Глава 20

— Фу-у-у, Алька, что с ним? — скривила я нос, понюхав кофе, который принесла подруга. Прижала тыльную сторону ладони ко рту, еле сдерживая рвотный позыв.

Она приехала в гости, но подниматься в комнату мы не стали: моя соседка по коммуналке, «Душенька», устроила сольный концерт Степанычу, своему мужу. Причина банальна донельзя: он нажрался с самого утра.

Перед глазами до сих пор стояла картинка, как «Душенька» ловко отхайдакала его половой тряпкой в день моего заезда. Вот и теперь гоняла его по коридору. То затихала на какое-то время, то снова взрывалась, словно вулкан.

В общем, попасть под ее тяжелую руку не хотелось, вот мы и устроились на лавочке у меня во дворе.

— А ну дай сюда, — протянула руку Аля и понюхала содержимое стаканчика. Скептически хмыкнула: — Все с твоим кофе в порядке, пахнет как обычно. С лесным орехом, как ты любишь.

— Ну не знаю, — нахмурилась я. — Странный какой-то запах.

Подруга вдруг охнула, округлила глаза:

— И давно это у тебя?

— Что это?

— Тошнит, запахи странные.

— Да с позавчера, как от Олега вернулась. Я же рассказывала, — передернула я плечами. — Перенервничала по ходу. Вообще кусок в горло не лезет, если честно.

Я до сих пор периодически будто чувствовала на себе его руки. Они не ласкали — грязно и больно лапали. Вот и сегодня проснулась под утро в поту — ощущение, что меня снова лапали, было настолько реальным, что уснуть потом так и не смогла. Так, проваливалась в полудрему. Самое ужасное — это делали руки, которые так любила раньше и мысли о которых теперь вызывали лишь отвращение.

«Как он мог так со мной поступить?» — до сих пор ныло сердце.

Ремезов словно в одержимого зверя превратился в тот вечер — дикого, мощного и... абсолютно неуправляемого. Накинулся на меня, как на кусок мяса.

Если бы не позвонила Кристина, он бы точно не остановился.

Я и до этого была настроена крайне решительно, а теперь и вовсе убедилась: пути назад нет и быть не может. Надо будет — и в полицию пойду, но к мужу не вернусь ни за какие коврижки.

Он, кстати, неоднократно звонил, но я не брала трубку. Писал сообщения в стиле «хватит дуться, ты все не так поняла», чем выбешивал еще больше.

Слава богу, пока не приезжал, но я чувствовала: скоро пожалует.

— Мил, — выдернула меня из мыслей подруга, — а ты это... часом не беременна?

Я закашлялась, оторопело на нее уставившись. Да ну, что за чушь.

— В смысле? От святого духа, что ли?

И усиленно замотала головой.

— Аль, в день ссоры с Олегом у меня как раз закончились женские дела, я потому и приготовила красное платье — как сигнал, что уже можно. А перед их началом задержка была... аж на день. Сама знаешь, как я детей хочу, каждой мало-мальской задержке радовалась и за тестами бегала, — шумно вздохнула я. — В общем, и в тот раз три теста сделала, но все показали одну четкую полоску. Через пару часов и менстры пришли. Так что неоткуда мне беременной быть, с Ремезовым ведь так и не спала.

Я развела руками.

— Хм... — Алька нахмурилась и машинально постучала указательным пальцем по рту. — А ну дай телефон.

Я протянула его в полном недоумении.

Подруга пару минут неспешно покачивала головой, тыкая пальцем в экран, кивала сама себе, а потом подорвалась со скамейки, вскрикнула:

— Ох ты ж ежики зеленые... Милка, ты точно беременна, у тебя и задержка уже неделя! Как ты это прошляпила-то?

Тут же снова опустилась на лавочку и пробормотала уже тише:

— От своего Аполлона по ходу! Охренеть!.. Гляди, — решительно ткнула мне в нос мобильный с открытым в приложении календарем цикла, — у тебя по календарю овуляшка плюс-минус в это время, когда ты была в клубе!

Я побледнела. В ушах зашумело так сильно, что последних слов Али и вовсе не расслышала. Нет, этого не может быть, потому что этого не может быть.

Я быстро выхватила телефон из ее рук, взглянула на календарь и победно воскликнула:

— Ну вот, видишь? Был всего десятый день цикла. Овуляция в календаре позже.

— А задержка? — скрестила руки на груди Аля.

— Ну... — закусила губу я. И правда, даже внимания не обратила на такую долгую задержку. Но у меня имелось оправдание, и не одно. — Нервы, наверное. Стресс так сказался, только и всего. Аль, я ведь не совсем ку-ку, точно помню, как Арчи доставал из кармана заветный квадратик.

— И ты уверена, что он надел его сразу? Или что он не сполз в процессе? Или что он был цел, в конце-то концов? Так, хорош гадать на кофейной гуще.

Она снова встала с лавочки и схватила сумку.

— Сиди тут, я скоро приду.

— Ты куда? — захлопала я ресницами.

— На кудыкину гору. В аптеку, Мила, куда же еще.

Через десять минут она вернулась и протянула мне сразу четыре теста разных фирм и контейнер для сдачи анализа мочи.

— Иди! — уверенно ткнула пальцем в сторону подъезда.

И я пошла.

Как назло, туалет оказался занят. Я оперлась о стену рядом в ожидании, когда он освободится, беспрестанно хмурясь  и нервно кусая губы.

«Не может быть», — сопротивлялось сознание. Столько лет мечтала о беременности, но все никак, а тут с первого раза, да еще и не с мужем?

Мне казалось, прошла вечность, а дверь все не открывалась. Я не выдержала, оторвалась от стены и начала машинально вышагивать вперед-назад.

Послышался жалобный скрип. Наконец-то!

Из туалета неспешно вышла Галя, соседка из комнаты справа от моей. Мать трех детей мал мала меньше. Она опустила взгляд на мои руки и увидела содержимое. Покачала головой и медленно отправилась к себе. Ничего не сказала, но я и так поняла все по ее взлетевшим бровям и кривой улыбке. Жалость — вот что увидела в ее глазах.

Я сконфуженно опустила голову, чувствуя, как горят щеки, зашла в туалет и закрыла за собой дверь. Дрожащими руками открыла все тесты и контейнер и попыталась настроиться. Минуты две дело никак не шло на лад.

«Ну давай же, давай!» — уговаривала сама себя.

В конце концов все получилось. Я неуклюже опустила полоски в прозрачный пластик на несколько секунд, чуть не выронив их на пол. Дожидаться результатов решила у себя в комнате. Выкинула упаковки в ведро и на ватных ногах вышла из туалета.

В комнате обессиленно опустилась на диван, отложила тесты и засекла на телефоне пять минут.

Еще никогда они не длились так долго.

Я нервно притаптывала ногой, но через минуту не вытерпела и вскочила, медленно подошла к окну. Поднесла правую руку ко рту, прикусив кожу на тыльной стороне ладони. Сердце стучало так оглушительно, будто готовилось выпрыгнуть из грудной клетки.

А мозг в это время рождал видение за видением.

Вот я беру тест и облегченно выдыхаю: не беременна. Однако вместе в облегчением в груди разливается тоска:сноване беременна. Внутренний голос злорадно шепчет: «Тебе никогда не стать матерью. Пустоцвет!»

Или вот я беру тест и застываю на месте: беременна! Меня охватывает радость. И ужас: из ниоткуда появляется Олег и громко шипит: «Выдавлю ублюдка!», тянет ко мне руки.

Лоб покрылся холодным липким потом, и я с усилием тряхнула головой, отгоняя видения. Запиликал таймер. Я мигом вернулась к дивану, протянула руку за тестами, схватила их не глядя и зажмурилась.

Сначала открыла один глаз. Потом второй.

«Твою ж мать...»

Я прикрыла рот рукой и пятилась, пока не уткнулась в стену. По ней и сползла на пол, сжимая в левой ладони все четыре теста. С двумя четкими полосками на каждом.

По щекам потекли слезы, и вскоре я уже рыдала навзрыд. Правой пятерней вцепилась в волосы, да так и осталась в этой позе. Не знаю, сколько так просидела.

Господи, что мне делать? Я так безумно мечтала о ребенке, но в реальности все, что чувствовала, — это не радость, а дикий, безотчетный страх.

Раздался робкий стук в дверь, а следом приглушенный голос подруги:

— Мила, ты тут?

— Открыто! — словно со стороны услышала свой хрипящий голос я.

Аля зашла, завертела головой и округлила глаза, увидев меня на полу.

Я протянула ей тесты, одними губами прошептала:

— На...

Подруга внимательно посмотрела на них, ахнула, прикрыв рот рукой, и уставилась на меня безумным взглядом. В нем четко читался тот же вопрос, который я задала себе сама несколько минут назад: и что ты теперь будешь делать?