Глава 28

Мариэтта

Кто знает, сколько я была в беспамятстве. По ощущениям, всего пару мгновений. Но когда очнулась, за окном ярко светило солнце, вокруг были наши с Ренельдом покои, что мы занимали в Марбре, словно прошло уже несколько дней — настолько далёким теперь казалось мне всё то, что случилось в том подвале, где хранился накопитель.

Что было после — совсем ничего не помню. Словно кто-то взял и вырезал кусок моей жизни.

Но самая важная её часть, к счастью, сейчас спала рядом. Ренельд, слегка неловко согнувшись, лежал ко мне лицом, сложив руки на груди, словно силой удерживал себя от того, чтобы меня коснуться.

Внутри я по-прежнему ощущала лёгкое режущее неудобство, точно воздействие чужих аур ещё не прошло. Однако общее состояние давало надежды, что восстановлюсь довольно скоро.

— Рен, — тихо позвала я мужа.

Он поморщился и перевалился на спину, пытаясь отогнать от себя назойливый луч солнца, что упал ему в лицо. Прислушиваясь к откликам тела, я осторожно перебралась к нему поближе и прижалась щекой к плечу. Так тоже хорошо.

Только теперь мой муж наконец проснулся — я ощутила лёгкое напряжение мышц, хоть он ещё не шевелился. Затем он вздохнул, и через миг я полностью оказалась в его руках.

— Наконец-то! — прошептал он мне в макушку. — Как ты себя чувствуешь?

— Немного разбитой, — я усмехнулась. — И склеенной по-новому.

Ренельд опустил на меня взгляд и немного неуверенно улыбнулся.

— Почти так и есть, — он погладил меня по растрёпанным волосам. — Нам с Юго пришлось немало попотеть над твоей аурой, чтобы упорядочить тот хаос, что там образовался.

— Я буду жить, доктор? — пришлось скрыть всколыхнувшее беспокойство за напускной беспечностью.

Кто знает, что там теперь на самом деле? Может, он просто хочет смягчить самую главную неприятную новость.

— Да, — Ренельд чуть надавил и опрокинул меня на спину. — И я надеюсь, что очень и очень долго. Если верить Юго и моим наблюдениям, теперь твоя аура находится в своеобразном балансе. Помнишь исследования Эдгара?

— Как такое забудешь, — хмыкнула я, исподволь любуясь лицом мужа.

Его не портили даже слегка покрасневшие от явно бессонной ночи глаза и заметные тени под ними, отросшая чуть сильнее щетина и смятые волосы.

— Мы с тобой ещё посчитали, что связать тебя с Бездной — это была его самая безумная идея, — Ренельд сделал интригующую паузу. — Но оно, кажется, получилось. Ты сама повлияла на процесс, когда использовала формулы, которые мы с тобой состоавили.

Я нахмурилась и потёрла пальцем складку между бровями.

— Хочешь сказать…

— В целом я могу сказать, что теперь излишки твоей силы будут сбрасываться в Бездну.

— А это не нарушит баланс того мира?

Ну да, нашла, о чём беспокоиться в столь важный момент!

— Энергия Бездны настолько огромна, что периодические небольшие вливания света вряд ли чем-то ей навредят. Однако… точнее мы выясним со временем. А Ли с Лабьетом нам помогут. Кстати, Ли тоже поможет тебе выстроить более стабильный канал. Когда сама восстановится. А пока… — Ренельд склонился к моему лицу. — Пока я присмотрю за тобой лично.

Мягкий тембр его голоса разлил тепло по моей груди.

— Я согласна на круглосуточное наблюдение.

Не знаю, что сейчас говорило во мне, откуда взялась эта игривость, когда ещё пять минут назад я была без сознания. Но муж мой намёк оценил по достоинству. И только ворвавшиеся в спальню Лабьет с Ли заставили нас оторваться друг от друга.

“Уф, Карамелька, — запричитала в голове шинакорн. — Ну разве можно так набрасываться на мужчину? Стыдно должно быть!”

— Он мой муж, — напомнила я. — И знаешь, что я поняла за всё это время? Что не всегда стоит быть рядом с ним железной леди. Чего и тебе желаю.

Ли поворчала немного на мою легкомысленность. А в это время Лабьет совершенно беспардонно забрался на нашу постель и от радости так придавил своей тушей Ренельда, что тот едва не посинел.

Скоро все встали — кроме меня. Герцог посоветовал мне хотя бы сутки пореже вставать с постели — в целях скорейшего восстановления энергии, конечно же! А Ли оставил надзирательницей. Она тоже до сих пор казалась чуть вялой: всё же укрыться от удара полностью не успела.

Юго де Ос пришёл проведать меня чуть позже: ночевал он в Марбре, потому как ехать до дома в ночь Ренельд ему не позволил. Проведя какие-то несложные и почти незаметные манипуляции, он лишь подтвердил, что восстановление ауры и построение новой её структуры идёт своим чередом и вполне нормально.

Затем только Юго уехал.

Сколько я ни расспрашивала мужа о том, как прошло испытание в состязательном круге, он не рассказывал мне подробностей. Ответил только, что из пещеры вышел первым, а затем бросился за мной, и теперь даже не знает, чем же всё закончилось.

А я была отчего-то рада, что он сейчас здесь, а не там. Не из эгоистичной заботы о себе, а лишь потому, что я не хотела, чтобы он пересиливал и ломал себя ради каких-то совершенно не нужных ему целей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И утро выдалось бы вовсе чудесным, если бы не визит Тибера.

Он передал через камердинера, что у него срочное послание для Ренельда, хоть сам заглядывать не решился. Герцог Лабьетом ушли вместе — тогда-то у меня в душе поселился первый червячок нехорошего предчувствия.

Мужа не было довольно долго — и даже вечно дремлющая Ли понемногу начала волноваться. Но наконец мужчины вернулись — и судя по мрачным выражениям лица и морды, с не слишком-то хорошими вестями.

— Мне придётся срочно возвращаться в загородную резиденцию. Там творится что-то неладное. Состязания продолжили, когда стало известно, что я уехал. И во время второго этапа едва не погиб один из участников. Король пишет, что Лоррен ведёт себя странно.

— Кажется, он и раньше себя так вёл, — заметила я.

— Нет, если Ивен делает на этом акцент, значит, там и правда что-то из ряда вон.

“Что-то подсказывает мне, что это всё связано со вчерашним взрывом накопителя”, — пробормотала Ли.

— Надеюсь, ты не думаешь, что уедешь без меня? — я сразу села на постели и принялась проталкивать ступни в домашние туфли.

— Постой! — возмутился муж и попытался уложить меня вновь. — Я сказал, тебе нужно восстанавливаться. И чем меньше те будешь скакать, тем сорее это случится.

— По-моему, с моей аурой не случилось ничего особо страшного! — возмутилась я, отталкивая мужа от себя всеми силами.

— Зато последствия могут быть непредсказуемыми. Я сам сталкиваюсь с таким впервые!

— Ты хотел наблюдать? Так наблюдай. Я же буду с тобой!

Вскоре возня в постели приняла довольно неожиданный поворот. Я уже забыла, почему хотела встать, Ренельд — по какой причине хотел вернуть меня обратно. Мы поймали себя на том, что принялись раздевать друг друга, и только недовольное ворчание проснувшейся Ли привело в чувство хотя бы меня.

Лабьет же, кажется, только наслаждался наблюдением за процессом, не вмешиваясь, а может быть, даже подбадривая Ренельда мысленно.

— Я еду и точка! — выдохнула я мужу в губы.

Он окинул моё лицо затуманенным взглядом.

— Хорошо. Не то боюсь, если запру тебя, ты свяжешь из простыней верёвку и спустишься из окна.

— Спасибо за идею, использую при случае, — едко заключила я. — Ну что, собираемся?

Ренельд, встал, сокрушённо вздыхая и переглядываясь с Лабьетом. Но тот, кажется, был доволен. Наверное, не считал моё состояние достаточно серьёзным, чтобы оставаться в Марбре. И я была с ним полностью согласна!

Выехать удалось только после полудня: Ренельду пришлось оставить немало поручений и просьб, которые не терпели отлагательств. Ксавье не присоединился к нам: новые дела, которые он перенял от брата неожиданно захватили маркиза, а король, как он сказал, справится и без него. 

Только я, похоже, немало переоценила свои силы, потому что вскоре после того, как карета тронулась, мы с Ли уснули. Плечо Ренельда показалось мне мягче любой подушки.

Когда открыла глаза — за оконцем тянулся однообразный пейзаж: луга, небольшие островки тесно растущих деревьев.

Но наконец дорога юркнула в густую рощу — а значит, осталось совсем немного.

Ещё на подъезде к небольшому замку я ощутила, что там, за его стенами, что-то  не так. Стража выглядела озадаченно-хмурой, пропускать нас не торопилась и пристально вглядывалась в лицо даже Ренельда, как будто подозревала, что он может быть кем-то другим.

Затем нас проводили к его величеству, который уже ожидал в своём кабинете вместе с женой. Больше вокруг не было никого: похоже, разговор предполагался из тех, что хранятся в тайне.

— Что случилось, ваше величество? — сразу после приветствия Ренельд перешёл к делу.

— Я хотел спросить тебя о том же, когда ты пропал, — ворчливо ответил король. — Но потом, из отчётов стражи, что ломали дверь в одной из комнат вместе с Ксавье, всё понял.

Виолена опасливо покосилась на мужа, наверное, сама не зная, что он скажет, дальше. Что-то подсказывало мне, что ещё вчера его величества был в немалом гневе, а она стала одним из первых тому свидетелей. В общем, я ей не позавидовала.

— Вы неплохо справились дальше и без меня.

— Неплохо? — Ивен встал и отвернулся к огромному окну, приоткрытому, впускающему лёгкий ветерок и отдалённый дворовый шум. — Всё прошло просто отвратительно! Серон Армойс, твой троюродный кузен, едва не погиб на полосе препятствий. Одна из бездных… — он покосился на смиренно сидящего рядом с Ренельдом Лабьета, а затем на Ли, что жалась к моему бедру боком. — Одно из бездных существ сильно потрепало его. Хотя за всем должны были наблюдать егери.  Но они сказали, что на некоторое время их магические сети как будто перестали действовать. Пришлось оттаскивать руками. Да и на других участников стали слишком агрессивно нападать все те звери, что были призваны для охоты на одном из этапов испытаний. С огромным трудом их удалось вернуть обратно в Бездну.

“Нечего вообще совать туда нос!” — недовольно буркнула Ли и возмущённо чихнула.

— Я давно предупреждал, что эти игры с существами из Бездны пора заканчивать, — напомнил Рен.

— Это традиции, — резковато ответил король. — От них нужно избавляться постепенно. И уж не в миг выбора наследника! 

— А что Лоррен? — уточнил Ренельд. — Ты написал, что он ведёт себя странно.

Виолена тихонько кашлянула, пряча встревоженный взгляд. Ивен покривил губами.

— Он помог справиться с теми существами, — продолжил его величество. — Даже не зла, что у него такие неплохие способности к призыву и развоплощению. Но, наверное, он сильно истощился. Я не могу сказать точнее: он заперся в комнате и никого туда не пускает. Пригрозил тем, что будет отбиваться, если кто-то подойдёт к нему, кроме тебя.

Мы с Ренельдом обменялись вопросительными взглядами. Довольно странные желания для наследного принца.

“Ого, а это может говорить о многом, — заметила Ли. — По времени, я так полагаю, всё как раз совпадает с тем моментом, когда ты уничтожила накопитель. Если он вдруг ощутил прилив сил, а затем обрыв связи… Тут каждый рехнётся”.

— Мне нужно его увидеть, — глухо проговорил Ренельд.

— Я приставил к его двери стражу, но не стал настаивать на встрече с ним. Боюсь, он может быть опасен, — Ивен вздохнул, глядя на племянника исподлобья. — Я уверен, если бы ты не уехал…

— То моя жена, возможно, погибла бы, — закончил тот за него. — Остаться — это не тот вариант, над которым я всерьёз бы задумался в таком случае.

— Мы понимаем Рени, — вставила Виолена. — Ты поступил правильно. А где сейчас Ксавье?

— Остался в Марбре, — ответил Ренельд, едва глянув на мать. — Я поручил ему некоторые важные дела, на которые, к сожалению, не имел возможности отвлечься. И мне нужно как можно скорее вернуться в Марбр. Мари нуждается в наблюдении Юго и отдыхе, а расследование требует моего участия.

“Думаю, оно скоро завершится”, — оптимистично резюмировала Ли.

— Тогда ты должен поговорить с ним, — отрезал король. — Но я не знаю, что он задумал.

— Пусть стража будет наготове.

Я вновь отказалась оставлять мужа: мне хотелось знать всё, что будет происходить дальше. Потому последовала за Ренельдом по его недовольное ворчание и угрозы, что он точно привяжет меня к стулу. Но казалось, что это лишь напускная суровость. Что ему самому спокойнее, когда я рядом с ним.

У двери покоев Лоррена — тех самых, что предназначались ему, когда он был полноправным наследником Ивена — стояли стражники. Ещё несколько ходили неподалёку, контролируя все подходы.

— Почему его величество не сделал всё, чтобы поговорить с сыном? — тихо спросила я у мужа, пока мы ещё не подошли слишком близко.

— Для короля это всё огромное потрясение. Ты сама видела… Думаю, он просто боится. Понять окончательно, что его сын не такой, каким был раньше. И, возможно, что именно он Собиратель.

Я не стала ничего больше говорить. Наверное, это и правда сложно принять. Даже отец Ренельда, узнав, каким родился его первенец, не успокоился до самой смерти в попытках найти способ исправить его ауру.

— Лоррен! — громко подвал Ренельд, постучав в закрытые двери. — Ты хотел со мной поговорить.

Мы замерли, слушая тишину внутри. Кажется, там даже шагов не было слышно.

“Он жив там вообще? — Ли обнюхала дверь вместе с Лабьетом.

Ренельд постучал ещё раз, окликнул принца и вновь замер, слушая. 

— Кажется, никаких заклятий на двери нет, значит, можно сломать.

— Не нужно портить ещё одни двери, — глухо раздалось из глубины комнаты. — Вы с женой и так едва не разнесли ползамка, как я слышал.

Чуть шаркающие шаги остановились у двери и после короткой заминки принц всё же открыл нам.

Если до этого я думала, что он выглядит неважно — после всего что с ним случилось, то теперь готова была признать, что тогда он выглядел ещё хорошо. Потому что всего за один день он осунулся, щёки ввалились, шрам на скуле стал ещё более выпуклым, а глаза — похожми на два тёмных провала. Он посмотрел на нас исподлобья и, дёрнув уголком рта, отошёл в сторону, впуская.

Я схватила мужа за руку, пытаясь предупредить, что это может быть опасно. Кто знает, что у него на уме? 

“Да уж, вот красавец-то. А я всегда считала, что игры с аурами — опасное и неблагодарное дело. Вот и доигрался”, — Ли с презрением фыркнула, проходя мимо.

Я с укором глянула на неё: похоже свои обиды она забудет ещё нескоро. Хоть сейчас. кажется, уже всё наладилось.

— Послушаем, что он скажет.

“А что скажет? Теперь всё и так видно”.

Да, наверное, более веское доказательство сложно придумать. Но пока что принц не казался агрессивным — скорее смертельно уставшим. Но надо помнить, что тёмная аура может быстро сводить магов с ума, и они становятся непредсказуемыми.

— Я вижу, ты сильно измотан испытаниями, — резким тоном заметил Ренельд, усаживаясь на диван у окна. Я опустилась рядом, а шинакорны, словно два каменных льва, устроились по обе стороны от нас, гордо выпрямив спины и навострив уши.

— Оно всех нас потрепало — в своём роде, — не стал спорить принц. — Только ты сбежал. Иначе не известно, чем всё это закочилось бы для тебя.

Он опёрся бёдраими на оконный выступ и сложил руки на груди. Теперь его фигура вся была затемнена, отчего казалась немного зловещей.

— Думаю, я сумел бы справиться с существами из бездны меньшими потерями, чем ты. Или, может, причина твоего состояния иная? — Ренельд явно перешёл в привычную роль дознавателя.

И отчего-то у меня складывалось впечатление, что теперь скрытничать его высочество не станет. Всё зашло слишком далеко — теперь он в тупике, это очевидно!

— Энергия того места была слишком огромной. С ней было сложно бороться.

— Но произошло ещё кое-что, — добавил герцог и вынул из небольшого портфеля, что был с ним, солидный осколок накопителя. 

Глаза Лоррена заметно расширились, но всего на мгновение — в остальном он сохранил похвальную невозмутимость.

— Что это? — задал он невинный вопрос.

— Думаю, сейчас мы это выясним, — Ренельд положил осколок на стол и взмахом руки развернул над ним снятый слепок аур. В таком виде они выглядели более упорядоченными: наверное, след остался тот, что был до взрыва. — Теперь я хочу посмотреть на структуру твоей ауры.

— Ты не увидишь там ничего нового, — без особой охоты возразил Лоррен.

— Зато я смогу сличить остатки того светла, что там ещё остался, с тем, что отображён здесь, — герцог указал на мерцающую сферу. — Может, это прозвучит странно, но я хочу помочь.

— Помочь? — вдруг вскипел Лоррен. — Ты привёл сюда свою жену, от которой несёт светлой энергией на пару миль, ты сидишь, весьма довольный тем, что чистеньким вышел из испытаний — даже для побега у тебя есть свои оправдания. А теперь хочешь меня обвинить в том, что я просто стремился вернуть себе нормальную жизнь?

Он махнул рукой, и осколок слетел со стола. Ренельд явно этого ожидал, потому успел поймать улику в кокон замедляющего заклинания — и плавно опустил его на пол. Лоррен бросился вперёд, навалился всем весом, вжимая герцога в спинку дивана. Я вскочила на ноги, Лабьет с громким рыком — на лапы. Но, похоже, ему поступил ментальный приказ от Ренельда не вмешиваться, потому как нападать на принца он не стал.

— Всё нормально, Мари, — муж вытянул руку в сторону. 

Да уж, такой себе вариант нормы — в случае с Лорреном подобного стоило ожидать. Наверное, он совсем плохо себя контролирует.

— Да, помочь, — продолжил герцог. — Я уверен, что отчасти всё, что с тобой случилось, было не по твоей вине. Но только отчасти. Потому я хочу исправить то, что ещё возможно, — он смотрел прямо в покорёженное гневом и тьмой лицо Лоррена, кажется, совершенно не опасаясь, что тот может чем-то ему навредить.

— Странно, что тебе не всё равно. Отцу, кажется, до сих пор — плевать.

— Он просто потрясен твоим появлением. На фоне тех событий, что тому предшествовали. И он не знает, чего от тебя ждать. Он не просто твой отец, он король — лицо государства и рода Таури. 

— А я пятно на этом лице?

Ренельд хмыкнул, задумчиво глянув мимо него.

— Так сложилось.

Лоррен отступил на пару шагов и вдруг повернулся ко мне.

— Наверное, только самой огромной человеческой тьме должен был достаться несказанный свет, верно? — н слегка наклонился в мою сторону, и Ли тут же клацнула зубами в опасной близости от его паха. — Эй, постой-ка! — воскликнул Лоррен. — Мы с тобой, кажется, не ссорились.

Он поднял руки, глянув на воинственно настроенную хвостатую девицу.

— Разве вы с Ли не знакомы? — я на всякий случай взяла её за ошейник.

— Только понаслышке, — принц пытливо оглядел моё лицо.

Кажется, ему сложно было отойти, словно что-то его притягивало, как стальная цепь, которую наматывают на ворот.

— Ты шутишь, — одёрнул его Ренельд, вставая. — Ли помогла выстроить скрытый канал перекачки аур через Бездну. Или ты продолжаешь упорствовать, что не имеешь к этому отношения?

Он подошёл и обхватил виски Лоррена ладонями. Тот рванулся было прочь от него, но Ренельд что-то шепнул, усиливая хватку — и принц замер, хмуро глядя перед собой.

— Не я выстраивал все эти каналы, — проговорил он, но осёкся.

Я не стала допытываться дальше, выжидая, чем же обернётся проверка ауры Лоррена. Герцог медленно отпустил его — и удивительно! Под его пальцами аура принца начала окрашиваться дымчато-серым цветом лишь с небольшими вкраплениями золотистого. Они располагались, казалось бы, беспорядочно — то тут, то там. Остались только обрывки того, что было раньше, когда Лоррен, полный амбиций, наглости и злости, прибыл в Марбр.

— Это остатки того света, что был? — спросила я тихо.

“Да уж, одни только развалины, — вздохнула Ли. — Не удивительно, что его так трясёт”.

— Да, — тоже подтвердил Ренельд. — Куски слишком маленькие, по ним сложно понять. Нужен больший элемент.

Он отошёл ещё на пару шагов — и среди туманного мрака наконец вспыхнул достаточный для исследования кусок схемы.

Герцог зафиксировал его нужным заклинанием — и Лоррен сам с любопытством огляделся в переплетении собственной ауры.

— Странно, никогда не видел, как она выглядит изнутри.

— Для того, чтобы вскрывать её, нужно долго учиться. Даже для меня это непросто.

Ренельд перевёл взгляд на слепок с осколка, отделил от него часть и сличил с тем, что можно было отыскать в ауре принца. Тот, кажется, немного успокоился, наконец смирившись с неизбежным. Не зря он позвал нас — наверное, понял, что всё разрушилось.

— Они совпадают, — заключил герцог, повертев кусочки мозаики так пока они не слились. — Боюсь, Лоррен, оправдываться уже нет смысла.

— Я всё же настаиваю, что не знаком с вашей собакой, — почти весело напомнил Лоррен.

— Тогда кто знаком? Всё указывает на то, что ты Собиратель, — настоял месье допытливый дознаватель.

— Ты думаешь, Собиратель, это один человек, на которого можно свесить всю вину? — принц усмехнулся, отходя дальше — и рисунок его ауры стал пропадать. — Нет, Рен… Так просто не может быть. Собиратель — это много людей. Все те, кто так или иначе стал причиной всему, или часть механизма, который газетчики обозвали громким словцом.

— И ты можешь назвать все имена? — Ренельд размял ладони, глядя на его высочество исподлобья.

Лоррен вернулся на своё место у окна, словно ему хотелось погреться под лучами солнца.

— Могу. Да ты и сам их знаешь. Начнём с давних времён, верно? Ведь всё началось с того мига, как ты родился. Вот и первое имя: Ренельд де Ламьер. Первенец и наследник герцога Энессийского, которому не повезло, а может, напротив, повезло родиться ленойром. Ты раскрутил весь этот маховик, даже когда ещё мало что соображал. Второе имя назовёшь сам?

— Герцог Энессийский. Третье имя — Эдгар д’Амран, который согласился помочь другу решить проблему сына с аурой. Я всё это знаю, Лоррен! — раздражённо подогнал его Ренельд. — Я прошёл эту историю от начала и до конца, пока искал следы Собирателя. Но эти люди мертвы и не принимали участия в том, что происходило в последние месяцы.

— Меня тоже считали мёртвым, — хмыкнул принц. —  Впрочем, и правда, не будем тревожить прах усопших. Есть люди более молодые и живые из тех, кто посчитал, что может изменять неизменяемое.

— Оли? — вставила я.

Это вырвалось невольно, но принц, как ни странно, кивнул.

— Да, Оли тоже. Хотя в этой истории у неё не столь важная роль, как ты мог подумать, Рен — из-за своих застарелых обид и недопонимания.

— Она вела себя так, словно помогала тебе.

— Она помогла, и правда. Формулами, исследованиями, которые забросила, но сохранила в записях. Кое-что мы из них почерпнули. Но она виновата лишь в том, что возлагала на нас с тобой слишком большие надежды. Конечно, когда началась шумиха вокруг Собирателя, Оли начала догадываться, что тот, с кем она познакомилась недавно, не так-то прост. Что не так проста её сестрица, которую она привыкла считать слабой магиссой. Она даже согласилась помочь — установила ловушку в доме Мариэтты. Но это всё. Мы разошлись. К тому же с ней не всегда встречался я.

— Кто тогда? — Ренельд пошарил взглядом по его лицу. — Кто-то, кто обладает большими умениями в иллюзии?

— Да, верно. Но такие умения можно приобрести, когда у тебя есть похищенные ауры других магов. Довольно сильных, но бесхозных…

— Дениза д’Амран, — Ренельд покачал головой. — Она помогала тебе, я знаю.

— О! Ты не знаешь, скорее это я помогал ей. В общем, когда как. Она мне, я — ей. Ты очень плохо  знаешь  эту женщину.

— У меня не было возможности её узнать. Но я многое о ней выяснил, когда вёл расследование. И предполагал, что от неё тебе что-то было нужно. Данные об адептах, записи её отца.

— Нет, её роль гораздо больше, чем просто помощницы.

— Она — главная часть этого чудовища по имени Собиратель? — я опустилась на диван, пытаясь осознать.

Да, с Денизой у нас были сложные отношения и я считала её холодной стервой, мужененавистницей, да и женоненавистницей тоже. Все вокруг были перед ней виноваты. Но я даже не знала, что это доведёт её до таких свершений.

— Когда я сбежал из Сьерво, то первым делом решил выяснить, где Оли, чтобы обрести хоть какую-то опору — пусть из былых чувств. И так встретил Денизу. Она узнала меня, а там многое взяла в свои руки.

— Она видела в тебе способ стать ректором.

— Да, не только, — Лоррен усмехнулся.

Мне стало так невероятно мерзко, что я не могла уже выдавить из себя ни слова.

— Какие отношения вас связывали? — кажется, муж заподозрил примерно то же, что и я.

— Разные, — туманно ответил принц. — Все мы идём на что-то ради своих целей.

— Вас связала обида на весь мир, — я передёрнула плечами, словно по ним пробежал сквозняк.

— Да, поначалу. Затем всё стало сложнее. Нам уже нельзя было обходиться друг без друга.

— Почему ты сразу о ней не рассказал? — с каждым мигом Ренельд становился всё мрачнее. Казалось, теперь он готов броситься на Лоррена с кулаками.

— Она должна была оставаться на свободе, чтобы контролировать ситуацию извне.

— Значит, это она меня заперла? — возмутилась я.

— Так себе способ, согласен, — Лоррен вскинул ладони вверх. — Но при своей простоте он смог бы сработать, если бы не эта псина. Я говорил Денизе, что твари из Бездны ненадёжны.

“Я точно его сейчас снизу купирую!” — взвыла молчавшая до этого Ли.

Пришлось погладить её по макушке, чтобы хоть немного успокоить, и снова взглянула на принца.

— И бумаги в том убежище уничтожала тоже она? Те пометки, что были на уцелевшем листке… Я  подумала, что почерк мне знаком. Но не догадалась. 

Да и где было размышлять над этим, когда я собиралась взорвать накопитель!

— Теперь она снова в бегах, — Ренельд повернулся к двери. — И нам срочно нужно её найти, пока она не натворила других дел.

— Ты больше не хочешь ничего мне сказать? — удивился Лоррен.

— Мы ещё много о чём будем разговаривать. Но решить твою судьбу будет король. А пока ты останешся под стражей. И в магнаручниках.