Глава 6

Торгового обоза, идущего в столицу, мы достигли на третий день пути.

К этому моменту все наши припасы закончились, а ягод и кореньев, собранных в лесу, явно не хватало, чтобы унять голод. Ноги у меня были опять сбиты в кровь. Малыш все больше капризничал, оно и понятно - не каждый бы взрослый выдержал. Но я упрямо шла вперед, и тянула Макса или несла его; трижды мы, предупрежденные топотом копыт, накидывали «полог» и выжидали, когда мимо промчатся железяки - у меня было ощущение, что всадники чуть ли не сканируют местность лазерными лучами, исходящими из глаз, но я вполне допускала, что все это мне могло привидеться просто из страха.

Потеряться я не боялась.

Указатели на крупных перекрестках однозначно сообщали нам, где именно находится Имерет, в котором я рассчитывала найти таки приличную работу и раствориться в огромном, по рассказам, количестве жителей.

Лес постепенно превращался сначала в степь, а потом и вовсе в бескрайнюю каменистую пустошь, разбавленную лентой реки - тогда мы и увидели вдали огромное темное пятно, выплывшее будто из-за поворота одного из таких перекрестков.

Я всмотрелась.

Обозы, кибитки, даже какой-то дом на колесах, чуть ли не особняк - я уже ничему не удивлялась; самые обычные лошади и люди в пестрых одеждах. На «черных» и «серых» воинов они походили меньше всего. И тогда я подхватила Макса на руки и решительно двинулась им наперерез по пустоши, не обращая внимания на боль в ногах.

Неизвестно, нагнали бы мы их, если бы не ночная стоянка; но нам, похоже, наконец-то начало везти.

Компания и вправду была весьма пестрой. Уже потом я узнала, что это местные «амилахвы»: цыгане, торговцы и циркачи одновременно - Джандарская империя была удивительной смесью дремучего средневековья, викторианской Англии и невероятных технологий; и сохранила пережитки самых разных укладов и традиций. Местные отдаленные деревни и городки, как правило, обеспечивали себя сами, не особо интересуясь, что происходит в «большом» мире. Грузы для крупных городов перевозились последние десятилетия дирижаблями и по железной дороге; работала и императорская почта. А вот «нишу» между ними заняли как раз амилахвы, доставлявшие, как и в прежние времена, самые разные товары, новости и представления. Они кочевали между крупными городами и столицей, особо нигде не задерживаясь, и называли своим домом весь Джандар. И собирали под своим крылом всех, кому полюбилась дорога, или же кто хотел достичь иного населенного пункта, но не мог оплатить дорогостоящий транспорт. Путешествовать в одиночку было слишком опасно - разбойники, ненастье, просто не самые приятные личности могли не просто испортить поездку или же поход, но и лишить жизни. Потому таким караванам платили за возможность ехать или даже идти рядом. Они при этом обеспечивали питание и защиту в случае чего - уж несколько вооруженных наемников точно ехали поблизости - а путники выкладывали определенное количество полшек.

Народу здесь было немало.

Циркачи и театральная труппа; несколько купцов с доверху груженными повозками и собственными охранниками; сами кочевники и воины, и обслуживающие их женщины, да и просто семьи; отдельные путники и горожане; несколько зажиточных крестьян, что ехали в телегах с выращенными овощами, фруктами и птицами, определенно рассчитывая продать их втридорога.

Выглядели они весьма эклектично.Кто одетый по местной моде; кто и вовсе в роскошные ткани и чуть ли не драгоценности. Многие были в ярких хламидах, наподобие греческих и в шароварах. Деревенские, понятно, были попроще, и тоже, глядя на всю эту вакханалию цвета и железных украшений, доставали лучшие платки и обматывали себя на манер цыганок.

Мы с Максом выглядели в этом изобилии откровенно нищими.

Но я крепко взяла его за ладошку, и расспросив, кто здесь старший, двинулась к дому на колесах, на крыльце которого уже пыхтел трубкой весьма примечательный толстяк в изумрудном бархатном камзоле, перевитом кожаными ремешками с клепками и ярко-красных сапогах, обвитых многочисленными цепями.

У него я и узнала цену и поняла, что моих весьма скромных сбережений не хватит добраться даже до крупного города, не говоря уж о столице.

На бурные попытки объяснить, что у нас совсем нет денег, потому что мы бежали из дома как есть, спасаясь от жестокости родственников после смерти мужа, но я могу мыть, готовить, убираться, ухаживать за детьми - да что угодно - вожак лишь отмахнулся. Таких помощников у них и так хватало.

- А целительница?

- Магичка? - он заинтересованно наклонился ко мне и сощурившись, посмотрел в глаза.

- Нет, - я качнула головой, - Травница. И я много могу, но... своими методами. Действенными!

Я с надеждой уставилась на масленные глазки. Но он только поморщился и отвернулся:

- Магичку бы взял. Или шлюху. Но первое ты не можешь, а второе мне не интересно. Мелкая слишком.

Я сердито прикусила губу. Можно подумать, мне интересно!

Черт, я реально обиделась, что оказалась не нужна как шлюха?

Но что же делать дальше? Я уже была близка к отчаянию, как сзади послышалось:

- Травница и в болезнях разбираешься? Кто учил?

Я резко повернулась.

Передо мной стоял...

Хм, Док Браун?

Доброе и чуть безумное лицо, торчащие седые волосы, очки, то ли как у пилота, то ли как у ювелира и вполне викторианский сюртук. В руках у него была куча барахла, которые он куда-то нес.

- Да все понемногу...- ответила я уклончиво. - Умершая бабушка и матушка были целительницами, и пусть мне магию не передали, но знаний - в большом количестве.

- Не передали, говоришь? - он посмотрел с насмешкой, а я нахмурилась. Что имеет-то в виду?

- А куда хочешь попасть?

- В столицу...

- Хм... - дядька задумался, а потов вдруг махнул рукой - Пошли. И сына прихвати.

- К-куда пошли?

- Ко мне в повозку. Эй Тибо, они со мной поедут, я и кормить буду - обратился он к толстяку.

- А платить за двоих еще людей и их охрану кто мне будет? - нахмурился Тибо.

- У тебя, кажется, скоро совсем закончится зелье для усиления мужской силы? - хитро уставился мужчина на старшего, поигрывая бровями. Тут и мне ясно было, кому это зелье нужно, а кто откажется его делать, если что. Толстяк насупился и махнул рукой, отпуская.

Я же настороженно двинулась вслед за новым знакомым.

Мы подошли к довольно симпатичной повозке, похожей на открытое ландо, только напичканное всякими приборами, возле которой паслась ухоженная лошадь и уже был разведен костер. Да и маленький шатер, предназначенный, как я поняла, для сна, уже стоял. Рядом суетился подросток лет тринадцати.

- Это служка мой, Гоча. Такой же найденыш, как и вы. Ну а я Леман Кавтар, - он степенно поклонился и я изобразила подобие реверанса. Похоже, сделала все верно, потому как мужчина благосклонно улыбнулся, - Если не соврала и окажешься полезна - доедете до Имерета.

Подросток зыркнул на нас и скривился, как от боли. И Леман, не оборачиваясь, бросил в его сторону:

- Да не бойся, тебя не прогоняю.

Интересно, как он узнал об эмоциях служки?

- А что мне... делать надо будет? - спросила осторожно, но импозантный мужчина - стариком его язык не поворачивался назвать - только хмыкнул.

- Пуганая уже, да? Помогать лечить будешь. Я Тибо полную стоимость плачу, чтобы не лез со своими требованиями. Но и сам, если кто ко мне обращается, беру сколько хочу. Ну и себя обслуживать, понятное дело. Готовить то можешь?

- Могу.

- Готовку на себя возьмешь. А то похлебки, что Гоча варит, уже надоели.

Он указал на повозку:

- Там все вместе спать будете. Устраивает?

- К-конечно... Спасибо вам, я...

Но Леман уже отмахнулся и что-то бормоча отправился дальше по лагерю.

Позднее я поняла, что нам действительно несказанно повезло.

Многое мы встретили на том пути - и лесные чащи, в которых раздавался вой диких зверей. И разбойников - наемники с теми быстро расправились, сполна отработав свое жалованье. Пару дней была и жуткая жара, когда без воды не обойтись, а вокруг - пустыня, и несколько дней проливных дождей, когда мы с Максом прятались под повозкой, пытаясь хоть как-то согреться с помощью единственного одеяла. Пару раз до меня мужики домогались, но Леман умудрялся все уладить, не ссорясь с попутчиками.

Без его защиты и помощи, да без каравана, никуда бы мы с Максом одни не дошли.

Но самое главное, господин Кавтар оказался весьма словоохотливым магом-целителем, с удовольствием рассуждающим на тему окружающей действительности и взявшимся понемногу учить Макса, хотя, даже больше, меня - как обращаться с Максом. А на малыша он повесил амулет, не позволяющий магии вырываться бесконтрольно, объяснив это просто:

- Ему все-равно еще рано куда-то в школу идти, но вот доехать живым мне хочется. Пусть пока так бегает - обычно у деток лет в семь магия проявляется, и они сразу идут к наставникам. Сейчас мало что поймет, потому заклинаниям его учить не стоит: магия необыкновенно сильная, даже не берусь судить насколько - я могу видеть не дальше своего уровня - и потому чуть неправильно что скажет, проблем не оберемся. Но попробуем иногда сырой силой его учить пользоваться, концентрироваться, насколько это возможно - пригодится.

Конечно, мне пришлось придумать легенду, которую я оттачивала по ходу дела, внимательно следя за реакциями окружающих.

О глухой деревеньке Бишеке, о которой я благополучно уже позабыла, и нескольких поколениях слабых магов - целительниц, которые не уезжали оттуда никуда, надеясь, что империя их не заметит. О том, что Максир неожиданно тоже магом оказался, вот и следовало его в школу какую отдать - я же верноподданная и правила нарушать не хочу. О погибшем на охоте муже. О злобных родственниках мужа, пожелавшими обидеть сироту.

Максу я строго-настрого запретила говорить про другой мир и то, как все здесь удивительно - впрочем, он, по-моему, уже считал что все так и должно быть - а Леману я была бесконечно благодарна за то, что тот делал вид, что верит мне.

Именно делал вид.

Потому что не раз и не два моя легенда трещала по швам. С рюкзаком и некоторыми лекарствами, которые я рискнула все-таки показать, предварительно избавившись от блистеров - нашила холщовых мешочков да перелила что-то в стеклянные бутылочки, а шприцы и пластик хорошенько спрятала. С моими навыками, с которыми я помогала вправлять вывихутые конечности и накладывать шины на почти залеченные Леманом переломы - сказывалась практика в травме. Со словесными оговорками и довольно собирательными манерами поведения - я присматривалась и к горожанам, и к крестьянам, и даже к циркачам, но сама понимала, что ни за селянку из глухой провинции, ни за благородную сойти не смогу. И даже подумывала по приезду в столицу назвать себя амилахвой, пожелавшей осесть где-нибудь - по крайней мере это объяснило бы сборную солянку моего мировоззрения и ошибок там, где местные жители ошибаться вряд ли могут.

Но старый целитель - и большой экспериментатор, как выяснилось - только кивал и хитро прищуривался на мой очередной рассказ о прошлом. А когда я осторожно продемонстрировала ему возможности иглы и нити - стерильную спрятала пока, но вымочила в алкоголе крепкие шелковые, что купила тут же, не пожалела денег, потому как пришлось себе и Максу сшить по рубашке, взамен совсем развалившимся - и вовсе пришел в восторг.

А спустя неделю, наверное, совместного путешествия, вдруг заявил:

- Ты и вправду считаешь, что магией не владеешь?

Я нахмурилась:

- Я никогда инициацию не проходила, да и не чувствовала ничего...

- Хм, может и так...Может потому, что странная она у тебя. Но я её ощущаю...

Я так удивилась, что чуть не выронила чашку с отваром, который готовила по заказу одного из путников. И готовила хорошо - Арглая все-таки многому меня научила.

- Я что... магичка?

- И да, и нет. Ох, Всемилостивейшее Око, и сказать-то точно не могу. Понимаешь, от магов я чувствую исходящее... как бы сияние. А от тебя не сияние, а поглощение. Потому и в сомнениях - маг ты или нет. Но у простых людей-то поглощения не бывает...

Я сглотнула. Может я энергетический вампир?

А Леман продолжил.

- Я специально поднаторел-то смотреть все эти сияния - порой, чтоб какую болезнь увидеть, надо именно так и смотреть, нас на лекарском факультете учили еще. Чем сильнее маг, тем сильнее оно вокруг него лучики пускает. Максир, если снять амулет и приглядеться, полыхает, что солнышко - даже не определишь насколько, у меня то уровень самый что ни на есть обычный. А ты...Внутри у тебя сияние, понимаешь? Небольшое теплится, как звездочки.

- И что это бы значило?

- Да не знаю я! Но феномен-то какой интересный...Позволишь?

Конечно я позволила. И окурить себя травами, и какие-то приборы на руку прицепить и изучить чуть ли не под микроскопом, который здесь представлял собой подзорную трубу с клубящимися внутри розовыми всполохами.

Но решил все случай.

Мы приближались к столице. Пустоши сменились плодородными землями, на холмах вдалеке деревни стояли, паслись стада, а возле небольшого городка - много больше Цхалтура, кстати, - даже развернули цирковое представление и ярмарку, чтобы все могли подзаработать, и задержались на пару дней.

Вот тут-то со мной и приключился несчастный случай.

Я бежала по очередному поручению господина Кавтара - а тот меня, надо сказать, гонял в хвост и гриву, благо у сына нашлась компания - и не заметила торчащей оглобли, железной, как здесь было принято, да с налепленными шестеренками. Ну и полетела на землю, распоров ногу.

Пришлось тащиться назад, прихрамывая.

Промыла рану и внимательно осмотрела - вроде и шов накладывать не надо, но порез глубокий и очень болезненный. Доставит много неприятностей.

Уж было собралась замотать бинтом, как Леман, ворча на нерадивых служанок и что его от дел отвлекают, провел ладонями у меня над раной и та затянулась на глазах. Я же почувствовала покалывание и... ощущение поглощения, которое испытывала уже дважды.

Решилась:

- Господин Кавтар... - прошептала я хрипло. - Я ведь сейчас только что будто потянула магию.

Тот всмотрелся в меня и охнул - звездочек больше стало.

- Это что получается, что ты волшбу пить как вино можешь?

- Только направленную на меня, - я покачала головой - вспомните сколько вы магичили рядом - ничего не чувствовала.

- Только на тебя? Значит было уже такое?

- Да. Дважды.

- И что же ты впитала?

Я прикусила губу и чуть отодвинулась. Рассказать или не стоит? С одной стороны, старый маг сделал для нас с сыном только хорошее, но с другой - как далеко простирается его преданности империи? Вдруг лекарей обязывают отчитываться о всех, кто пересекался с перерожденцами?

Но ведь это шанс для меня понять, что вообще происходит...

- Защитный полог... Ну, не знаю, как он точно называется - такая серая дымка, не дающая возможности другим тебя увидеть...

- Заклинание «дзе», понятно, - кивнул мужчина.

Ну не такое уж и заклинание, но поправлять не стала.

- И проклятие Зода.

- Зо...что?! Как это произошло?! Как ты выжила?! - лекарь выглядел сильно взволнованным, его пухлые руки вдруг замахали в волнении, а волосы будто еще сильнее стали дыбом.

- Ну...я травы собирала в лесу - Бишек-то недалеко от границ, - решила я сказать ему что-то максимально похожее на правду, - там этих и встретила...перерожденцев, наверное - страшные, в плащах. Убежать попыталась, а они, наверное из секретности, кинули в меня чем-то... Меня бабка нашла, давно это было - жива она была еще. В общем, выходила.

- Да невозможно «выходить» после смертельного заклинания! А на заставу сообщали?

- Испугались...Вдруг не поверили бы...

- Эти могли не поверить, да, потащили бы в тюрьму тебя - пока выяснили бы что да как на самом деле, натерпелась бы, - внезапно согласился Леман, задумчиво пожевав губу, - Я только одно могу сказать - выжила ты благодаря этой своей особенности. Никогда такого не видел, но...Есть у меня одна мысль.

Он достал свою объемную потрепанную тетрадь, которую часто я видела в его руках, и начал что-то искать в ней:

- С заклинанием Зода, понятно, экспериментировать не будем, но вот с тем заклинанием, что я на тебе только что использовал... Читай. Читай давай, знаю же, умеешь - видел как ты украдкой листочки хватаешь, Максиру объясняешь что-то. Даже не буду спрашивать, кто тебя в деревне твоей мог обучить чтению и письму. И там бывают грамотные...

На самом деле бывают, чего это он?

Я начала читать странный довольно набор букв нараспев.

- И что дальше?

- Чувствуешь что-нибудь?

- Нет.

- Тогда вот это читай!

Вздохнула и прочла другую строчку, в которую ткнул меня лекарь.

И вдруг почувствовала волну тепла, которая прошлась по всему телу. А кончики пальцев закололо. Я с удивлением посмотрела на них, а Леман вдруг схватил острый крюк, провел им по руке, оставляя царапину и, схватив мои пальцы, положил их на царапину.

У меня упала челюсть.

Та просто растворилась.

- Так-так, еще раз.

Он оставил еще одну царапину, заставил меня прочитать снова заклинание, и я уже сама провела рукой над ранкой.

Снова исчезла.

В полнейшем шоке я посмотрела на лекаря, а тот довольно щурился и бил себя по бокам:

- Какая интересная у меня служанка. Ты не просто впитываешь магию - а конкретные заклинания. И только их и можешь использовать потом. Непонятно, насколько велика будет твоя сила в будущем, но какое поле для экспериментов!

При слове эксперимент я вздрогнула.

- Не бойся, Стася, - лекарь, оказавшийся довольно неплохим эмпатом, подмигнул и сказал немного непонятно, - Не собираюсь я ни с кем делиться твоим путем. Око само привело - само и заберет. Ну а что до магии...уж не знаю, чем тебе заниматься, умея становиться невидимой, убивать и лечить раны, но фантазия моя подсказывает немало вариантов