Глава восьмая

Море по-прежнему было спокойным, но, чем ближе мы подходили в порту, тем чаще по небу перебегали сероватые облачка, а ветер крепчал.

Я не чаяла, когда наконец «Пересмешник» войдет в порт и мы на пару дней окажемся на берегу. Во-первые, до дрожи хотелось принять ванну, как следует поесть и выспаться. Во-вторых, сойти на твердую землю, где будет проще держать Армана на расстоянии.

После того ночного разговора, когда я чуть было не пошла на поводу у собственных глупых чувств, наше перемирие сильно пошатнулось. Капитан не упускал случая лишний раз выразить, что его отношение ко мне ничуть не изменилось. Я же злилась и молила богов, чтобы это испытание поскорее закончилось.

— Форта, миледи, — улыбнулся Фоль, смотревший на берег через подзорную трубу. — Крайний порт перед Хархарой. Едва ли не больше нашего Нервиля.

— Огромный город, — согласилась я, глядя на холм, громадиной возвышавшийся над побережьем и усыпанный нагромождением крыш и стен всех видов и форм.

Земли, подвластные нашему королю, давно остались позади. Мы оказались в свободных водах, никем не защищаемых. Здесь не имеют власти ни мой титул, ни богатство, ни влияние. В здешних землях я простая женщина, а не благородная леди и надеяться, кроме как на защиту Перси и его команды, не на что.

— Люблю этот порт, — старпом улыбнулся как кот после миски сметаны. — Здесь есть все, что вашей душе угодно. Да и люди куда проще наших.

— Вот уж не знаю, — пожала плечами я, глядя на вершины пяти башен, возвышающихся над Фортой. — Не бывала здесь.

— Вам понравится, миледи, — улыбнулся Фоль. — Красота здесь. И воля.

Земля, на которую я вот-вот ступлю, называлась Араским княжеством. Восемь правителей, приходившимися друг другу родственниками, объединились в единое княжество и правили каждый своим куском земли. Из учебников я знала, что здесь встречаются люди всех сословий и цветов кожи и что нравы тут царят куда более вольные и дикие, чем в родном королевстве.

На пристань мы вышли, когда стемнело. «Пересмешник» был надежно пришвартован, а команда радостно отправилась в ближайшие таверны, которых в Форте было видимо-невидимо. Как и борделей, чему очень обрадовался Фоль.

Я снова оказалась в обществе Перси и юнги Кивара.

— Держитесь ближе ко мне, миледи, — посоветовал Арман, поправляя саблю.

Сойдя на берег, он вооружился как следует. Юнга последовал его примеру и аккуратно пристегнул к поясу длинный нож с гербом Милнов на рукояти.

— Здесь может быть опасно? — осведомилась я.

— В Форте промышляют работорговцы, Вилина. На женщине с вашим цветом волос и кожи они могут заработать целое состояние.

— Вот как, — тише проговорила я и на всякий случай приблизилась к Арману.

— Завтра куплю вам какое-нибудь оружие и покажу, как с ним обращаться. Вы не дома, не забывайте об этом.

В справедливости его слов, я убедилась, стоило только пройти пару кварталов вглубь города. Местные женщины были все как одна смуглыми и черноволосыми. Они носили длинные платья, подол которых волочился по земле. Их наряды не были широкими и свободными как у жриц, но как следует скрывали тело. Отличались только чужестранки, одетые так, как принято в их родных краях.

Я ощутила неловкость и поправила шаль, стараясь закрыть плечи и шею. Встречные люди оглядывались на меня и бросали удивленные взгляды. Больше всего их привлекали мои волосы, сколотые на затылке и лежащие на плече.

— Почему они так пялятся на нас? — спросила, встречаясь с очередным любопытным взглядом мужчины. Торговец жареной рыбой, не стесняясь, разглядывал меня с ног до головы, прищуривал глаза и довольно улыбался.

— На вас, миледи, — ответил Перси. — Среди местных почти нет блондинов — вы для них диковинка. Любой мужчина хотел бы затащить вас в постель.

— Боги… — ответила я. — Не примеряйте на других свои желания, Перси.

Юнга хихикнул, а Перси улыбнулся.

Таверна, которую нашел Арман, была такой чистенькой и вполне уютной, как и в прошлый раз. Правда, от порта пришлось пройти несколько улиц и ноги, отвыкшие от ходьбы по твердой земле, без качки, устали. Я даже боялась, что, вернувшись в Нервиль, разучусь ходить как леди — плавно, мягко, грациозно. Буду бродить вразвалочку как Перси, что уж совсем нелепо в шелковом платье.

На сей раз боги услышали мои молитвы и в таверне оказались отдельные комнаты для меня, Армана и юнги Кивара, который отчего-то решил, что может себе позволить такой удовольствие. Впрочем, он-то снял комнату с расчетом на Квикарда и Фоль, которые придут позже, после того, как нагуляются в местных борделях.

— Будьте осторожны, Вилина, запирайте дверь, — в очередной раз предупредил Перси, видя, как лихо я припустила к своей комнате.

Оказаться одной на целой кровати, в комнате, без присутствия мужчины, который позволяет себе слишком много. Это слишком большое удовольствие, чтобы оттягивать его.

— Не волнуйтесь, Арман. Если что, я позову на помощь вас, Квикарда, Фоля и Кивара. Вы ведь все рядом, — улыбнулась я и скрылась за дверью.

Оказавшись в комнате, быстренько оценила ее вид и решила, что мне все нравится. После капитанской каюты на «Пересмешнике» мне действительно нравилось все, что от нее отличалось.

Взяв чистые вещи, я отправилась в купальню. Туда меня проводила молодая служанка в таком же закрытом платье, как и у остальных женщин. Стоило довольно много усилий, чтобы разъяснить ей на общем наречии, что я хочу мыться одна, без свидетелей и помощников. Когда же девушка наконец ушла, я разделась и с наслаждением окунулась в теплую воду, пахнущую ароматным маслом.

Чтобы намочить волосы, сделала глубокий вдох и на пару мгновений погрузилась под воду. Ванна, сделанная прямо в полу, была выложена мелкой цветной плиткой, а по размерам была равно едва ли не целой комнате. Вынырнув, я села на бортик и принялась тереть кожу мочалкой.

В какой-то миг мне показалось, что за мной наблюдают. Я подняла глаза и обомлела. На противоположной стороне комнаты стоял мужчина, одетый в серую неприметную одежду, поношенную и запыленную.

Я выронила мочалку и вскочила на ноги, совершенно забыв о том, что раздета. Открыла рот, чтобы закричать, но незнакомец приложил палец к губам и тихо зашипел, обнажая улыбку, в которой недоставало нескольких зубов.

— Кто вы? — смогла лишь выговорить я и сделала пару шаг назад, но тут уже уперлась в стену.

Незнакомец вмиг оказался рядом. Двигался он быстро и тихо будто куница или кошка. Оказавшись рядом, он вплотную приблизился ко мне и уперся руками в стену.

— Мммм…как ты сладко пахнешь, девочка, — произнес он, делая глубокий вдох. — И как от тебя веет страхом. Не бойся, я тебя не трону. Сейчас.

Его рука нырнула куда-то за пазуху и вынула нечто в маленьком тканевом мешочке.

— Передай это своего приятелю с «Пересмешника». Скажи — это послание от Черного Короля. И напомни, что он не любит долго ждать.

Когда я взяла в руки мешочек, жуткий незнакомец снова приблизился, втянул носом воздух вдоль моей шеи и быстро ушел.

Оставшись одна, я всхлипнула и посмотрела на тканевый мешочек в руке. Я не знаю и знать не хочу что там, но, видят боги, вряд ли что-то хорошее.

Несмотря на сильный испуг и дрожь во всем теле, я все же завершила купание. Опустившись в горячую воду, дрожала будто бы нырнула в свежий глубокий сугроб. Но возвращаться обратно в комнату немытой не хотелось. К тому же, нужно время, чтобы немного успокоиться и начать говорить без дрожащего голоса и всхлипываний.

После, уже с чистой кожей и еще влажными волосами, я натянула платье. Поспешно затягивая шнуровку корсета, старалась не спешить и быть как можно аккуратнее. Пальцы все еще дрожали и были непослушными.

Спокойно, Вилина, ты ведь леди. Разве не выдержке и умению держать спину ровной тебя учили все прошедшие годы? Разве не восхищались твоим умением держать лицо в любых ситуациях при дворе? Разве не о тебе шутили, что случись за ее спиной взрыв, она даже плечом не поведет? К тому же, после всего пережитого, ты должна быть куда выдержаннее и сильнее.

Уговоры не помогли. Я бессильно взмахнула руками, прошлась по комнате туда-сюда, а потом все же кое-как затянула шнуровку. Взяла в руки послание и отправилась искать Армана.

На удивление, он еще не успел напиться с командой и с мокрыми после купания волосами надел чистую одежду.

— Вилина? — мужчина удивленно окинул меня взглядом и добавил: — Что-то случилось?

Видимо мой не самый опрятный вид говорил сам за себя.

— Могу войти?

И, не дожидаясь ответа, вошла. Было страшно. Мне казалось, что тот жуткий незнакомец стоит за спиной и в любой миг явится, чтобы схватить за горло.

Как только Арман закрыл входную дверь, я немного успокоилась и сходу протянула ему мешочек с таинственным посланием.

— Это вам, — проговорила тише. — Просили передать, что Черный король не любит ждать.

Арман не сказал ни слова, но на его лбу проступили морщины. Он подошел, накрыл мою руку своей и медленно забрал мешочек.

— Вы не пострадали?

— Разве что, испугалась до смерти, — голос все же дрогнул и я отвернулась, чтобы он не увидел страха в глазах и волнения.

Даже после того, как Перси увидел мои шрамы, мне не хотелось представать перед ним слабой и сломленной. Я нуждалась в защите, но никак не могла признать этого перед ним.

— Что произошло, Вилина? На вас лица нет.

Быстро и как можно более четко, я рассказала о том, что произошло в купальне. Перси выслушал и с мрачной задумчивостью покрутил головой.

— Объясните мне наконец, во что вы, а теперь и я по вашей вине, вляпались, — потребовала я, закончив свой рассказ. — И налейте мне вина.

Сказав это, я опустилась на край кровати.

После того, что произошло полтора году назад в королевском замке, я считала, что больше не смогу так сильно испугаться. Я ошибалась.

— Выпейте, — Арман подал мне деревянную кружку, в которой плескалось вино.

Напиток был дешевым и не слишком хорошего качества, но все же согревал и дарил мнимое спокойствие.

— Вы точно не пострадали? — спросил Перси, присев рядом со мной на корточки. Его ладони легли поверх моих, держащих кружку с вином. — Вы дрожите.

— Я очень испугалась, Арман. Этот тип не тронул меня и пальцем.

— И тем не менее, вы не сбежали из купальни с криками.

— Он запретил мне кричать. Надумай я понимать шум, могла бы пострадать всерьез. К тому, мне нужно было вымыться.

На этих словах я усмехнулась и отвела глаза.

Смотреть на Перси сверху вниз было непривычно, но даже сейчас я ощущала себя рядом с ним маленькой и слабой. Особенно слабой.

— Мне жаль, что с вами это случилось, Вилина, — проговорил он и, возможно, мне показалось, но в глазах Армана читалось искреннее сожаление. — Обещаю, что вы больше не пострадаете из-за меня.

— Вы уже обещали, что вернете меня домой.

— Я выполняю обещания, — кивнул Перси.

Он взял мою руку и поднес к губам. А мне вдруг отчаянно захотелось обнять его. Просто для того, чтобы ощутить тепло и безопасность.

— Что в мешочке? — спросила я вместо этого, переведя взгляд на послание, лежащее рядом.

— Я не смотрел, но догадываюсь, — произнес Арман.

— Позволите? — я взяла послание в руки.

— Это может быть небезопасно, — предостерег капитан.

— Но я имею право знать. Не находите?

Арман забрал из моих рук мешочек, ловко раскрыл его и на широкую мужскую ладонь оттуда вывалилась гладко отполированная деревяшка с выжженным, прежде не знакомым мне знаком. Он был сделан грубо, неотчетливо, но создавалось впечатление будто где-то я его уже видела.

— И что это? — спросила, разглядывая кусок дерева на его ладони. Такую дешевую малость, из-за которой я пережила настоящий ужас.

— Метка Черного Короля, — ответил Арман. — Напоминание о том, что ему надоедает ждать.

— Ждать чего?

— Ждать, пока я верну ему то, что должен.

— Вы должны пиратскому королю? — спросила я, ощущая, как на голове потихоньку зашевелились волосы.

— Не совсем, Вилина. Скорее, я перешел ему дорогу в одном деле и теперь должен все исправить.

— О боги, Перси, — проговорила я, вновь глядя на метку в его ладони.

Рассказы о Черном короле, его пиратской столице, флоте из кораблей, которые его люди захватили в боях, зверствах, выжженных дотла землях и рынке рабов ходили в Нервиле страшными легендами. Моряки — народ суеверный, любящий преувеличить и приукрасить. Если они пьют эль, то неизменно бочками, если ловят рыбу, то через раз нарываются на морское чудище, а уж если сражаются, то с самим пиратским королем, которого лихо убивают одним ударом. Еще мой отец говорил, что рассказы моряка стоит делить надвое, а если он выпил эля, то вчетверо. Я не слишком-то доверяла вестям из-за моря — они шли к материку слишком долго, чтобы сохранить правдивость. Лишь когда погибла «Элайза», стало ясно, что слухи не врут и где-то далеко впрямь есть Черный король, самый могущественный из пиратов.

Глядя на метку с неясным гербом, я с ужасом сознавала, что Черный король не только не выдумка пьяных матросов, но и сейчас близок ко мне как никогда.

Арман перехватил мой взгляд и закрыл ладонь, пряча послание.

— Теперь вы наверняка хотите узнать, во что же я вляпался, — произнес он с некоторой иронией. — Выслушаете и убедитесь, что я ровно такой, как вы и представляли и не стою ровным счетом ни капли вашего внимания.

Я чуть сощурилась, вмиг ощутив раздражение. Но вот почему? Почему как только Перси начинает вызывать у меня хоть какую-то каплю доверия, ему удается так виртуозно все испортить?

— Уж поверьте, Арман, в отношении вас у меня никогда не было иллюзий. Так что ожидать, что вы вдруг окажетесь приличным и законопослушным человеком, было бы глупостью.

— Что ж, — улыбнулся Арман. — Тогда я вас не разочарую.

— Надеюсь, я не погибну из-за вашей…несдержанности.

— Вы как истинна леди по-прежнему пытаетесь смягчить и подобрать подходящие слова.

— А вы думали, я стану выражаться как вы?

Учитывая весь словарный запас Перси, который он крайне цветисто использовал в отношении своей команды, торговцев, слуг и уличных попрошаек, из моих уст это будет выглядеть донельзя странно и непристойно. Да и вряд ли я найду в себе силы повторить такие слова.

— Хотел бы на это посмотреть, — охотно кивнул Перси.

— Не сомневаюсь, что разнообразные непристойности и пошлости привлекают ваш интерес.

— От вас я стерплю любую непристойность, а уже пошлость даже с радостью.

— Перси, вы просто ужасны, — выдавила я и тут же усмехнулась.

Этот маленький спор успокоил меня и даже заставил немного улыбнуться. Напряжение, повисшее в комнате, исчезло само собой. Перси сел рядом со мной и спрятал мешочек с посланием Черного короля в карман.

— Что вы будете делать дальше, Арман? — спросила я.

— Как и собирался, отправлюсь к Красной Скале, чтобы найти вещь, которую должен вернуть, — Арман говорил так спокойно будто речь шла о будничном и привычном деле.

— И что вы должны вернуть?

Арман взглянул на меня и, чуть качнув головой, ответил:

— Одну довольно ценную вещь, которую Черный король считал принадлежащей ему по праву. Ему не слишком понравилось, что я продал ее другому человеку.

— Продали конечно же незаконно и тайно? — уточнила я.

— Скажем, не привлекая лишнего внимания к подробностям сделки, — уклончиво смягчил Перси. — Знаете, Вилина, есть такие товары, о которых лучше не распространяться на каждом углу. И есть покупатели, требующие к себе особого конфиденциального отношения.

— Это называется контрабанда, Арман.

Он покачал головой с задумчивым лицом будто оценивая мое определение.

— Я бы назвал это сделкой с особыми условиями и дополнительным риском. Но вы вряд ли со мной согласитесь, так что, да — это контрабанда.

— О боги, Перси! Я убью вас собственными руками. Почему вы просто не объяснили мне все раньше? Думаете, я не знала, какими делами вы промышляете? И не только я! Весь Нервиль догадывается, что вы нечисты на руку.

Я ожидала, что эти слова произведут хоть какой-то эффект. Но нет. Перси оставался спокойным и слушал меня с любопытством и легкой снисходительной улыбкой.

— Позвольте заметить, Вилина, что ключевое слово здесь «догадывается». Никто не ловил меня за руку, не брал на месте преступления и по большому счету слухи остаются слухами.

— Но вы же сами сказали только что…

— Да, сказал. Но я мог просто прихвастнуть, желая произвести на вас впечатление, не так ли? Таким девушкам как вы обычно нравятся парни вроде меня, связанные с чем-то опасным.

— Перси! — я закатила глаза и поднялась на ноги, сделала несколько шагов. — Вы можете хотя бы в такой момент вести себя как нормальный человек?

— Могу, — кивнул Арман. — Но вам самой же станет от этого скучно.

— И вы мне нравитесь все меньше и меньше, учитывая, что теперь по вашей милости я еще и в опасности.

— Тогда, пока я окончательно не упал в ваших глазах, напомню, что обещал вас защищать.

— От пиратского короля?

— Да хоть от всех тварей морской бездны, — невозмутимо ответил Перси.

Он произнес это так уверенно, что у меня не осталось никаких сомнений. Арман был достаточно безрассудным, чтобы вот так просто пообещать мне защиту от всех на свете напастей. И, честно говоря, я ничуть не сомневалась, что обещание это будет выполнено в полной мере.

— Будем и дальше упражняться в остроумии, или, вы расскажете, что увели из-под носа пиратского короля? — спросила я, вдруг смутившись от прямого и откровенного взгляда Перси.

Вспоминая свое недавнее желание обнять капитана, его слова о беспокойстве за меня, та нежность, с которой Арман поцеловал мою руку, становилось неловко.

— Не могу отказать себе в этом удовольствии, — кивнул Арман. — Но, если вы все еще хотите знать…

— Конечно же хочу!

Капитан улыбнулся.

— Полгода назад я ходил на Запад, к Фарским островам. Возможно, вы слышали, но там частенько можно найти редкие и ценные вещи, видевшие еще эпоху драконов. На островах люди, чьи предки владели силой драконьей крови, и, в отличии от нашей страны, там никто не пытается сжечь их на кострах или отрубить голову. Поэтому вещи, купленные там, чаще всего подлинны и стоят огромных денег на материке. В одном из портов в крошечной лавке мне предложили купить редкую вещь. Камень из лунного кристалла, настоящий артефакт. Торговец уверял, что когда-то он был наделен магической силой.

— И вы не побоялись связываться с магией? — усомнилась я.

— Я не владею магией и никто из моей команды тоже, — ответил Перси. — Мы не могли проверить, правду говорит торговец или врет. Но камень был сделан так красиво и искусно, что ушел бы за хорошую сумму. Я согласился и выкупил его, надеясь продать втрое дороже. В том порту мы пробыли еще три дня и, уже уходя, я узнал, что лавка сгорела, а торговец был жестоко убит на пороге собственного дома. На его теле была метка Черного короля.

— Боги, — прошептала я. — И вы не ничего не сделали?

— А что я мог сделать, Вилина? Только положиться на удачу и милость Льдены. В Хархаре я продал камень одному лорду, у которого денег столько, что они сыпятся чуть ли не из… — он взглянул на меня и, видимо, смягчил дальнейшее слово. — Ушей. Я был рад избавиться от вещи, которая могла принести неприятности.

— И она принесла.

— Верно, — кивнул Арман. — Почти так же, как и вам, мне передали послание. Правда, посыльный был куда менее церемонным. Среди ночи я проснулся в собственной каюте от холода. Этот холод исходил от стали клинка, приставленного к горлу. Тот тип быстро объяснил, что я взял не свое и теперь должен вернуть. Как оказалось, артефакт должен был выкупить кто-то другой, но торговец спутал его со мной. Вот такая история, Вилина.

— И что вы сделали? Вы пытались искать того лорда?

— Пытался. Но дело в том, что в Хархаре он был лишь проездом. Я знаю его имя и то, что он собирался отправиться к городам Красной Скалы. Вот и все.

— И что же будет, если Черный король устанет ждать? — спросила я.

— Нож его убийцы и мое горло встретятся в последний раз, — пожал плечами Перси. — Поэтому я должен найти того лорда и выкупить обратно камень, чтобы вернуть его пиратскому королю.

— С чего вы взяли, что он вам его вернет?

— Вряд ли захочет вернуть, — сказав это, Перси посмотрел на меня долгим взглядом. — Во всяком случае, добровольно.

— Скверная история, Арман, — проговорила я.

Он кивнул.

— Возможно, я сумею вам помочь, — добавила и встретила удивленный взгляд капитана. — Уговорить лорда вернуть камень вам будет сложно, учитывая ваш вид, манеры и способы. А вот мне будет куда проще найти с ним общий язык.

— Вы и впрямь хотите мне помочь, Вилина?

Я пожала плечами и ответила:

— Если вас убьют, кто доставит меня обратно в Нервиль?

— Если меня убьют, вы станете еще одним трофеем пиратского капитана.

— Это нравится мне еще меньше, Арман.

Красной Скалой называли мыс, выступающий далеко в море. По одной легенде, впервые его увидели моряки, приплывшие с далекого севера. В лучах закатного солнца, овеянный сотнями ветров, камень показался им алым и оттого мыс получил свое название. По другой легенде, именно на этом мысу был свершен первый ритуал драконьей крови. В детстве няньки рассказывали мне будто один маг заманил туда древнего и сильного дракона, опоил зельем, чтобы тот не мог сопротивляться, а после убил. Не зная меры, маг использовал слишком много крови и от силы, заполнившей его доверху, умер. Камни, на которых лежал дракон, окрасились кровью, стекающей в море и потому мыс получил свое название.

Где правда, ни я, ни Перси, ни даже самые старые из мудрецов, не знали. Каждый выбирал, во что он хочет верить и что больше нравится.

Сразу за мысом находился пологий песчаный берег, тянувшийся на долгие лиги на юг. Вдоль побережья строились портовые города, доплыть от одного к другому можно было за день, а то и полдня при хорошем ветре. На картах городов было пятнадцать, но матросы в один голос твердили, что их больше, просто трусы-картографы не добрались. Немудрено, если учесть, что так далеко на Юг вряд ли кто-то из моих соотечественников добирался.

— Как он выглядел, миледи? — хрипло спросил Фоль, сделав глубокий глоток из кружки. Эль тут варили неважнецкий и было неясно, отчего морщится старпом — от вкуса или дурных новостей.

— Высокий, в длинном плаще, в капюшоне до самого носа, — проговорила в ответ. — Я и видела разве что нижнюю часть его лица — у него нет двух или трех зубов. Хотя…

Спустя пару часов и кружку эля мой испуг сошел на нет и превратился в воспоминания. Больше не хотелось дрожать, плакать и обнимать Перси, ища поддержки. Впрочем, обнять можно было. После эля почему-то просыпается желание обнимать всех вокруг.

— Его руки, — вспомнила я. — Когда он подавал мне метку, я заметила, что ладонь обмотана тканью, а на пальце потемневшее кольцо без камня, но с каким-то рисунком. Не помню каким.

— Возможно, этот Рес, — предположил Перси. — Он всегда прячет руки из-за шрамов.

Я не ожидала, что Арман решится рассказать обо всем команде. Он и не стал. Но вот Фолю, Квикарду и Келлу рассказал. Эти трое были ближе всего к капитану и могли назваться не только членами команды, но и друзьями.

— Поганое дело, — цокнул языком Квикард. — Если пиратский король посылает Реса, то терпение его на исходе. Говорил я, кэп, не нужно было покупать эту штуку.

— Да кто ж знал? — фыркнул Фоль. — Мы неплохо наварились на продаже этой вещицы.

— А теперь носимся по морю на побегушках у пиратов.

— Хватит спорить, — оборвал Арман. — Выхода нет и камень нужно искать.

— Зачем Черном королю вообще этот камень? — спросила я, взглянув на моряков. — Что в нем такого, что он готов всех на уши поставить?

Фоль крякнул, Квикард грубо усмехнулся, а Келл сделал знак подавальщице, чтобы та повторила эль.

— Что такого я спросила?

Похоже, вопрос был не из простых и приятных, раз мои спутники выглядели такими озадаченными. Даже Перси не спешил изречь очередную колкость.

— Тот камень — магический артефакт, Вилина, — без тени смеха проговорил он.

Фоль придвинулся вперед и, положив руки на стол, склонился ближе.

— Не место про то говорить, миледи, — произнес старпом, понижая голос. — Мало ли кто из этих, — он кивнул на посетителей таверны позади себя. — Услышит. Тут не принято о Черном короле говорить. Да вот только те бедолаги, что выживали после того, как он грабил их корабли, говорили будто король этот драконьей крови и магией владеет. В прошлом году парни с «Лизбеты» выловили в море мальчишку. Тот на крошечной лодчонке плыл и уж бредил от жары. Все думали, что помрет. Однако ж парнишка выжил и много чего порассказал потом.

То ли от голоса Фоля, его вытаращенных глаз, то ли эля, который больше пить не стоило, то ли от предчувствия, что дальнейшая история старпома мне совсем не понравится, стало не по себе.

— Судно его, ну, этого парнишки, дошло до Красного залива и там на него напали. Говорил он будто в самом конце, когда почти всю команду вырезали, на борт поднялся сам Черный король. Капитана и его помощников он убил лично, а вот мальчишку оставил в живых, чтоб тот рассказ о нем всем, кого встретит.

— И он рассказал?

— Еще как рассказал, миледи. Он рассказал, что капитана и помощников пират убил без клинка или топора. Даже руками не коснулся — лишь произнес какие-то слова на неизвестном языке и коротко взмахнул рукой.

— Боги… — сорвалось с моих губ.

Память в который раз подсунула ту самую роковую ночь в королевском замке и Элису Роури, единственного мага драконьей крови, которого я видела в своей жизни. Фаворитка Его Высочества могла извлечь огонь из воздуха, не говоря ни слова. Позже мне рассказали, что она не слишком сильна. Если же Черный король мог творить такие вещи, то о его силе можно только догадываться.

— Зря я затеял говорить про то, — Фоль выпрямился на скамье и потянулся к новой кружке с элем. — Вы побледнели, миледи. Простите, виноват.

Я ощущала легкий холодок по телу и лишь внимательный взгляд Перси сдерживал от того, чтобы не поежиться. Драконья кровь всегда пугала меня, а уж после всего пережитого тем более.

— Глупости, — ответила я. — Бывают вещи и пострашнее, Фоль.

Все же не нужно показывать страх. Лучше пусть они думают, что я храбрая и сильная. Разве не такой положено быть главе сильного дома?

— День был слишком долгим, — произнесла я, поднимаясь. — Спокойной ночи, господа. Я иду отдыхать.

— Я провожу, — вызвался было Перси, но я покачала головой.

Собственная гордость и желание казаться сильной аукнулись уже спустя пару минут. Когда я поднялась наверх и оказалась одна в длинном пустом коридоре, стало жутко. В голову полезли мысли, что за каждой дверью, за каждой колонной или поворотом может скрываться убийца, пришедший стребовать долг. По сути, должен-то Перси, но теперь пиратам отлично известно, что я с ним и меня расчудесно можно использовать в своих целях.

Войдя в комнату и заперевшись на щеколду, я присела на кровать. Все же волнения прожитого дня оставили свой след и уснуть будет непросто. Взглянув на себя, я поняла, что так и не привела свой наряд в подобающий вид и все это время — в беседе с Перси, внизу в таверне — была с нерасчесанными как следует волосами и кое-как застегнутом платье. Так вот значит, куда был направлен взгляд Келла, сидевшего напротив. Он бессовестно заглядывал в мое декольте, которое пикантно открывало ложбинку между грудей и край нижнего лифа.

На миг стало стыдно, но я поспешила отогнать это чувство. С какой стати я должна стыдиться? Это путешествие и без того пошатнуло все мои понятия о приличиях.

В дверь постучали.

— Кто там? — тут же спросила я.

Страх медленно стал красться из самых дальних уголков сознания.

— Это я, Вилина. Вы не спите? — послышался голос Армана.

Я поднялась с постели и открыла дверь.

— Как вы только догадались? — спросила, увидев перед собой Армана.

Он стоял, уперевшись рукой в дверной косяк. Его волосы снова пришли в привычный беспорядок, а на лице была улыбка, говорившая о выпитом эле.

— Решил, что вам будет трудно уснуть сегодня.

— Полагаю, вас эта проблема не коснется. Вы же спали спокойно все это время после того, что натворили.

— Увы мне, — в притворном покаянии склонил голову Арман. — К тому же, здешний эль довольно крепок и я усну как младенец.

— Боги, — я не сдержалась и закатила глаза. — Скажите, Перси, сходя на сушу, вы хоть иногда трезвеете?

Он склонился ко мне и, понизив голос, проговорил:

— За мной по пятам идет пиратский король. После эля я боюсь чуть меньше.

Я улыбнулась в ответ:

— Знай пиратский король вас получше, он бы сам от вас откупился.

Арман пожал плечами.

Он не был вусмерть пьян, но я не могла не вставить шпильку на тему спиртного. Глядя на него, мне захотелось впервые помолиться Льдене, чтобы ты наградила Перси своей милостью и спасла жизнь, с которой так легкомысленно играл. После того, что рассказал Фоль, мне стало страшно. Арман Перси не заслуживал умереть молодым и уж тем более от руки пирата. Он не был лучшим и достойнейшим мужчиной в моей жизни, но я не хотела его гибели. И дело даже не в том, что от него сейчас зависит моя собственная судьба.

— Если вдруг вам станет страшно или понадобится помощь, — уже серьезно проговорил Перси. — Я рядом, вы знаете.

Он весьма изящно кивнул и отправился к двери своей комнаты.

Я взглянула ему вслед и моментально приняла решение. Видят боги, позже я о нем пожалею.

— Арман, стойте…

Он обернулся.

— Я не смогу уснуть. Мне страшно оставаться одной.

Пару мгновений Перси смотрел на меня, затем на его губах медленно появилась улыбка.

— Это приглашение?

— Это просьба, — уточнила я. — Останьтесь со мной сегодня.

— Как вам будет угодно, — кивнул Перси все с той же улыбкой. — Я сделаю для вас все — вы же знаете.

— Только не вздумайте распускать руки, — добавила я, когда он подошел ближе.

— Мои руки будут при мне. Но, если вы попросите…

— Еще слово и я передумаю.

Арман тут примирительно выставил ладони вперед и прикрыл глаза в знак полного и безоговорочного согласия.

Скажу честно, что спать в одной постели с Перси удовольствие хоть и сомнительное, но не такое уж и ужасное, как казалось вначале. Конечно я все еще с грустью думала о своей спальне в нервильском доме. О кровати, на которой могли бы уместиться четверо, а то и пятеро человек, о воздушной перине и белоснежных простынях. Там я могла спать спокойно, уверенно и безопасно. Не бояться, что вот-вот в твою комнату ворвутся неведомые пираты, из коридора ввалится пьяный матрос, перепутавший двери, а Арман Перси, спящий рядом, начнет распускать руки.

Все же стоит отдать должное Арману. Он почти не храпит, засыпает быстро и спит спокойно, держит свое слово. Даже после нескольких кружек эля Перси не забыл, что решил играть роль приличного и благородного человека. Он покорно лег на противоположной стороне кровати и отвернулся. Конечно, для окончательного создания благородного образа стоило бы уснуть на полу, уступив место даме. Но тогда это был бы уже не Арман Перси.

Засыпая, я вспомнила о Сервине. Будь он сейчас здесь, на месте капитана «Пересмешника», он бы сделал все ради моего комфорта. Но его не было и я не знала, жив ли Сервин вообще. Жива ли Хелти? Только сейчас, спустя много дней в обществе грубых и неотесанных моряков, я ощутила, как же мне не хватает ее милой романтической болтовни, замечаний об одежде и духах, рассказов о мечтах выйти за капитана. Как бы я не отказывалась от женской дружбы, успела сильно привязаться к Хелти. Боги, только бы с ней ничего не случилось!

На следующее утро я проснулась и не обнаружила Армана рядом. Капитан проснулся и ушел, не потревожив меня. С его умением двигаться легко и бесшумно это немудрено.

Взглянув в окно, сквозь которое в комнату проникал яркий солнечный свет, я поняла, что давно рассвело и я проспала все утро. После всех волнений в теле ощущалась приятная бодрость. Неужели я выспалась?

Быстро приведя себя в порядок, я обнаружила, что отражение в зеркале сегодня мне нравится. Исчезли круги под глазами, лицо больше не кажется изможденным, а чистые легкие волосы сияют как раньше. Вернее, почти как раньше. Увы, после бегства из Нервиля я не могла позволить себе таких удовольствий как косметика и уход. Несмотря на все предосторожности, кожа с каждым днем все больше покрывалась загаром и, боюсь, скоро от светлого аристократического оттенка не останется и следа.

Стоило только выйти из комнаты, как я натолкнулась на Кивара. Юнга сидел и порога и сразу же поднялся на ноги.

— Доброе утро, миледи! — улыбнулся он.

— Что ты тут делаешь?

— Капитан велел мне ждать, пока вы проснетесь и караулить, чтобы никто не побеспокоил, — ответил Кивар.

— Вот как, — мои брови приподнялись в удивлении, а на губах появилась предательская улыбка. — Хм…

Я не позволяла себе даже мысленно переходить определенные границы в том, что касалось Перси. Но его вчерашнее поведение, жесты, та нежность, которую я уловила в глазах, а теперь и желание дать мне отдохнуть, напрочь стирали прошлые обиды. Я всей душой не хотела, чтобы он мне нравился и сопротивлялась, но, клянусь брюхом кашалота, сейчас от всего этого становилось так тепло.

— Вы хотите есть, миледи? — спросил юнга, вырывая из размышлений. — Я охотно составлю вам компанию.

Судя по всему, Кивар сам как следует проголодался и, если бы я отказалась, сильно бы расстроился.

— Конечно хочу. А где капитан?

— Кэп отправился в город, миледи. Он хочет договориться о продаже кое-каких товаров и пополнить наши запасы. Я знаю, где он будет и, если хотите, провожу вас. Но, если не хотите, то я с радостью прогуляюсь вместе с вами. Правда, вам бы лучше одеться поскромнее, прежде, чем идти на улицу.

Я тут же бегло оглядела свой наряд.

— Считаешь это нескромно?

— Уж простите, миледи, — пожал плечами юнга. — Но ваш наряд годится для Нервиля. В здешних местах женщине опасно ходить с открытыми руками и плечами.

— Да, ты прав, — согласилась я и вернулась, чтобы взять накидку. В ней будет жарко, но риск, что на меня будут глазеть, чуть меньше.

Судя по тем жестам, которые использовал Перси и по его улыбке от уха до уха, он вовсю уговаривал какого-то торговца что-то купить и применял все доступное ему красноречие. Торговец же стоял рядом в ярком зеленом тюрбане, на который с откровенной усмешкой пялился Фоль, чесал жиденькую седоватую бородку и кивал словам капитана.

— Что тут творится, Кивар? — спросила я юнги, когда подходили к лавке, расположенной прямо внутри его дома.

— Этого торговца зовут Рахи, миледи, — ответил парнишка, ловко обходя старого попрошайку, присевшего едва ли не посреди дороги со своей деревянной миской. — В прошлый раз кэп продал ему большую партию тканей и Рахи был доволен.

— Думаешь, он согласится и сейчас?

Кивар пожал плечами.

— Этот Рахи — настоящий скряга. К тому же, хитер как старый лис. У него лишней копейки не выдавишь.

— Тогда зачем капитан Перси с ним торгуется?

Кивар улыбнулся и подмигнул мне.

— У Рахи много денег, а капитан хитрее его.

— Не сомневаюсь, — усмехнулась я.

Мы медленно шли по длинным людным торговым рядам, развернувшимся прямо под стенами домов. Торговцы прятались в спасительной тени пылающего солнца, а их покупатели обливались потом и не слишком-то были настроены на покупки.

— Смотрите, миледи! — Кивар остановился и ткнул пальцев куда-то в сторону. В его глазах зажегся отнюдь не мальчишеский восторженный интерес.

Юнга с оценивающим взглядом взрослого мужчины уставился на юную девушку. Ее смуглое гибкое тело было прикрыто лишь двумя полосками ткани на груди и бедрах. Девушка медленно и красиво извивалась в соблазнительном танце под мелодию, которую играл на флейте, сидящий рядом старик. Рядом с девушкой на ярком коврике стоял широкий глиняный горшок, в котором в другом, но таком же плавном танце, извивалась кобра.

Браслеты на запястьях и щиколотках девушки то и дело позвякивали, когда танцовщица плавно двигалась. Ее глаза были густо подведены черным, а от подбородка к груди вела дорожка мелких блестящих камней.

— Кто это такая? — спросила я.

Танцовщица завораживала не только мужчин. Женщины и те смотрели на нее во все глаза, но на их лицах читалась скрытая зависть.

— Их называют светлячками, миледи. Они служат в публичных домах и с детства учатся танцевать.

— Эта девушка — шлюха?

— Она — танцовщица, миледи. Светлячки выступают, чтобы привлечь клиентов, но, сами понимаете… — он пожал плечами. — Светлячками становятся самые красивые девушки и стоят очень дорого. Не припомню, чтобы кто-то из нашей команды, мог себе позволить. Кроме капитана, конечно.

Я бросила на юнгу вопросительный взгляд. С лица Кивара тут же слетела улыбка. Он как-то неловко пожал плечами и кивнул.

— Виноват, миледи.

— Мне все равно, как развлекается твой капитан, — проговорила я.

— Но вы же…

На этот раз я бросила на юнгу такой ледяной взгляд, что он понимающе кивнул и благоразумно замолчал.

— Идем отсюда, — проговорила, резко разворачиваясь. — Капитан Перси нас ждет.

— Как скажете, миледи.

Перси, судя по всему, уже договорился с купцом Рахи. Они пожимали друг другу руки и и улыбались. Фоль и Квикард довольно щурились рядом.

Когда я подошла, Арман не спешил покидать лавку. Он остановился возле витрины, на которой были разложены кинжалы.

— Выбираете новую игрушку? — спросила я.

Перси обернулся.

— Надеюсь, вы хорошо отдохнули, Вилина?

Одного только взгляда хватило, чтобы вспомнить слова Кивара о светлячках.

— Я отлично выспалась.

— Рад это слышать, — улыбнулся Перси. — Кстати, как вам эти кинжалы? Нравится что-нибудь?

— Боюсь, они слишком дороги для девушки в моем положении, — пожала плечами я.

— Но я-то могу себе позволить, — безмятежно ответил Перси.

«И не только их», — мстительно пронеслось в голове. Какой морской бездны я вообще об этом думаю?

— У вас уже есть нож, — заметила я. — Думаю, было бы крайне неумно тратить деньги на еще один.

— Хм… — Перси кивнул. Его пальцы остановились над одним из ножей. Совсем небольшом, с узким сверкающим лезвием и простой рукоятью, украшенной лишь одним-единственным круглый сапфиром. — Вы совершенно правы, Вилина. Делать такую покупку для себя стало бы сущей глупостью. Дайте руку.

В голосе прозвучали приказные нотки и я невольно протянула ему раскрытую ладонь. Нож тут же лег в нее. Прикосновение твердого металла захолодило кожу, а сапфир призывно сверкнул в лучах солнца.

— Как вам? — спросил Перси.

Я взвесила нож в руке.

— Легкий. Красивый, — ответила ему. Видеть в свой руке оружие оказалась непривычным. Я много раз прикасалась к ножам — во время обеда, вскрывая конверт с письмом, разрезая спелое яблоко, или, срезая не вовремя появившуюся нитку на платье. Но еще никогда мне не приходилось брать в руки настоящее оружие. Весьма интересное ощущение.

— Значит, я угадал, — улыбнулся Перси, погладив мои пальцы. — Он ваш.

— Но… Арман, зачем? — зачарованная видом клинка в своей руке, я будто очнулась. — Мне не нужно. К тому же, вы и без того потратили на меня уйму денег.

— Этим ножом не повоюешь, Вилина, — спокойно продолжил капитан. — Но, если в следующий раз в вашей комнате окажется непрошеный гость, вы сумеете за себя постоять. Эй, Рахи, уважаемый, я покупаю!

Подошел обрадованный торговец и принялся с жутким акцентом расписывать все достоинства новоприобретенного товара. Я слушала его и продолжала сжимать в руке свою новую вещь. Оружие, которое должно защитить меня от мелких неприятностей. С крупными, я надеюсь, встречаться не придется. Острое лезвие клинка было спрятано в ножны, а сам клинок я сунула за широкий пояс платья. Так, что его не будет видно, тем более, если укрыться шалью.