Глава 42. Юля

Не знаю, зачем я сказала то, что сама знала только несколько дней как. Удивление увидеть хотела? Не было его. Злость? На удивление её я тоже не увидела. Молчат. Все молчат. Артур тоже. У Стеллы на лице мазок сажи.

Я ушла. Никто не бежал за мной, не хватал за руки, не спрашивал, как я себя чувствую, все же не каждый день не беременные в окна прыгают. Нет. Я шла одна. Коридор холодный, длинный и грязный - пожарные все залили и затоптали. Дом не сгорел. Несколько комнат на первом этаже выгорело да змея сдохла. Наверное, дымом надышалась.

Я бы хотела чтобы этот дом сгорел, но я бы не стала рисковать чужими жизнями. А кто-то рискнул, даже если это просто попытка напугать. Своего они добились — Я испугана. Я не хочу, чтобы моя дочь жила в такой атмосфере. Пока они мне пакостили и делали вид, что я грязь под их ногами, мне было все равно. Но моя дочь не должна пострадать, это не её война.

Решение я приняла удивительно легко.

Няню я отпустила тем же вечером, её услуги мне больше не по карману были. И два дня меня вообще никто не трогал. Несколько дней мы сидели на съёмной посуточно квартире — ждали, пока с нашей съедут квартиранты. Затем вернулись домой.

Диана сначала по максимуму ушла в себя, её испугало ночное бегство, чужая квартира, она вообще перестала реагировать на происходящее. А дома немного отошла - ходила и трогала знакомые предметы, словно здоровалась с каждым по очереди.

Артур приехал тем вечером, я знала, что приедет рано или поздно, разговора было не избежать.

— Я волновался, - сказал он.

— Я написала, что все хорошо.

— Нельзя так пропадать.

Я отмахнулась - не ему мне рассказывать что можно, а что нет. Я прикрыла плотнее дверь в комнату, там дочь спала, прошла на кухню, поставила чайник. Пусть чай пьёт и уходит. Поить гостей чаем это святое.

— Ты должна вернуться.

— Я больше не играю в ваши игры. Мне плевать на завещание. Нет, я не вернусь.

— Ты должна вернуться ко мне. Ты…ты моя жена. У нас будет ребёнок.

— Не будет. Я аборт сделала.

Ничего не изменилось в его лице, я знала, что он мастер прятать свои эмоции. Но вдруг неуловимо все изменилось. Он вновь стал не тем Артуром, который ночами ждал моих сообщений совсем недавно. Стал тем, от кого я ушла. Стал тем, кто вернулся через семь лет таким чужим, холодным, ненавистным.

— Вот как. Значит правилу рожать от кого угодно кроме меня, ты не изменила.

— Уходи, — попросила я.

Я не знаю, чего я хотела на самом деле. Чуда. Чтобы все было иначе. Чтобы любить можно было открыто и не бояться предательства. Хотелось того, что никак невозможно.

— Я буду содержать вас с дочерью, - наконец сказал он.

Я усмехнулась.

— Тебе же теперь ничего не достанется. Только твоей ненасытной семье.

— Плевать. Я работал все эти годы, у меня есть деньги, пусть и не так много, как у отца. У меня есть недвижимость…

— Уходи, - попросила я.

Теперь я знала, чего хочу. Плакать. Я хотела плакать, потому что не могу больше быть той наивной двадцатилетней девочкой, которая так легко верила в чудо.

— Я так не хотел снова тебя терять.

Я не смотрю в глаза, боюсь заплакать прямо сейчас. Я смотрю на его руки. Сильные такие. Я знала их силу, знала силу и сладость его объятий. Хотелось провести пальцам по всем проступающим венам, поцеловать фалангу каждого пальца, тыльную сторону ладони, а потом просто уткнуться в неё лицом. Но все что мы с Артуром умели — делать друг другу больно.

— Это было неизбежно.

Закрыла за ним дверь. Прошла в комнату. Так мы и вернулись к истокам — снова в моей маленькой однушке, роскошные хоромы Вершининых, пусть и немного подкопченные, остались в прошлом. Теперь уже окончательно.

Дианка спала. Я легла рядом, осторожно, чтобы не разбудить. Погладила лёгкие волосы. Закрыла глаза.

Я не сделала аборт. Но каждую минуту знала - сделаю. Мне нельзя рожать. Просто нельзя. Нельзя верить обещаниям Артура, нужно полагаться только на себя, а я не вытяну. Я не справлюсь. Я сделаю аборт, у меня есть время, беременности ещё и полного месяца нет.

Я гладила волосы своей дочери и думала о том, что у второго ребёнка просто нет шансов на эту жизнь. Но правда была в том, что я хотела это дитя. Просто безумно хотела. Так же сильно, как когда то не хотела рожать Диану.

И я сделаю этот чёртов аборт. Дианку пока в садик отводить не буду, пусть успокоится после переезда. Узнаю график работы Ксюши, она с дочкой посидит, а я сбегаю и сделаю. Срок маленький, просто выпью таблетку, вернусь домой и забуду про эту историю. Нет, сначала напьюсь с Ксюшей, прощаясь со всем, о чем нечаянно мечталось, проревусь, а потом забуду.