Глава 43. Артур

Я не мог принять то, что она сделала. И вместе с этим не мог обвинять её в этом. Наверное, она имела право, после всего, что произошло, после всего что с нами было. Мне даже не больно было. Просто пусто внутри, сложно выжженно. И выть почему-то хочется.

В кабинете тесно. Мы уже перебазировались в квартиру матери, не жить, конечно, жили каждый у себя. Собрались обсуждать то, что случилось и конечно же, завещание. Такой же гомон, как и несколько месяцев назад, на оглашении. Стелла на взводе. Руслан пьян. Мама явно огорчена. Роберт бесстрастен. Мне тоже уже совершенно похрен, что будет, моё присутствие здесь просто формальность.

— Делим поровну, — сказала Стелла. — В завещание чёрным по белому оговорено, поровну между детьми и мамой. Ну, кроме Артура.

На меня смотрит несколько злорадно — я же все проебал.

— Поровну несправедливо, — отозвалась Эльза. — Ты все спустишь. Руслан пропьет…

— Это не твоё дело.

Сестры сцепились. Стелла едва не в два раза старше Эльзы, но ума в ней за эти годы не прибыло. Я смотрел на часы. Я не хотел быть здесь. Но там, где я хотел быть, меня не ждали. Меня вообще никто больше нигде не ждал. Меня даже не интересовало, кто поджёг чертов дом, жалел только, что он не догорел. Я был пуст.

— Хватит, - рявкнул я на сестёр, когда они перешли пределы допустимого.

— Тебя просто бесит, что ты остался без ничего, - фыркнула Эльза.

Я устал. Достал сигарету и закурил игнорируя неодобрительные взгляды. Я и правда остался без ничего. Я снова остался без Юли.

Руслан потянулся за бутылкой, но она упала со стола, с грохотом ударилась о пол и громко покатилась куда-то к дверям.

— Семейное позорище, - протянула Стелла.

Мать просто закрыла лицо ладонями, но и её мне не было жаль. Брат же встал. Заросший. Пьяный. Карман дорогой рубашки надорван. Но глаза трезвые. Усталые. Злые.

— Да, позорище, - согласился он. — Первый раз в клинику загремел уже после двадцати. Рано, да? Вас, суки, никого не смущает, что до этого я не пил? Не было, знаете, желания.

— Появилось, - фыркнула Эльза.

— Отец меня туда упек! - заорал Руслан. – Насильно! Напился я тогда раз, от сука отчаяния, от осознания насколько херова эта жизнь! И в ту же ночь в лечебнице, среди нариков и алкашей. Кайф, да?

— Руслан, хватит, — попросила мама. — Отец пытался тебя спасти.

— Свою задницу он спасти пытался, - засмеялся Руслан. — А мне сейчас вообще все похрен. Удивительно даже. Так этих денег хотел. Планы строил. Но как-то сам не заметил, что кончился. Был когда-то и сплыл, весь, целиком. Хочется, знаете, честным быть. Домик кстати я спалил, просто понятия не имел, что вы в нем трахаетесь, увидел, когда вы уже вышли, знатно охуел. Чуть брата не угробил…

— Молодец садись, - похвалила Стелла.

Она явно нервничала. Я же смотрел на брата и не узнавал его.

— Да я не все ещё сказал. Вечер честности же… Вот дом отца сожгла Стелла, но я её даже винить не буду. Тоже молодец.

— Ну вы даёте, - удивилась Эльза. — Я всего-то бабу под него подложить пыталась.

— Всё вы молодцы! - повысила голос мама. - Хватит этого шоу! На повестке дня ваше будущее! Руслан сядь и заткнись немедленно! Роберт, налей ему, пусть пьёт и молчит!

Руслан снова засмеялся.

— Так же проще, - развёл руками он. – Пьёт и молчит. С глаз долой из сердца вон. Папа так и делал. Но мама, ты же знаешь, ты все знаешь. Да и Роберт знает. Может ещё кто знает. Мы вообще знатно умеем молчать о важном, так же правильнее. Только Артур не в курсе и девки, наверное.

— О чем? - спросил я.

И знал, что мне скажут что-то такое, без чего жизнь больше не будет прежней. Что я не захочу слышать и забыть не смогу.

— А то, что в завещании чёрным по белому написано, что все состояние делится между детьми, кроме Артура. Только делить все равно нужно будет на четверых.

— Руслан! - закричала мать уже не сдерживаясь.

— Диана твоя сестра, — будничным голосом продолжил Руслан. - Младшая дочь отца.

— Нет, - покачал головой я. — Нет.

— Да, - отрезал Руслан. - Я на крики пошёл. В конюшне… Не развидеть уже никогда. Меня просто утащили и в подвале заперли. Я напился, да, коллекция у папы знатная. Он пришёл. Я рассказать все обещал. Тебе. Наивный пьяный идиот. Я же влюблен в неё был, но она была такая… неземная. Как можно насиловать такую в хлеву, охранника выставив на шухере? А меня просто в лечебницу, выпустили, когда вы уже разошлись. Я потом отслеживал. Девочку видел. Она точно наша, точно. И не твоя, раз отец решил удалить грешок свой с глаз долой…

Мне хотелось взять бутылку и тоже напиться. Но нет. Я встал. Вышел из кабинета. Я поверил ему. Достаточно было посмотреть в глаза матери и Роберта. Почему Юля не сказала, дура? Почему я не понял, дурак?

Я поехал домой. В дом отца. Внутри уже штукатуркой пахнет, мама времени не теряет. У меня в руках канистры, две, одной не хватит. Нужно довести до ума дело Стеллы. Дом такой большой, что на первый этаж двух канистр не хватило, но думаю, и так разгорится неплохо.

Спичкой чиркнул уже на веранде. Бросил её красиво, как в кино. Но она, зараза, погасла не долетев до обильно политого топливом пола. Пришлось разжигать бумажку, а от неё уже топливо.

Разгоралось быстро и красиво. Я оттащил кресло с веранды в сторону, сел, закурил и смотрел. Скурил штук десять подряд, понял, что если приедут сейчас, то погасить уже не успеют - горело ярко и быстро, а потом уехал.

Легче не стало. И не станет, наверное. И как-то гадко было внутри от того, что от отца она родила. Ненавидела, но родила. А от меня аборт сделала. Ненавидит ещё сильнее, чем отца? Больно…

Я приехал к её дому. Посмотрел на окна. Светятся оба, значит и дочка ещё не спит. Сидел до упора. Я просто не знал, что говорить. Не знал, но разглядев в окне знакомый силуэт за шторами встал и пошёл. К ней.