ГЛАВА 9

Меган

В отличие от Земли, где почти не осталось свободных площадей, в относительно новой колонии землян еще имелись такие вот дикие места, и даже в пригороде столицы при желании можно было найти пустой пляж или поляну.

Я молча шла за Эриком, покусывая ноющие губы. Туфли стали натирать, и я выбросила их в траву. Увидев это, амеранин приостановился.

— Помочь? Хочешь, понесу тебя? Мне совсем не трудно.

Надо же, как заманчиво. Еще ни один мужчина не предлагал носить меня на руках. Или просто не такие попадались?

— Не надо, все в порядке. Мне уже гораздо лучше, — отмахнулась я, не желая быть ему обязанной.

Хотя куда уж хуже, я и так попала. Если бы не Эрик, непонятно, чем бы все закончилось, но явно ничем хорошим. Я обязана ему жизнью. А еще… еще он мне нравится, и я ничего не могу с этим поделать. Меня давно так сильно ни один мужчина не заводил.

Идти пришлось километра два, пока мы наконец вышли на пригородную трассу.

Я остановилась на дорожном покрытии, еще не успевшем остыть после жаркого дня. Над нами раскинулся мерцающий шатер, где светились белые, голубые, красные звезды, вдали виднелась сиреневая туманность. Ночные животные, вроде земных птиц, но имеющие подобие шерсти, выводили замысловатые трели. Благоухали сладкими ароматами летние цветы. Я замерла на месте, впитывая в себя эту атмосферу, которая, несмотря на весь пережитый кошмар, казалась сказочной. Потому что рядом находился… нет, не принц, скорее, благородный разбойник.

— Вот и наша машинка прибыла, — нарушил идиллию Эрик, указывая на огни летящего к нам аэромобиля.

— Да, конечно, — очнулась я.

А уже через несколько минут мы летели в дом Фостера. Я сидела на заднем ряду, молча глядя в окно, Эрик тихо общался с пилотом. Кольнула совесть за то, что я едва не подставила знакомого Эрика. Но зато мы узнали, что людей зомбируют, и они, по сути, не виноваты, нужно лишь найти первоисточник зла.

Перед глазами снова мелькнуло изображение некой станции, которое я успела увидеть в лаборатории. Чувство дежавю прямо. Я даже головой помотала, чтобы избавиться от ощущения.

По хорошему, стоило бы высылать на Идерикс целую группу агентов, внедрять их в нужных местах. Почему отправили меня одну? Когда предложили работу с хорошим вознаграждением, казалось, что это сущий пустяк и ничего серьезного делать не придется. А теперь недоумевала, почему все так странно складывается. Пока размышляла, мы оказались на месте и вышли из мобиля.

Оставшийся один на полдня Пончик нервно метался по клетке и орал не своим голосом, но, увидев меня вдруг замер и сложил лапки на груди, умилительно глядя на своими темными глазами, как на спасительницу. Мне все больше нравился этот зверек, хоть я изначально его и боялась.

— Жрать, жрать, — повторял он, не переставая. — Скоро придет Марио. Эрик негодяй.

— Ты чертовски прав, дружище, — повернулся ко мне амеранин и подмигнул, — во всей галактике такого негодяя, как Эрик, нужно еще найти. Так ведь, милая?

— Я случайно сказала, покорми его, пожалуйста, я в душ, — смутилась я и бросилась за двери, чувствуя на себе пристальный взгляд мужчины.

Я сорвала окончательно испорченное платье, стащила нижнее белье и вошла в просторную кабинку, включив теплую воду. Прикрыла глаза и вспомнила все, что случилось за эти дни. Как я вообще докатилась до такого, что постоянно думаю об амеранине, которого еще недавно считала отъявленным преступником и на дух не переносила? Сейчас мне его постоянно не хватало.

На меня лилась вода. Струи гидромассажа обнимали мое тело, гладили кожу, касаясь всех эрогенных зон, и я кошкой выгибалась под ними, представляя руки Эрика Ти-Риала — он точно так же ласкал меня, когда мы целовались на берегу реки после побега. И мне это нравилось гораздо больше, чем хотелось бы. Каждое прикосновение, каждое его движение заставляло плавиться, как песчинка на солнце. Каждое сказанное им слово электричеством бежало по нервам, достигая сердца и разрывая его на части.

Я откинула голову, наслаждаясь тем, что чувствую в этот момент.

Сумасшедшая, ненормальная.

Забила все мысли непонятными мечтами. У меня нет никакого будущего с этим мужчиной.

Нет будущего, зато есть настоящее. И мне хочется окунуться в эту страсть, броситься в омут, насладиться каждым мгновением, которое я могу провести с амеранином. Потому что “потом” ничего не будет.

Или…

Или я не стану сдавать его обратно.

Нужно как-то сказать Эрику правду, он обязательно что-нибудь придумает. У меня всего пару дней, за которые нужно решиться. Что он сделает, узнав, что все было обманом?

Поток воды усилился, струи стали мощнее, они разминали уставшие мышцы, били в спину и грудь. Я даже губу прикусила от удовольствия. Как вдруг ощутила движение вдоль талии, а в ложбинку между ягодицами скользнула… рука.

Я резко повернулась и обомлела.

Вместе со мной в душевой кабине стоял обнаженный амеранин, по телу которого стекала вода. Он кратко усмехнулся со своей дерзкой выходки, а потом вжал меня двумя руками в стенку душевой кабины, удерживая за плечи, пока я не опомнилась.

— Что… что ты здесь делаешь? — чуть не задохнулась я возмущением, сквозь воду рассматривая мощное тело. — Как ты вообще сюда пробрался так, что я не заметила?

— Иногда я бываю очень быстрым, если ты не поняла, синеглазка, — раздался вместе с шумом воды низкий голос, который будоражил кровь.

— Везде бываешь быстрым? — ухмыльнулась я, уже ни капли не смущаясь.

Эрик протянул руку к сенсорному пульту, сделав чуть меньше напор.

— Там, где это требуется. Тебя интересует что-то конкретное? — спросил он, лаская пальцами мои плечи и шею.

К щекам прилила кровь. Вообще я не имела в виду постель, но когда он спросил, только это и пришло в голову. Я не стала отвечать, лишь протянула руки, дотронувшись до идеальных кубиков пресса, медленно провела по животу до полоски светлых волос, уходящей вниз, к возбужденной мужской плоти. И отдернула руки, будто обожглась.

Эрик внимательно проследил за моими движениями, стиснул зубы и еще сильнее прижал к стене.

— Почему же остановилась? Разве во мне что-то изменилось, пока я был в отключке в стазисе? Это ведь я тебя не помню, а ты должна знать меня, как свои пять пальцев.

Его пальцы запутались в моих мокрых волосах, и он склонился, обжигая дыханием. Пару мгновений мы просто смотрели друг на друга. В золотистых глазах амеранина мелькнули искорки, и он впился поцелуем, терзая мои губы так, как никогда не делал это раньше. Властно и напористо. Я пыталась оттолкнуть, выгнать из душа, тщетно возмущалась, но Эрик будто не слышал.

Его руки были везде одновременно — мяли грудь, гладили шею. сжимали талию, опускались ниже, к нежным складочкам. А потом он их раздвинул, и я ахнула от неожиданности, почувствовав внутри себя его палец. Одновременно с этим Эрик прикусил мою губу не дав возразить. И я снова попробовала выдернуться, но от этого мужчина проник в меня еще глубже.

От ощущения наполненности, хоть и не той, что требовало тело, живот пронзило спазмом. Мышцы лона сократились, сжимая палец амеранина, и я тихо застонала. когда он начал двигать им внутри меня, одновременно с этим в такт проникая в рот языком. Я извивалась, как уж на сковородке, пытаясь поймать темп, а потом, сама того не ожидая, обхватила пальцами его тугую плоть, медленно проведя по всей длине бархатистого ствола. Хотелось хоть как-то отомстить Эрику за то, что он со мной делает.

Уши заложило от ускорившегося потока крови в венах, и я уже не понимала, что происходит. Амеранин был везде, он вжимался в мое тело, одновременно дразня женское начало, хозяйничал во рту, сминал свободной рукой груди, периодически прикусывал соски.

— Нет, не надо, — прошептала я. Где-то глубоко еще трепыхались остатки сомнения, которые мешали мне расслабиться и просто получить удовольствие. — Остановись, я тебя прошу.

Я попыталась оттолкнуть Эрика, но он даже не сдвинулся с места.

— Не надо? Повтори! — хрипло прошептал он, шевельнув во мне пальцами, и я поняла, что их там уже два. — Ну же, скажи, что ты меня не хочешь.

— Не хочу, — прикусила я губу, чтобы только не застонать, не показать свою слабость.

— Еще раз скажи, и я, может быть, отстану, — продолжил он изощренную пытку, и у меня перед глазами поплыли круги. Он надо мной откровенно издевался, дразнил движениями руки, но не давал желаемого.

— Не хочу!

— Еще раз, — углубил он проникновение, и я вся задрожала. А Эрик, как назло, погладил большим пальцем чувствительную жемчужинку, и я совсем потеряла самообладание.

Мышцы запульсировали, сжимая пальцы, и я двинулась навстречу, чтобы почувствовать его в себе как можно больше, прикрыла глаза от острого ощущения, которое захватило меня и уносило на своих волнах далеко от Идерикса — туда, где были лишь я и горячий мужчина, ставший моей проблемой и спасением одновременно.

— Не… Я хочу, черт бы тебя побрал! Хочу! — выкрикнула я, не в силах больше терпеть издевательство, когда он не давал мне дойти до оргазма.

Я широко распахнула глаза, гневно глядя на амеранина. А потом тихо всхлипнула.

— Такой ответ мне нравится гораздо больше, чем предыдущий, — выдохнул он, еще пару секунд поигрался со мной, заставляя расслабиться, а потом вдруг оставил в покое. Выключил воду, подхватил меня на руки.

Я обняла талию Эрика ногами, одновременно цепляясь за шею.

Его большие ладони легли под мои ягодицы, легко удерживая на весу. Так он и вынес меня из душа, дошел до постели и положил на нее, нависнув надо мной. Раздвинул мои ноги, взглядом оценив желаемое, а потом погладил совсем легко нежную плоть, едва касаясь пальцами, добрался до набухшего клитора и плавно надавил, вызвав во мне новый приступ желания.

— Пожалуй, поиграемся с тобой чуть позже, а то сейчас ты съешь меня одним лишь взглядом, — небрежно прокомментировал он и приподнял мои бедра, поддерживая руками.

В пульсирующие от напряжения стеночки входа уткнулась большая горячая головка; Эрик устроился поудобнее, а потом вошел в меня одним махом. И я закричала, вцепившись в простыни и умоляя, чтобы он не останавливался. От долгожданного чувства наполненности мир сжался до размера наших тел, все остальное потеряло смысл, перестало существовать. Я двинулась навстречу, вбирая в себя всю эрекцию амеранина до самого конца, облизнулась, как будто желанный приз получила.

— Как давно я хотел тебя трахнуть, синеглазка, — выдавил Эрик, постепенно ускоряясь. Его член, довольно большой в сравнении с теми, что я видела, скользил по влажным стеночкам, заполнял тугое пространство, задевал все чувствительные точки внутри моего женского естества, дарил то, чего мне так не хватало.

Я обняла мощные плечи мужчины, подаваясь навстречу. Но от долго воздержания и возбуждения надолго меня не хватило. Буквально несколько сильных толчков — и я поняла, что уплываю на волнах сладкого экстаза. В висках запульсировало по-новой, ноги инстинктивно сжались вокруг бедер амеранина, не желая упускать добычу. Я судорожно глотала воздух, которого резко стало не хватать. А по всему телу расползалось острое ощущение, подводя к пику блаженства.

Почувствовав мое состояние, Эрик чуть замедлился. Он быстро поцеловал меня, после чего задвигался быстрее, вдавливая в постель резкими толчками. А потом меня накрыло второй волной, и я почти не чувствовала, как в мое нутро изливается вязкая горячая жидкость.

Амеранин еще какое-то время оставался во мне, потом вышел и выпрямился, стоя на коленях. Схватившись за виски, отбросил голову назад.

— Ты просто чудо. Мое синеволосое чудо. Надо же, никогда бы не подумал, что полукровки такие сексуальные.

Я приоткрыла глаза и отползла назад, приходя в себя.

Все-таки я сдалась. Но мне понравилось, жаль, что все получилось так быстро. Будто прочитав мои мысли, Эрик добавил:

— Не думай, что на этом все. Это был лишь первый раунд.

— А сколько их будет всего? — немного испуганно спросила я.

Я знала, что амеране весьма озабочены, это следствие мутации генов, удивительно, как Эрик продержался столько и не взял меня силой.

— Пятнадцать. За каждый год разлуки, милая. Как в боксе, — подмигнул Ти-Риал.

— Сколько? Ты с ума сошел? Максимум — еще раз! — возразила я. Кто его знает, вдруг он говорит на полном серьезе. Я, конечно, понимала, что он на это способен, вот только меня потом никто с постели не поднимет пару суток.

— Ну ладно, как получится, — уклончиво ответил Эрик, поглаживая внутреннюю поверхность бедра и вызывая во мне мучительно сладкую дрожь, ведь я еще не отошла от пережитых ощущений. Он проник пальцем в раскаленное пространство, размазывая по бедрам свое семя. И я вспомнила, что мы никак не предохранялись. Хотя что толку, детей у меня все равно не будет, и переживать по этому поводу сильно не стоит.

— Как ты можешь! — возмутилась я, мысленно прикидывая, на сколько меня на самом деле хватит.

— Я ведь негодяй и не могу испортить о себе такое ценное мнение поэтому держись, — шутливо пригрозил Эрик, упав рядом, а потом развернул меня так, что я оказалась на нем.

Припомнил значит. Сдал меня Пончик с потрохами. И как теперь отдуваться?

Пока думала, Эрик поднял меня за бедра, усаживая на себя. Еще пульсирующие стеночки сжали тугую плоть. Снова стало горячо, казалось, бросает вверх вниз, как на опасном аттракционе. Амеранин не отпускал мои бедра, помогал сам. И я не могла остановиться, лишь быстро дышала, понимая, как попала. Не в плане секса. Просто все как-то не так происходит, мне нельзя ничего испытывать к амеранину, но от этого еще больше хочется продолжить наши отношения.

Одновременно я разглядывала его лицо. В этот момент амеранин выглядел сосредоточенным. Янтарные, чуть прищуренные глаза сверкали довольством, ноздри расширились. Эрик слегка приоткрыл рот, а не сжимал губы, как часто делал, на груди и волосах, что находились в полном беспорядке, блестела влага, скулы заострились. Мне ужасно захотелось поцеловать его, и я наклонилась, прильнув к губам.

Эрик чуть замедлился, прошелся пальцами по спине, вызывая мурашки, по позвонкам пробежал заряд.

— Ну так что, сколько еще выдержишь? — поинтересовался Эрик в миг передышки.

— Переживаешь, что не справишься? — выдохнула я, глотая ртом воздух.

— За тебя волнуюсь. Разве ты еще не поняла? — Он приподнял меня и уложил на спину, убрал с лица мокрую прядь волос, прикоснулся к губам, поцеловал шею, опускаясь ниже…

Свет в комнате горел довольно ярко, а потом приглушился сам по себе — сработала программа. Но у меня перед глазами танцевали языки пламени. Я сгорала в этом нем дотла, падала в пропасть безумной страсти. Все мое существо охватила нега, а мозг отказывался мыслить здраво, требуя лишь одного. Тела стали единым целым, и перед глазами периодически мелькала татуировка, которая вызывала массу вопросов. Но пока было не до них.

Я царапала грудь и плечи Эрика, что-то бессвязно шептала, он смеялся и продолжал доводить до исступления, полной эйфории.

Я утратила счет времени, забыла, сколько раз амеранин довел меня до пика, потерялась в бесчисленных касаниях и проникновениях.

Мы приняли душ, чтобы снова продолжить. Но все события уже перемешались калейдоскопом. И как только Эрик отошел позвонить после очередного раза, я отключилась, попав в сон, который совершенно не запомнила.

Эрик

Утро выдалось на редкость тихим. Он уже не помнил, когда просыпался в такой тишине. Наверное, тогда, когда находился в тюремной камере, как опасный преступник. Но та тишина сводила с ума, отдавалась в груди одиночеством, отчаянно давила на разум. А эта… спокойная и безмятежная, как будто летишь на космическом корабле на планету, где тебе обещают нечто особенное, и это ожидание сладкое, подобно нектару для души.

Тарровы скорпионы! Откуда вообще взялось это дурацкое сравнение, будто из сна остался незаметный флер? Или же подобное когда-то происходило с ним в реальности?!

Эрик даже дернулся, но тут же понял, что на его руке лежит синеволосая голова девушки, с которой он полночи занимался любовью. Он даже не назвал бы это занятие простым сексом. Было в нем нечто большее, чувственное, волшебное, хотя он и замучил Меган после длительного перерыва.

Он чуть повернулся набок, чтобы увидеть ее лицо. На припухших красных губах ее мелькнула улыбка, ради которой амеранину хотелось свернуть горы, покорить всю Вселенную. Но Меган тут же нахмурилась во сне, будто что-то беспокоило. Он намотал на палец прядь ее волос, поглаживая гладкий, как шелк, локон. В груди кольнуло тревожное чувство. Нет, вовсе не от того, что его мучили угрызения совести за проведенную с ней ночь. Он все эти дни постепенно шел к цели; еще с того момента, как она оглушила его своим криком в каюте корабля, знал, что рано или поздно это случится, хоть и хорохорился, когда говорил, что не хочет брать ее с собой в эту миссию. Хотя сама миссия неожиданно для него вдруг сменила свое назначение. Просто все казалось неправильным в плане их прошлого. Общего или нет, Эрик пока не определился окончательно, но точно знал, что не был привязан к “жене” в тот момент, когда находился в тюрьме в ожидании приговора.

Иначе почему он тогда о ней не думал?!

Чтобы заткнуть свои мысли, он все же освободил руку и поднялся с постели. Зашел в ванную, решив привести себя в порядок, нанес на лицо крем, который полностью снимал всю щетину, вместо бритвы. Задумчиво провел пальцем по гладкой теперь щеке, вспоминая, как это делала Меган.

Волосы заметно отросли по бокам, и от прически, которую он носил много лет, осталась лишь широкая полоска длинных волос, начинающаяся ото лба и заканчивающаяся шеей. Постричься, что ли? Но точно не сейчас. Он просто прилизал волосы гелем, который нашелся тут же, в шкафчике гостевой комнаты. А потом вышел на застекленную террасу, где его приветствовал громким ором мингедр.

— Придурок, ты ее сейчас разбудишь, — буркнул Эрик, взглядом указав на спальню. Как будто поняв его, их случайный спутник заткнулся.

Эрик оглянулся. В принципе, отсюда некуда бежать, все двери и окна закрыты. Он просто открыл клетку, кивнул мингедру.

— Иди, прогуляйся. Только на потолок не лезь, я за тобой прыгать не собираюсь.

Существо выползло из убежища, обнюхало пол, а потом рвануло на стеллаж. Эрик же присел в кресло, чтобы позвонить Фостеру. После этого связался со старшим охранником. А уже потом вызвал слугу, который забрал клетку на чистку, а заодно обещал принести завтрак в спальню.

— Тебе повезло, можешь пока погулять, — ехидно заметил амеранин, лениво посматривая, как мингедр приклеивается к стене, чтобы взобраться на шкаф. Он сменил цвет, став шоколадным. Но Эрик, имеющий особое зрение, прекрасно видел хитреца.

Через полчаса он вошел в комнату, где спала Меган, с подносом, на котором стояли две чашки ароматного кофе, а еще были шоколадные слоеные рогалики, фруктовый салат, тосты и вазочка с джемом. Он поставил на тумбу и присел на кровать, пощекотав нос девушки указательным пальцем.

— Соня, пора вставать. Нас ждут великие дела.

— Что?! Сколько времени? — вяло спросила Меган, открыв глаза. — Я совсем не выспалась, по твоей вине, между прочим.

— Ничего, сейчас проснешься. — Он кивнул в сторону завтрака. — В общем, я нашел в местной сети кое-какую информацию. Та штука, что я тебе вчера показывал — отражатель лучей кристаллов, которые когда-то использовали одевиры в тяжелых кораблях и станциях. В некоторых подобные стоят до сих пор.

— Я видела на экране в лаборатории какую-то станцию, — нахмурилась Меган, мгновенно проснувшись.

— Это я и хотел обсудить. Думаю, от кофе не откажешься?

— Ты… — она внимательно посмотрела на него, будто подвох искала, — ты что, принес мне кофе в постель?

Он пожал плечами, а затем придвинул поднос поближе.

— Кажется, я никогда этого не делал. Я сам себе кажусь идиотом. Если хочешь, можем сходить в столовую.

— Нет, что ты. Я просто слегка удивлена. — Она взяла чашку, смущенно поглядывая на него. И Эрик тут же вспомнил, как она смущалась ночью, когда он вытворял с ней всякие непристойности.

Кровь снова устремилась в пах, напомнив о приятных моментах. Хотя Меган ведь тоже понравилось, он был в это уверен, чувствовал каждую ее реакцию.

— Не стоит благодарностей, — проворчал он, мысленно приказывая организму заткнуться и не мечтать о сексе. Не сейчас, по крайней мере, когда нужно решать дела, ведь времени в обрез, у них всего пару дней.

Пока Меган задумчиво жевала тост, запивая его кофе, Эрик листал телеканалы в надежде отыскать зацепку. Но то, что показывали, напоминало эпоху коммунизма, насколько Эрик знал об этом явлении из истории Земли. Дебильные лозунги раздражали. А лицо Лэндона Трэйна вызывало злость.

— Я вспомнила, — дожевывая бутерброд, вдруг сказала она. Голос прозвучал так, будто она только что изобрела вечный двигатель и вот-вот получит за это главную научную премию. — Я вспомнила, где видела ту станцию!

— Да ну. И где? — недоверчиво спросил он.

— Мы в школе изучали историю, и нам показывали съемки, которые когда-то отправил на Землю Дейтон Фокс. Так вот, там были записи приближения к станции, и она выглядела точно так же. Просто потом, несколько лет спустя, я видела повтор, вот и запомнила.

Эрик поморщился, вспоминая, кто это вообще такой. Но потом все же сообразил, кого имеет в виду Меган. Но это ведь было черт знает когда! В системе Проксима Центавры, неподалеку от Земли. Кажется, весь экипаж тогда с ума сошел. Космическая ловушка, затерянная пустующая станция…

— Станция похожая. Не факт, что это была она.

— Не факт. Но откуда такое совпадение?!

— Каждый сходит с ума по-своему, — ухмыльнулся амеранин. Но в этот момент внутри вспыхнуло прозрение. Это действительно ключ к тайне, которую им нужно раскрыть. Древняя пустующая станция, куда случайно попали земляне, а потом все до единого погибли — поубивали друг друга. Эрик даже не мог себе представить, что там на самом деле случилось…

— Вот именно! Каждый по-своему. На той станции было нечто подобное! Возможно, то же излучение. Или болезнь. Хотя это не похоже на болезнь, скорее, на одержимость. Я разговаривала вчера с одним мужчиной, пока мы танцевали, и его поведение резко менялось. Он говорил так, будто он не человек.

При слове “танцевали” Эрик поморщился от ревности.

— Внедрение другого разума? Что же, вполне возможно, хотя и не представляю, как именно.

— Мне кажется, это та же станция. Мы ведь не знаем, что с ней стало, никто больше из землян ее не видел! — воскликнула Меган, а потом залпом допила остатки кофе и подорвалась с кровати, поставив чашку. Рванула в ванную, прихватив с собой халат. — Нужно разобраться, кто ее нашел! — донеслось из-за двери.

Эрик сглотнул слюну, ставшую вязкой, провел взглядом ее очаровательные округлости ягодиц. Встряхнулся.

Она права. Если станцию обнаружил кто-то, проживавший в то время на Идериксе, это нужная ниточка. Наверняка на планете есть архив, где хранятся такие данные. Нужно найти кого-то, кто работает в лаборатории, но еще не утратил разум. Поговорить с Нейлом, наконец. Он наверняка будет в курсе, кто мог заниматься подобными исследованиями.

Меган

На террасе, куда я вышла после душа, чтобы найти амеранина, меня напугал Пончик. Он так неожиданно появился перед глазами, радуясь моему приходу, что я даже заорала, когда он непонятно откуда сиганул к моей руке с привычным криком. В общем, шумиху подняли мы оба. Но тут появился Эрик и оглушительно рявкнул, успокоив нас двоих:

— Тихо! Что случилось?

— Он… он гуляет по комнате, — указала я на испуганного мингедра.

— Тарровы твари, я совсем о нем забыл.

— Так это ты его выпустил? — удивленно спросила я.

Эрик развел руками, затем быстро поймал животное и посадил в вымытую клетку. Выставил ее за двери, в коридор. Повернулся ко мне.

— Ты же сама его все жалеешь. Впрочем, ничего страшного не случилось. Зато я разобрался, где нужно поискать данные о той станции. Ты была права, это она и есть. Несколько лет назад дрейфующий в космосе объект обнаружили диссы с Идерикса, находку не стали афишировать, перегнали ближе к планете сквозь гиперпространственный коридор. Нейл в курсе, потому что работы велись через его компанию, он же занимается строительством станций, хоть и не таких. В общем, потом договор с ним разорвали, правительство ввело гриф секретности, а ему не заплатили всю обещанную сумму. Прежний префект Идерикса поручил контроль за этим делом Лэндону, а тот договорился с диссами — их ученые вели исследования. Больше Фостер ничего не знает, его отстранили от дел. Но с тех пор прошло достаточно много времени, он был уверен, что проект уже закрыли.

— Ааа… как же бывший префект? Ему ведь наверняка что-то…

— Мертв, — резко оборвал меня Эрик. — Убит во время захвата здания.

— Жаль, думаю, он мог бы поведать много интересного. Я полагала, он в тюрьме. Выходит, он и сам был замешан, — вздохнула я и подумала, что сотрудники ОСКБ многое не рассказали мне перед заданием. Уж кто-кто, а они точно должны были знать о станции. Или все-таки не знали?

— Я наведаюсь в архив предприятия, что занималось этим делом, и выясню все детали, — сказал Эрик после небольшой паузы.

— А как же я? Я с тобой! Мне тоже хочется знать правду.

— Маленькая, ты будешь меня лишь тормозить. Давай ты останешься здесь, в безопасности, — ответил амеранин, взяв меня за подбородок. После совместно проведенной ночи он вел себя по-хозяйски, ставил свои условия. Но ведь это мое дело, а не его! Это мне заплатят за информацию!

— Нет! Здесь тоже опасно! — возразила я. — Там мы будем вместе. Я не такая уж беспомощная, как ты думаешь! — добавила и обиженно надулась.

— Я не считаю тебя беспомощной. Слабая женщина не явилась бы за мужем на станцию, где содержатся опасные заключенные, не пошла бы одна на прием, не летала бы по всему космосу на своем корабле. Просто я сильнее, синеглазка, и хочу тебя защитить. Усвой эту истину.

Он склонился, целуя меня в губы. Я пыталась крутить головой, но все равно поддалась и ответила на его ласку. От прикосновения горячих рук по телу распространилась волна, вызывая приятную дрожь.

Но совесть принялась больно кусать меня с новой силой, раскаленными клещами впиваясь в сознание. Это я должна каким-то образом защитить амеранина, которого станут преследовать, если я не сдам его обратно. А если сдам… буду последней предательницей, ведь он столько для меня сделал. Да и нравится он мне, черт побери!

— Но все же, моя помощь не будет лишней, — прошептала я ему в губы, когда он разорвал поцелуй.

— Ладно, ты права. Вдруг за время моего отсутствия нагрянет полиция. Полетим вместе. Послезавтра. Думаю, успеем подготовиться.

— Правда?

— Да, — пожал он плечами. — Все будет хорошо.

От радости я обняла его за шею и потянулась за поцелуем. Вышло как-то неловко, а совесть, зараза, напомнила о себе новой силой. Я больше не могла ей сопротивляться. Если первые дни еще выходило, то теперь она терзала меня, заставляя думать о последствиях и способах их разрешения.

— Ну-ну, ты так бурно отреагировала, — промурлыкал Эрик, как огромный леопард. Его ладони легли на полушария ягодиц, нагло приподняв халатик, в котором я ходила по апартаментам.

Я вскрикнула, когда он подхватил меня на руки и усадил на стол, развел ноги и отодвинул в сторону тонкую полоску белья, играя с нежной плотью. Вторая рука обнимала меня за талию. Губы приблизились, и я жадно ответила на поцелуй. Язык внаглую протиснулся между зубов и принялся снова изучать мой рот, отчего все мое тело задрожало. Тем более, в этот же момент Эрик проник в меня пальцем, и мышцы лона судорожно сжались. Палец скользил по влажной плоти, и я почувствовала сильнейшее желание, охватившее все мое существо в ожидании продолжения. Еще ночью я была уверена, что утолила первый голод и теперь мое тело не будет так остро реагировать на этого мужчину. Но не тут то было: страсть только-только разгорелась, и потушить пожар мог лишь новый контакт, новое слияние.

У нас всего пару дней, чтобы побыть вместе. Потом мы можем никогда не увидеться. Космос огромен, даже на одной планете легко затеряться, а вот найтись слишком сложно. Не знаю, как так вышло, что я встретила подходящего мужчину именно сейчас. Поздно или рано — не знаю. Мне было мало тех дней, что мы провели вместе, и при мысли, что скоро придется расстаться, душа начинала бунтовать и ставить свои условия, переча разуму.

— Мне чертовски нравится, когда ты так сильно меня хочешь, Мэг, — хрипло произнес Эрик, прикусив мочку уха, и усилил напор, двигая рукой. — Ты заводишь меня, а ведь у нас есть и другие дела.

— Сам начал, — прошептала я, глядя на амеранина из-под опущенных ресниц. — Но ты ведь сам сказал, что очень быстрый.

— Хочешь быстро? Так не интересно, милая, — усмехнулся он, подтягивая меня ближе к краю стола. — Или ты имела в виду… ну же, отвечай! — грозно потребовал он, пытаясь скрыть шутливый тон.

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Не хватало ему знать мои фантазии. Но любопытство кошку сгубило. Я собралась с мыслями и осторожно поинтересовалась:

— Ты можешь заниматься этим после трансформации? — И сглотнула.

— Надо же, какие интересные мысли бродят в твоей очаровательной синеволосой головке, — с легкой, будоражащей хрипотцой произнес амеранин, продолжая терзать, дразнить чувствительные точки.

— По-твоему, у меня развратные мысли? — жалобно спросила я, застонав от его напора.

— Любая другая на твоем месте задала бы это вопрос гораздо раньше, если судить по моему опыту, — усмехнулся он мне в губы.

У меня в глазах потемнело от ревности, я еще сильнее вцепилась в плечи Эрика Ти-Риала, будто пыталась удержать его возле себя. Я не хотела представлять этих “других”, не желала никому отдавать моего эксклюзивного мужчину (ведь не у всех амеран такие способности, до Эрика я знала лишь об одном человеке с подобными возможностями).

— Так все же? — спросила я.

— Да, могу. Попробуем сейчас? — Он пытливо заглянул мне в глаза.

— Не надо! Я пошутила! — попыталась отмазаться, но Эрика эта мысль лишь завела. Он потащил меня на руках в комнату, поставил около кровати.

Я завороженно наблюдала, как он стаскивает с себя одежду. На коже один за другим, множась, мелькнули серебристые блики, постепенно охватывая лицо, торс, грудь и ноги; это было так красиво, что я даже потеряла дар речи. Мужской орган уже налился, поднялся. На нем точно так же, как и на остальном теле, появился металлический блеск, почти по всей длине, лишь крайняя плоть и то, что за ней, оставались обычными.

Я подошла ближе, трогая амеранина, будто видела впервые, провела пальцами по стальной груди, очерчивая контуры мышц, опустила ладони на живот — твердый как камень. Заглянула в глаза, в радужках которых появилось золотистое сияние. Обнаженный амеранин напоминал статую атлета — красивую и искусно слепленную. Мутация генов делала Эрика вовсе не чудовищем, как прежде любили называть амеран земляне. Она делала его идеальным мужчиной.

— Я не шучу, вообще-то. В таком облике мне легче себя сдерживать, правда удовольствие немного не то. Приходится быть осторожным, чтобы не навредить партнерше. Но женщины обычно в восторге.

Он провел по вырезу моего халата, после чего опустил руки и развязал пояс. Одежда упала под ноги, и я осталась в одном лишь белом нижнем белье. Серебристые пальцы осторожно коснулись застежки бюстгальтера впереди, между полушариями груди, с легкостью расстегнув его.

Эрик снял и этот предмет моего гардероба, а потом стащил вниз трусики. Я переступила их и вновь дотронулась до груди мужчины, а он прижал меня к себе так резко, что я даже сообразить не успела. Горячее тело будило во мне низменные инстинкты, совершенство его форм доводило разум и тело до исступления. Твердая, как металлическое покрытие, кожа скользила под подушечками пальцев. Конечно, это был вовсе не металл, просто в генах мутировавших людей имелось ДНК триксов, имеющих схожую броню. И в нужный момент клетки меняли свою структуру.

Меня бросало то в жар, то в холод. В помещении работал кондиционер, а тело Эрика было безумно горячим. И этот контраст возбуждал. Когда я дотронулась до эрегированной плоти Ти-Риала, низ живота заныл от новой волны желания. Страсть не спрашивала, она охватывала разум, запутывая в своих сетях, завлекая и не оставляя шансов на побег. А когда моего плеча коснулись губы Эрика, картинка перед глазами поплыла цветными разводами.

— Давай же, я не могу больше терпеть, — выговорила я на выдохе, пока он прокладывал дорожку поцелуев по шее.

— Ты само совершенство, не могу налюбоваться, осознать до конца, что это все мое, — прошептал амеранин, укладывая меня на постель.

Его мощное тело вдавило меня в простыни. Но он не стал торопиться, опустился ниже, доводя до края пропасти умелым языком.

Я извивалась под ним, требовала продолжать, не отпускать, молила не останавливаться. Да чего только не говорила. Мне было чертовски хорошо. И когда Эрик все же заполнил меня своей твердой плотью, закричала, не сдерживая эмоций. Казалось, разорвет на части этим напором, но мужчина не стал рисковать, сменил облик на нормальный, чтобы завершить процесс, и мы вместе дошли до пика наслаждения.

Откинувшись на подушки, я пыталась восстановить дыхание. Сердце частило удары, взгляд то и дело перемещался на лицо Эрика, который сразу после секса задумался о проблемах других.

Как же быть? Как сказать ему правду?

У нас все меньше дней, потом нам придется расстаться. Но может быть, ему все же удастся сбежать, а мы встретимся снова? Тогда я уже не буду зависеть от особистов. У нас впереди много лет, которые мы можем провести вместе, ведь наши жизни длиннее века обычных землян. Я могла бы стать счастливой. И попробовать сделать счастливым его, если он, конечно, захочет, узнав обо всех махинациях.

Ладно, сразу после того, как мы побываем в архиве, я скажу ему все, как есть.

С этой мыслью моя совесть все же задремала, и я отправилась в душ приводить себя в порядок.

Два дня. Всего два дня, за которые нужно решить слишком многое. А главное — понять, как не потерять этого мужчину.