Глава 24

— Чех, отпусти нас. Я выполнил все твои условия. — Нет. Ты сбежал, убил охранника, ты забрал мой товар! — Это не товар, а моя жена. — Моя жена тоже погибла тогда! Из-за твоих решений, ты забрал эту сучку у меня. Пошли! В этот момент я понимаю, что не Руслан, а Чех тут на самом деле монстр. Нас выводят из леса под дулами автоматов. Обратно к той больнице, к филиалу ада, как называет его мой муж. Все это время Руслан молчит и не отпускает моей руки. Я переглядываюсь с ним, он крепче сжимает мою ладонь. Когда мы подходим к воротам, я больше не выдерживаю: — Отпустите! Руслан все отработал! — Нет, красотка, он будет работать, пока не сдохнет. Такова цена. За что такая цена, почему?! — За твою жизнь, за жизнь моей жены, а ты мне не нужна больше, сучка изрезанная! От тебя всегда было больше проблем, нежели толку! — Нет, Аля! Все случается быстро, Чех наводит на меня пистолет, но Руслан толкает охранника и становится передо мной, прикрывая от выстрела. Он вздрагивает, и я с ужасом вижу, как мой муж опускается на колени. — РУСЛАН! — вскрикиваю и держу его, но он падает, а после я вижу кровавое пятно у него на груди. — Сука! Я потерял лучшего из-за тебя! — Руслан! Руслан, о боже! Смотрю в его глаза. Он смотрит на меня, судорожно дыша, и кровавое пятно на его груди все сильнее расползается. — Руслан, я тоже люблю тебя, люблю! Не умирай, не умирай, пожалуйста! — кричу, но меня тут же отрывают от Руслана, а после мы все слышим какие-то крики, выстрелы и видим машины. Много, так много машин, из которых быстро выбегают люди в спецодежде. — Лечь на землю! Рожей в пол! Лежать, сука, я сказал, стреляю! Это спецназ, сразу несколько группировок атакуют все это место. Чеха расстреливают сразу, охрану тоже, а я просто падаю на землю и закрываю голову руками. Кто-то быстро подходит и поднимает меня. Крепко держит под руку. — Аля! Ты Власова? — Да! — Идем. Быстрее! — Нет... нет, нет, Руслан! Там мой муж, мой муж! Какой-то коренастый крупный мужчина не обращает внимания на мою истерику. Он просто усаживает меня в машину и тут же захлопывает дверь. — Выпустите, умоляю, там Руслан! Кто вы?! — Савелий Крутой. Тебя Тимофей дома ждет. Едем. — Там мой муж, мой Руслан, он ранен! Прошу, Савелий, умоляю, вернитесь! Вцепляюсь ему в руку, но Крутой лишь машину заводит и бьет по газам, мельком бросая взгляд на Руслана. — Ему уже ничем не помочь. Себя спаси, Аля. Крутой увозит меня отсюда. Спецназ работает быстро, я вижу, как они выбивают двери, как выводят оттуда девушек. Они всех освобождают, а мой Руслан так и лежит в луже крови, к нему никто не подошел, никто не помог ему. *** Пять лет назад я думала, что пережила самое страшное в жизни, но я ошиблась. Самое страшное случается теперь. Когда мы вроде как окрепли, когда поиграли в семью, когда отметили пятую годовщину. Я плохо помню, как этот Савелий Крутой отвозит меня в город. Все в каком-то тумане, я плачу, меня знобит. Все мои мысли о Руслане, а перед глазами картинка, как он лежал в луже крови и никто больше не подходил к нему. Он спас меня, прикрыл собой, но ему самому никто не помог, никто не оказал поддержку. И я тоже уехала, меня забрали, оторвали от него. Я ничего больше не спрашиваю у Савелия. Не знаю, какой-то инстинкт словно говорит мне: все. Я в надежных руках. Если Руслан ему доверял, то я тоже должна. Так и получается. Крутой не задает лишних вопросов. Он привозит меня к Шаху, и там я вижу Тимошу. — Аля! Он несется ко мне, я крепко его обнимаю, прижимаю к себе. — Ты цел? Тим, все хорошо с тобой?! — Да. Все хорошо… — Руслан тогда ничего не сделал? Осматриваю его, но на брате нет даже царапины. — Нет. Он сказал, что я поеду домой. А где Руслан? Слезы наполняют глаза, и я выдавливаю короткое: — Он не смог вернуться, хотя очень хотел. — Аля, господи, ты как? Шах подходит, обнимает меня, а я не могу. Не хочу перед Тимкой показывать, что я едва стою на ногах, что я готова разразиться истерикой, потому что его нет! Нет моего мужа. — Руслан остался там. Ему никто не помог. Никто! Он прикрыл меня собой, защитил! Это все Чех! Он его шантажировал нами! Руслан не сам, не сам… — произношу в истерике, Шах крепко меня обнимает. — Я понял. Ну все, Аль. Успокойся. — Я поехал. Есть куда везти их? — Есть. — Спасибо, Савелий! Что не оставили Тимошу, — тихо произношу, смотрю на этого мужчину. Он коротко кивает: — Пожалуйста. Крутой садится в машину и уезжает. Выходит Катя, жена Рустама, и на какое-то время я забываюсь беспокойным сном у них дома. Мне настолько плохо, что я не могу ничего даже пояснить. Все должно было быть не так. Руслан хотел спасти меня. Он хотел сделать это с самого начала. Как жаль, что я понимаю это только сейчас.