32

И тут все замерли…

Прекратились грызня и смертоубийство. Правда, некоторые все еще дубасили друг друга, но так, по инерции, без особого удовольствия и с синхронно открытыми от удивления ртами.

Даже я, уже всякого насмотревшаяся в изнанке, решила подивиться диву дивному, чуду чудному!

Только удовольствия от ярмарочного глазения я так и не успела получить, услышав за спиной сочное и ехидное злодейское замечание:

— АГА! Прошла-таки отбор!

Я в ужасе уставилась на лоб богатырского коня, внезапно поняв, что данное чудо на самом деле для меня означает. Аккурат посередине упрямого конского лобешника торчал огромный рог.

— Мухомором об стену! — ругнулась я. — Надо же было так вляпаться! Мы ж целого единорога у цыган добыли!

* * *

Конь бледный, богатырский, заграничный и волшебный ломал спину.

Неизвестно, какими судьбами занесло в наши земли мифического Керима, но сейчас единорог чувствовал себя не так сладко, как вначале.

Несчастный стонал, кряхтел и охал. Несколько раз демонстративно падал наземь. Ох и жалко нам было единорожика, тощий, не кормленный. Но Кощей-старший пообещал отсыпать овса с барского плеча, если я ему однорогую чудо-лошадь взаймы для проверки невест дам.

И мне пришлось согласиться, все равно уже влипла, пусть и другие попандосу порадуются. К тому же жрал коняга богатырский за десятерых и все как не в себя.

Так что единорог не просто спасал свою Бабу-ягу, а поломанным хребтом вставал на ее защиту, принимая на несчастную часть тела одну невесту за другой.

Требовалось срочно еще паре-тройке претенденток выиграть отбор. А то дело мое — полное замужество! Что уж совсем ни в какие ворота не лезет.

После того как конь бледный меня так подставил своим волшебством и заграничными способностями возить на себе только чистых и невинных дев, он мне по гроб жизни обязан. Его гроб. И если не исправит как было, я его самого на Кощее жениться заставлю.

Выслушав угрозу, единорог посмотрел на злодея и покорно подставил спину первой претендентке, резонно полагая, что одну из девиц таки сможет за Кощея просватать и шкуру спасти.

Странное дело, все барышни с дипломчиками никак не могли забраться на единорожика и замучили конягу вусмерть. А ведь пытались так упорно и настойчиво, что я уже порывалась отобрать зверюгу или прибить из жалости.

Издевались над единорожиком, пока злодей-старший не ограничил количество попыток тремя разами. Видать, ему тоже стало жаль волшебное существо, у которого от усилий уже коленки выплясывали восьмерки.

Странности на этом не заканчивались. Другая половина претенденток, та, что была Кощеем в светелках порчена, почему-то резво запрыгивала на единорога и демонстративно скакала на нем вокруг помоста.

Это обескураживало больше всего и бередило мое баба-ягское любопытство.

В конце концов, чтобы порушить злодейские планы, надо обладать всей полнотой информации. Как ориентироваться в этой сказочной изнанке, если чего-то не знаешь?

Любопытство было настолько сильным, сродни зуду, что я не устояла перед искушением сунуть свой нос и разведать, как оно и что было.

Баба-яга я в конце концов или нет? Должна же я быть в курсе всего, что в изнанке происходит! Если есть какой-то новый злодейский способ портить девиц, оставляя их невинными, яга должна об этом знать!

Я бочком подобралась к одной девице.

— Эй! Пс! А что вы там с Кощеем в светелке делали?

— Завидуй молча, — огрызнулась претендентка, — да стой в сторонке.

Это кто еще кому завидует! Захочу, так Кощей мой будет, он сам предлагал, но я не хочу! Чисто из баба-ягской вредности не хочу!

— Что, не обломилось тебе, пока ты неизвестно где бегала? — отшила меня другая.

Я скрипнула зубами, превозмогая чувство досады, и попыталась снова.

— Так что не обломилось-то?

— Сидела бы в своей светелке, и тебя бы Кощей навестил, — небрежно бросила одна из невест и вскочила на единорога.

— Чур меня! — непроизвольно отреагировала я и призадумалась, глядя на наездницу. Это что же получается, Костик две ночи не спал, злодействовал по женским спальням, и не каждый раз у него получалось, осечка, что ли, была? Я посмотрела на толпу чистых и невинных единорожьих наездниц. Толпа девиц росла, как и мое непонимание.

Каждый раз осечка?! Всегда осечка?! Да бракованный он, что ли?

Я в нетерпении кинулась к одной из девиц. Или узнаю, или щаз подохну от любопытства!

— А все же, что делали-то? — Я подошла к претендентке, на вид более доброй. Услышав вопрос, та мечтательно закатила глаза в небо.

— Ой, что делали, что делали!

«БЫЛО!» — сдедуктировала я, уже кончаясь от любопытства.

— ЧТО?! — Я затаила дыхание.

— Только ты никому не говори, я тебе по секрету, как конкурентке, а то ты и не узнаешь такого никогда, ведь все самое интересное пропустила.

— ? — Слов уже не было, одни трехэтажные мухоморы. Но перед тем как открыть секрет, невеста еще напоследок вздохнула томно, чем чуть меня не убила.

— Всю ночь напролет… в ладушки играли! — И зарделась извращенка, как маков цвет, пряча лицо в рукаве. У меня отпала челюсть, я так и осталась стоять с раскрытым ртом.

— МЛЯ!!! Кощей! Мухоморов тебе во все дырки! Извращенец ты злодейский! Ты две ночи с девицами в ладушки играл?!