Глава 19

На следующий день

Слава

Новые часы на моем запястье вообще лютые. Глаза от них оторвать нельзя.

Мне бы еще пиджак, рубашку — и можно смело вести переговоры с какими-нибудь акулами бизнеса — за своего бы приняли.

Жаль, часики придется в ломбард сдавать, чтобы вырученные деньги снова перевести Бельскому. Как же меня это бесит!

Вообще настроение дерьмо, если честно.

Я, блядь, жену свою родную обманул ради новогодней ночи с Беллой, а она даже на порог меня не пустила, заявив, что я дал слово подарить ей шубу, а явился с пустыми руками.

Пришлось реально таксовать, забить на кутеж, раз уж сказал Арине и друзьям, что буду работать.

Такого финта от Беллы я не ожидал, и это задело меня до глубины души. Я знал, что быть с такой королевой непросто, но она слишком меркантильная сука.

Выхожу из подъезда с мыслями, а нужна ли мне она?

Однако размышления о наших отношениях притупляются, когда взгляд упирается в парковку, забитую соседскими корытами, и среди них нет ни одной машины Бельского.

Меня это настораживает. С чего бы вдруг Андрею снимать слежку? Удивительно.

Может быть, простил мне долг? Хотя в это слабо верится.

Наверное, на какие-нибудь разборки отправил. А что? Сам в больничке отлеживается, а мужиков под пули. Я уже ничему не удивлюсь.

Бельский — гад беспринципный. Ненавижу его. Всю жизнь мне испортил.

Особенно ярко это чувствую, когда я вместо прежней «БМВ» подхожу, а к старой «девятке». Пинаю ее по крылу, чтобы убрать наледь.

Мысли возвращаются к Белле. Я думаю о ней и ее запросах, когда прогреваю машину.

Нет у меня сейчас денег ей на шубу, но без нее девушка даже разговаривать со мной не хочет. Вот действительно не кошка, а сука. Говорит мне о любви, но любовью даже не пахнет.

А чтобы любовь была — надо напрягаться.

Но нужно ли мне это на самом деле?

Да, секс с ней обалденный, но, с другой стороны, между ног у всех женщин все одинаково. Моя вон Арина взяла шоколадку и была рада. Еще и сырников с утра пожарила не поленилась.

Я поднимаю голову и смотрю на свои окна.

Вижу за ними жену, которая улыбается мне и машет рукой.

А Толян-то был прав, Аринка и правда симпатичная, стройная.

Конечно, мне больше нравятся брюнетки, но ведь можно попросить жену перекрасить волосы, и будет мне брюнетка. Сиськи и губы ей тоже можно накачать. Мордашку намалевать, платье сексуальное надеть. Чем не Белла?

Такой же станет, только деньги с меня тянуть не будет, а вместо капризов сделает с утра минет и накормит завтраком.

От этих мыслей я растекаюсь в улыбке и машу жене в ответ, а затем сажусь в тачку. Наверное, никуда не поеду, а вернусь к Арине.

Тянусь к ключу в замке зажигания, но телефон в кармане пиликает. Я достаю его и открываю сообщение от Беллы.

«Любимый, ну так что, мириться будем?»

А следом прилетает от нее фотография, как Белла делает селфи, смотря в зеркало. На ней охуенное красное нижнее белье, кружевное и такое тонкое, что сквозь него видно соски и писечку.

Мы несколько дней не трахались, и мне от одной ее фотки неистово захотелось подрочить. Фак! Как бы я ни пытался тюнинговать жену, она все равно не заменит Беллу.

«Встретимся через час сразу в торговом центре», — отвечаю на сообщение.

Да что же со мной делает эта чертовка Белла?! С ума сводит своей красотой…

И мне вспоминается какой она может быть классной и ласковой, когда в хорошем настроении. Уже трясет от эмоциональных качелей, которые она мне устраивает.

Но я как под гипнозом снимаю машину с ручника и выезжаю с парковки. Еду до конца соседней улицы к дому, где живет моя мать.

Она еще в санатории и вернется только через пару дней, поэтому дверь в квартиру открываю своими ключами. Я знаю, что мать хранит заначку в трехлитровой банке с крупой.

Чувствую себя ужасно, мысленно распинаю, когда вхожу в кухню и достаю ту самую банку.

Я поступаю скверно, когда выуживаю из крупы целлофановый пакетик с купюрами и наспех пересчитываю их — ровно двести пятьдесят тысяч. На шубу должно хватить.

Я злюсь на себя в эту минуту, но еще больше ненавижу Бельского. Это из-за него мне приходится так выкручиваться. Влезать в долги перед женой и матерью.

Если бы Бельский он не пошел на принцип, а простил одну оплошность и продолжал сотрудничество, все было бы просто замечательно.

Но нет же! Ему деньги подавай, хотя он и так в них купается, сволочь!

Андрей может позволить себе хоть десять внедорожников купить той же модели, какая разбилась, однако с меня требует возмещения. Жадный. Все не может деньгами своими нажраться.

А мне приходится от всего отказываться, лгать, изворачиваться. Я бы мог двигаться на «бэхе», носить часы, содержать сразу двух девушек и помогать матери, а теперь вот ворую у нее деньги.