Глава 26
Мариэтта
Мы с Ли обошли всю комнату не один раз — обшарили все стены, выступы, ниши и впадинки. Я надавила, кажется, на всё, что могло бы сойти за рычаг открытия потайной двери. Но нет — похоже, эта комната была совершенно обычной. И, наверное, тот, кто поспособствовал тому, что я тут оказалась, знал об этом — и подготовился заранее к выбору темницы для меня.
Пока ничего особо опасного в этом не было — больше походило на попытку меня задержать и оторвать от Ренельда. Вторая часть накопителя, замаскированная под карманное зеркальце, по-прежнему была у меня — и это могло обернуться для моего мужа очень неприятными последствиями. Я понятия не имела, каких ресурсов магии потребуют от него испытания. Может быть, ему хватит и того, что было при нём.
А вдруг нет?
“Карамелька, — страдальчески вздохнула Ли, усаживаясь рядом со мной, когда я без сил и в крайнем отчаянии упала в кресло прямо поверх чехла. — Не расстраивайся. Мы что-нибудь придумаем. Если я правильно понимаю, первое испытание будет длиться довольно долго. У нас ещё есть время”.
Я понимала, конечно, что она пытается меня ободрить… Но помогало это не слишком. Потеряв бдительность, я подвела своего мужа. А Собиратель сейчас преспокойно остаётся на свободе и неизвестно что задумал. Если это принц… То дело и вовсе дрянь. Он много месяцев потратил на установление связи со своим накопителем, на отладку схемы. У нас же этого времени не было — потому и способ подпитки не был совершенен. Венсан Саумон не знал всех нюансов — и это неудивительно. Вряд ли Собиратель безоговорочно доверял своим помощникам. Что-то да утаивал.
— Я не могу просто сидеть и ждать!
Меня просто подбросило с места. Я быстро огляделась в комнате, пытаясь придумать ещё какой-нибудь выход.
“Нас пока не убивают, значит, надежда есть. Лабьет ведь остался снаружи. Он точно что-нибудь поймёт. Правда, из-за щита на комнате вряд ли сумеет быстро нас отыскать, но отыщет!”
— Если и его куда-нибудь не устранили, — буркнула я, вышагивая туда-сюда.
Остановилась, глядя себе под ноги, и мы замолчали надолго.
“Не пугай меня, Карамелька. Что ты ещё задумала?”
— Так всё же, — медленно проговорила я, сам поражаясь смелости своей мысли. — Ты смогла бы отсюда выйти в Бездну? Этот магический щит тебя пропустит?
Шинакорн обежала комнату ещё раз и вернулась ко мне.
“Ну, должен. Против тёмной ауры он не настроен. Скорее чтобы сдерживать тебя. Так что ты…”
— Ты можешь провести меня через Бездну к накопителю Собирателя? Ты же говорила, что, если будешь видеть конечную точку пути, то сумеешь вновь пройти через грань уже там. А раз я некоторым образом всё же связана с накопителем, есть след моей магии…
“Ты дурная совсем?! — прервала меня Ли. — Ты вообще когда-нибудь задумывалась, почему маги так боятся, что их аура потемнеет?”
— Не хотят лишиться разума…
“Не только! — Ли задумчиво почесала лапой за пыльным ухом. — Говорят, их постепенно поглощает Бездна. А когда они полностью оказываются там, то остатки их светлой ауры быстро растворяется в бесконечной тёмной”.
— Ты хочешь сказать, что Бездна начнёт поглощать мою ауру?
“Я не эксперт, ты знаешь… — шинакорн тряхнула головой. — Но если я что-то в этом смыслю, то да. Она очень быстро начнёт притягивать твою ауру”.
— Моя аура бесконечна. Так говорил Эдгар, — заметила я. — Так что вряд ли это будет для меня так уж опасно. Растворить в себе она меня всё равно не сможет.
“Не сможет-то, не может… Но допустим… Я вывожу тебя в Бездну. Некоторое время она пожирает твой свет. И ты, возможно, не особо это замечаешь. Но! Ты возвращаешься в свой мир, и что происходит?..”
Я всего на миг задумалась, прежде чем поняла.
— Сильнейший прилив?..
“Бинго! Соображаешь, когда хочешь”.
— Поосторожнее на поворотах, — обидчиво осадила я грубиянку. — Неужели Бездна сумеет поглотить настолько много моей ауры, что прилив будет для меня так уж опасен? Ты ведь будешь рядом и сможешь отвести…
“Если бы я знала, Крамелька, насколько сильным он будет. Я ведь тоже не всесильна, и твой свет в больших количествах может мне навредить. И представь… Лежим мы с тобой обе выгоревшие у дверей того хранилища. И всё… Занавес”.
Я вздохнула, прикрыв веки. Всё это так размыто! Никто точно не скажет, чем для меня это может обернуться. Эдгар не знал границ моих сил или боялся экспериментировать с моей аурой слишком активно. Потому что опасался последствий, которые не сумеет контролировать.
Ренельд сдерживался от близости со мной, не зная, что ждёт меня, когда всё между нами случится.
Я сама не знала. Даже не знала, что предполагать.
Но если бездействовать… Ренельд может проиграть в состязаниях и провалить последнюю проверку ауры — уже после того, как они закончатся.
— Кажется, я знаю, что с этим сделать, — осторожно ответила я на беспокойство — надо сказать, весьма справедливое, — шинакорна. — Я использую эту силу, чтобы уничтожить накопитель. Или хотя бы вывести его из строя.
Ли прижала уши, бегая взглядом по комнате и что-то судорожно соображая.
“Я не уверена, что это сработает. А вдруг?..”
— Если я не могу выбраться из этой комнаты так, чтобы добраться до мужа, то я поступлю по-другому. Даже если Собиратель не связан с состязаниями… Хотя я почти уверена, что он где-то там. а значит, внезапная потеря накопителя точно не входит в его планы.
“Порой самостоятельность не идёт женщинам на пользу. Вы начинаете считать себя всесильными”.
— А ты не женщина… — уточнила я.
“Я вообще не человек, Карамелька. Протри глаза!”
То-то я и смотрю, что она не торопилась подпускать к себе беднягу Лабьета. Водила его за нос, пока общие испытания не связали их крепче.
— Ну так что?..
Я не закончила мысль, потому что снаружи раздались голоса. Вернее, один только голос, который явно отдавал распоряжения кому-то. Тяжёлый шаги нескольких пар ног остановились за дверью. Всё… Кажется, это за мной.
— Ли! Сделай что-нибудь! — прошипела я, даже понимая, что нас вряд ли услышат.
Да и тот, кто пришёл, явно знает, что мы тут. Эту комнату не отыщешь просто так, случайно.
“Думаешь, это такой быстрый процесс? Я должна сосредоточиться! — засуетилась Ли. Но затем вдруг замерла и прислушалась: — Постой… Там Лабьет! Лабьет!”
Она облегчённо замотала хвостом и понеслась вперёд. Первый раз вижу, чтобы она проявляла столько эмоций при виде своего кавалера: нарочно изображала холодную неприступность. А сейчас от её радостного лая у меня едва не заложило уши. В голове так уж точно зазвенело. Наверное, Ли и на дверь бросилась бы, да помнила, что на ней заклятие отражения любого урона. Жаль тех, кто снаружи, мы не могли о том предупредить. Судя по тому, что там ничего не изменилось, а Лабьет никак не ответил подруге, на комнате и правда висело безмолвие.
“Не слышит!” — Ли гневно зарычала, повертелась у порога, но отступила — из осторожности.
— Ты уверена, что он там?
Шинакорн фыркнула, оскорбившись тем, что я сомневаюсь в её чутье.
— Мари! — вдруг окликнули меня. — Мари, ты внутри?
Это был не голос Ренельда, но я его сразу узнала. Ещё мгновение подумала — и повела себя ровно так же радостно и по-глупому, как Ли.
— Ксавье, я тут! — завопила, что есть мочи.
Но маркиз ровно так же мне не ответил, словно ничего не услышал. Это плохо. Если он не поймёт, что это происки магии, то может просто уйти, приняв за ошибку. Кроме него там были ещё мужчины — они тихо переговаривались. Похоже, он привёл с собой помощь.
— Лабьет, ты уверен, что они там? — озадаченно спросил де Ламьер.
Но пса он, конечно, не слышал. А потому его ответ остался загадкой не только для меня, но и для маркиза тоже. Но Лабьет утвердительно поцарапал створку когтями, как бы утверждая, что он уверен. Что ж, видимо, отбить запахи Собиратель или тот, что ему помогал, не догадался. Наверное, шинакорны внезапным возвращением нарушили ему часть плана — и сходу он не сумел с этим справиться. Как всё же хорошо, что Лабьет сумел добраться хотя бы до Ксавье!
— Ломайте дверь! — велел маркиз. — Ключа у нас всё равно нет.
Я едва не подпрыгнула на месте от нетерпения: неужели нас сейчас освободят! Как замеча…
Внезапный и оглушительный грохот сотряс не только дверь, но и всю комнату. Ли отпрыгнула, навострив уши. С потолка посыпалась пыль и штукатурка. И это явно был не удар крепкого мужского плеча. Вернее, он и был, но в противовес ему сработало мощное боевое заклинание. Наверное, сродни тому, что навредило Ли и зацепило Ренельда.
— Проклятье! — рявкнул кто-то.
— Что это за дрянь?
— Предупреждать надо...
Ещё несколько слов на непечатном добавили красок впечатлениям мужчин от серьёзности магической защиты, что охраняла дверь. Не убить, но задержать — такой лозунг можно было повесить над входом в эту комнату — чтобы остальные не тратили силы попусту.
— Значит, точно там, — несколько удовлетворённо выдал Ксавье.
Ну да, доказательство весомое, но это вовсе не утешало.
— Ли! — я повернулась к шинакорну. — Готовь отход через Бездну. Иначе мы застрянем здесь неизвестно на сколько. Это и нужно Собирателю, может быть, Ренельд в опасности.
“Ты сумасшедшая!” — то ли с уважением, то ли с укором буркнула шинакорн.
— У нас нет времени ждать. Думаю, Ксавье справится и без меня.
“Что значит?..”
— Ли!
“Ладно, ладно… — вздохнула та. — Но если ты выгоришь, я отказываюсь нести за это ответственность. Правда, мне придётся бежать подальше, чтобы твой муж меня не убил — сгоряча. Жалко… Только с Лабьетом начало всё налаживаться”.
Так, ворча, она отошла в сторону, чтобы начать переход через Бездну.
Я же достала из сумочки небольшой диск накопителя, который и правда со стороны мог сойти за обычное зеркальце. Затем — достала дорогущую подводку для глаз. Не знаю, зачем носила этот продукт магической косметологии с собой, но сейчас он был явно кстати. Сверху на диске я написала “Передай Ренельду. Ни о чём не спрашивай”.
Подошла к содрогающейся от ударов двери и с трудом протолкнула диск в щель под ней. Будь он чуть толще, ничего не получилось бы!
— Месье! — сразу откликнулся кто-то снаружи. — Смотрите!
— Что это? — озадаченный голос Ксавье спустился к основанию двери. — Похоже на… Зеркало? Мари, ты серьёзно?
Ну да, выглядит странно. Но хотелось верить, что маркиз выполнит просьбу и отдаст накопитель брату, не пытаясь бестолково вникнуть, что всё это значит. Хотя кого я обманываю — Ренельда ждёт допрос с пристрастием. Но разве он сам не месье дознаватель — уж найдёт, что ответить!
“У меня всё готово, Карамелька! — окликнула меня Ли. — Кажется, даже неплохо вышло”.
— “Кажется” и “неплохо” — это не совсем то, что я хотела бы услышать.
Но деваться мне было некуда. Я подошла к шинакорну, пытаясь разглядеть хоть что-то похожее на портал — но увидела только слабое искажение воздуха. Была не была…
“Держись за ошейник, — посоветовала Ли. — Только не отпускай, чтобы ни случилось! Думаю, добраться должны быстро. Теперь я знаю дорогу”.
Я обхватила пальцами толстый ошейник шинакорна и зачем-то зажмурилась. Ли потянула меня за собой, я шагнула — и словно рухнула в пропасть.
Ренельд
Ренельд откинул голову и вздохнул, прикрыв веки. Как, оказывается, тяжело вновь переживать самые важные моменты жизни. Они с Лабьетом познакомились немного не так, как показала пещера. Но так же, как и теперь, ему пришлось преодолевать желание других уничтожить его. Пса, вышедшего из-под контроля от страха и непонимания, зачем его выдернули в этот ослепительный шумный мир.
Проклятье Первородных!
Магия порядком истощилась. В накопителе ещё был запас, но Ренельд не хотел тратить его сходу. Пусть баланс немного восстановится сам. Он медленно встал и едва отряхнувшись, огляделся.
Странно, никакого хода, кроме того, которым он сюда зашёл. Что-то пошло не так? Какого решения хотела от него пещера? Неужели жестокости и безрассудства?
Но вдруг что-то грохнуло где-то в глубинах каменного нутра, сверху посыпалась пыль, камни заскрежетали — и магической огонёк выхватил из мрака ещё более тёмный проход дальше.
Мысли о том, что ещё может подсунуть его сознанию здешняя магия, никак не покидали голову. Неприятных запах стал сильнее — и Ренельд прижал к носу локоть: жаль только глаза слезятся. Как вообще можно пройти дальше?
В какой-то миг всё вокруг поплыло. Ренельд остановился, уперевшись ладонью в стену и подышал, ощутив, что здесь воздух уже чуть свежее. Но ещё крутит дурманом в висках. Чуть перевести дух...
— Ренельд! — раздалось издалека.
Нежный женский голос стих, отразившись эхом от каждого каменного выступа. В груди словно перевернулось что-то. Стало удивительно легко и тревожно одновременно. Ренельд пошёл дальше, теперь ведя кончиками пальцев по обшитой деревом стене длинного светлого коридора с выходящим во двор окном в конце. Одна из светлых дверей в завитушках резьбы была приоткрыта. И едва он подошёл — ощутил знакомый аромат духов.
Он прошёл в светлый будуар и замер, ощутив острейшее дежавю: точно такую же сцену он видел раньше — в своём сне. Только сейчас сидящая на пуфике перед трюмо Мариэтта казалась ему ещё более притягательной, соблазнительной и близкой. Совсем не такой, как раньше, когда он едва её знал.
Ренельд приблизился к жене и остановился позади, любуясь отражением её сосредоточенного лица в зеркале. Она наконец заметила его и слегка вздрогнула от неожиданности. По её губам скользнула растерянная улыбка.
— Ты опять задержался за делами? Знаешь, я скоро совсем забуду, как ты выглядишь, — проговорила она с игривым упрёком.
Не поторопилась прикрыться, хоть лёгкий халат висел рядом, на спинке кресла. Она взмахом руки поправила волосы и встала. Ренельд скользнул взглядом вдоль её спины — ниже, пока храня молчание, борясь с ощущением пугающей реальности происходящего, но ещё помня, что это всё иллюзия.
Или нет?
Что может быть реальнее переживаний или страхов человека? Реальнее его желаний…
А Ренельд ощущал его сейчас так сильно, словно всё сокрытое внутри вдруг оголилось — и кто-то провёл по самым тонким струнам чувств мягким пером.
Мариэтта повернулась лицом — и опустила ладони на его грудь. Влетевший в окно ветер несмело тронул каштановые локоны, что спускались на её плечи. Она ещё мгновение сомневалась, борясь с чем-то внутри себя так явственно, что мягкие потоки её взбудораженной ауры касались Ренельда тоже.
— Ты такая красивая, — проговорил он наконец, поборов вставшую в горле песочную сухость.
Обнял тонкую талию жены, спустился ниже, ощущая каждый волнующий изгиб её тела. Мариэтта вскинула на него медовый взгляд и потянулась к губам. Ещё миг — и прижалась к ним своими. Неторопливые ласки её лёгких, нежных рук стали настойчивее и смелее. Словно на проверяла устойчивость барьеров, которые он вынужден был в себе выстроить. В которых должен был жить, пока не найдёт выход.
Осознание иллюзии стиралось с каждым мигом, уступая остроте ощущений: дыхания, прикосновений к тёплой коже жены — кончиками пальцев, губами и языком. В какой-то миг Ренельд забыл, как оказался здесь и зачем. Почему всё это вокруг настолько безупречно располагает к тому, чтобы стать с Мари гораздо ближе, чем раньше. Одежды между ними становилось всё меньше. Оглушительное напряжение только росло, поглощая в своей тугой глухоте любую неправильную, неуместную мысль.
Короткий рваный вдох между поцелуями — Ренельд рывком поднял жену над полом и понёс в постель. Этому уже невозможно было сопротивляться. Он ведь не каменный, и всё, что происходит между ними, доводит его до изнеможения — стоит только подумать. Стоит только прикоснуться лишний раз. И где уж устоять против такого пылкого нападения!
Но кожа Мариэтты становилась всё горячее, пока этот жар не начал колоть, словно десятки раскалённых игл разом. Уже понимая, что так не должно быть, Ренельд не мог заставить себя остановиться — словно угодил в мягкую смолу и с каждым движением только погружался глубже.
Разум, потонув в вязкой массе желания, отказывался просыпаться. Его одолевало лишь одно стремление — дойти до конца, до пика — вместе с Мари.
— Рен, — вдруг простонала она, толкая его в грудь ладонями. — Что-то…
Её голос оборвался, она глухо вскрикнула, выворачиваясь из-под Ренельда и в то же время крепко сжимая его коленями. Её глаза разгорелись ярче, словно от внутреннего огня. Ослепительный свет, будто пожар — по вороху соломы — метнулся вдоль тела Мари, иссушая, выжигая его изнутри.
Ренельд замер, рвано дыша, чувствуя, как испарина на его коже мгновенно высыхает от прилившего к ней жара.
— Постой, я помогу.
— Нет не нужно, ты не сможешь, — Мариэтта оттолкнула его совсем и завернулась в содранную с постели простыню, силясь укрыться от его взгляда.
Мощь ауры в ней нарастала, разбухала, накрывая собой, словно коконом. Ренельд схватил её запястье, поймал подушечками пальцев судорожное биение крови под кожей.
Внутреннюю темноту пронзило раскалённым копьём света. Ещё и ещё — разрушая выстроенный годами порядок. Ренельд попытался сбросить лишний, непривычный свет, слишком сильный, чтобы успеть его принять. Но тот накапливался, раня каждым всплеском. Пока кожа не стянулась сухой коркой. Пока глаза не начало щипать при каждом движении век.
— Рен, не надо! — Мариетта вскочила с места, пытаясь высвободиться.
И он перестал её держать, потому что уже не мог — просто понял, что рассыпается на крошечные пепельные частички.
Показалось, что он просто перестал быть. и сколько это длилось — неизвестно. Пока ощущения не начали возвращаться промозглой сыростью пещеры, где не было ни капли света. Одна только тишина и удивительная бесконечность.
Ренельд моргнул, глотая исцеляющий опалённые лёгкие воздух, и поднял голову с каменного, колючего пола.
— Проклятье Первородных, — прохрипел, озираясь в непроглядном мраке.
Чтобы зажечь магической огонёк, пришлось попотеть. Но тот всё же разгорелся — и тёмный провал открывшегося дальше хода подсказал, что нужно идти. Возможно, выход уже рядом.
Словно лишившись костей, Ренельд с трудом поднял себя на ноги. Держась за стену, потащился вперёд. На ходу коснулся рукояти кинжала — она была совершенно пуста. Но внутри схемы ауры ещё теплились какие-то крохи света.
Показалось, это никогда не кончится. Ренельд наделал столько ошибок, что пещера будет водить его по своему нутру ещё неделю, пока не заставит переосмыслить всю жизнь.
Но за сотым поворотом каменной кишки вдруг мелькнул сияющий проблеск. Ренельд прибавил шаг — свет разросся, повеял теплом нагретого солнцем ветра. Из сумрака проступили очертания неровных стен и даже невысокого свода. Ощутимая магическая завеса лёгким сопротивлением коснулась кожи — и Ренельд наконец вывалился наружу под взглядами молчаливых стражников, что стояли у выхода.
Пару десятков шагов он ещё не слишком ясно соображал. Всё вокруг казалось чересчур ярким, шумным и живым. Надо же, пробыл в пещере по ощущениям всего ничего, но как будто целая жизнь прошла.
С аурой творилось неладное. Остатки света Мариэтты тонкими обжигающими плетьми били по мышцам — и перед глазами каждый раз проносились короткие вспышки.
Если сейчас Ренельд не пополнит её, всё угаснет окончательно. Прохождению испытаний это не помешает. Но вот повторную проверку аркой он не пройдёт. Она просто не выпустит его с поля состязаний.
Пока оставалось только переставлять ноги по тропинке, которая вела его вниз, к озеру, и соображать, что делать дальше. На берегу оказалось людно. Для гостей заранее были раскинуты шатры, устроены места для отдыха: как будто это они должны были проверять свои силы в пещере. Со стороны всё это походило на обычный пикник. Только у самой кромки воды на расчищенной площадке торчали невысокие обелиски — по числу участников. Они загорались в тот миг, когда кто-то выходил после испытаний. Ренельд пытался сфокусировать помутневшее зрение — кажется, ещё ни один не светился.
Но стоило только приблизиться, как крайний обелиск начал понемногу испускать ровное голубоватое сияние.
Его заметили самые внимательные гости — и шум стал только громче.
— Вышел! — раздалось в стороне. — Герцог!
Ивен протолкнулся между гостями и первым вышел ему навстречу, не скрывая удовлетворённой улыбки. Только на миг его взгляд помрачнел, когда он заметил, в каком Ренельд состоянии. Но это вряд ли увидел кто-то другой.
— Ты первый, — он протянул Ренельду руку, торопясь поздравить. — Теперь будем ждать, кто же будет вторым.
Вряд ли тут есть много вариантов.
— Неужели груза на душе у Лоррена больше, чем у меня? Его послушать, так он невинный агнец.
Ренельд остановился и кивнул слуге, который спешно поднёс ему стакан воды.
Мать пока не стала вмешиваться в их с королём разговор, но улыбнулась, стоило только встретиться с ней взглядом. Похоже, Мариэтты по-прежнему нет.
— Мари не появлялась?
Его величество, отпив вина из бокала, едва им не поперхнулся. Судорожно сглотнул и прочистил горло.
— Нет.
— А Ксавье где?
Король огляделся, словно только что обнаружил его отсутствие, а затем пожал плечами.
— Я за ним не слежу.
Оно и не удивительно. Ивен всегда относился к младшему племяннику с пренебрежением. Зато теперь к ним подоспела матушка, видно, распознав, о ком идёт речь.
— Он ничего не рассказал и ушёл, — торопливо пояснила она. — Я подумала, что остался где-то в пределах круга, но стража доложила, что он направился обратно в дом. И до сих пор не возвращался. Ещё они сказали, что видели у арки Лабьета.
Ивен перевёл на жену вопросительно-недоумевающий взгляд.
— И ты молчала?!
— Хорошо, что не стала говорить об этом сразу, — успокоил Ренельд мать. — Если Лабьет был тут, значит, что-то случилось. Мне тоже нужно в дом.
— Ты не можешь уйти! — прошипел король, делая шаг к нему. — Арка истощит твою ауру очень быстро. И если у тебя нет подпитки, то обратно ты уже не зайдёшь. Да и не положено…
— Я должен узнать, что с Мари! — ответил Ренельд в том же тоне. — С ней могло что-то случиться! Я прошёл первое испытание, угодил тебе. Но я не смогу двинуться дальше — так…
— Ты должен отбросить лишнее и дойти до конца!
Лишнее?! Он и правда считает, что Мариэтта — это нечто постороннее, на что не стоит обращать внимание сейчас, когда она уже сыграла свою роль?
— Кому должен? — Ренельд сощурился. — Я готов выслушать список.
Король побагровел, гневно сжимая кулаки.
— Рени! — с укором вздохнула мать. — Сам понимаешь. Если ты зашёл в круг, уход из него будет если не поражением, то очень большим поводом соперникам оспорить твоё первенство!
— Не нужно объяснять мне правила!
Ренельд поставил опустошённый стакан на поднос мимо проходящего слуги и направился в сторону выхода. Если не узнает, где его жена, выяснил ли что-то брат и чего хотел Лабьет, когда крутился неподалёку — он не сумеет сосредоточиться на следующих испытаниях.
— Ренельд! — строго окликнул его король и достаточно быстрым, однако не настолько, чтобы потерять достоинство, шагом догнал его. — Ты сейчас не в себе. Постой, очнись немного…
— Знаете, ваше величество, я и правда насмотрелся в пещере много чего интересного. Однако это не повредило мой разум. Потому…
— Второй! — снова заволновались гости. — Второй зажёгся.
— Кто? — поинтересовались издалека.
— Принц Лоррен…
Значит, и он сумел-так побороть свои иллюзии. Впрочем, можно было предположить, что это оказалось не так-то просто. Особенно если он Собиратель. Ренельд невольно приостановил шаг, наблюдая, как Лоррен спускается к берегу. Мрачный, взмыленный, но вполне себе бодрый.
Если предположить, что он связан с накопителем аур, то это вполне объяснимо. И Ренельду скорее повезло, что он сумел выбраться из пещеры первым.
— Рен, — сразу окликнул его принц. — Куда же ты уходишь? Тебя можно поздравить...
— Ещё не с чем. Впереди немало испытаний, — ответил тот.
Ивен бросил на него ещё один укоризненный взгляд и направился к сыну: лицо нужно сохранить, как и престиж королевской семьи. Что бы сейчас ни скрывалось за обликом принца.
— По направлению твоего пути я предполагаю, что ты решил сдаться? — весело уточнил Лоррен, одним махом вылив в себя бокал вина. — Или решил, что победа даёт тебе право на собственные правила? Покидать поле запрещено!
— Я помню. Но я готов пройти арку ещё раз. Сейчас я волнуюсь за жену, — Ренельд прямо взглянул на приближающегося к нему принца, а затем добавил тише: — Может быть, ты к этому имеешь непосредственное отношение?
Тот вскинул руки, показывая, что чист.
— Дело твоё. Если король позволит. Да, папа? — он перевёл взгляд на короля.
— Если причина и правда серьёзная, то на время отдыха между испытаниями, думаю, это возможно,— тяжко выдал его величество, словно решение стоило ему огромных усилий.— Только Ренельду нужно будет вернуться к началу второго этапа.
Мать встревоженно сомкнула руки перед собой. Гости зашептались, не решаясь в открытую осудить решение его величества. Хотя оно, сказать откровенно, прозвучало весьма сомнительно.
Оставалось надеяться, что вино и радость за всех, кто выйдет из пещеры дальше, слегка сгладит недоумение гостей вокруг всей этой непростой ситуации.
— Только я вынужден отправить с тобой наблюдателей, — добавил Ивен, когда волна шума стихла. — Сам понимаешь, я не могу допустить нарушения правил.
Ренельд кивнул сначала ему, затем матери. Бросив на скептично ухмыляющегося принца короткий взгляд, он вновь направился по огибающей скалу тропе обратно. За ним незаметно и проворно увязались двое бойцов из личной охраны короля. Впрочем, близко не лезли, как будто опасались — потому их наблюдение не раздражало.
Нетерпение узнать, что случилось там, за пределами состязательного круга, подгоняло. Ренельд всё прибавлял шаг, несмотря на измотанность. Приближение арки не пугало, однако необходимость затем проходить её вновь, немного нервировала.
Но он едва успел дойти до перевалочной остановки, где все оставили лошадей, как услышал приближающийся стук копыт. Обернулся — и тут же едва не слетел с ног, когда на него навалилась огромная шинакорнья туша.
“Рен! Я так скучал! — заверещал в голове Лабьет. — Только ты никому не говори, что я так говорил!”
И совершенно по-собачьи принялся лизать Ренельду лицо.
— Наконец ты вернулся, — тот потрепал его за уши. — Я чуть с ума не сошёл. Гадал, где ты и как...
Многое сразу встало на свои места. Многое, но не всё. Ксавье спешился поодаль и быстрым шагом направился навстречу, на ходу что-то вынимая из нагрудного кармана. Свет солнца сквозь листву упал на блестящую поверхность того самого накопителя, что был изготовлен для Мари. Это хороший знак или плохой? Почему он у брата?
— Рен! — начал тот издалека. — Я кое-что узнал.
Но приостановил шаг заметив, что брат с серьёзным сопровождением. Сразу спрятал артефакт в ладони и смолк.
— Что с Мари? — Ренельд схватил Ксавье за плечи и отвёл в сторону.
— Её заперли в доме, в комнате, обложенной защитными заклинаниями, как тюрьма для особо опасных, — недовольно проворчал тот. — Мы с трудом выломали дверь…
“Но ни её, ни Ли там не оказалось, — вместе с ним закончил Лабьет, прижимаясь к бедру Ренельда боком. — Хотя они там точно были!”
— Я не понимаю… — тот попытался напрячь ещё звенящую после пещеры голову.
“Я осмотрел комнату. Думаю, они ушли через Бездну”.
— Бездну?! — выпалил Ренельд вслух, чем привёл брата в ещё большее замешательство.
— Что-то я тоже не понимаю… — буркнул он. — Как ты понял? Как это вообще возможно? Через Бездну. И вот… Мари передала тебе это.
Придвинулся ближе и сунул ему в ладонь накопитель.
“Я знаю, где они могут быть, Рен! — зачем-то шёпотом добавил Лабьет. — Мы с Ли отыскали накопитель Собирателя. Думаю, они там”.
— Надо торопиться!
— Куда? — почти простонал Ксавье, совершенно теряясь.
Ну да, объяснить будет непросто. Придётся сделать это по дороге.
— Садись на лошадь, я всё тебе расскажу.
“Давай не всё, а? — посоветовал шинакорн. — Иначе он свихнётся на месте”.