Глава XV. Хорс

С той поры Зоряна начала обучать Ладу стрельбе из лука. Поначалу у Лады ничего не получалось, стрела то утыкалась в дерево, то летела мимо него. Но девушка была настойчива и не бросала тренировки. Вскоре она стала ходить в лес одна, без Зоряны. Каждый день в лесной чаще Лада встречала рассвет и по несколько часов к ряду упорно пускала стрелы из лука Зоряны. Горячо верила, что она непременно научится попадать в метку на дереве, которую ей нарисовала своей рукой милая сестрица Зоряна. Ладислава не знала, как обучает ратников Братмир Бобер, и уж тем более как тренируют ордынцев. Знала лишь, что дружинники князя Мстистала отлично сидели в седле, метко стреляли из лука и виртуозно бились мечом или топориком. Коня у нее не было и не могло быть, ибо он стоил баснословных денег так же, как и меч. Потому Лада решила начать с лука и хоть немного научиться пока этому навыку. Естественно, первые несколько недель у нее ничего не выходило. И она не могла попасть с тридцати шагов даже в ствол дерева. Но она была упорна, обладая твердым нравом, и уже спустя пару месяцев стрелы стали слушаться ее и попадать не только в ствол, но и в определенную метку. Но стремилась она к совершенству – попадать в яблочко мишени с закрытыми глазами. Своим успехам она радовалась, как дитя, и когда к концу лета показала свои навыки в стрельбе из лука Зоряне, названая сестрица восхитилась ее умениями. Оттого Лада вознамерилась как можно скорее пойти к Братмиру Бобру и проситься к нему в обучение. На праздник Хорса все окрестные села и поселения Чернигова собирались на святилище Солнечного Хорса, Бога-покровителя ратников и мужей, избравших своим призванием защиту русских земель. Мечи, каша и стрелы с луками украшали подношения славному Богу Хорсу, который всегда помогал ордынцам и казакам. Славяне не поклонялись деревянным идолам, ибо прекрасно знали, что кумир, вырезанный и дерева, – это лишь образ живого Бога, их дальнего родича. Того, кто смог совершить на земле свой великий и светлый путь и подняться в высшие измерения Света. Именно к нему, к живому Богу или Богам, которые их слышат, и обращались. Сегодня почитали Бога Хорса, храброго и воинствующего, который всегда помогал ратникам на Руси в битве против недругов. Святилище Хорса возвышалось на западных окраинах Чернигова над окрестными посадами и селениями, окруженное рвом с водой и насыпью, оно было округлым и просторным. Чтобы попасть в него, требовалось перейти по небольшому деревянному мостику и тогда уже оказаться у деревянных бревенчатых срубов, которые окантовывали святилище по периметру. Жители Чернигова перемещались по просторному округлому святилищу в пять сотен шагов шириной и вершили требы, подношения и песнопения Хорсу. Лада и Зоряна также пришли сегодня на праздник. Волхв Прахмир прочел песнопения Хорсу и помянул всех погибших витязей и ратников, родных поселян до седьмого колена, которых помнил и которых просили помянуть роды, которые теперь пришли на святилище. Вся процессия заняла почти час. После этого действа горожане, поздравляя друг друга с праздником и возложив цветы и зажигая витиеватые свечи у кумира Хорса, просили защитить их от ратной брани и войн. После всех положенных восхвалений на широкой поляне были устроены праздные игрища. Мужи и молодые парни затеяли показательные рукопашные бои, состязались на силу и ловкость, чтобы Бог Хорс заметил их мастерство и благословил их в дальнейшем. Кого на ратный путь, а кого на мирный. Пятнадцатилетняя подвижная Лада и старшая ее на год нежная красавица Зоряна вызывали повышенный интерес у молодых парней. Девушки стояли чуть в стороне и старались не отвечать на призывные взоры и реплики парней, которые пытались завлечь их. Они прекрасно знали, что молодые парни не посмеют обидеть их. Ибо ведический закон предков гласил – девицы до супружества неприкосновенны. Невинные девы находились под покровительством самой богини Лели. И никто не смел осквернить их чистоту. Ведь кто посмел поступить с девицами-отроковицами непотребно – мог навсегда быть изгнан и проклят своим родом. Потому теперь молодые парни, хоть с большим интересом смотрели на девушек, только почтительно кланялись им или коротко здоровались, проходя мимо. Обжигали горящими взорами, но не дерзали приближаться к ним. Лада и Зоряна знали, что им нечего бояться здесь, как и в их избе, где они жили только вдвоем. Пришли девушки сегодня на праздник Хорса с одной целью и ждали определенного момента. Когда после метания топора и лазания по столбу мужчины и парни начали состязания в стрельбе из лука, Лада поняла, что нужное время настало. Она проворно взяла свою налуч с луком и стрелами и приблизилась к гудящей массе мужиков и парней, которые жаждали состязаться в стрельбе. Многие хотели показать свое умение. Здесь были и совсем юные парни, которые хотели стать дружинниками, или просто мужики-ремесленники или пахари, далекие от оружия. Участвовать могли все желающие, кроме дружинников и ратников, которые в совершенстве владели искусством стрельбы. Лада приблизилась к Братмиру Бобру, который стоял в окружении своих сыновей: Ярослава, Огнеслава и Владимира, – которых она знала еще с детства, и произнесла: – Могу и я, батька, помериться силой с другими в стрельбе из лука? – Ты, Ладушка? – опешил седовласый Братмир, переведя удивленный взор на стройную подвижную девушку. – Да. Дозволь! Я жажду этого. Проникновенным взором Братмир Бобер долго смотрел на светловолосую Ладу, краса которой была яркой. Серебро глаз, густая коса до пояса, правильные черты румяного лица. И она никак не походила видом на девицу, которая может мериться силой в стрельбе с мужчинами. Это не вязалось с ее миловидным образом. Но Братмир помнил, что с детства днвушка обладала вольным сильным нравом, оттого через миг произнес: – Что ж иди, девица. Коли не боишься опозориться. – Смогу я, – бросила ему в ответ довольно Лада и встала с другими парнями в шеренгу, намереваясь попасть в мишень-яблоко. – Еще девок не хватало в мужицком побоище, – ехидно заметил Ярослав. – А что?! Я бы посмотрел, что она умеет, – отозвался по-доброму Огнеслав. – Все же интересно, не каждый день девка стрелять из лука надумает. – И отметил, что Зоряна стоит неподалеку и наблюдает за названой сестрицей, которая встала к состязавшимся мужам. Помахав, Огнеслав громко окликнул ее: – Зоряна! Иди к нам! Чего стоишь в стороне, как неродная? Владимир тоже поманил ее рукой, и Зоряна, улыбнувшись, приблизилась к братьям, встав рядом с Ярославом. Состязания начались. Лада показала все свое умение, не зря она ежедневно в предрассветной роще училась с луком и стрелами. Ее стрельба теперь была совершенна. Оттого она без особого напряжения, преодолев первое состязание и попав в яблоко, перешла с тридцатью мужчинами в другой тур, сложный. Затем, вновь попав в сердцевину плода, уже оказалась в семерке сильнейших. Тогда Братмир Бобор, самый искусный витязь на этой поляне, придумал последнее трудное испытание. Он привязал к деревянному щиту две вишни из соседнего сада и велел попасть в них с пятидесяти шагов. Такую сложную задачу выполнили лишь четверо. И среди них была Лада. Она ловко выпустила свою стрелу – попала в кость вишне, раздробив ее пополам. А потом второй стрелой попала и во вторую ягоду. Даже похожий успех трех других парней не вызвал такого удивления у Братмира, как умелый выстрел из лука Лады. Он не мог поверить во все происходящее. Обернувшись к батьке Бобру, Лада отметила на его суровом добром лице явное недоумение и восхищение. Уже через миг он воскликнул: – Подойди сюда, Ладислава Богумиловна! – воскликнул Братмир, который, будучи искусным витязем, мог по достоинству оценить то или иное ратное умение. Лада приблизилась к нему. – Откуда ты так научилась стрелять из лука? – В роще сама училась. Сестрица Зоряна показала, как стрелять надобно. Так я каждый день на зорьке и делала. Духи лесные помогли в научении. А теперича и вам показать свое умение решилась. – Зоряна? – Огнеслав удивленно взглянул на темноволосую девушку. – Неужто правда, что ты тоже стрелять умеешь? – Умеет, – улыбнулась Лада. – Меня батюшка покойный учил, – объяснила Зоряна. – Когда я еще чадом малым была. Очень он хотел парня родить, но вышли три девки. Вот меня и учил стрелять из лука. Зоряна замолчала, а ее глаза стали влажными от слез, оттого что вспомнила своих ушедших к предкам родных. – Ты это чего расстроилась, Зоряна? – тут же спросил Братмир, поняв, в чем дело. – Теперича мы твоя семья. Коли что надобно – обращайся, не стесняйся. Вы ж нам с Ладиславой как дочери. – Благодарствуем, – пролепетала девушка в ответ, смахивая слезу с ресниц. – Зоряночка, а меня сможешь тоже обучить стрелять? Мне очень надобно, – вымолвил вдруг Огнеслав. – Ух, лукавый, – ответила она, обернувшись к красивому парню и подозрительно прищурившись. – Сам не хуже меня стреляешь из лука, не придумывай! А Ладушка все равно гораздо лучше меня теперь. Ее проси. Огнеслав лишь ласково улыбнулся Зоряне в ответ и отрицательно помотал головой. Явно не собираясь простить Ладу. – А ты, Лада, мастерица в стрельбе знатная! – заявил Братмир. – Не все мои ученики-ордынцы так стрелять из лука умеют. Умница ты, хоть и девка. Боги Светлые явно способствовали твоему научению. – Так и было, Братмир Ростиславович. Хочу просить вас об одной милости. – Какой же? – Возьмите меня к себе на городище, где обучаете вы ратному делу ордынцев да дружинников княжеских. Уж очень я жажду стать как они. – Зачем это тебе? Ты ж девица? – опешил мужчина. – Очень хочу этого! – выпалила с горячностью Лада. – Не должно так быть. Ты девица, тебе на роду написано женкой и матерью стать. Зачем тебе ратное умение? – Я прошу, батька Братнир! – твердила Лада. – Разве я не доказала, что могу быть умелым стрелком? Хочу тайком признаться вам, зачем мне надобно это, не на людях. Братмир замолчал, нахмурившись. А позади них отчетливо слышались голоса. Мужики и парни обсуждали Ладу. Говорили о том, что и правда девка умела в стрельбе да родилась не в том теле. – Что ж, Ладислава, говори мне на ухо, зачем это тебе, а потом я и решу! Лада быстро приблизилась с статному седовласому Братмиру и, встав на цыпочки, чтобы достичь его уха, тихо сказала: – Жажду я найти убийц батюшки, да тех, кто изводит ведьм и волхвов в наших краях. Хочу стать совершенным витязем, чтобы остановить злыдней, которое творят зло в округе. Без навыка ратного не смогу я этого сделать. Услышав это, Братмир напрягся всем телом, и добродушная улыбка сошла с его губ. Да и он предполагал, что странные смерти происходят не просто так. Однако Бобер не верил, что Лада сможет стать настоящим ордынцем и уж тем более витязем с тайными знаниями энергий. И явно ей не под силу будет бороться с теми, кто изводил ведающих матерей и волхвов, непонятные смерти которых то и дело происходили в Черниговском княжестве. Но все же стремление Лады, ее бойцовый нрав, ее внутренняя сила, дух и смелость крайне импонировали Братмиру. В серебристых глазах этой девицы сейчас горел такой огонь любви и ярости одновременно, что седовласый витязь Бобр произнес: – Что ж, девка, принимаю тебя к себе на обучение! Спустя два лета проверю тебя. Коли сможешь стать как ордынцы, то благословлю тебя на то. А коли нет… тогда пеняй на себя! – Благодарствую, дядька Братмир, – улыбнулась Лада, которая даже не сомневалась в добром сердце батюшки Бобра, и добавила: – Я буду очень стараться. – Батюшка, вы что творите?! – воскликнул вдруг возмущенно Ярослав, стоявший рядом и отлично слушавший весь разговор отца с девушкой. – Какой из нее ратник?! Она чуть выше моего плеча! Она даже меч поднять не сможет! – Сказал возьму, значит, возьму, – ответил твердо Братмир. – И учти, Ладислава, что спрос с тебя и учения тебе будут такие же, как и всем парням. И не будет тебе поблажек. Поняла? – Я согласна, – довольно завивала Лада, а Зоряна обняла ее за плечи, подбадривая. – Добро, дочка, – добавил Братмир по-доброму. – Коли не сбежишь через месяц, то возможно, что и уразумеешь в ратном деле! – Батя, – попытался вновь вмешаться Ярослав, озадаченный всем этим непонятным действом. – Уймись! – бросил Бобр сыну. – Пока я решаю, кого учить буду. Хочет девка, пусть попробует. Чего ее волю давить? Пусть будет, как сама решит. – Благодарствую, батюшка, что поняли меня, – улыбнулась ему Лада. – На том и порешим, Лада, – ответил твердо Братмир и отошел от них. Лада же проводила его высокую фигуру горящими глазами, радостная оттого, что у нее все получилось. – Чего радуешься, дуреха? – раздался над ее ухом желчный возглас Ярослава. – Я первый посмеюсь, когда ты опозоришься на урочище ратном! Будет тебе урок, чтобы не совалась, куда девкам не след. – Отстань от меня, бирюк вредный! – огрызнулась ему в ответ Лада и, быстро схватив Зоряну за руку, поспешила прочь с поляны.