46

За ними устроители — лиса со своими помощниками зверями, скелетоны, прислуга на случай чего подай-принеси. Отряд зомби-охранников, все-таки к злодею на ярмарку идем, никак всех невест покрадет и толкнет на сторону, нашим злодеям ничего и не достанется, а все невесты видные, представительницы лучших злодейских родов. Следом за всеми Костик с огромным свертком на ножках, подальше от голодных взглядов претенденток и Кощей-старший, вернее его зеркало, что на колесики поставили и катили слуги. По каменистому грунту батьку всея зла немилосердно трясло, но и в таком состоянии он умудрялся отчитывать сына. Мне аж жалко стало Кощея-младшего. А еще было страшно, потому что по зверскому выражению лица злодея-батьки было видно: если вскоре он не получит внуков — всех убьет, один останется. Где здесь логика, я не знала, но, видно, она была, какая-то особенная, распространенная только в среде злодеев. В общем, Кощей-батька сатанел и хотел продолжения рода.

Стройными рядами с баулами за плечами мы переправились через дыру в изнанке и попали в маленький карманный мирок, каким-то чудом созданный Соловьем-разбойником, а возможно, как оно водится у душегубов, просто украденный у кого-то. Переход через границу больше всего походил на то, как ты преодолеваешь пленочную преграду, созданную из воздуха. Становилось понятно, почему невест пустили вперед, а то как струсит кто, когда незримая пелена закроет нос и рот. Я, по чести сказать, тоже струхнула, но стоило мне оказаться на той стороне, как я позабыла обо всем на свете.

Мы стояли на лысом как коленка пригорке, а внизу под нами шумела пестрая ярмарка.

Слуги скелетоны принялись возводить из досок уже всем осточертевшую трибуну и лавки вокруг, так как претенденток осталось всего ничего — чертова дюжина. Это самые стойкие и упорные из невест, а значит, и самые опасные. Прожженные злодейки, прекрасно знающие, чего они хотят, те, что смогли усидеть на единороге и не соблазнились нечистью попроще, а непременно желали выйти замуж не за кого-нибудь, а за самого Костиана второго, и породниться с самым влиятельным семейством душегубов в изнанке. И лица этих девиц были под стать выражению лица Кощея-батьки.

«Ой-ей! — подумалось мне. — Спасать Кощеюшку надо и первого, и второго. Такими темпами, если одна из этих невест станет мужней женой, так готова поклясться: через недельку уже овдоветь успеет и батьку на тот свет спровадит, вместо того чтобы внуков подарить».

Только придумать ничего толкового не успела, лиса вскарабкалась на помост, и третий этап отбора начался. Немного нервировало то, что все было сложно и непонятно. Рыжая, объявив третий этап, слезла с помоста, вместо нее затащили зеркало Кощея-старшего. И злодей, убедившись, что воцарилась гробовая тишина, начал вещать.

— Смысл третьего этапа — ОБРУЧЕНИЕ! — Я вздрогнула от этого вопля, каждая частичка воды в округе завибрировала от принизывающего голоса бессмертного. — Каждой из вас выдадут по два кольца — медное и золотое. Одно означает отказ, другое — свадьбу! Какое желаете, то вы и должны надеть на палец своего жениха.

Прошла лиса с помощниками и всем раздала коробочки, внутри которых посверкивало три обручальных кольца. Два больших, явно мужских, и одно маленькое — девичье.

— Но и у жениха есть такой же набор, — продолжал сотрясать зеркало злодей-батько, — одно кольцо золотое и двенадцать медных. Кто получит медное, той от ворот поворот.

Кощею вручили связку колец на веревочке, видно, чтобы не рассыпались, среди меди одно сверкало золотом.

— Если к третьему дню останутся не окольцованные невесты или не одна невеста окольцует главного претендента, то они все выйдут замуж за маво сынка! — и тихо в сторону: — Я уж переживу табун баб в доме, вот что меня сто процентов убьет — так это отсутствие внуков!

Прямо на моих глазах несколько девиц, получивших кольца, демонстративно вышвырнули медные за спину, это означало — они решили драться до конца, не на жизнь, а на смерть за руку и печенку главного приза.