отчаянная, что мне стало больно. И совсем немного хотелось плакать.

Не за себя, нет. За него.

— Мы выберемся, вот посмотришь. Эти малышки нам помогут.

Я указала на зеленые клубки, но Виго ничего не ответил.

Он притянул меня к себе и обнял с такой силой, что затрещали ребра.

— Прости меня, — шептал он снова и снова, прижавшись носом к моим волосам. — Прости…

Я же только гладила его по плечам и мурлыкала под нос старую детскую колыбельную.

Нечего тут прощать.

Совершенно нечего…