Глава 19

Отставила кофе и взяла помаду, придвинулась к зеркалу.

Проспала и завтракаю на ногах, привыкла, что Макар встает рано, и я просыпаюсь. И опять забыла поставить будильник.

Мужа дома уже нет.

Зато есть его дочь.

— Я в универ поеду одна, — заявила Милана, появившаяся из комнаты. Мельком посмотрела на ее короткую юбку, чулки в сетку. Дочь мужа задрала нос. — Чего пялишься, Эмма.

Проигнорировала.

Милана обулась, закинула рюкзак на плечо. С электронной сигаретой в зубах вышла на площадку и хлопнула дверью.

— Дура малолетняя, — бормотнула себе под нос. И потрогала брелок с ключами от машины — висит на крючке у зеркала.

Значит, Макар пригнал мою авто из сервиса. Но вручить ключи лично в руки не захотел.

Мы теперь, вообще, разговаривать не будем?

Зажала брелок в кулаке и постучала каблуками вниз.

На улице пасмурно, ветер, и я плотнее запахнула плащ. Сощурилась, оглядывая двор в поисках ярко-красной красавицы машины.

И нахмурилась, когда рядом с авто приметила водителя Макара.

— Доброе утро, Эмма, — вежливо поздоровался он, едва я приблизилась. И выдернул из моих пальцев ключи. Сам открыл машину и распахнул для меня дверь в салон. — Присаживайся.

— Не хочу, — переступила на месте. Посмотрела на ключи в его руках. — Ты что тут делаешь?

— Я твой новый водитель.

— У меня и старого не было.

— Эмма, в машину садись, — терпеливо повторил он.

Гена его зовут, кажется. Как крокодила из мультика. Он и похож на него чуть-чуть, в зеленой рубашке, поверх которой накинут черный пиджак.

— На работу опоздаешь, — поторопил он.

Закусила губу.

Глупо постояла еще.

Потом кинула на сиденья объемную сумку-портфель и забралась следом. Проследила, как Гена обходит машину, рассаживается за рулем.

Он выехал со двора и подхватил с панели вибрирующий телефон.

— Да, Макар, — сказал в трубку, и я подалась между сидений.

— Дай мне сотовый, — протянула руку.

— Да, едем, — повторил он, не обращая на меня внимания.

Попыталась выхватить у него сотовый сама. Гена резко затормозил, и меня мотануло по сиденью, как кильку в банке.

Ударилась лбом.

— Эмма тут просит телефон, — спокойно сказал Гена и глянул на меня в зеркало. Выслушал ответ. — Ясно, — сказал. И бросил трубку обратно на панель.

Пораженно уставилась вперед.

То есть он, правда, теперь даже разговаривать со мной не собирается, спит в другой комнате, подсунул мне своего водителя…

— У Макара Матвеевича напряженный график, — после паузы, пояснил Гена. — Выборы. Всё такое. Нет времени болтать.

Не ответила. В молчании добрались до универа, вышла на парковке и так же, молча, двинулась к крыльцу. У дверей украдкой оглянулась.

Водитель остался на прежнем месте. Курит и лениво разглядывает студенток.

Меня будто под охрану взяли.

Хотя. Почему будто, так и есть.

Мрачно хмыкнула.

В кабинете не успела повесить плащ — в дверь сунулась голова ректора.

— Опаздываем, Эмма Эдуардовна? — Тамара Витальевна растянула губы в улыбке. — А я на счет собрания. У нас теперь не только Максим учится, но и Милана, а на собрание никто не пришел.

— Мужу звоните, — буркнула, убирая плечики с плащом в шкаф. По одной этой ее улыбке понятно — от Макара им опять деньги нужны.

— А Макар Матвеич трубку не берет, — ректор смахнула с вишневой юбки невидимые соринки. — Вот. Приходится обращаться к вам. Документы на Милану мы еще не получили, а ведь девочку нужно оформить. Эмма, вы бы позвонили супругу.

Я бы позвонила. Если бы он стал со мной разговаривать.

Тренькнул звонок на пары.

— Я на лекции, — поглядела в ее раздосадованное лицо и протиснулась мимо кругленькой фигуры ректора в коридор.

Возле аудитории уже топчутся студенты и пространство наполняет привычный шум — они смеются, разговаривают, слушают музыку и нестройным гулом голосов приветствуют меня.

— Сейчас… — повернула ключ, распахнула дверь. Сделала шаг в кабинет и остолбенела.

Вся стена возле доски увешана глянцевыми снимками.

На них темный вечер, освещенная огнями гостиница, низкий забор, огораживающий цветы…и я с Артуром.

На доске черным маркером жирно выведено: если не хочешь, чтобы все увидели эти фотки — сегодня вечером к шести часам приезжай по адресу…

Адрес указан ниже.

И дерзкая приписка: будешь отрабатывать компромат, детка!

За спиной галдят студенты.

— Эмма Эдуардовна, ну что, — кто-то высунулся из-за моего плеча.

Отмерла и метнулась в кабинет. Перед носом учеников захлопнула дверь и дрожащими руками повернула ключ.

В коридоре после моей выходки повисла тишина.

Начала сдирать фотографии, цветные комки бумаги полетели под стол. От наглого послания на доске в глазах потемнело, стены слились в одно размытое пятно.

Гадство, гадство.

Надпись размазала прямо ладонями, вместо пошлых слов остались черные разводы, они украсили и доску и руки.

— Эмма Эдуардовна, у вас там все нормально? — студенты, как никогда, рвутся учиться, в дверь, не переставая, стучат.

Нетвердой походкой приблизилась, распахнула створку.

Любопытный живой поток ломанулся в аудиторию.

Отошла к кафедре. Тупо посмотрела на испачканные ладони и щелкнула замками портфеля, на стол выложила конспекты, учебник.

И когда все расселись по местам — обвела взглядом ряды.

Нашла ту самую, нахальную физиономию — сын мужа расслабленно развалился на лавке и смотрит на меня в ответ, прямо, не таясь.

Игра в гляделки длилась, кажется, минуту.

А потом Максим облизнул нижнюю губу и усмехнулся.

— Записываем тему, — покраснела и оторвалась от его лица. Открыла учебник.