Глава 20 · Эстель

Пока я нахожусь в замкнутом пространстве наедине с драконом, будто попадаю в другое состояние. Здесь все воспринимается иначе. Я не чувствую себя предательницей. Наоборот, все происходит правильно и естественно. Вымотанная и уставшая засыпаю в объятиях пары. У меня нет сил ни думать, ни анализировать все, что между нами произошло. Верный обещанию Маркус будит меня, когда за окнами еще темно. Помогает натянуть одежду и зашнуровать платье. Подводит к двери. Я физически чувствую, как его ломает. Как ему тяжело меня отпускать. Все его тело вибрирует от напряжения. Он прижимается губами к моему виску, шумно вдыхает запах волос и хрипло шепчет, что будет ждать каждую ночь. Убегаю, ничего не отвечая. Я уже пообещала приходить. Но как часто, еще сама не решила…

А дальше начинается самое сложное. Покинув дворец, сначала иду пешком, пытаясь остудить тело и голову. На улицах уже появились ранние прохожие. Кажется, что все они презрительно смотрят мне вслед. Будто понимают, что этой ночью я потеряла девственность. И пусть по новому закону Маркус — мой муж. Об этом никто, кроме меня, не знает. Сомнения и стыд наваливаются с новой силой. Как и ощущение, что я совершила большую ошибку. Эти мысли буквально изводят меня, разрывая голову. Зато тело больше не мучается от изнурительного зова, а на сердце удивительно спокойно. Знахарка говорила, надо жить сердцем. Вот только я пока не умею.

Тихой мышкой забегаю домой и в коридоре второго этажа неожиданно сталкиваюсь с Мирандой. Сестра преграждает мне дорогу и язвительно уточняет:

— Интересно, откуда моя дорогая сестричка так поздно пришла? Или правильно сказать, рано?

— Из королевской больницы, — сообщаю мрачно, не поддаваясь на ее провокацию.— Дай пройти…

— Из больницы, ага, — ехидно усмехается она. — Я так и подумала. Ну не от любовника же тебе, Эсти, возвращаться? — А дальше вперяет в меня злой взгляд и шипит: — Думаешь, я не знаю твою тайну?

— Какую еще тайну? — спрашиваю хрипло, покрываясь липким потом от страха. Этого не может быть! Откуда она могла узнать?

— Что ты только строишь из себя невинность. А сама для кавалеров прихорашиваешься.

Меня тут же отпускает. Ничего Миранда не знает. Очередные обидные выдумки. Правда, про кавалеров — это что-то новое. Раньше она, наоборот, все время дразнила, что я никому не нужна. Что поклонников у такой скучной зануды никогда не будет. А мужа, тем более. Оттолкнув сестру в сторону, захожу в свою комнату и устало опускаюсь на кровать. Почему-то именно сейчас сильнее всего ощущается одиночество. Мне вдруг очень хочется оказаться рядом с моим истинным. Снова ощутить себя центром чужой вселенной. Еще никогда такого не испытывала. Ведь я даже для собственной матери оказалась не важна. А мне ее близости и совета очень не хватает.

Чтобы вновь почувствовать хоть какую-то опору, достаю мамину шкатулку и в сотый раз перебираю содержимое. Лента, медальон, гребень, прядь. Пропускаю ее сквозь пальцы, ощущая шелк волос. Но у Маркуса они еще приятнее. Удивительно, и цвет похожий — с темно-каштановым отливом. Чьи же волосы все-таки хранила мама? Мне очень грустно от того, что я вряд ли когда-нибудь отгадаю эту загадку. Смотрю на старые вещи, разложенные на покрывале. И неожиданно приходит мысль: стоят ли они таких жертв? Отказа от любви и счастья? Ведь Маркус мог бы мне все это дать. Каким нежным и страстным он был со мной. Сделал все, чтобы мой первый раз получился удивительно прекрасным. Только дурацкий приступ чуть все не испортил. Но и тогда магия моей пары помогла успокоить жар. Становится страшно от того, что я, кажется, готова сдаться.

Сплю я этой ночью глубоко, без мучительного зова. Но снится мне все равно Маркус. Его шумное дыхание в темноте. Моя ставшая невозможно чувствительной кожа. Кончик мужского языка, бесстыдно ласкающий меня везде. Даже в тех местах, о которых подумать стыдно. Восторг обладания, с которым он меня берет. Неистовые, дурманящие голову поцелуи. И безудержно сладкая развязка. Просыпаюсь опять в поту, но уже по другой причине. Теперь я знаю, каково это, быть с мужчиной. И не просто с мужчиной, а с драконом, который готов для тебя на все. Не уверена, что смогу от него отказаться. Да и шансов у меня нет. Ведь тогда вернется выворачивающая душу и тело тяга. А я больше не хочу причинять моей паре боль.

Утром, во время завтрака с родными, разговор неожиданно касается прошлого. Я снова расспрашиваю тетю о маме. Она так редко о ней говорит и всегда с пренебрежением. Вот и сейчас бубнит что-то про ведьму, опутавшую ее брата черными волосами и зелеными глазами. Выхватываю только одно слово: черными?

— Тетя Агнес, разве у мамы были не рыжие волосы? — уточняю недоуменно.

— С чего ты это взяла? — смотрит она на меня с удивлением.

— Ну вы же всегда говорили, что я очень на нее похожа. Вот и думала…

— Похожа, да. Почти на одно лицо, — соглашается тетя. — Но волосы у твоей мамаши были черные, как ночь. И душа такая же.

— А в кого же тогда я такая? — подхватываю рыжую прядь.

— В нашем роду каких только не было, — пожимает плечами тетя Агнес. — И рыжие тоже. Кажется, прабабка…

Мне еще многое хочется спросить, но времени не осталось. Пора ехать в больницу. Экипаж меня уже ждет. Маркус каждый день посылает его за мной. И пока меня везут во дворец, с каждой минутой моя паника нарастает. С ужасом понимаю, что не смогу встретиться с драконом, посмотреть ему в глаза. Кажется, по моему лицу он сразу все поймет. Но и не прийти нельзя. Тоже будет подозрительно. С трудом нахожу выход. Перед тем, как явиться на глаза начальнику, заглядываю в подсобку, где у нас хранится запас лекарств, и выпиваю сразу три успокоительных настойки. Пусть я буду полусонной и заторможенной, но зато не выдам себя.

И даже с такой дозой успокоительного работать бок о бок с Маркусом для меня мучительно. Находясь так близко, не могу не вдыхать его запах, который сразу пробуждает воспоминания, как это мощное тело прижималось к моему. Не могу отвести взгляд от сильных пальцев, которые дарили мне так много наслаждения. С трудом заставляю себя не смотреть на мужские губы, что жадно ласкали мое тело. Этим утром мне пришлось настроить маскирующий артефакт не только на метку, но и на все следы, оставшиеся после нашей ночи. Едва пережив этот день, уезжаю домой, твердо обещая себе, что на свидание сегодня не прийду. Именно потому, что так сильно хочу. Я не собираюсь отказываться от обещания, но и встречаться каждый день тоже.