Глава 19

Вж-жи-ик.

С каким-то победоносным звуком волна света пронеслась мимо, едва не задев меня, и рассыпалась возле изгороди разноцветным фейерверком.

Макс счастливо рассмеялся.

Теймар оттер пот со лба.

Я едва удержалась от жеста «рука-лицо».

И только Бежан в нашей маленькой, но весьма устрашающей и грязной компании - после двух часов тренировок мы были далеко не так опрятны, как с утра - оставался невозмутимым.

Он чуть улыбнулся малышу и поощрительно кивнул.

- Давай еще раз.

И тот снова выставил маленькие ладошки вперед и весело закричал:

- Ба-а-бах!

Спустя две недели пребывания в столице я могла уже сказать, что подобные утренние «променады» стали для нас традицией.

Обучали магии Максира - вот и я привыкла так его называть.

Обучали магии меня - точнее, обучали пользоваться теми заклинаниями, что уже находились в моей «копилке». «Калечить избранницу», как выразился наследник, не дозволялось. Даже под его присмотром. Хотя я планировала, при необходимости, слегка обойти это требование. Ну и тренировали мою скорость реакции, чтобы я не медлила, находясь уже в процессе столкновения с другими магами, например. Вспоминая недавнее прошлое, я охотно практиковалась.

Также, по моей просьбе, мы занялись и холодным оружием. После посещения «арсенала» эр Джан-Ари и нескольких попыток совладать с разными видами колюще-режущих предметов, я остановилась на длинных, легких метательных ножах, которые взаимодействовали с магией с помощью встроенных в них артефактов и, соответственно, представляли собой весьма грозное оружие даже в неумелых руках.

Ну а поскольку все тренировки происходили на улице - в огромном заросшем саду «скромного» особняка в несколько этажей на окраине города - и сопровождалось не только всплесками магической энергии, но и прочими шалостями Макса, да и мое желание «физической активности» всегда приветствовалось, наша четверка к обеду выглядела совсем не благородно. Что меня всегда очень веселило. Я и представить раньше не могла, что грозный наследник Бури может быть настолько...нормальным.

Причин, по которым мы не приглашали других учителей и действовали довольно скрытно, осознанно ограничивая количество людей, знакомых со мной, как с избранницей, и с Максиром, как с моим сыном и очень - крайне - сильным магом было немало.

Во-первых, заговор не был раскрыт до конца. И привлекать излишнее к нам внимание было просто опасно.

Во-вторых, я хотела постепенно вводить в жизнь малыша изменения, которые вскоре могут стать глобальными. Он должен был осознать свое новое место в этом мире, осознать Бежана не просто как друга, но как старшего в нашем маленьком «обществе». Принять новое расписание, обязанности и уроки - а таких было немало. Как бы мне ни нравилась его непосредственность и детское любопытство, но я понимала - для дворца также необходимы хоть какие-то манеры и умение сдерживать магические всплески. Никто не хотел надевать на него ограничители, а Макс, как и любой ребенок, мог от радости, испуга или злости - мало ли, с чем ему придется столкнуться - плеснуть такой волной, что мало не покажется.

В-третьих, нам троим нужно было время, чтобы привыкнуть, приноровиться друг к другу, начать доверять больше и узнать как можно ближе - и все это до того, как слова, знаменующие изменения в наших отношениях будут произнесены.

И потом, по-моему, всем очень понравилось играть в разведчиков в тылу врага. Даже Бежан, на что уж суровый воин, расслаблялся в такой ситуации и, если имел хоть сколько-нибудь времени, свободного от своих обязанностей, с удовольствием приходил в этот дом, названный мною в шутку «тайная комната».

А еще Бежан сблизился с Теймаром.

Нет, они не стали друзьями - Теймару было сложно преодолеть свое весьма почтительное отношение к начальству, а наследник в принципе с трудом с кем-то сходился - но их объединил восторг по отношению к магии Макса, увлеченность артефактами и желание сделать мою жизнь максимально комфортной.

К тому же, пусть принц и ревновал - и почти успешно скрывал это - но после моих подробных объяснений, что мы с другом пережили и сколько тот для нас с Максом сделал, испытывал к тому, в основном, благодарность и уважение.

Но наедине старался не оставлять.

А я была безумно счастлива, что Теймар привез Макса и не просто согласился временно побыть с ним, но и сам предложил мне.

- Мы долго живем, Стася, - отмахнулся он от моих счастливых визгов и подмигнул, - И у нас не так много интересных событий. А вы, определенно, внесли свежий ветер в мое существование.

Не знаю, что бы я делала без него.

Я и так разрывалась. Старалась как можно больше времени проводить с сыном - и ночевать, хотя бы половину времени, в особняке. Но и во дворце у меня было немало дел. Собственные уроки придворного этикета и прочих наук. Занятия с главным императорским лекарем. Изучение дворца - и его тайных ходов. Изучение истории и правил существования императорской семьи. Встречи с этой самой семьей. Бежан, который испытывал настоящую потребность в наших встречах и разговорах наедине - да и мне самой теперь это было не просто интересно, но более чем волнительно.

Радовало, что такая ситуация не продлится вечно, потому как несмотря на парный артефакт-помощник - индивидуальный и постоянно заряжаемый портал, позволяющий мне перемещаться между двумя основными местами обитания вне любопытных глаз - мое расписание было довольно тяжело выдержать физически.

Впрочем, чего я ожидала? Это в сказках принцессы и принцы занимались вышивкой, оловянными солдатиками и ничегонеделанием. В этой реальности трудились даже больше, чем остальные. И пусть для придворных, которые потихоньку начали узнавать о существовании фаворитки наследника Бури - все равно, меня видели то тут, то там - я была то дикой отшельницей, не покидавшей своего крыла, потому как творила там странную магию, то деревенщиной, которая боялась опростоволосится перед приличными людьми - эти слухи мне со смехом передавала Каринэ - по факту моя жизнь сейчас была едва ли не тяжелее, чем в тот период, когда я совмещала работу, самостоятельную учебу и младенца.

Каринэ была первой, с кем Макс познакомился после Бежана. И оба пришли в восторг от этого знакомства. «Потому что у них один уровень развития» - пошутил наследник, но «дети» на это внимания не обращали. Они с воплями носились по саду, или рисовали, или же принцесса учила его разным играм, принятым во дворце. Для меня эта девочка-женщина оставалась загадкой - она то хлестала ядом умнее своих невесток, то валялась на траве под окнами особняка, то совершенно провокационным голосом выспрашивала подробности наших с Бежаном отношений. Но гнили я в ней не чувствовала, потому с удовольствием проводила время. И была рада, что у Макса появился еще один друг.

Симон эр Джан-Ари был более сдержан на эмоции. При первой встрече он следил за чуть смущенным Максиром пристально и цепко, будто раскладывая на составляющие поведение, навыки, разговор и эмоции моего мальчика, и по итогу вынес вердикт который я даже не поняла сразу от волнения. А когда поняла - чуть не расплакалась от радости.

Он сказал, что боги добры к его семье - они подарили им сразу двух избранных.

И стало ясно, что у ребенка впервые появился пусть и своеобразный, но дедушка.

Но гораздо больше, чем встречи малыша с главой рода, я беспокоилась за его знакомство с Бежаном. Понравятся ли они друг-другу? Смогут ли найти общий язык? Полюбить? Отношение наследника ко мне, во всяком случе поначалу, было во многом продиктовано магией - с Максом это бы не сработало. И для меня было крайне важно, чтобы между ними зародились нормальные, человеческие чувства. Потому меня изрядно трясло, когда я «привела» принца первый раз в особняк, уже обжитый Максиром и предложила всем вместе прогуляться.

Конечно, совсем уж просто не было.

Сын, при всей его открытости, отнесся настороженно к новому человеку, который, как я объяснила, очень важен для меня. Он был неглупым мальчиком и задал мне затем наедине довольно много неудобных вопросов, относительно наших с Бежаном отношений и их будущего. К тому же, что стало для нас не самым приятным сюрпризом, он умудрился на чувственном уровне распознать магию Бури и вспомнить, где уже её встречал. И тут же ощетинился, как маленький ежик.

Но постепенно мы преодолели общую неловкость. Бежан не слишком понимал, как обращаться с маленькими детьми - Высшие, как правило, поручали воспитание нянькам и наставникам, а потом придворным магам, так что опыт у него был так себе. Но совершенно логично рассудил, что есть смысл общаться с ним, как со взрослым человеком и сложившейся личностью - с поправкой на возраст. И это оказалось лучшим решением. Макс успокоился, заинтересовался «Безем» и его историями, а потом и вовсе проникся «волсебным великаном», который проводил теперь с ним немало времени. Ну а лицо наследника смягчалось, когда он смотрел на малыша - и это было для меня лучшей наградой. А от магии сына - совершенно интуитивной и не помноженной на заклинания и необходимость как-то готовиться и специально обращаться к внутреннему ресурсу - принц пришел в полный восторг. Конечно, в связи с тем, что все наши прошлые знакомые по Имерету были расспрошены от и до, он был в курсе, что магия Максима весьма велика, но был потрясен, насколько тот силен.

Впрочем, потрясен гораздо меньше, чем от моего рассказа о попаданстве.

Бежан тогда молчал. Не прерывал меня ни единым вопросом.

Я же под конец говорила совсем сбивчиво - о своем мире и общих его законах, о профессии, гадалке и появлении здесь, о Теймаре, первых месяцах жизни и полном непонимании, что же происходит - чуть ли не заламывая пальцы от волнения, настолько меня начало беспокоить его молчание и стиснутые челюсти.

И опущенные, словно плотные шторы, ресницы, из-за чего я не могла рассмотреть выражение его глаз. Только и видела, как вздрагивали его веки, когда он время от времени бросал взгляд на браслет.

Но больше всего меня пугали его руки. Наследник вцепился в столешницу, будто удерживая себя от порыва вскочить и...Что "и" - я не знала. Но смотрела на эти побелевшие от усилия костяшки, и в голове проносилась одна мысль хуже другой.

Может, с попаданцами связана какая-то жуткая легенда?

Может, мы считаемся проклятыми богами? И должны быть уничтожены на месте - просто Теймар об этом не знал?

А может мне нельзя теперь быть избранной, потому как иномирное происхождение болезнь похуже бедности и отсутствия суффикса «эр»?

В конце концов, я иссякла, и, закусив губу, посмотрела на принца, который все не шевелился. И уж было пожалела - сильно пожалела - что вообще призналась в чем-либо, хоть я и хотела, как лучше, хоть и хотела, чтобы между нами не было недоговоренностей, лжи или непонимания, как Бежан резко встал, рывком выдернул меня из кресла, стащил одним махом браслет, так и не поменявший ни разу цвет, и вдруг прижал меня к себе так сильно, что я прям явственно услышала, как хрустнули мои косточки.

- Значит, Око не нашло для меня избранницы в этом мире... - протянул он глухим голосом с такими странными, по-своему жуткими интонациями, что я почувствовала, как дрожь прокатилась по моему телу, приподнимая волоски на руках и сбивая дыхание.

- Это...плохо? - пискнула я.

- Плохо? Очень плохо...

Я ощутила, как холод и страх сковывает мои руки и ноги. Что же, черт возьми, тогда будет со мной? Я не чувствовала с его стороны угрозы - только потрясение. Но что-то ведь значили его слова...

Объятия принца стали еще крепче, но как-будто бережней. Он наклонился ко мне и сдавленно прошептал, обдавая горячим дыханием мгновенно запылавшее ухо:

- Ведь если кто-то подарил мне тебя, этот кто-то может захотеть забрать. И сможет это сделать. По какой-то причине вернуть тебя туда, где даже я не смогу найти. А ты...пришлая душа. И теперь я хотя бы понимаю, почему ты настолько необычна, настолько привлекательная для наших взглядов. И насколько ты всегда хотела исчезнуть отсюда...И не смогла. Почему?

- В наш мир нет каких-то ворот - все это было случайностью.

- А если бы были?

В его голосе появился металлический звон. Я сглотнула. Но правда она такая - или полная, или нет.

- Сначала, я бы даже не раздумывала. Сделала бы все, чтобы убраться отсюда. Но позже...Мне многое здесь... понравилось.

- Понравилось? - смешок Бежана был, одновременно, полон горечи и какой-то затаенной надежды.

- Понравилось, - сказала я мягко, понимая наконец, о чем он подумал, когда услышал мой рассказ.

Нет, его не ужаснул сам факт моей иномирности. Или то, что я отличаюсь даже больше, чем он думал.

Он испугался, что с такой же легкостью, как я попала сюда, я могу уйти.

И осознание этого его страха снова прошлось по моему телу дрожью, но уже совсем другой. Отозвавшейся где-то в районе груди теплом.

Я чуть обмякла, а потом осторожно подняла руки и обвила его за талию. Пожалуй, это было мое первое осознанное прикосновение к мужчине. И мне ужасно понравилось чувствовать его жар и твердость его спины под моими ладонями.

И судя по его судорожному вздоху, ему тоже понравилось.

- Я не отпущу тебя, - тяжело, будто ставя клеймо каждым своим словом, прошептал наследник Бури, - Даже если мне придется спорить с самим Оком. Или с тобой...

- Я не собираюсь никуда уходить, - прошептала я в ответ, и закрыла глаза, понимая, что наконец-то, полностью уверена в своих словах.

Мы еще много разговаривали.

Бежан живо интересовался подробностями моего существования на Земле - и земными законами, образом жизни, технологиями. Он заставил продемонстрировать все, что осталось от моей аптечки и даже тетрадь, посвященную земной медицине прочитал с огромным воодушевлением. А потом уверенно согласился с тем, что я могла бы совершить в этой области небольшую революцию - и вкрадчивым голосом увещевал, что у жены наследника Бури и вовсе будут для этого все средства и полномочия.

Я лишь закатывала глаза. Ну конечно, лучшей аргумент для такого трудоголика, как я, чтобы выйти замуж.

Он много спрашивал об отношениях между мужчинами и женщинами - впрочем, я не считала, что они у нас какие-то особенные - и недовольно хмурился, когда я объясняла ему про разводы, последующие браки и весьма распространенные отношения вне браков.

При всей «продвинутости» этого мира по сравнению с чисто патриархальными, союз, одобренный ликами, считался не просто священным, но тем действом, за которым впоследствие следили не только сами супруги, но и боги. Нет, это не означало, что в этом мире не было любовниц. Но чем выше стоял на социальной лестнице человек, чем ближе он был к Оку, Свету или Буре, тем сильнее каждый его шаг - особенно ошибочный - воздействовал на него, его семью и окружающих его людей.

Потому общепринятые нормы старались не нарушать.

- Значит, - я лукаво улыбалась, - У тебя не будет любовниц после свадьбы?

Бежан лишь сердился и с трудом отрывал от меня взгляд:

- Разрази меня Буря, серьезно думаешь, я могу быть с кем-то другим?

Я же теперь позволяла себе открыто признаваться в непонимании тех или иных традиций и законов - что изрядно снизило мое внутреннее напряжение. Впрочем, только наедине с Бежем. Я давно уже перестала напоминать Максу о жизни в другом мире - не то чтобы я планировала совсем скрывать его происхождение, но видно было, что новые события и возможности полностью поглотили его, а про жизнь «до» он почти совсем забыл. Что касается императорской семьи, то тут уже наследник настоял на том, чтобы сообщить лишь отцу.

И то из исследовательского интереса.

- Остальным знать не стоит, - произнес он довольно жестко.

- Почему?

- Не надо давать малейшего повода заподозрить тебя в том, что ты не на своем месте. К тому же...- голос его сделался слегка хриплым, как всегда, когда слова ему давались с трудом, потому как отражали его настоящие чувства и эмоции, - Я не собираюсь давать никому даже шанса предположить, что есть способ убрать тебя из моей жизни.

Я вынырнула из воспоминаний из-за громкого собачьего лая.

Еще одна сбывшаяся мечта. В нашей маленькой семье именно я хотела собаку, но хозяин квартиры, которую мы снимали, не разрешал домашних животных. Да и когда бы я за ним ухаживала?

А этого помог найти Теймар.

Похожего на земного бородатого колли черно-белого пса, которого мы назвали Роман.

Я балдела от его повадок и добродушия, а также длинющей шерсти - которая, слава местной магии, могла быть очищена и расчесана с помощью одного единственного заклинания.

У меня, кстати, волосы тоже от этого заклинания становились чистыми и шелковистыми. Правда, провисали мягкими палками, что мне вовсе не шло - я предпочитала более структурированные укладки. Но после длительных экспериментов поняла, что здесь они не получатся. Никакая магия не могла придать прическе ту же форму, что грамотный стилист и укладочные средства. Местные цирюльники могли только брить и подравнивать; покоевые служанки - укладывать в шикарные прически. А я со своей короткой стрижкой пока пролетала, потому немного отрастила волосы, до плеч, и придавала им форму с помощью специального настоя, дававшего вполне натуральные крупные кудри.

За счет этого я выглядела немного моложе - хотя куда уж там, да и черты лица становились мягче. И уложить волосы было легче, заплетя в подобие короны или пышно собрав под шляпку, которые здесь обожали.

Потрепала Романа по лохматой башке, покидала ему палку и, убедившись, что Теймар и Макс ушли в мастерскую - делать какой-то очередной агрегат - достала свои ножи.

Первый замах был крайне неудачным.

Кинжал даже не долетел до цели - я старалась наловчиться бросать сама, а потом уже, при необходимости, использовать заклинания.

Сходила за ним - призывать его с помощью магии было крайне опасным делом, потому как летящие на меня лезвия по-прежнему вгоняли меня в ступор - и снова встала в нужной позиции.

- Помочь?

Бежан, как всегда, появился совершенно бесшумно. У него было достаточно сил, чтобы открывать порталы в пределах столицы независимо ни от каких артефактов, чем он часто и пользовался. Причем, хоть он и не признавался, легче всего ему было настраивать порталы на меня.

Первое время я вздрагивала, когда внезапно слышала его голос позади, но потом привыкла. И даже начала тренировать способности к предсказаниям - порой у меня получалось почувствовать его появление за несколько мгновений до того, как он действительно оказывался вблизи.

Но не сегодня.

Я кивнула, принимая его помощь.

А он, вместо того, чтобы просто показать мне один из приемов, зашел сзади, чуть прижал меня к себе левой рукой, а правой обхватил мое запястье с зажатым кинжалом и мягко отвел мою кисть назад, заставляя в точности повторить свое движение.

Мы слились в одно.

И это было невероятно чувственно.

Мы все еще не перешагнули этот рубеж, но я видела, что Бежу все сложнее сдерживаться. И была благодарна ему, что он все-таки сдерживается. У меня несколько лет не было мужчины - ни моя жизнь на Земле, ни здесь не располагали к этому, и я уже чувствовала себя пугливой девственницей, которую надо приручать постепенно.

Чем он, похоже, и занимался.

Приучал к своим все более тесным объятиям и прикосновениям, к мимолетным поглаживаниям, легким поцелуям в запястье, там, где бьется тонкая жилка. Приучал как пугливое животное - и пусть это было не слишком лестное сравнение, стоило признать, что он умел обращаться с женщинами. Несмотря на в целом потребительское отношение среди Высших и относительно свободные нравы - постель до брака здесь не была чем-то из ряда вон, а быть любовницей наследников и вовсе считалось чуть ли не честью - у Бежана хватало опыта и такта, чтобы не действовать, как грубый солдафон.

Чтобы дожидаться окончательного решения с моей стороны.

И это ожидание, быстро переросшее в легкое соперничество и волнующее предвкушение, стало похоже на изысканную игру, от которой оба получали удовольствие.

Мелкие уколы ревности - и тут же заверения в истинных чувствах. Все на уровне жестов и скрытых эмоций - которые я все лучше распознавала в наследнике Бури.

Периоды отсутствия - свои обязанности перед Империей он выполнял с присущей ему дисциплиной - и неожиданные появления в моих покоях. Мне льстило, что он спешил первым делом ко мне, не снимая дорожного плаща, еще до того, как отправиться давать отчет Императору - появлялся только чтобы «съесть» меня глазами, коснуться моего лица, а потом улыбнуться и снова исчезнуть за дверью.

Знаки заботы и внимания, которые не были похожи на привычные мне букеты и приглашения на свидания - у нас, порой, совершенно не было на то времени. Но я часто находила в своем кабинете нужные мне книги; или обнаруживала себя, уснувшую от усталости в кресле, на кровати, заботливо накрытую пледом. Не говоря уж о том, что в мое распоряжение предоставили замечательно оснащенную лабораторию-приемную рядом с императорским лекарем, а принц привозил из своих поездок самые разные травы, артефакты и приборы, которые были в ходу в других местностях.

Его взгляд, которым он, порой, проводил от моих открытых коленей - ради него я одевалась чуть более провокационно - до губ, не тронутых косметикой, но припухших, потому как я не раз кусала их в волнении.

То, как он задевал меня рукой - или как я задевала его юбкой, неловко покачнувшись, а то и вовсе оказывалась в его объятиях, потому что «оступилась на высоких каблуках».

Разговоры с вином перед камином, когда всполохи пламени смягчали его лицо, и он даже позволял себе улыбаться, а потом вдруг застывал, глядя на меня со зверским голодом, и, шумно выдохнув, удалялся к себе.

Я ощущала на физическом уровне, как растет напряжение и отдавала себе отчет, что так долго продолжаться не будет - но искренне радовалась возможности побыть немного на грани. Испытать чувства на острие - которых никогда не испытывала.

Пощекотать нервы и насладиться сполна бурлящей магической энергией, которая начала отзываться на его появление.

И меня безумно радовало, что наша магия начала взаимодействовать после того, как я привыкла к этому мужчине - и, кажется, влюбилась. А может даже вопреки тому.

А он, научившись сдерживать свою тягу ко мне, как к избраннице, начал испытывать чисто мужскую симпатию и желание, не имеющую никакого отношения к проявленным линиям.

Я тихонько хихикнула.

Эта «симпатия» сзади меня ощущалась очень хорошо.

Приникла к Бежу еще плотнее - сдавленное ругательство меня вполне устроило - а потом и сама задохнулась, когда он переместил свою руку с талии выше, и задел и без того чувствительное место.

- Ты должна смотреть не на кинжал,а на цель, - голос у него сделался хриплым и умопомрачительно сексуальным, - Все твое существо должно быть направлено на центр мишени. И твоя рука станет не продолжением оружия, а продолжением твоей мысли. И никакая магия не понадобится. Сосредоточься.

Ага. Прям будто это легко сделать, когда ко мне прижимается совершенно невероятный мужик.

Но я, прищурившись, посмотрела на деревянный круг в десяти метрах. Я должна попасть.

Наследник еще немного оттянул мою руку, а потом резко и одновременно плавно бросил её вперед, вынуждая меня разжать пальцы.

Кинжал со свистом разрезал воздух и поразил край круга.

А моя рука так и осталась в его, как и я, фактически распластанная на нем.

- Еще? - спросил он тихо.

Я, сглотнув, кивнула.

И мою руку снова отвели назад, чтобы продлить эту невозможную, шикарную пытку.

А я наслаждалась уже довольно холодным днем, настроением, нашим взаимодействием, которое все больше приобретало крышесносящий оттенок, и нахождением рядом с мужчиной, уже доказавшим, что ему можно доверять.

Наслаждалась ровно до того момента, пока мне не объявили, что через несколько дней во дворце будет праздник, посвященный Дню Холодного Дома, и мы оба обязаны на нем присутствовать.