Глава 36

— Это не страшно, — повторяю я в сотый раз за сегодняшний день. Белое платье туго обтягивает грудь, волосы волнами спадают вдоль лица.

Я смотрю на свое отражение и улыбаюсь, но улыбка моя вымучена и неестественна

Сегодняшняя ночь прошла без сна, я до рассвета пялилась в потолок, пытаясь разобраться в собственных мыслях.

Верит словам Андрея так легко, я и сама полна сомнений, но, Господи, как тяжело принять, что Демид — конченный мерзавец.

Это не страшно, убеждаю я себя, если он меня не любит, а просто выплачивает свои долги за то, что однажды я ему помогла. Я переживу.

Только если он хладнокровно выбрал меня в жены, чтобы защитить остальных своих близких… Идеальная жертва, черт возьми.

— Не туго? — спрашивает Ксения, поправляя шнуровку на корсете платья.

Я качаю головой, наряд сидит идеально.

Меня собирают в том самом гостиничном номере, где жил Демид, тихо щелкает затвором фотоаппарата съёмочная бригада. Официально я уже — Старостина, новенький паспорт с сегодняшней датой регистрации и чужой фамилией покоится среди моих вещей. Вся остальная церемония и фотосессия лишь дань традициям и материл для предвыборных публикаций.

Я послушно позирую, улыбаюсь, но внутри все промерзло. Мне бы зацепиться хоть за что-то, чтобы не искать дьявола, спрятавшегося в отличие моего супруга, только не выходит никак.

— Дина Вадимовна, приготовьтесь, Демид Сергеич приехал, — Артем заходит первым. Я киваю, поворачиваюсь спиной под комментарии видеооператора.

Все как на настоящей свадьбе.

Пальцы нервно теребят гладкий атлас подола, расшитого нежным кружевом и бисером. Я слышу его шаги, дыхание задерживаю на мгновение и даже жмурюсь.

Это не страшно, просто обернуться и заглянуть в его глаза. Он ничего не знает о цветах Андрея и моем звонке, а если знает, тем хуже для него.

— Привет, — голос Демида обволакивает. Ну почему он так цепляет по нервам, задевает за живое? Я медленно поворачиваясь к нему и застываю.

Демид в темно-синем костюме-тройке, который идеально сидит по его фигуре, оттягивая широкие плечи.

Он так болезненно красив, что мне хочется коснуться его руки, вдохнуть запах любимого одеколона, забыть хотя бы на мгновение все, что не давало покоя прошлой ночью.

Мы стоим на расстоянии метра, только Демид сейчас ещё более недосягаем, чем обычно. Его темные глаза прячут эмоции, мне остаётся только гадать, о чем сейчас все его мысли.

— Привет, — отвечаю, и он протягивает ко мне руку свободную руку, сжимая во второй букет из нежных гортензий. Мы касаемся друг друга кончиками пальцев, статическое электричество бьёт колким разрядом, заставляя обоих нас отодвинуть руки назад лишь для того, чтобы снова их соединить спустя мгновение.

— Ты красивая, — говорит, словно не замечает, что вокруг нас почти с десяток человек, — прессекретарь, имиджмейкеры, операторы.

Наклоняется, чтобы поцеловать, я успеваю лишь шепнуть:

— У меня помада, — плевать, его это не останавливает. Горячие губы накрывают мои в коротком, но колком поцелуе. Я выдыхаю шумно, когда он выпрямляется, принимаю свой букет.

— Здесь по таймингу буквально десять минут, потом едем в студию и на регистрацию, — Артем излишне суетливо отдает команды, я послушно киваю, даже не вникая в его слова. Ощущаю кожей взгляд Демида, почему-то кажется, что сейчас он смотрит на меня совсем иначе, чем обычно.

Может, его тоже трогает волнительность этого момента? Всё-таки, не каждый день женишься, пусть и свадьба наша — сплошная бутафория, но все относятся к этому серьезно.

Мы почти не разговариваем с Демидом, — некогда и не о чем, я волнуюсь, что испытывает он — загадка.

— Жених, обнимите невесту. Отлично, теперь в окно смотрим оба. Улыбаемся, улыбаемся, — командует фотограф, и я улыбаюсь, так, что челюсть сводит. Пальцы Демида жгут даже через слой ткани, я ощущаю их горячее прикосновение на своем животе, и все внутри тянет, отдаваясь в промежности волнительным томлением.

Тяжело, когда тело в разладе со здравыми мыслями.

— Ну все, теперь фотографироваться, машина уже ждёт!

Ксения помогает мне с шлейфом платья, след в след идя за нами. В лифте мы оказываемся впятером с фотографами, при нас они особо не болтают, должно быть понимая уровень того, с кем приходится иметь дело.

Демид все это время сжимает мою ладонь, поглаживая большим пальцем по моему запястью.

Я даже не помню, как обставлена фотостудия, детали вообще не остаются в памяти.

— Не устала? — в какой-то момент интересуется Демид, я мотаю головой из стороны в сторону:

— Нет, — хотя из-за бессонной ночи мне больше всего хочется тишины и покоя.

— Потерпи ещё немного.

Его забота смущает.

В глубине души я не хочу, чтобы он был добр ко мне, куда проще разобраться в наших отношениях, уж лучше бы Старостин вел себя как мерзавец, чем вот это все.

Мы выдерживаем стойко два часа фотосессии, и я думаю, что быть невестой — весьма утомительное занятие.

— Сейчас небольшой фуршет, чтобы сил набраться, а потом на роспись.

Артем, как волшебник, указывает на накрытый прямо в студии стол, я усмехаясь. Для Демида, вращающегося в других кругах, все это тоже непривычно, но наш сценарий свадьбы максимально простой, насколько это возможно с его имиджем, чтобы не драконить избирателей. Возможно, со своей настоящей невестой он уехал бы куда-нибудь в испанский замок, а не наш местный, хоть и свежеотстроенный, но городской ЗАГС.

В торжественный зал мы входим под марш Мендельсона. От мелодии мурашки по коже табуном, казалось бы, — обыкновенная музыка, а меня пронимает ощущением момента. Мы приезжаем почти впритык, немногочисленные гости уже сидят на своих местах, я не успеваю их даже разглядеть.

Я бы прекрасно обошлась без них, но Демид топит за правдоподобность, и потому среди тех, кто сидит в украшенном живыми цветами залом — его родители.

В их сторону я вовсе не смотрю, и на это причин много.

Мне стыдно лгать им и заставлять быть соучастниками, а ещё я совершенно по-глупому боюсь не понравиться своей свекрови.

Смешно, меня должны волновать куда более серьезные вещи, чем отношение чужой женщины, фиктивной родственницы, но я ничего не могу с собой поделать.

В одном я искренна с ней — в своих чувствах перед Демидом.

— Дорогие жених и невеста, — девушка— регистратор в молочном костюме, смотрит на нас с вышколенной профессиональной улыбкой. Я заставляю себя не двигаться, зная, что нас снимают на видео, не смотреть по сторонам, сосредоточившись на ее речи, но часть фраз глохнет под моими мыслями.

Это не страшно, все уже подписано, мы уже муж и жена. Это просто формальность.

— Является от ваше желание вступить в брак взаимным и добровольным?

— Да, — киваю и говорю громко вслух.

— Да, — голос Демида звучит уверенно и твердо. Я оборачиваюсь на него, и когда нам приносят наши кольца, больше всего боюсь уронить их на пол, но я справляюсь с волнением.

Рука Демида уверенно берет мою, его длинные, сильные пальцы надевают металлический ободок на безымянный палец.

Оно садится, как влитое, насмешливо сияя блеском драгоценных камней.

— Теперь ты моя жена, — говорит он без улыбки и тени радости на лице.

Я киваю и шепчу ему:

— Это не страшно.