25. Игорь

Такое впечатление, что меня прокляли. Может, пора к специалисту на чистку ауры?

Великий дракон! Это не-вы-но-си-мо!

Единственный мой успех – поход в театр, и то инициатива была не моя.

А если дело не во мне, а в Лесе? Если она сказала правду?

Я знаю, что поступил некрасиво. Неэтично подслушивать, пользуясь магическим даром. Однако соблазн оказался сильнее доводов рассудка. В доме Даниловых нет магов, никто не заметил, что в отцовский кабинет Леся отправилась с невидимой нитью, обмотанной вокруг лодыжки. К счастью, Нора, извинившись, ушла собирать гостинцы, и никто не мешал мне слушать.

Да, я в курсе, о чем разговаривали отец и дочь. Догадываюсь, что на вопрос о влюбленности Леся ответила отрицательно, но «Игорь мне нравится» вселяет надежду. И все же мне кажется, что я понял не все.

Отец Леси не хочет видеть меня своим зятем, факт. Это объяснимо, если он рассуждает так же, как и Леся. И я не сказал бы, что это глупо, в нашем обществе так заведено. Невесту надо искать среди равных. Другое дело, Данилов не может знать, что мне плевать на предрассудки и правила. Он беспокоится о будущем дочери, боится, что я ее обману. Однако я никогда не обижу Лесю…

Мда… Я только этим и занимаюсь.

«Игорь мне нравится». Как друг? Как хороший знакомый? Как шут, который ее развлекает? Леся могла и соврать, ведь надо же как-то объяснить отцу, отчего я приперся знакомиться.

Она ответила бы на поцелуй, если бы хоть немного была влюблена, ведь сама же в этом призналась. Поверить не могу… Что же мне сделать, чтобы Леся обратила на меня внимание?

Пригласить на императорский бал? Непременно! Это ей точно понравится, я помню, с каким восторгом она рассматривала интерьеры оперного театра. А что еще? Экспериментировать с подарками больше не хочется. Леся старомодна… Если бы речь шла об обычной девушке, я попросил бы совета у сестер, но тут, видимо, придется подключать матушку.

При мысли о матушке я мрачнею. Лесе я не соврал, сегодня у меня встреча с отцом. Жду его у себя, потому что домашние удивляться моему неожиданному визиту. Да и поговорить хочется спокойно, без лишних ушей.

Папа пунктуален. Ровно в назначенный час раздается звонок в дверь.

- Рад тебя видеть! – расплываюсь я в улыбке, видя его на пороге.

Демоны! А ведь я действительно соскучился. Отец никогда не навязывал мне свое общество, как матушка, не лез с советами и не вмешивался в мою жизнь. И видимся мы нечасто, гораздо реже, чем хотелось бы.

Вот уж кто не изменился. Тот же безупречный вид, гордая осанка, чистый и открытый взгляд. Кажется, над папой не властно время, даже седых волос у него не прибавилось. Говорят, мы с ним очень похожи. Мальчишкой я злился, когда меня сравнивали с отцом, потому что стремился к индивидуальности, оригинальности. Хотелось доказать всем, что я сам по себе, что могу добиться большего, что не живу в тени своего отца, да и всех знаменитых Гайволоцких, вместе взятых.

Теперь я гожусь сходством. Правда, я всего добился сам, а с успехом пришли и спокойствие, и мудрость.

Мы с папой обнимаемся, похлопывая друг друга по спине, потом я приглашаю его в гостиную.

- Я рад, что ты сам заметил неладное, - вздыхает папа без предисловий.

Он не любит вести ненужные разговоры из вежливости, мы и в этом похожи.

- Мама больна? – спрашиваю я и чувствую, как щемит сердце.

- Игорь, у меня плохие новости. Да, мама больна, и больна неизлечимо…

У меня закладывает уши, а сердце бешено стучит где-то в горле. Такого я не ожидал.

- Что значит… неизлечимо? – хриплю я, с трудом выдавливая слова. – А магия? А другие измерения?

- Поверь, мы уже перепробовали все, что могли, - качает головой папа.

Теперь я замечаю и россыпь морщинок вокруг глаз, и усталость во взгляде.

- Как давно?..

- Уже около года.

- И ты молчал!

- Я и сейчас должен молчать. – Папа сжимает кулаки, но тут же берет себя в руки, пряча от меня то ли горечь, то ли гнев. – Я нарушил слово, которое дал Луизе, - добавляет он тихо.

- Что за болезнь? Почему…

Я догадываюсь, что это лизис-перерождение, в наше время неизлечимых болезней не так уж и много. Клетки организма постепенно видоизменяются и поглощают сами себя. Длительное время процесс удается купировать, однако полностью остановить - невозможно. К магии эта болезнь невосприимчива, в иных известных измерениях не встречается.

Но почему мама?! Это же так редко встречается… И мама…

- Игорь… - Папа берет меня за руку. – Ты должен быть сильным. И завтра мама не должна догадаться, то ты знаешь о ее болезни.

- Что за глупость! – Как обычно, огорчение я скрываю за злостью и сарказмом. – Вся семья в курсе, а Игорешу держат в неведении?

- Нет, ты ошибаешься. Твои братья и сестры ничего не знают. Мама не хочет, чтобы вы… - Папа осекается и проводит рукой по лицу. – Я объясню, почему нарушил слово.

- И никто кроме меня не поинтересовался, отчего мама плохо выглядит? – не верю я. – Бред…

- Интересовались. Но правду я сказал только тебе. Игорь, ты уже взрослый, и, надеюсь, поймешь, что в заботе матери о детях нет ничего унизительного.

- Папа, возможно, я неблагодарный сын, но не идиот.

- По мнению Луизы, все наши дети устроены, - продолжает он, не обращая внимания на мои слова, - кроме тебя. И это ее беспокоит. Я знаю, Игорь, знаю… - Он предупреждающе похлопывает меня по колену. – Ты многого добился, у тебя хорошая должность. Но мама имеет в виду семью. Ты единственный, у кого нет жены. «Кто о нем позаботиться, когда меня не станет?» Эту фразу я слышу теперь ежедневно.

Папа выжидательно на меня смотрит, но я молчу. Понял уже, к чему он клонит, так что пусть продолжает. Сам.

- А недавно Луиза вернулась домой окрыленная. Она была у тебя и познакомилась с твоей невестой. Это правда, Игорь? У тебя есть невеста?

Я медленно киваю.

- Эта девушка ей очень понравилась. Ты же знаешь маму, сынок, она очень требовательна, даже придирчива… А тут – сплошной восторг. Где ты нашел такое сокровище?

Папа слегка улыбается – подшучивает. Только мне не до смеха.

- Случайно познакомились, - отвечаю я. – Завтра я приду… с ней… С Лесей.

- Да, я знаю, - кивает папа. – Поэтому я решился на разговор. Игорь, ты не мог бы жениться на Лесе в ближайшее время?

К вопросу о том, куда ведет дорога, вымощенная благими намерениями. Понятное дело, сам виноват. И идея жениться на Лесе не кажется мне ужасной. Только Леся такого не заслужила…

- Пап, я могу… - осторожно отвечаю я. – Но ты же понимаешь, в брак вступают два человека. И Леся… Леся решит, что я женюсь на ней ради мамы, а не из-за любви.

- Хочешь, я поговорю с ней? – предлагает он. – Конечно, если у вас все серьезно. Мне не хотелось бы обманывать Луизу для того, чтобы сделать ей приятное. Но если вы и так собираетесь пожениться, то можно лишь ускорить…

- Нет, - перебиваю я. – Я сам поговорю, сам все решу.

- Сынок, это не в моих правилах, ты знаешь. Мы не можем спасти маму, но сделать ее счастливее перед уходом…

Да-да, я понимаю. На самом деле, чистой воды шантаж и выворачивание рук. Но я понимаю отца, понимаю маму. Тяжело быть младшим в большой семье. Никто не обидится, если я откажусь жениться. И каково будет жить дальше, осознавая, что для тебя делали все, а ты пренебрег такой малостью, как счастье матери… перед смертью?

- Пап, все будет хорошо, - обещаю я, хотя совсем в этом не уверен. – Спасибо, что рассказал мне.

Я уверен в одном, до последнего буду на коленях умолять Лесю выйти за меня замуж. Завтра удачный повод, чтобы объявить о помолвке. У нас соберутся все родственники и друзья. Видимо, мама придает большое значение этому празднику в честь юбилея. Она сильная, и притворяется, что все хорошо, но это прощание…

Не сметь! Не думать! Не сметь так думать!

Я злюсь и луплю кулаком по дверному косяку, разбивая в кровь костяшки пальцев. Папа уже ушел, я остался один.

Ты должен быть сильным, Игорь.

Звоню Лесе, но ее телефон выключен. Тут все ясно, она все еще обижается из-за поцелуя. Еду к ней, но мне никто не открывает. Похоже, дома ее нет. Уже поздно, а стража она с собой не взяла. Куда же она ушла? Наверное, недалеко, в магазин.

Спускаюсь вниз, чтобы подождать в машине. Набираю Кита, но он тоже не отвечает. Вспоминаю, что сегодня он собирался смотреть игру в баре. Это недалеко, а ждать невыносимо. Через час Леся наверняка будет дома, а я успею смотаться к Киту. Плевать на игру, мне хочется увидеть друга.

Кит в баре, как я и предполагал. Там полно людей, шумно и весело. Успеваю заметить, что счет в пользу «магиков», и сейчас перерыв. А потом я вижу Лесю.

Она сидит рядом с Китом, улыбается и слушает, что он ей говорит. И как улыбается! Открыто, доброжелательно… Вот она смеется, запрокидывая голову. Позволяет Киту обнять ее за плечи. Кит наклоняется… чтобы поцеловать?! Я не вижу, что происходит, однако кровь ударяет в голову.

Хватит! Что тут, демоны побери, происходит?!

- Привет! – рычу я, подходя к Киту, и дергаю его за плечо.

- Гор? – удивляется он, обернувшись. – Привет, рад тебя видеть. Ты же сказал, что не сможешь прийти.

- Уже освободился, - отвечаю я отрывисто. – А ты решил времени даром не терять?

Перевожу взгляд на Лесю, которая с явным интересом прислушивается к нашему разговору.

- Послушай, Гор, это не то, что ты… - начинает Кит, но я его перебиваю.

- Мне плевать. Я за Лесей.

- Э-э! – возмущенно произносит она. – Что это означает? Я не твоя собственность.

Скриплю зубами, но все же произношу так вежливо, как только могу:

- Леся, пожалуйста. Нам надо поговорить.

- Мне – не надо, - отрезает она. – Я пришла сюда отдохнуть и посмотреть игру. И никуда не уйду!

Кажется, она немного пьяна. И точно, перед ней на столике почти пустой бокал из-под пива.

- Лесь, проблемы?

Рядом с нами возникает кто-то знакомый. Ах, да, это Лука, ее брат. А он что здесь делает?

- Никаких, - уверяет его Леся. – Игорь уже уходит.

- Это важно. – Я все еще пытаюсь убедить ее пойти со мной.

- Важно кому? – интересуется она. – Тебе или мне?

- Мне, - отвечаю я честно.

Леся отрицательно качает головой, поводит плечом и отворачивается.

- Гор, что случилось? – спрашивает Кит. – Пойдем наружу, поговорим. Здесь шумно.

- Да пошел ты… - шиплю я сквозь зубы.

Силой мне Лесю не увести, да она мне этого и не простит. Досадно, что в такой ситуации я остался совсем один. Кит не скрывал своего отношения к Лесе, однако я не ожидал, что ревность может так сильно ранить.

«Ты должен быть сильным, Игорь», - напоминаю я себе, выходя из бара.