03. Леся

От неприятностей убежать невозможно, не стоит и пытаться. Вчера я позволила себе легкомысленное поведение, сегодня расплачиваюсь за глупость.

Лука и Денис пообещали не говорить отцу, в какой компании меня обнаружили, однако скрыть то, что я пила алкоголь, не удалось. В принципе, это не запрещено, но я же сбежала из дома, заставила всех волноваться, а когда братья привели меня обратно, еле держалась на ногах.

Пьянчужка Леся! Ха-ха-ха!

Это смешно, если не было бы так обидно.

Я пью так мало и так редко, что Лука шутит, мол, Лесе достаточно понюхать пробку – и она уже навеселе.

Наутро после вчерашнего так раскалывается голова… А что было бы, если бы я выпила всю бутылку одна? Братья нашли бы меня где-нибудь на берегу мертвецки пьяную. И Джеки не помог бы, он не в силах защитить меня от меня самой.

Вспоминаю о Джеки и сползаю с кровати, чтобы приоткрыть окно. Уже не лето, но все же еще тепло, и мой верный страж отправляется на утреннюю прогулку. А я замечаю на столике стакан с водой и таблетку. Рядом с ней лежит записка: «Раствори и выпей!»

Мои хорошие… Это Лука и Денис расстарались. Наверняка, сами прекрасно знают, что такое похмелье, вот и позаботились о сестре. Таблетка шипит и пузырится в стакане, я пью лекарство и снова ложусь. К демонам завтрак, пусть к моим прегрешениям добавится еще одно. Отец не любит, когда нарушается заведенный в доме распорядок дня, но сейчас мне все равно. Выговора в кабинете не избежать.

Головная боль отступает, меня накрывает дрема. Засыпая, вспоминаю вчерашнее приключение. Конечно, я ничем не рисковала, ведь Джеки был со мной, но раньше я никогда так себя не вела. Я не ханжа, просто меня так воспитали. Собственно, поэтому у меня нет друзей. Одноклассники не скрывали, что со мной скучно, а я действительно не понимала, какой интерес устраивать вечеринку, чтобы напиться. Весело? Мне – ни капли. Я находила радость в другом: любила обсуждать прочитанные книги, смотреть кино и печь печенье, гулять со смыслом.

Прогулки со смыслом – не мое изобретение. Любое место чем-то интересно. Это старинные здания с историей, памятники, парки с особенными источниками силы. Кое-где сохранились природные артефакты. Сначала узнаешь что-то новое: изучаешь карты, легенды, а потом идешь на прогулку, фотографируешь и выкладываешь отчет в сообществе.

Когда стала учиться в столице, решила не повторять ошибки. И вела себя так, как все – принимала участие в вечеринках и ни к кому не лезла с «умными» разговорами. Друзей у меня не прибавилось. Теперь меня считали «прикольной девчонкой», своей, но в этой компании я изнывала от скуки.

В общем, идея напиться в обществе двух незнакомых мужчин была, мягко говоря, странной. И хорошо, что Лука и Денис подоспели вовремя. Если бы домой я отправилась в сопровождении Гора и Кита, папу инфаркт бы хватил.

Сквозь сон слышу стук в дверь – тихий, осторожный. Чуть приоткрываю глаза и наблюдаю из-под ресниц, как в комнату заходит Нора. В руках у нее поднос с завтраком. По комнате разливается запах кофе и свежей выпечки.

Я так удивлена, что продолжаю притворяться спящей. Мачеха никогда не приносила мне завтрак в постель, даже прислуге не позволяла. А Нора ставит поднос на столик рядом с кроватью и наклоняется, чтобы поправить сползшее одеяло.

Когда она уходит, смотрю на часы. Они у меня старинные, с маятником и боем. Деревянный футляр в форме домика всегда висел на стене моей комнаты. Я спала всего лишь час, время завтрака давно прошло, до обеда далеко, а аппетит разыгрался не на шутку. Откуда она знала? Почему вдруг?

В спальню возвращается Джеки. Я отламываю ему кусочек теплой булки, и дракон, полакомившись, устраивается в своей корзинке вздремнуть. Ест он на кухне, и я уверена, что малыша не забыли покормить завтраком.

Наливаю кофе, добавляю в чашку сливки и сахар. Если уж мне так повезло, глупо ждать, когда кофе остынет.

Примерно через час, тщательно приведя себя в порядок, спускаюсь вниз. Первым делом отношу на кухню поднос с грязной посудой. Нора там, в переднике и косынке, варит варенье из яблок. Этот процесс она не доверяет никому, и служанки лишь помогают с обработкой фруктов.

- Спасибо, - говорю я вежливо.

Нора слабо улыбается в ответ и машет рукой, мол, не стоит благодарности.

- Папа в саду, - сообщает она. – Они с мальчиками обрезают ветки.

Значит, выговор откладывается.

- Может быть, нужна моя помощь? – предлагаю я.

Конечно, с вареньем, не с ветками.

- Нет, спасибо. Ты лучше иди к отцу, он ждет, когда ты проснешься. Просил не задерживаться.

Ага, уже бегу.

Плетусь в сад, набросив на плечи пальто. Сегодня ясный солнечный день, небо синее-синее, без единого облачка. Деревья уже тронуло золото увядания. В воздухе вкусно пахнет яблоками, дымом и опавшей листвой.

И почему так? В столице я – взрослый и уверенный в себе человек, а дома легко превращаюсь в зависимого ребенка, которого смущает недовольство родителей. Даже не смущает… пугает.

Странно. Отец никогда меня пальцем не трогал. Отругать – запросто. Оставить без сладкого, лишить какого-то запланированного удовольствия – редко, если уж я действительно сильно провинилась. И то в детстве, те времена давно прошли. Братьев воспитывали жестко, а я пользовалась привилегиями единственной девочки в семье. Чего же я так боюсь?

У нас большой яблоневый сад, и отцу нравится самому ухаживать за деревьями. Издали я любуюсь Лукой. Он рубит спиленные ветки, ловко орудуя топором. Денис и отец, видимо, чуть дальше. Слышу звук пилы и бас отца.

- Жива, сестренка? – подмигивает мне Лука.

- Не без вашей помощи, - улыбаюсь я смущенно. – Папа сильно сердится?

- Да я б не сказал. Больше на Деньку, если уж на то пошло.

- А он что натворил?

- Хотел бы я ответить, что лучше спросить у него, да ведь он не скажет, - усмехается Лука. – Он и мне запретил.

- Но ты хочешь сказать, иначе промолчал бы.

- Хочу, - соглашается брат. – Потому что мне стыдно, я не сделал этого раньше.

- Ты меня пугаешь. Что случилось?

- Лесана! – Папа, как всегда, появляется неожиданно. – Марш за мной!

Лука виновато разводит руками.

- Потом договорим, - обещает он.

Я оглядываюсь на Дениса – он хмуро смотрит на отца, но ободряюще мне улыбается. Теперь переживаю за брата. Он-то в чем провинился? Обычно Денис – образец для подражания, недаром же выбрал карьеру военного.

В отцовском кабинете много лет ничего не меняется. Добротная и солидная мебель из черного дерева. Шкаф, за стеклянными дверцами которого – ряды книг. Старинный письменный прибор на столе – пресс-папье, чернильница и перьевые ручки. Он им не пользуется, это что-то вроде семейной реликвии. Смешная фигурка – человек с двумя лицами. И запах: старая бумага, дерево и табак. На столешнице – выключенный ноутбук.

- Садись.

Я опускаюсь на черный кожаный диван, папа садится рядом.

- Ты заставила нас поволноваться, - говорит он.

С удивлением понимаю, что в его голосе нет раздражения, только усталость. Обычно папа выговаривает так, что воздух звенит от стальных ноток. А сейчас он словно сам извиняется, да еще и берет меня за руку, и я окончательно теряюсь от проявления неожиданной ласки.

- Пап, прости, я… - Мне действительно стыдно, хотя просить прощения я не собиралась. – День выдался тяжелый, я потеряла контроль.

- Ничего, Леся, я понимаю.

Понимает? Он?! Воистину, сегодня день сюрпризов. Может, я все еще сплю?

- Почему же тебя не взяли на работу?

- Не знаю. Мне не сказали.

- Так не бывает.

- Начальница уверяет, что место остается вакантным. Папа, я хорошо выполняла свои обязанности. Я не сделала ни одной ошибки!

- Наверное, решили придержать местечко для кого-то из своих... Не оправдывайся, Леся, это ни к чему.

- Да, но… что же…

Я прикусываю губу. Что теперь делать – вот главная проблема.

- Да… - Папа отпускает мою руку. – Наш договор в силе. Я больше не буду платить за аренду квартиры. У тебя есть дом, есть специальность. Лука поможет тебе перевезти вещи.

Вернуться домой? Я чуть не взвыла в голос, едва это представила. До следующего взноса за квартиру еще неделя.

- Пап, дай мне немного времени. Я постараюсь найти работу…

- Нет. Ты и сама знаешь, что на бирже тебе не предложат место в столице. К чему тратить лишние деньги?

- Папа…

- Леся, это не обсуждается.

- Папа, а если я найду работу и сама буду платить за квартиру?

Он долго смотрит на меня и молчит. Я и сама не верю в то, что случится чудо. У меня есть визитка Никиты, но кто знает, что он мне предложит? Он же сам сказал, что бухгалтер ему не нужен. И оплатить аренду мало, мне еще жить на что-то нужно.

- Я запретил твоим братьям давать тебе деньги, - наконец говорит отец. – Ни в долг, ни по доброте душевной. В конце концов, они сами на моем содержании. Вернуть тебя домой силой я не могу. Ты свободна в выборе.

Да, другое дело, что выбора, по мнению папы, у меня нет.

- Если ты каким-то образом устроишь свои дела, я возражать не буду, - продолжает он. – Но я хочу, чтобы ты помнила, твой дом здесь.

- Хорошо, папа, - соглашаюсь я.

Ура! У меня есть целая неделя, чтобы все уладить!

Я мчусь к себе, чтобы проверить, на месте ли визитка Никиты. В понедельник обязательно ему позвоню! Взлетаю по лестнице – и натыкаюсь на братьев.

- Жива, сестренка? – спрашивает Денис, повторяя слова Луки.

В порыве чувств я его обнимаю. Просто он стоял ближе, чем Лука! А Денис вдруг поворачивается к брату и шипит сквозь зубы:

- Просил же молчать. Трепло!

- Я ничего не говорил, - тут же цедит Лука.

- Он ничего не говорил, - подтверждаю я. – А что случилось?

- Леся…

- Денис! – строго говорю я на правах старшей сестры.

- Да ну вас! – Брат сбегает по лестнице и снизу кричит: - Лука, нас папа ждет, между прочим.

- В двух словах, - быстро произносит Лука, - утром Денька поскандалил с отцом, из-за тебя. Кричали громко, так что и я слышал. Заявил, что это он виноват, что ты напилась с горя.

- Денька? – охаю я. – Обвинил отца?

- Ага.

- Лука-а-а! – не унимается Денис.

- Да иду я! Короче, сама понимаешь, в нашей семье яйца курицу не учат. Но он молодец. Папа проорался, а потом они долго о чем-то говорили. Тебе самой не сильно досталось?

- Вообще не досталось, - признаюсь я. – И теперь понятно, почему.

В кармане пальто, в котором я была вчера на прогулке, визитки нет. В карманах джинсов – пусто. Неужели мне все приснилось?!

Я лихорадочно роюсь в шкафу, ползаю на коленях по комнате. Вдруг визитка выпала?

- Леся, ты что делаешь? – слышу я голос Норы.

- Я ищу… у меня в кармане…

- А, да. Выпала вчера бумажка, когда я чистила твое пальто. Мне показалось, это реклама какого-то агентства по оказанию услуг.

- Где она?

- Выбросила, конечно. – Нора, как обычно, сама невозмутимость. – Леся, помоги с обедом, будь добра.

Я так потрясена, что молча иду следом за ней на кухню.

И что же теперь делать?!