Глава 21

– Очень сильное магическое истощение, – слышу я голос, словно сквозь толщу воды. – Я назначил ей два снадобья, они поддержат состояние больной до нашей вынужденной остановки. Но я настоятельно советую вам найти в городе накопительный артефакт и приобрести его для вашей супруги.

Затем что-то шуршит, раздаются тихие шаги и тихий скрип двери.

– Спасибо, – говорит Симус и закрывает дверь. – Можешь не притворяться, я заметил, что ты уже проснулась.

Открываю глаза и облизываю пересохшие губы. Ощущение, будто я сто лет не пила, даже язык к небу прилип. В носу будто все еще стоит запах гари, а перед глазами картина падающего Симуса.

– Что случилось? – приподнимаясь, хрипло спрашиваю я.

Мой муж тепло улыбается и, заботливо поддержав меня, поправляет подушки так, чтобы мне было легче сидеть. Сил действительно нет, и двигаться совсем не хочется.

– Выпей, тебе сейчас нужно восстановиться, – Симус подает мне стакан с какой-то зеленой жижей. – Мелани, давай не будем начинать это утро со спора.

Только сейчас замечаю, что он тоже выглядит очень уставшим: под глазами залегли глубокие тени, его обычно идеально уложенные волосы растрепаны, а рубашка небрежно застегнута даже не на все пуговицы. Но последняя деталь, надо сказать, ему весьма идет, потому что подчеркивает широкие плечи и развитые грудные мышцы.

Я снова замечаю на его груди метку Темных, но сейчас меня это отчего-то не пугает. Есть у него сердце или нет… Он пытался спасти дирижабль и всех, кто на нем. Он даже глазом не моргнул, сразу решил это сделать. В очередной раз убеждаюсь, что у Симуса очень много слоев, которые он не открывает никому.

Морщусь, но беру стакан и, стараясь не концентрироваться на консистенции, кисловатом запахе и горьком вкусе жижи, выпиваю все залпом. Мерзавец с довольной улыбкой забирает стакан и присаживается рядом со мной на кровати.

По телу прокатывается теплая волна, и дышать становится легче.

– Так все же, что такое произошло и… что теперь? – снова задаю я вопрос.

Симус накрывает своей горячей ладонью мои пальцы.

– Какая-то ошибка, случайность… – он пожимает плечами. – И в моторном отделении начался пожар.

Я охаю…

– Много… жертв? – кусаю губы.

– К сожалению, не без них, – Симус морщится, будто эта мысль доставляет ему физический дискомфорт. – Но, к счастью, пожар смогли остановить и выровнять дирижабль. Мы сейчас на аварийных двигателях доберемся до ближайшего промежуточного порта. Там пару дней проведем на ремонте, чтобы двинуться дальше.

– А как профессор Уолшеп? – я вспоминаю, что у него была ранена рука.

– Все хорошо. Вывих вправили, магическую повязку наложили. Будет в строю одновременно с дирижаблем, – шутит Симус.

– А остальные как? – я понимаю, что в голове крутится один очень важный вопрос, но я избегаю его, потому что боюсь задать.

– Если ты про генерала и Эйлин, то они прекрасно отсиделись в каютах, – усмехается мой муж.

– А Джоззи?

Я вспоминаю, что перед тем, как я отключилась, ящерка была у меня на руках. Не испугалась ли она?

– Спит у своей хозяйки. Кстати, частично благодаря ей ты так быстро отошла, – Симус поглаживает большим пальцем тыльную сторону моей ладони. – Она вовремя перенаправила магические потоки.

Так… Ну, теперь мне точно не увильнуть от вопроса. Даже если мне страшно его задавать:

– Симус, что это было? Эта штука на руке… Я никогда ни у кого таких не видела, – говорю я. – Это же ненормально?

Он тяжело вздыхает, отводит взгляд и задумчиво отвечает:

– Я обязательно разберусь с этим вопросом, когда мы прибудем на место. Там есть древний храм, в котором хранятся архивные документы, – произносит он так, будто просто составляет план, а сам пытается эмоционально отстраниться от проблемы. – Я сделаю запрос…

– То есть этого точно не должно быть в норме? Священник сделал что-то неправильно?

На меня накатывает волнение, и вот это равнодушие от Симуса дико начинает раздражать.

– Это, скажем так, необычно, – отвечает он. – Но… Это то, что в итоге спасло мне жизнь.

Сердце пропускает удар. То есть… Он мог…

О, Вселюбящая! Почему я это чувствую? Почему мне страшно даже подумать о том, что человек, который шантажом заставил меня выйти за него замуж, угрожал моему отцу и вообще фактически держит меня в плену, мог погибнуть?

– Я вовремя не среагировал, не рассчитал силы и действительно мог рухнуть в пламя вместе со стойкой. Но когда я начал падать, я услышал тебя. Да… Даже несмотря на весь шум, что меня окружал. А потом метка вспыхнула, а я почувствовал мощный магический поток, который помог мне и удержать стойку, и быстро схлопнуть пламя.

– Ты считаешь, что этот поток был от меня? – я поднимаю брови, удивляясь. – Но я практически совсем лишена магии. Переживала, конечно, раньше об этом, но сейчас уже смирилась.

Пока говорю, смотрю куда угодно, только не на Симуса. Потому что не умею я врать в глаза, а в словах слишком много обмана. Конечно, я это не пережила, конечно, все еще расстроена. Хоть меня и убеждали всю жизнь, что зато я одарена феноменальной памятью.

Пауза затягивается, и тогда я ловлю взгляд синих, сейчас как летнее безоблачное небо, глаз Симуса. Он улыбается так, что в уголках глаз появляются морщинки.

– Я знаю только одно, – он чуть наклоняется ко мне. – Ты, Мелани Доггерти, живая загадка. А я обожаю загадки.

Я распахиваю глаза, а Симус преодолевает оставшееся между нами расстояние и целует меня.