Глава 9

Следующее утро началось непривычно. Не успела Джул открыть глаза, как в дверь постучали, и в спальню вошла служанка. Одна из тех, что были вчера в столовой.

— Светлого дня, — коротко поклонилась женщина.

Джулия присмотрелась к ней внимательнее.

Невысокая, худощавая, седые волосы собраны в аккуратный пучок, на гладком, без единой морщинки лице, молодо сияют ярко-синие глаза.

— Доброе утро, — ответила Джул.

Она напряженно следила за тем, как горничная ставит на столик поднос с завтраком, раздвигает шторы, приносит из гардеробной легкое утреннее платье. Облик женщины временами подергивался какой-то странной дымкой, и Джулия так и не смогла понять, сколько же горничной лет.

— Как тебя зовут? — дождавшись, пока служанка подойдет ближе к кровати, спросила Джулия и невольно нахмурилась. Она поймала себя на мысли, что с трудом смогла обратиться к горничной на ты. Странно. По виду — прислуга, а взгляд такой, будто перед ней — герцогиня.

— Эвелин, — со сдержанным достоинством ответила горничная, и Джул заметила, что она снова не употребила привычное «миледи».

— А скажи-ка мне, Эвелин, кто хозяин этого замка?

— Я не могу ответить на этот вопрос.

— Да? Почему?

— Если милорд захочет, он сам вам все расскажет.

Джулия задумчиво смотрела на служанку. Так, значит? Что ж, понятно. Эта точно не выдаст ни одну тайну своего нанимателя. Слишком преданная и честная, по глазам видно.

— А сколько часов пути до ближайшего города?

Джул решила сменить тактику. Пусть думают, что она поверила вчерашним россказням о другом мире.

— Два дня, — ответила служанка. – Или несколько минут порталом.

— Порталом? Что за странное средство передвижения?

Джулия поднялась с постели и подхватила лежащее на кресле платье. Мягкая ткань была приятна на ощупь — гладкая, блестящая, чем-то напоминающая шелк.

— Магия, — спокойно пояснила женщина. – Есть специальные портальные кристаллы. Ими пользуются простые люди. А маги могут создавать порталы сами.

— А твой хозяин – маг? — с любопытством взглянула на горничную Джул.

— Разумеется, — ровно ответила та. — Все аристократы — маги. У нас, в Эверее, чем больше силы, тем выше статус.

— Значит, самый сильный маг – король? Или кто у вас правит?

Джул постаралась скрыть проскальзывающую в голосе иронию. Нет, она никак не могла принять то, что ей говорили, и все пыталась найти какое-то разумное объяснение происходящему. Правда, оно почему-то не находилось.

— Император, — поправила ее горничная. – У нас правит Император.

Час от часу не легче! Получается, тут целая империя! Если верить тому, что говорят.

— А что представляет собой ваша страна? — задумчиво спросила Джул. — И, вообще, каков ваш мир?

— Простите, но об этом вам лучше спросить у милорда, — твердо ответила Эвелин.

Она помогла Джулии надеть платье и ловко застегнула длинный ряд мелких пуговичек.

— И когда я смогу это сделать? – вопросительно взглянула на нее Джул. — Он в замке?

— Милорд будет к ужину, — служанка отвела взгляд и негромко спросила: — Я еще нужна вам?

Все понятно. Эвелин решила избежать допроса. Что ж, Джул не стала упорствовать. Возможно, потом, позже, когда служанка потеряет бдительность, она сумеет выяснить все, что нужно. А пока не стоит вызывать ненужных подозрений. Пусть все думают, что она поверила их сказкам.

— Нет, спасибо. Можешь идти, — отпустила она горничную.

Женщина неторопливо направилась к двери – прямая, несгибаемая, с идеальной осанкой и гордо посаженной головой.

«Пожалуй, она такая же служанка, как я – королева!» — подумала Джул.

Она задумчиво покачала головой. Слишком много несоответствий. Хозяин замка, утверждающий, что он маг, но скрывающий лицо под обычной маской. Древние слуги, уже одного упоминания о возрасте которых достаточно, чтобы не верить ни единому их слову. Мифический Император, управляющий неизвестной Эвереей. Джул хмыкнула. Можно подумать, такое государство существует в реальности!

Нет, опровергать она пока ничего не будет. Понаблюдает. Все-таки, вчерашнее перемещение в пространстве ее впечатлило, но кто сказал, что это не фокус?

В детстве Джул часто бывала на выступлениях заезжих циркачей. Несколько раз в год те останавливались в Уилтшире, разбивали на площади шатер и зазывали всех желающих на представления. Ах, как же она любила веселую суету цирка! Гибкие акробаты, дрессированные животные, смешные клоуны, разбитной конферансье… Но больше всех Джулии нравились фокусники. Их руки способны были творить самое настоящее волшебство. Исчезающие предметы, распиленные пополам люди, выскакивающие из шляп кролики – все это заставляло ее сердце замирать от восторга. Как она мечтала научиться подобной магии! Казалось, нет на свете ничего интереснее и прекраснее!

А потом она случайно увидела, как идет подготовка к выступлению, и чары рассеялись. Все оказалось обычной ловкостью рук.

Джулия тогда убежала в яблоневый сад и долго плакала. А когда успокоилась, ушла к себе в мансарду и долго сидела у окна, глядя на веселых деревенских ребятишек, вернувшихся с представления и бурно обсуждающих увиденное.

С тех пор прошло много времени, но она навсегда запомнила, какой убогой выглядела изнанка чуда, и больше никогда не верила ни во что сверхъестественное.

Тихий стук прервал ее размышления.

— Войдите, — ответила она, с интересом глядя на то, как медленно открывается дверь, и в комнату входит дворецкий.

На лице его было написано холодное достоинство.

— Светлого дня, миледи, — с расстановкой произнес Джонсон. — Я хотел бы уточнить, что вы желаете на обед?

— Я сама спущусь на кухню и поговорю с кухаркой.

— Э-э, — замялся дворецкий. — Не думаю, что это хорошая идея, миледи. У нас не принято, чтобы знатная дама заходила на кухню.

Он настороженно покосился на Джулию.

— Да? – усмехнулась Джул. — Ну, я же не из вашего мира, значит, мне простительны некоторые вольности.

Она двинулась к выходу, и Джонсону не оставалось ничего другого, как почтительно распахнуть перед ней дверь.

— Миледи, позвольте, я предупрежу Реджину.

Дворецкий попытался обогнать Джул.

— Не стоит, — ответила она. – Мне интересно посмотреть, что происходит на кухне.

Джулия  усмехнулась. Судя по тому, как взволновался Джонсон, там было на что посмотреть.

Она неспешно миновала холл первого этажа и спустилась в цокольный этаж, где располагались хозяйственные помещения.

— Миледи!

Высокая, худощавая кухарка удивленно уставилась на Джул. Вторая служанка — миниатюрная светловолосая девушка, молча посмотрела на Джулию и, спохватившись, сделала книксен.

— Я хотела бы обсудить меню сегодняшнего ужина и заодно посмотреть, как вы тут справляетесь, — пояснила Джул.

Она обвела взглядом чистые столы, пустые корзины для овощей, потухший очаг и вопросительно подняла бровь.

— А где продукты? Из чего вы собрались готовить обед?

Она смотрела на служанок, а внутри снова зашевелилось сомнение. Не похожи были  эти женщины на прислугу, скорее, она приняла бы их за обедневших аристократок.

— Не беспокойтесь, скоро все подвезут, — спокойно ответила Реджина. — Если у вас есть какие-то особые пожелания…

— Есть, — твердо сказала Джул. – Никакой баранины. Ни в каком виде.

— Я поняла. Что-нибудь еще? – спросила кухарка и добавила, словно через силу: - Миледи?

— Нет, остальное – на ваше усмотрение.

Джул покосилась на Джонсона, истуканом застывшего в дверях, еще раз окинула взглядом кухню и, круто развернувшись, вышла.

На душе было тоскливо. Это только внешне она держалась спокойно, да и то, благодаря «выучке» графа, а вот внутри скопилось столько всего: и страх, и бессилие, и отчаяние. А еще ей хотелось закрыть глаза, и снова очутиться в Англии, и чтобы весь этот затянувшийся кошмар оказался просто сном. Она так устала бояться…

— Миледи, из замка выходить нельзя! – торопливо выкрикнул Джонсон, увидев, что она идет к дверям.

— Неужели? – хмыкнула Джул и распахнула тяжелые створки.

— Милорд будет недоволен, миледи, — возмущенно посмотрел на нее дворецкий.

— Не стоит так переживать, Джонсон, — с усмешкой ответила Джулия. – С милордом я сама поговорю.

Надо же, как все похоже на ее жизнь с Уильямом! Снова она слышит те же самые слова — «милорд будет недоволен».

Интересно, эти самые «милорды» хоть когда-нибудь бывают довольны?! И ладно, граф, тот хотя бы был ее мужем, но откуда взялся этот неизвестный джентльмен, и какое место он занимает в ее жизни?

Она живет в его замке, носит одежду, приобретенную на его деньги. И, при этом, она ему никто. То ли гостья, то ли пленница.

Джулия нахмурилась.

Она смотрела на закрытые ворота, за которыми простирался мрачный лес, и напряженно размышляла о том, почему так и не смогла его преодолеть.

В душе зрела яростная решимость.

Джул сжала ладони. Сегодня вечером она не будет благодушно беседовать с лордом Доу. О, нет! Она потребует, чтобы ее вернули домой. И пусть только попробует отказать!

***

— Леди Норрей, рад встрече!

Лорд Доу появился в гостиной ровно в семь вечера. Удивительная пунктуальность! Лицо его все так же скрывала темная маска, а вот костюм сегодня был светлым, с  тусклой позолоченной отделкой.

 Джул настороженно смотрела на радостно улыбающегося мужчину, но не торопилась улыбаться в ответ.

— Добрый вечер, лорд Доу.

Она подала руку, а хозяин Артея, вместо того, чтобы пожать ее, склонился и коснулся запястья губами. Джулия удивительно остро ощутила это теплое касание и поторопилась отступить от гостя. Вернее, от хозяина дворца.

— Как прошел ваш день, леди Норрей? — выпрямившись, спросил Доу. Он словно бы не заметил ее смущения.

— Познавательно, — сдержанно ответила Джул.

Так и было. Она еще раз обошла замок снаружи, пытаясь найти какие-нибудь скрытые ходы, подрядила Джонсона показать ей подвальные помещения и чердак, осмотрела все, что только можно, и сделала  выводы.

— Да? И что интересного узнали?

 Доу повел ее в столовую, где уже был накрыт ужин.

— Не так, чтобы много, но кое-что наводит на размышления.

— Например?

Джул видела, как ярко блеснули в прорезях маски синие глаза.

— Странно, что между цоколем и первым этажом такое большое расстояние. Там вполне мог бы быть еще один уровень, — пояснила Джул. Она села на выдвинутый слугой стул и посмотрела на собеседника. — А еще, на чердаке пылятся старые картины, на которых изображены необычные сюжеты. Такое ощущение, что это вольное переложение Апокалипсиса, и в то же время, понятно, что это что-то совсем другое, никак не связанное с христианством.

— Вы удивительно наблюдательны, миледи, — задумчиво произнес лорд Доу. – И вы правы, христианство здесь ни при чем. Это наша история, прошлое, которое ушло безвозвратно. Века расцвета Эвереи и страшная катастрофа, разрушившая старый мир.

В голосе мужчины послышались грустные нотки.

— Вы расскажете мне об этом? — спросила Джулия.

— Как-нибудь в другой раз, — покачал головой Доу. — Давайте лучше поговорим о вас. Я знаю, что ваш покойный супруг был довольно суровым человеком.

Интересно, откуда хозяину Артея об этом знать?

— Скорее, своеобразным, — хмыкнула Джул. — А вы общались с Уильямом?

— Заочно, — ответил незнакомец. — Через близкого друга. У нас были кое-какие совместные дела.

Что ж, возможно. У графа были самые разные интересы и множество деловых партнеров во всех уголках Англии. И не только Англии.

— Скажите, лорд Доу, а как так получилось, что я оказалась в вашем мире? — спросила Джулия.

Одно дело Уильям, который общался с иномирцами — да-да, она, наконец, поверила в другой мир, — но какое отношение к ним имеет Джул?

— Договор, миледи, — ответил лорд Доу. — Предок вашего супруга однажды попросил нашей помощи, и мы ее оказали.

— Мы — это кто?

— Мой клан.

Лорд Доу отложил приборы и серьезно посмотрел на Джулию.

— А взамен?..

Джул уже понимала, что ничего хорошего не услышит.

— А взамен, один раз в сто лет Норреи отдают нам непорочную деву из своего рода.

— Но ведь я не урожденная Норрей! — удивленно воскликнула Джул. — На меня ваш договор не распространяется. Вы не имели права устраивать это похищение!

— Леди Норрей, успокойтесь, — мягко произнес лорд Доу. — Граф Уэнсфилд знал условия договора. По букве закона, они соблюдены дословно.

— По букве закона? О, теперь я понимаю, как вы поладили с Норреями! Те тоже умеют использовать законы себе во благо, — горько усмехнулась Джул. Она отставила бокал и решительно взглянула на собеседника. — И для чего я вам нужна? У вас что, не хватает собственных женщин? К чему столько хлопот?

Джул напряженно ждала ответа. Сейчас она уже не думала о том, что это козни Кристиана. Нет. Было что-то, что заставляло ее поверить в истинность происходящего. Разные мелочи, которые складывались в общую картину. И эта картина не оставляла иллюзий. Ей не выбраться отсюда, это очевидно. Сколько раз она уже пыталась покинуть замок, и что? Безрезультатно!

— Видите ли, миледи, — спокойно ответил Доу, — женщины вашего мира обладают красотой и обаянием, которые весьма ценятся в нашем обществе.

— Но это еще не повод их похищать, — холодно произнесла Джул.

Она немного помолчала, раздумывая над услышанным, а потом спросила:

— И какое место в вашем мире занимают эти несчастные?

— Зачем вы так? – укоризненно посмотрел на нее Доу. В его глазах мелькнула грусть. – Поверьте, еще ни одна леди не жаловалась на то, что оказалась в Эверее.

— Ну, кто-то же должен быть первым? — усмехнулась Джул.

Как ни странно, сегодня она чувствовала себя в обществе лорда Доу так, будто была с ним давно и хорошо знакома. Даже недавний страх куда-то ушел.

— Вы отводите эту роль себе?

— Не нужны мне никакие роли. Я просто хочу вернуться домой.

— Домой? – незнакомец внимательно посмотрел на нее, и Джулия почувствовала, как тревожно забилось сердце. – Разве Вуллсхед – ваш дом? Неужели вы были там счастливы? Хоть один день?

Так и есть. Нет у нее дома. Эта мысль больно кольнула сердце, но Джулия усилием воли прогнала ее и заставила себя спокойно посмотреть на собеседника.

Лорд Доу понимающе усмехнулся, но тут же посерьезнел.

— Я наблюдал за вами, леди Норрей, и знаю, что вы ненавидите старый замок, — сказал он. — Причем, ненавидите даже больше, чем своего покойного мужа.

— Кроме Вуллсхеда, есть и другие места.

— И что бы вы сделали, будь вы свободной?

Лорд Доу заинтересованно взглянул на нее своими удивительными глазами, и Джулия честно ответила:

— Мне всегда хотелось путешествовать. Пересекать моря и пустыни, открывать новые города и страны, узнавать обычаи и нравы населяющих их людей.

Джул и не заметила, как выдала одно из своих заветных желаний. Ну, не считая мечты о счастливой семье и детях. Наверное, лорду Доу все-таки удалось лишить ее привычной сдержанности, раз она так разоткровенничалась.

Джулия росла странным ребенком. Вместо того чтобы играть в куклы, она зачитывалась появляющимися в газетах отчетами Королевского географического общества, бредила дальними странствиями, мечтала о долгих поездках и продумывала маршруты. Это увлечение не угасло даже с возрастом. В  то время как Лиззи с маменькой перебирали подходящих женихов и рассуждали о том, кто из них подходит на роль «принца», Джулия жила совсем другими интересами. Она читала, музицировала, стремилась узнать что-то новое. И мечтала. Мечтала вырваться из рутинной обыденности и увидеть мир во всей его красоте.

Вырваться не получилось. Долг перед семьей на долгие пять лет приковал ее к старику, лишившему Джул даже тех крох свободы, которые у нее были. И вот теперь, когда она наконец-то обрела независимость и может сама решать свою судьбу, кто-то снова пытается навязать ей чужую волю.

— А вы не хотите узнать наш мир? — пытливо посмотрел на нее лорд Доу. — Поверьте, на Санросе есть на что посмотреть.

— И в качестве кого я здесь останусь? — иронично уточнила Джул.

— Пока, в качестве гости.

— Гостьи? Не нужно лукавить, лорд Доу! Скорее уж, пленницы.

Хозяин Артея вздрогнул и, протянув руку, накрыл ладонь  Джулии своей.

— Джулия, вы…

— Вы забываетесь, лорд Доу, — холодно оборвала его Джул, отдергивая пальцы. — Мы не настолько близки, чтобы вы могли называть меня по имени!

Она не собиралась допускать по отношению к себе фамильярности, пусть этот мужчина и вызывал неосознанную симпатию. В том двусмысленном положении, в котором она оказалась — одна в незнакомом доме, без компаньонки, в обществе неизвестного джентльмена… Нет, Джул никогда не была ханжой, но сейчас, в окружающем сумасшествии, ей оставалось держаться за то единственное, что у нее осталось: за собственную  честь.

— Я требую, чтобы вы вернули меня домой, лорд Доу, — решительно сказала она. — Я не подхожу под условия вашего договора.

— Неужели? — деланно удивился хозяин Артея. — И по каким пунктам, позвольте спросить?

— По обоим. Я – не урожденная Норрей, и я – женщина, побывавшая замужем, так что, никак не могу считаться непорочной девой.

— Не нужно быть такой категоричной, леди Норрей, — усмехнулся лорд Доу. — Первое утверждение я даже оспаривать не буду – вы сами просите называть вас по фамилии рода, а вот второе — легко опровергнет осмотр врача. Вы ведь понимаете, о чем я? — уточнил мужчина.

Джул метнула на него яростный взгляд. Вся ее недавняя симпатия к хозяину Артея тут же испарилась. Проклятый Доу! Неужели, он знает о проводимых Уильямах проверках? Господи, стыдно-то как! И слуги все слышали, можно не сомневаться. Недаром носы воротят.

— Что вам от меня нужно? — с трудом сдержав рвущееся наружу негодование, спросила Джул.

— Через два месяца состоится Императорский бал, на котором я представлю вас, как свою невесту. А еще через месяц, мы сыграем свадьбу, — спокойно ответил лорд Доу.

— Этого никогда не будет, — резко сказала Джулия.

Ее выдержка трещала по швам. Да и как можно оставаться невозмутимой, если ее снова загоняют в ту же самую ловушку, из которой она едва сумела выбраться?

— На вашем месте я бы не был так категоричен, — усмехнулся лорд.

Он положил руку на стол, и внимание Джулии привлек крупный перстень с темно-синим камнем. Он светился ровным светом, и этот свет, казалось, проникал прямо ей в душу, успокаивал, убирал тревогу и злость.

— Почему вы не хотите найти местную девушку? — тихо спросила она.

Внутри поселилась странная апатия. Джул и хотела бы возмутиться, только вот сил не было. Все в душе словно густым туманом подернулось, и Джулии неожиданно стало безразлично, что с ней будет. Мысли в голове текли медленно, вяло. И ответ на вопрос был уже не особо интересен.

— Потому что пришел мой черед исполнить договор, заключенный с предками вашего мужа, — пояснил лорд Доу.

— То есть, вам самому я и близко не интересна, — попытавшись сбросить с себя непонятную паутину безволия, прищурилась Джул. – Вы всего лишь выполняете возложенную на вас обязанность. Какое самопожертвование! К сожалению, свой лимит жертв я уже исчерпала. Второй раз выходить замуж из чувства долга… Нет. Увольте. Я не согласна.

— Леди Норрей, вы не понимаете…

— Нет, лорд Доу, это вы не понимаете, — она отвела взгляд от сверкающего камешка и твердо сказала: — Я не позволю каким-то неизвестным людям распоряжаться моей жизнью.

Джулия поднялась из-за стола и решительно вскинула голову.

— Я не дам своего согласия на брак, даже не надейтесь, лорд Доу. Вам придется вернуть меня домой.

Она развернулась и пошла к выходу.

— Мы не договорили, миледи! – окликнул ее лорд Доу.

— Нам не о чем больше разговаривать, — не останавливаясь, ответила Джул и вышла из комнаты.