28

Звонок на московский номер от незнакомого абонента.

В принципе я сбрасываю подобные звонки, скорее всего, это какая-нибудь тупая реклама. Но в этот раз меня как под руку кто-то толкнул.

- Да?

- Кирилл! – незнакомый, но очень эмоциональный женский голос.

- Кир, - поправил автоматически.

- Кир, - тут же исправилась незнакомка, - это Татьяна, агент Лики. Твоей бывшей жены.

Можно подумать, что у меня жен целый гарем, и я могу их попутать.

- Да?

- Что случилось? Куда Лика уехала?

- Куда она уехала? – переспросил, начиная волноваться.

- Вот я тебя и хочу об этом спросить, - агрессивно ответила Татьяна.

- Привет, Татьяна, - запоздало поздоровался я.

Она в ответ только фыркнула.

- Где Лика, Кир?

- В Москве, - ответил неуверенно. – Где же ей быть?

- А я не знаю! Она отменила все спектакли и репетиции, перенесла съемки и пропала. На звонки мои не отвечает. Я хочу поехать к ней, но сначала решила позвонить тебе. Мало ли, что могло случаться? Вдруг ты в курсе.

Я ощутил, как волосы на голове становятся дыбом.

Нет, я, твою мать, не в курсе. Я вообще, на минуточку, на другом континенте и с Ликой не разговаривал с тех самых пор, как застал ее обнимающуюся с Петром.

Я молчал, лихорадочно соображая, как поступить, Татьяна расценила мое молчание по-своему.

- Ты не знаешь, - произнесла устало. – Я поеду к ней. Прости, что потревожила.

- Стоп! – припечатал в ответ. – Никто никуда не едет. Я тебе перезвоню через пару минут, ты только ничего сама не предпринимай.

- Я поеду, - упрямо повторила Татьяна. – Я все выясню.

- Сиди, где сидишь. Я перезвоню. Не вздумай напугать моих дочек.

Отрубил звонок и тут же набрал своей матери, надеясь на то, что Лика хоть намекнула ей, что происходит.

- Здравствуй, сына.

- Мам, где Лика? – спросил прямо, не успев даже поздороваться.

- На натуру уехала, - растерялась мама. – Я у вас с девочками осталась, няня помогает. Хотя и не знаю, зачем она мне нужна, эта няня. Нет, она хорошая женщина, но я вполне справляюсь…

- Стоп, - произнес это слово уже второй раз за несколько минут, - про няню потом. Сейчас про мою жену.

- Лику? – удивилась мама.

И она туда же!

- Мам, у меня только одна жена, - ответил я. – И мне надо знать, где она.

- Я точно не знаю. Она вчера позвонила, сказала, что улетает на натуру и просила посидеть с девочками. Я приехала, она оставила ключи и улетела.

- Куда???

- Не сказала. Что-то случилось?

- Не знаю, - ответил медленно. – Пока ничего не знаю.

- Ты меня не пугай.

- Не буду, - на полном автомате пообещал родительнице.

- Кир, что происходит?

- Мам, давай не сейчас. Пожалуйста. Я попозже тебе позвоню и все расскажу.

- Кир!

- Все, целую! Дочкам привет!

Набрал Лику. Абонент находится все зоны действия сети, блин.

- Тань, - сказал, когда агент жены взяла трубку, - на какую натуру она могла полететь?

- Без того, чтобы я знала? Ни на какую!

- То есть не может такого быть, чтобы она где-то снималась, а ты не в курсе? – уточнил зачем-то, прекрасно зная ответ.

- Никогда, - по слогам ответила Татьяна. – Кир, что с ней случилось?

- Выясню, - пообещал.

- Ты с кем разговаривал? Что тебе сказали?

- Лика попросила свекровь остаться с дочками и сказала, что улетела на съемки.

- Такого не может быть, - твердо ответила Татьяна. – Это точно была она?

- Ты всерьез предполагаешь, что мая мать перепутала кого-то с Ликой?

- По телефону, возможно…

- Они виделись! Мама приехала к нам, Лика попрощалась и уехала.

- Кир, что с ней случилось? – уже всхлипывая, спросила Татьяна. – Вдруг ее украли?

- Выясню, - повторил еще раз.

- А мне что делать?

- Ничего. Прошу тебя, ничего не предпринимай. Дождись моего звонка.

- Хорошо. Только ты сразу мне позвони, как  что-нибудь узнаешь.

- Обязательно.

После этого набрал Малому.

- Нужна помощь.

- Слушаю, - ответил Сашка, не тратя времени на расшаркивания.

- У меня жена пропала, - начал я.

Еще несколько минут мы потратили на обсуждение. Решено было, что Сашка пробьет информацию о вылетах. Вдруг Лика действительно куда-то улетела.

- Я договорюсь с начальством и вылечу первым же рейсом, - сказал ему напоследок, и мы простились.

Набрал Петра, но он не ответил. Написал ему сообщение:

«Ты не знаешь, где Лика?»

Ответ пришел тут же:

«Нет».

«Я не могу ее найти».

«Мы расстались».

Радоваться этому не смог. Черт, я бы серьезно предпочел, чтобы они зависли где-нибудь вдвоем. Бог с ним, с Петром. Хоть с ним, хоть с Василием или Акакием каким-нибудь. Главное, чтобы с Ликой было все в порядке.

Позвонил в Москву, начальнику. Обрисовал ситуацию и получил добро на вылет домой.

- Только заместителя введи в курс и посла извести, - сказал начальник.

- Прямо сейчас и съезжу.

Своего зама встретил по дороге к машине. Пока шли, вкратце пояснил задачу.

- Надолго улетаешь? – спросил он.

- Как получится.

- Сюда еще заедешь?

- Да. Сгоняю в посольство и обратно. Надо еще билет купить и вещи, хоть какие, захватить.

- Добро.

Сидя в машине, по дороге в посольство, прикидывал: куда она могла деться? Почему-то упорно не верилось в плохое.

Зная мою жену, логичнее предположить, что она решила просто побыть одна. Но почему, в таком случае, просто не сказать всем: идите на фиг, меня не будет столько-то дней.  Что за тайны мадридского двора? Лика, Лика, что же ты опять удумала?

Посла на месте не оказалось. Что ж, ожидаемо.

Пришлось объяснять ситуацию помощнику. Молодой мужик, и ведь явно не идиот, но вот уперся бараном. Он, видите ли, не может меня отпустить, пока не услышит внятную причину внезапного отъезда. Так и заявил, «внятную». Пришлось напомнить ему, что я не отпрашиваться заехал, у меня свое начальство есть. Приехал поставить в известность. И не какого-то помощника, а посла. Визит вежливости, так сказать.

По мере того, как я говорил, мой собеседник краснел, потом бледнел, и в конце концов, был уже сам не рад, что начал допытываться.

- Я вас понял, - пытаясь сохранить достоинство, ответил, когда я замолчал.

- Вот и славно, - кивнул я. - Всего вам доброго.

Развернулся и пошел на выход.

- А когда вы вернетесь? - спросил помощник мне в спину. - Что послу передать?

Пламенный привет, блин. Вслух, конечно, такого не сказал, повернул голову и одарил собеседника вежливой улыбкой.

- Как только вернусь, тут же приеду к вам.

Помощник открыл рот, чтобы высказать мне еще несколько умных мыслей, подумал и благоразумно закрыл. Правильно, я спешу, и в лучшем случае он может просто остаться без ответа. Про худший даже я думать не хочу. Да и некогда.

Вернулся на базу, по пути прикидывая, что буду делать, если сегодня нет рейсов в Каир. А с другой стороны, чего я к этому Каиру привязался? Полечу с пересадкой в другом городе. Африка большая, уж что-нибудь, да придумаю.

Бросил машину во дворе и двинулся в сторону жилого корпуса. Нужно собрать вещи в дорогу.

- Кир!

Ко мне подошел мой заместитель.

- Если речь не об очередном покушении на подопечного, то разгребай сам. Спешу, - отмахнулся на ходу.

- Нет, то есть да.

Я резко остановился.

- Что?!

- Нет, нет, - замахал руками заместитель. - Никаких покушений.

- Тогда сам.

- К тебе приехали!

- Кто?

В голове мелькнула мысль о после, почему-то.

- Жена.

- Кто?

- Жена твоя.

- Ты ничего не путаешь?

- А чего тут путать? - удивился он. - Анжелика Яковлева. Мы паспорт проверили.

Воздух в легких внезапно закончился.

- Где она? - каким-то чужим, хриплым шепотом спросил я.

- У тебя в комнате. Я подумал, что она устала с дороги. Пусть отдохнет.

Он еще что-то говорил про какие-то перелеты, про то, что красивая, и как мне повезло с ней, но я этого уже не слышал. Бегом к себе. Лика, моя Лика здесь! Всего несколько десятков шагов, и я ее увижу!

У двери в комнату резко притормозил. Стало страшно. А вдруг ошибка, и там, за этой самой дверью, вовсе не Лика? Нет, быть не может. Ребята проверили документы, без проверки ее бы ни за что не впустили, оставили бы ждать меня на КПП.

Медленно открыл дверь и осторожно вошел внутрь. Огляделся. Никого. Принюхался. В комнате слабо пахло «Исландской водой» от Creed, любимым ароматом моей жены. На кресле лежал рюкзак. Явно не мой. Дорогую кожу украшали две буквы. Когда-то я дарил Лике сумку того же бренда.

Ухо уловило шум воды в ванной. Боясь спугнуть удачу, подкрался к двери и прислушался. Так и есть, кто-то принимает душ. И этот кто-то явно женщина. Господи, пусть это будет ОНА!

Как дурак стоял под дверью. Ни вздохнуть, ни отойти. Воздух все никак не желал возвращаться в легкие, сердце решило переместиться и неистово билось уже в горле.

Надо постучаться и войти, нельзя продолжать эту нелепую вахту. Время шло, а я никак не мог решиться. Может и прав Африканец, называя меня собачьим хвостом?

Я мотнул головой, пытаясь вернуть мысли в голову и тут обратил внимание, что вода за дверью уже не лилась. Сейчас она выйдет. У меня есть несколько секунд, чтобы подготовиться.

Нет, не оказалось у меня ни волосинки времени. Дверь распахнулась, и мне навстречу вышла Лика. Увидела меня, глаза испуганно расширились. Два удара сердца. Ничего не успел. Вот она стоит на пороге ванной, замотанная в банное полотенце, а через мгновение бросается вперед и повисает у меня на шее.

Странная штука мышечная память. Странная и страшная. Мозг еще не успел ничего понять, а руки уже сами собой подхватили  ее под попку и собственнически прижали к себе. Межу нами только банное полотенце и моя одежда. Лика обвила шею руками и положила голову, уткнувшись губами мне в шею. Руки сжались еще крепче, губы уже потянулись поцеловать, и тут включился, наконец, мозг.

Прилетела. Любимая, родная, единственная. Сейчас она со мной. Обнимает. Дышит мне в шею. Остается только сделать шаг в сторону кровати, и все у нас будет. И не так, как в последний наш раз, когда я почти заставил ее быть со мной.

Нет, все будет по-настоящему. Ласки, поцелуи, движение навстречу и одно взорвавшееся солнце на двоих. Все будет прекрасно. А дальше что? Что, мать твою, будет потом, когда мы придем в себя и отдышимся???

Мозг дает команду рукам. Руки сопротивляются, не желая расставаться с добычей, но мозг сильнее.

Я разжал пальцы, опустил Лику на пол и чуть оттолкнул от себя. Несильно, но так, чтобы поняла: нет. Она отступила, полотенце упало, а я посмотрел ей в глаза.

- Нет, - сказала не, сколько для нее, сколько для себя.

Лика кивнула, протянула руку за белой тканью. Я оказался быстрее, поднял полотенце, подал ей.

- Спасибо, - поблагодарила тихо, закутываясь в махровую ткань.

Успел бросить короткий взгляд на нее. Похудела. И в чем только душа держится? Волосы отрасли, и Лика сделала стильную короткую стрижку. Ей идет.

Руки, словно бунтуя, потянулись к жене.

- Нет, - повторил еще раз, но резче.

- Я поняла, - Лика отступила к ванной. – Можно, я оденусь?

Ее неуверенный тон подействовал, как ведро холодной воды. Она что, решила, что я гоню ее? Что я такой гондон, способный выгнать женщину, не дав ей даже одеться?! И как теперь объяснить, что мое «нет», произнесенное вслух, это я не ей, себе?!

- Конечно, я подожду тебя в комнате, - ответил, делая шаг в сторону двери.

Сердце колотилось, руки сжимались в кулаки. Черт! Я столько раз мечтал о том, что она прилетит ко мне. И что же? Стою теперь, злюсь. То ли на себя, то ли на нее.

Лике хватило пары минут. Вошла в комнату, застыла в дверях.

- Прошу, - кивнул на кресло.

- Спасибо.

Села осторожно, избегая смотреть мне в глаза.

А я смотрел. Разглядывал жадно, как дорвавшийся до дозы наркоман. Действительно, похудела. Запястья тонкие – тонкие, прямо детские какие-то. Ключицы торчат. Черные джинсы обтягивают острые коленки. Голые ступни с красными ногтями. Боже, да я с ума схожу по этим маленьким пальчикам. Пятки у нее розовые, как у ребенка. И очень чувствительные. Щекотки боится.

Стоп. Вот сейчас осознал, что молчу и пялюсь на нее, как какой-то маньяк. Снова разозлился и спросил нарочито грубо:

- Ты зачем сюда прилетела?

По тому, как Лика чуть поморщилась, понял: обидел. Зачем, спрашивается? Легче мне от этого не стало, наоборот, во сто крат тяжелее.

- Прости.

Она торопливо кивнула, а я почувствовал себя сволочью.

Лика села поудобнее, сжала руки.

- Я прилетела …. Поговорить.

Чувство жалости улетучилось мгновенно. Поговорить? И о чем, мать твою? Мало тебе того, что ты со мной, с нами сделала?! Добить решила?!

Захотелось высказать ей все, что накопилось во мне. Вылить всю дрянь, что собралась за последнее время. Пусть прочувствует. Пусть захлебнется. Не одному же мне вариться в этом чертовом котле!

Я даже воздуха побольше набрал.

Стук в дверь.

- Да!

- Разрешите войти?

В приоткрытую дверь просунулась наглая морда моего заместителя.

- Мы тут подумали, - начал он, - что супруга твоя с дороги. Пусть кофейку попьет.

Нет, ну вы это видели? Подумали они! Не надо думать, когда нечем. Но ответить ничего не успел. Входная дверь распахнулась, и они вошли. Тридцать три богатыря, блин.

Сначала на столе появился термос. С кофе, ага. И где только раздобыли такой огромный? Еще бы ведро сюда притащили, с кипятильником. Потом появились закуски. Фрукты, овощи какие-то. Взгляд выхватил  бутерброды. А вот это уже было неожиданно.

Нет, мы нормально питались. Но черный хлеб и докторская колбаса? Откуда?

- Это Анжелика привезла, -  ответил зам на мой невысказанный вопрос.

- Колбасу? – спросил у Лики.

Она улыбнулась.

- Докторскую. И хлеб. И немного соленьев. А помню, ты рассказывал, как иногда хотелся.

Представил себе жену с кучей банок на таможне.

- Как же ты все привезла?

- В чемодане.

Заместитель согласно кивнул и раскинул руки, показывая размеры этого самого чемодана. И ведь не шутил, с юмором у него не очень. Получилось впечатляюще.

- Ты везла через несколько границ чемодан с продуктами? – изумился я.

- Не на себе же.

Да, не на себе. Но ведь вспомнила! И не поленилась купить, упаковать, тащить в аэропорт. Вроде и нет в этом ничего такого, но все равно, приятно. Представляю, как глядели на нее погранцы. Целый чемодан колбасы. Анекдот, блин.

Мы посмотрели друг другу в глаза.

- Ну, - засуетился заместитель, - вы кушайте, а мы пойдем.

Мои бойцы отступили, оставляя нас наедине. Лика поднялась следом за ними. Захлопнула за ними дверь и подергала ручку.

- Нам надо поговорить, - возвращаясь в кресло, сказала она.

Я налил кофе в две кружки.

- Слушаю тебя.

Она взяла кофе, чуть пригубила.

- Это не то, что ты подумал.

- Ты сейчас о чем?

- Кир, не надо, - попросила она. - Ты увидел меня с Петром и все неправильно понял.

- А как я должен был это понять? - спросил насмешливо.

- Мы прощались, - просто ответила Лика. - Прощались. Навсегда.