Глава 31

К моему стыду первой мыслью была радость! Но потом, вспомнив Добрану, я почувствовала, как подступает страх. Неприятное чувство заметалось внутри, словно загнанный в угол зверь.

Открыв глаза, я увидела силуэт князя, стоящего возле окна. Баба Дуня храпела за троих. И даже с кем-то ругалась во сне.

— Ну, здравствуй, — прошептала я, и тут же заметила, как охотно встаю с кровати.

Лесьяр улыбнулся.

— Мне уже поздновато здравствовать, — заметил он, а я вздохнула. Неловко получилось, честно!

— Эм… — замялась я. — Ну…

Мне кажется, я смутилась. С одной стороны я так рада была его видеть, а с другой… Не успела я опомниться, как меня обняли. Я, к своему стыду, была не против.

— Ты же, как бы, мертвый… — прошептала я, а внутри что-то неприятно дернулось.

— И что? — спросил Лесьяр, сжимая меня так, словно пытаясь вжать в себя.

— Как ты прошел сюда? — спросила я тихо-тихо…

— Ногами, — заметил Лесьяр. «Почему мак на него не действует⁈», — пронеслась мысль.

— А ты там ничего странного не видел? — спросила я, решив начать издалека. Проглоченная слюна поскребла пересохшую гортань.

— Нет, а должен? — удивленно спросил Лесьяр, пока мы стояли у окна. Я вспомнила, как видела в фильме, как вампир собирал семечки, рассыпанные жертвой по полу. Собирал, злился, обещал убить и обескровить… Но при этом остановиться не мог…

— А ты… не видел ничего странного, пока шел сюда? — спросила я очень уклончиво. Его руки покоились на моей талии, а я чувствовала, что мне ничего не страшно. Ну, кроме него, конечно. «Может, лучше бояться одного, чем бояр, заговоров, отравлений, внезапных хамоватых гостей с повышенным либидо, другой нечисти?», — подумала я.

— А что странное я должен видеть? — спросил Лесьяр.

Вот как ему сказать, что он — какой-то неправильный покойник!

— Ну, тебе не хотелось, — начала я, понимая, что он обидится, когда узнает, что его тут извести хотят. — Что-то пособирать… Ну, я просто спросила?

— Нет, — ответил Лесьяр.

«Понятно!», — пронеслось в голове.

— Погоди, ты про рассыпанный мак, который там упырь собирает? — спросил Лесьяр, а я вздрогнула.

— К-к-какой упырь? — спросила я, а голос мой дрогнул.

— Да ходил тут один… К ключнице, — заметил Лесьяр.

— А-а-а, — протянула я, чувствуя, что здесь больше нечисти, чем я предполагала.

— Ты меня извести пытаешься? — спросил Лесьяр, а я посмотрела на него.

— Нет, что ты! — тут же испугалась я. — Мы этого упыря извести хотим… Знаешь, как он надоел! Ходит и ходит… Просто сил нет!

— Я тебе подарок принес, — заметил Лесьяр. Он достал роскошные серьги. Прямо как леденец на палочке со вкусом квартиры в столице! Они напоминали перо жар-птицы, инкрустированном камнями. Все это переливалось, сверкало…

— Эм… — вспомнила я про навоз в сундуке в Добраны.

Но серьги так сверкали, что я даже оторвать от них взгляд не могла.

— Нравятся? — спросил Лесьяр шепотом. На его крупной ладони серьги казались маленькими, но я — то понимала, что они мне едва плечи царапать не станут.

— Ну, как бы… — замялась я, а серьги, как назло так красиво сверкнули, что у меня с каждой секундой было все меньше и меньше сил от них отказаться.