Глава 64

Входная дверь хлопнула, когда я ложкой водила в тарелке с кашей. На часах давно за полдень, и все это время я была дома одна.

Выбралась из-за стола.

— Привет, — успела сказать это вслед, папа ураганом пролетел по коридору, как туча мрачный. Он с такой скоростью взбежал по лестнице на второй этаж, словно за ним гонятся.

И спустя пару секунд снова хлопнула дверь спальни, по дому разнося оглушительное эхо.

Потопталась в арке, осторожно выглянула в холл.

Папа вернулся один, Кристины нет.

Он или не нашел ее этой ночью, или…

Двинулась за ним.

В их спальне открыты все шкафы. На кровати брошен огромный розовый чемодан, в который папа швыряет все подряд, без разбора — и откровенное нижнее белье, и пальто, и и туфли.

— Что случилось? — спросила, откашлявшись.

Я догадываюсь сама. Раз уж он собирает вещи Кристины…

Он молча ходит, от полки к полке, его спина напряжена и движения рваные, нетерпеливые.

— Пап, — позвала.

— Потом, Эмма.

В голосе столько льда, словно я во всем виновата. И я невольно чувствую это — свою вину. Ведь я подговорила Геннадия, сняла то видео…я настаивала, чтобы папа посмотрел.

Но она же ему изменяла.

Ради таблеток.

— Где Кристина? — понимаю, что сейчас его лучше не трогать, но не могу. Ищу слова, чтобы поддержать его и ничего не идет в голову. — Кристина, она…

— Кристина здесь больше не появится, — сказал он и остановился с ее платьем в руках. Повернулся на меня. — У тебя всё?

— Не нужно считать меня врагом, — попросила, сглотнув ком в горле. — Я не хотела, чтобы так получилось.

— Все нормально.

— Ты обязательно встретишь другую женщину.

Он мрачно усмехнулся.

— Эмма, — протянул. — Прекращай. Мне не двадцать лет. Чтобы меня успокаивать. Все нормально, — повторил он.

И отвернулся, продолжил выгребать ее вещи с полок.

Тихонько отступила в коридор и прикрыла дверь.

Тяжело вздохнула.

Вид у него неважный, помятый, он всю ночь не спал, и сейчас не собирается, это очень знакомое нервное возбуждение, когда глаза блестят и не можешь усидеть на одном месте.

Я сама почти месяц в таком состоянии находилась.

— Я приготовила кашу, спустись, поешь, — крикнула через дверь.

Поплелась вниз.

Что же теперь будет.

Кристина наглая, хитрая, но если папа решил разводиться — он на ее слезы не купится.

И, вроде бы, я успокоиться могу, ведь все у меня получилось. Только радости не чувствую, ему же плохо.

Уселась за стол и поковыряла кашу. Аппетита нет, с трудом проглотила одну ложку и отодвинула тарелку. По привычке шагнула к кофемашине, достала чашку.

И остановилась.

С трепетом пошарила по карманам домашней толстовки и достала тест.

Я его сделала пару часов назад.

И за эти два часа смотрела на плюсик в окошке уже сто раз, кажется.

Смотрю и не верю глазам.

Может быть, надо сделать ещё один. Или для полной уверенности сходить к врачу.

Я беременна.

Если только это не ошибка.

Из другого кармана достала старенький сотовый и по памяти набрала номер мужа. Цифры на экране — спасение от всех моих страхов. Но звонить не решилась, положила сотовый на стол.

Номер Артура я тоже наизусть помню. А кому из мужчин сообщить важную новость — понятия не имею, для начала, правда, стоит сходить к врачу.

И хотя бы спросить о сроках.

Как же стыдно.

Аккуратно убрала тест обратно в карман.

Хлопнула дверь наверху.

По лестнице застучали быстрые шаги, раздался грохот колесиков, и я выглянула в коридор.

Папа тащит за собой розовый чемодан с сосредоточенным лицом. Сам он не переоделся, на нем тот же самый костюм, в котором он вчера в ресторане сидел.

Я бесчувственная дура.

Не надо было. Нужно было по-другому открыть ему глаза.

— Куда ты его? — спросила робко.

Он молча распахнул дверь и вышвырнул чемодан на крыльцо. Рассеянно похлопал себя по карманам, посмотрел на часы.

— Мне в офис пора, — сказал в пустоту куда-то.

— Поехать с тобой?

Его взгляд сфокусировался на моем лице. Он моргнул, осмысливая. И расхохотался, искренне, от души.

— Эмма, — выдохнул, растерев пальцами переносицу. — Прекращай. То, что я второй раз ошибся с выбором супруги — не конец света.

Промолчала.

Он про маму дурно не отзывался, никогда, несмотря на то, что ситуация была примерно такая же. Как сейчас с Кристиной. Мама ушла к папиному начальнику, кажется, я смутно помню об этом, меня и не посвящали.

Папа много работал. И открыл собственное дело, стал уважаемым в городе человеком, и этого своего бывшего начальника переплюнул по всем фронтам.

А когда она вернулась с сожалениями, как жестоко ошиблась — он назад ее не принял.

Да и я тоже, ведь она тогда нас обоих бросила.

— Вечером вернусь к ужину, — сказал он, из шкафа достал дипломат.

Он вышел, а я еще постояла на крыльце, провожая его, дождалась, когда он сядет в машину и скроется за воротами.

Пнула отвратительный розовый чемодан с крыльца в траву.

И засобиралась в больницу.

Узнаю срок беременности.

И…буду звонить.