Глава 16

Я влюбилась в малыша с первого взгляда. Когда мне дали ребёнка в руки, на меня нахлынула волна умиления и в тот момент я решила, что сделаю всё, чтобы позаботиться о нём. Его крошечные пальчики крепко сжали мой палец, непреодолимое чувство ответственности и радости захватило меня. Моё сердце словно увеличилось на десять раз, эта драгоценная маленькая жизнь навсегда заняла особое место в сердце и разуме. Но...

Как только вернулась во дворец, у меня без разговоров отобрали ребёнка. И как я ни рыдала и не умоляла, меня никто не услышал. Хозяин настоящая безжалостная скотина. Он даже слушать меня не хочет. Он нашёл для малыша няньку, чужую ребёнку тётку. Почему я не могу позаботиться о ребёнке и кормить его своим молоком? За что он так со мной? Что я бы сделала его сыну?

Хорошая сказка закончилась для меня. И не только с ребёнком. Я живу во дворце, как обыкновенная служанка. Теперь у меня с дочерью узкая комнатка с двухьярусной кроватью. Душ, туалет, один для всех и живём мы не во дворце, а в отдельном коттедже с другими слугами.

Единственное, что ещё разрешено, это водить Мирелу на занятия. Я всё так же лишена учёбы и чтения книг. Хозяин постарался отгородиться от меня. Ну и пёс с ним. Будь моя воля, я его на пушечный выстрел к себе не подпускала.

Я считаю все те блага, что он мне дал, пока я вынашивала его ребёнка, а после родов всё это отобрал, издевательством. Зачем же тогда надо было так ради ребёнка стараться? Меня никто хорошо не кормил, не одевал и красивую комнату не выделял, когда я вынашивала Мирелу. Всем было плевать на меня до и после родов. Он же обошёлся со мной, как с подопытной дворнягой.

Боже, дай мне сил, всё это перетерпеть. Я ненавижу этого равнодушного, хладнокровного человека. Все мужчины одинаковые, самцы, а мой хозяин ко всему прочему ещё и самодовольный, двуличный ублюдок. И этот человек - будущий эмир? Надеюсь, он всем доволен. И всё же, как хорошо, что теперь ко мне не прикасается. Больше ничего он от меня не получит.

Я, конечно, понимаю, что могу накликать беду, если каким-то образом стану его раздражать, злить или не выполнять приказы. Но с другой стороны, что-то разрывает меня изнутри, требуя бороться за справедливость.

Может, мне и правда попытаться сбежать с Али? Он столько раз предлагал и план у него есть.

Я и Мирела можем стать свободны, уехать с Али в Иран и обрести независимость. Я не могу жить в этом дворце, знать, что ребёнок, которого я родила, растёт без матери.

Ты сегодня такая задумчивая и молчаливая, - голос Али возвращает меня к реальности.

- Я всё думаю, над твоим предложением. Как же мы доберёмся до Ирана?Только наземным путём, в самолёт вас без паспорта не пустят. А твою дочь и подавно. Без сложностей не обойтись. Но у меня есть друзья. Они помогут, сесть на корабль до Ирана. Всё будет хорошо, главноев это верить. Ты же мне веришь, Эйш? - он берёт меня за руку, подносит к губам и целует. Я улыбаюсь и склоняю голову ему на плечо.

Ты единственный человек здесь, кому я верю.Если решишься, дай мне знать, я придумаю план, как тебе с дочерью выбраться из дворца.

- Думаю, если пойду прямиком к воротам и выйду на улицу, меня никто не остановит. Хозяину я теперь не нужна. Я рада прямо сейчас сорваться в путь, но единственное, что меня удерживает это Мирела. Ей нравится учиться, она сдружилась с племянником господина и хозяин к ней добр - Скорее потому что Мирела для него находка. Не каждый день можно встретить талантливого ребёнка. Да, это тяжёлый выбор. С одной стороны, ты живёшь у самого наследного принца, а с другой - ты хочешь себе и дочери свободу.

Он прав, мне нужно всё обдумать. Благодаря Али, я собрала пятьдесят тысяч дирхам, он отдавал мне половину своей зарплаты, ради моей мечты. Единственный мужчина, который услышал меня и решил помочь.

Дай мне ещё два месяца. Если я не смогу у него выкупить свободу дочери, то мы сбежим.

- Хорошо, - Али оборачивает руку вокруг плеч и целует в макушку. - Тебе надо идти за дочерью.

Да, - откидываю голову и перехватываю ласкающий взгляд Али. Мы одновременно тянемся друг к другу, губы встречаются. Меня ещё не целовали, и этот новый опыт с Али, мне нравится. Его губы мягкие, тёплые, поцелуй выходит нежным, согревающим, в его движениях чувствуется уверенность, опыт. Я благодарна Али за то, что видит во мне женщину, а не рабыню и общается со мной на равных. Он исключительный мужчина, уважающий меня, поэтому Али мне нравится. Рядом с ним я забываю обо всех трудностях. Я не так одинока, когда мы вместе копошимся в саду.

- Это был твой первый поцелуй?Как ты это понял?Угадал, - улыбается Али. - Нам нужно быть осторожными и не попасть другим слугам на глаза. Поэтому иди первая, я тут ещё посижу.

Прихожу за дочерью во дворец, мужчина, что занимается с ней уроженец Америки, худощавый, голубоглазый блондин в очках. Не знаю, сколько у него профессий, но Мирела благодаря ему учит английский язык и решает математические уравнения. Он занимается с ней по три часа в день, кроме выходных, которые она обязательно проводит в саду за рисованием или с Маликом, когда тот с братом приезжает в гости к дяде.

Здравствуйте, - киваю мужчине.

- Добрый день. Увидимся завтра, Мирела.

- Спасибо. До свидания.

- Пока, пока.

- Мам я сегодня научилась составлять предложения на английском языке, - хвалится Мирела.

- Молодец, я рада за тебя. Ты молодец, и тебя ждёт яркое будущее. Скоро я попробую выкупить твою свободу, только никому не говори.

- Свободу? Это хорошо? А мы будем жить здесь? Я буду учиться?

Эм... если я выкуплю твою свободу, то дядя Али сделает тебе документы, и в будущем ты сможешь пойти учиться как все дети в школу, а потом и в университет, появится возможность выезжать за границу, побывать, где захочешь.

- А сейчас?

- А сейчас мы не можем ничего сделать из перечисленного. Мы собственность хозяина, как вещи, без права выбора.

Мирела задумывается.

- Я надеюсь, что хозяин примет деньги, - я должна попробовать, настоять на своём. Сколько мы будем страдать? Сначала мать, потом я, теперь моя дочь. Когда этот кошмар закончится? Если хозяин не даст свободу, я сама её вырву. Я стану бороться до последнего, но добьюсь своего.

Спустя два месяца, у меня на руках семьдесят тысяч. Надо идти к хозяину и добиваться справедливости, но вся моя решимость испарилась. С того вечера, когда я просила его позволить мне ухаживать за ребёнком, минуло два с половиной месяца. Какое у него сейчас настроение, готов ли он меня принять и выслушать?

Эйш, я всё же не понимаю, зачем тебе идти к нему? Ну, даст он ей свободу. А дальше что? Ты всё равно останешься здесь, как прислуга или как запасной вариант. Почему бы нам прямо сейчас не сбежать?

- Он сделает ей документы. И если нас вдруг остановит пограничный контроль, она хотя бы сможет остаться свободной, а не как я. Хотя бы попробую.

Тебе страшно?!Да. Я не уверена, что у меня получится.

Али обнимает меня. Мы прячемся от случайных зрителей в туннеле из цветов. Это стало нашим излюбленным местом для свиданий.

Если скажет: нет. Уходи, не настаивай, не дави. Нет, значит, нет. Такие, как он люди не повторяют дважды и быстро выходят из себя. Не жди, что, задав вопрос второй раз, он вдруг передумает.

- Я поняла. Но я должна попытаться.

- Надеюсь, у тебя всё получится и он услышит твой крик души, - Али целует меня в макушку.

Увидимся завтра и погорим.

Я киваю. Мы на прощание целуемся.

После ужина иду во дворец. Прохладная вечерняя погода с освежающим ветерком приносит чувство облегчения после палящего дневного зноя. Когда солнце начинает садиться, небо превращается в захватывающее дух сочетание тёплых оранжевых, розовых и пурпурных цветов.

Эта прекрасная атмосфера идеально подходит для того, чтобы прижаться к любимому человеку или насладиться спокойной ночью. Но это мечты.

Прохожу в кабинет к Имрану, только через него я могу добиться встречи с хозяином. Стучу в резную массивную дверь и, получив разрешение войти, открываю и перешагиваю через порог.

Имран лишь с виду, мрачный и неприступный, но ко мне он добр.

Храбрости набралась? - усмехается Имран.

- У меня к хозяину серьёзный разговор. Это касается моей дочери. Пожалуйста. Это не займёт много времени.

Имран изгибает чёрную бровь и стучит кончиком ручку по столу.

Хорошо. Идём, - Имран встаёт и ведёт меня по коридорам в комнату отдыха. Он оставляет меня у двери, сам заходит в помещение. Через минуту он возвращается, кивает мне и уходит. Я вхожу в комнату, в которую меня первый раз привели к хозяину. Он сидит на прежнем месте, курит, в левой руке палочка с бантиком на конце. Кошка прыгает на бантик, но мужчина успевает поднять палочку и не дать ей ухватить заветную цель.

- Имран сказал, у тебя ко мне разговор, касающийся Мирелы? - хозяин затягивается, откидывается на спинку дивана и, пронзая меня оливково-чёрными глазами, выдумывает табачный белый дымок.

- Да. Я хочу выкупить её свободу.

Он прищуривается, убирает палку на диван и хмыкает.

У тебя есть деньги?

- Да. Семьдесят тысяч.

- Семьдесят? - ухмыляется мужчина. - Но я не продаю её это раз. А если и захотел, то не за семьдесят тысяч дирхам, а за миллион долларов, это два. И ты как моя рабыня не имеешь прав, что-то у меня покупать, это три, - хозяин отрезает кончик тлеющей сигары. Я сглатываю, когда он поднимается с места и делает два шага в мою сторону. - И где ты взяла деньги? Украла?

- Заработала.

- Каким способом? - бурит глазами.

- Разве это так важно? - смело смотрю ему в глаза, а у самой от страха так и трясутся колени.

Один миллион долларов он хочет за мою дочь. Да он рехнулся.

Кажется, у моего садовника высокая зарплата, раз он делится ей с тобой. Или он тебе за красивые глазки их вручил, или ты на жалость надавила, а может, ноги раздвинула? - он злится, закипает.

- Вы не правы?

- В чём я не прав? - рявкает мне в лицо. - Что ты сама на него запрыгнула.

- Почему вы не хотите дать свободу моей дочери? Зачем тогда эта учёба, раз она рабыня, как и я. В итоге вы её продадите старому человеку. Мы же не вещи. Мы люди. У нас есть права.

- Ни хрена у тебя нет прав, рабыня. И не пытайся давить на жалость. А учится она, потому что я так захотел.

Прошу вас. Дайте ей свободу. Я же предлагаю вам деньги.

- П сколько я успел на неё потратиться? Это ты считала? - он начинает ходить вокруг меня.

Одежда, еда, обучение, - перечисляет он, заламывая пальцы. - Один учитель, второй, третий.

Готова ли ты покрыть эти расходы?

- Если вы такой мелочный, зачем вообще взялись...., - обжигающая пощёчина отталкивает меня на шаг.

- Ты..., - цедит сквозь зубы, - мелкая сучка, как смеешь, ты мне грубить, - повышает голос до звона в моих ушах. - Дерзкая дрянь, - хватает меня за руку и толкает к своим ногам. Я вскрикиваю от испуга и боли в коленях при ударе о пол. - Ты обнаглела. Может мне продать тебя такой скотине, рядом с которым, ты поймёшь, что жизнь в моём дворце была райской.

Я должна молчать, молчать, иначе хуже себе сделаю.

- Свободы она захотела. А потом, что, ты придёшь, чтобы и свою выкупить? Да тебе сука, жизни не хватит, чтобы расплатиться за себя. А если и попытаешься, что ты получишь? Что ты умеешь? А ну, пойдём, - мужчина рывком поднимает меня и стремительно ведет по коридору на выход. Куда он меня тащит? Что собрался делать? Боже, я начинаю жалеть, что пошла к нему.

Стоило послушать Али и сбежать с ним.

Пройдя широкий, открытый зал, хозяин подводит меня к белому джипу и закидывает на заднее сиденье, забирается следом и приказывает водителю ехать в пустыню. О, мама родная, зачем в пустыню?