Глава 21

– Заходи, – открывает мне дверь своей квартиры.

Даже если я не хотела снова сюда возвращаться, но Митрофанов прав, тут меня муж точно не будет искать.

Из темноты важно выходит полосатый дозорный. Сразу идет к Даниилу и трется о его ногу.

– Кэмп, привет, – наклоняется и чешет ему холку. – Сейчас покормлю тебя. Пошли на кухню, Насть.

Я выключаю телефон и, разувшись, иду за ними на кухню.

Митрофанов зачерпывает из контейнера мерной ложкой корм, и насыпает коту. Дина все время просила у меня кота, но Леонид был категорически против, поэтому так и не завели.

Кот обнюхивает мои ноги.

– Есть хочешь, чай, кофе?

Машу головой.

Это так странно и непривычно, что я в гостях у мужчины. Он мне предлагает что-то, ухаживает.

Но Даниил все равно набирает воду, ставит чайник.

– Насть, я хочу все знать.

Пододвигает стул и садится напротив.

– Что все?

– Начиная с того, что у тебя с мужем происходит, почему ты бегаешь от него постоянно, во-вторых, почему там не дала мне с ним поговорить, в-третьих, почему я на свободе и мое дело быстро свернули.

– Слишком много вопросов для одного вечера.

– Я никуда не спешу.

– Тебе бы лучше думать о своем зрении, чем о моих проблемах.

– Они твои, но последнее время они становятся уже и моими. Поэтому я предпочитаю такое решать быстро.

– С глазами своими только ты тянешь.

– Мы сейчас о тебе, Насть, а не обо мне. О чем ты начала говорить в машине.

– Почему ты на свободе и дело твое быстро свернули?

– Да. Ты так говоришь, как будто знаешь больше меня.

– Тебе грозил реальный срок. Не "условно", а настоящий, за решеткой.

– Ты знаешь, что это была случайность.

– Может быть, но доказательств-то не было.

– Никто просто не хотел их искать.

– Ты уже, может, и не помнишь, как ты всем хвалился, что у тебя самая красивая девушка и даже офицеры тебе завидуют.

– Ты и сейчас самая красивая девушка.

– Сейчас это уже не важно. Так вот, я пошла к вашему главному, попросила помочь и вытащить тебя, он сказал, что ничего не решает и это будет сложно. А потом меня нашел Леонид, спросил, на что я готова, чтобы ты был на свободе. Я сказала на все.

– Настя, почему ты мне не рассказала?

– Потому что ты тогда еще больше глупостей натворил бы. И он запретил говорить тебе что-то. Сказал, что ты можешь испортить все.

Митрофанов молча смотрит на меня. По взгляду понимаю, что ему уже это не нравится и дальше не понравится еще больше.

У него за плечами поднимается пар.

– Чайник закипел.

Оборачивается быстро и выключает.

– Что дальше было?

– Он все сделал, как обещал. С тебя сняли все обвинения, замяли это дело. Ты вроде как отделался.

– Так это ты его так отблагодарила? Вышла за него?

– Нет… Он потом пришел ко мне и условия свои озвучил. Я как услышала…

– Что он хотел?

Опускаю глаза, потому что это было самое сложное. Даже сейчас я не хочу это вспоминать.

– Я должна была бросить тебя, чтобы мы не просто расстались, а чтобы ты ненавидел меня, презирал. И вторым шагом я должна была выйти замуж за Леонида.

– Настя…

Я облокачиваюсь на стол и прячу глаза в ладонь.

– Почему ты мне это не рассказала? Настя…

Горло дерет. Я вспоминаю то унижение, те кабальные условия, в которые меня поставили. Или точнее, в которые я по глупости и неопытности себя сама загнала.

– Я думала, что он, не знаю, попросит что-то для ВУЗа сделать, лекцию там провести, мероприятие, да что угодно. Он же знал, что мы вместе, видел нас, и все равно заставил замуж за него пойти.

– Надо было мне рассказать все. Плевать на его условия.

– Да… плевать… Он мне бумаги показал, знаешь какие, где один мой неверный шаг и ты назад сядешь, а я еще там сообщницей пойду.

– Бред какой-то.

– Может и бред, но все было грамотно у него рассчитано.

Поднимаю глаза на Даниила.

– У нас не было шанса быть вместе.

– Мы бы нашли выход.

– Не было выхода, Дань. Я выбрала свободу для тебя.

– Настя, ты! – растирает переносицу и поднимается. – Ты понимаешь, что ты наделала? Ты себя продала, чтобы меня спасти. Мне как с этим теперь жить?

– Как и до этого жил.

– Не нужна мне была такая твоя жертва. Ты думаешь, я счастлив был эти десять лет? А сама? Десять лет брака с человеком, которого ты не любишь, ради того, чтобы меня не заперли? Ты серьезно считаешь это нормой? Или полюбила его за эти годы.

Кот его запрыгивает на стул напротив и смотрит на меня.

Иногда мне кажется, что у него там жучок и он все Леониду передаст.

– А ты серьезно предпочел бы сесть на семь лет? – злость вскрывает усталость как вены. Только я истекаю не кровью, а слезами. – Ты вышел бы оттуда кем? И как бы я была без тебя все это время?

– А как ты была все это время сейчас без меня?

– Так я хотя бы себя оправдывала, что у тебя все хорошо.

Берется за столешницу и сжимает ее.

– Посмотри, чего ты достиг, чего добился, тебе есть, чем гордиться. Ты не должен был сесть.

– А ты не должна была выходить за него. Это моя ошибка. Я должен был нести за нее последствия, а не ты.

– Я слишком тебя любила, чтобы не попробовать хотя бы помочь.

Он долго молчит. Очень. Смотрит в одну точку, как в прицел, и кажется, что пальцы вот-вот сведет судорогой.

– Любишь его? – глухо.

– Нет, и никогда не любила. Я пыталась быть благодарной. Думала, что так правильно. Но… по факту это была золотая клетка. Ключ от которой до сих пор у него. Он мне изменяет, прикрывает это все служебным заданием. Я сказала, что хочу развестись, но он шантажирует меня тем, что отберет клинику, дочь и вообще все разрушит.

Митрофанов возвращается назад на стул, кота пересаживает на другой.

– Теперь мое время тебя спасать.

– Я была бы рада, если бы кто-то мог мне помочь, но там где большие деньги, там большие риски, а я от Леонида очень завишу.

Митрофанов наклоняется ко мне. Мажет сухими, обветвренными губами по моим.

– Я хоть его и не люблю, но замужем, Дань, – увожу губы от прямого поцелуя, хотя его хочу.

– Ты меня в больнице в своей сама целовала, – шепчет в губы.

– Мне надо было тебя остановить.

Как хочется обнять его и забыть про эти десять лет, плюнуть на правила, на мужа, на все и снова себя любимой почувствовать.

– Ну так останови меня сейчас…

Неправильно это так все. Развестись сначала надо. а то я скатываюсь до уровня своего мужа. Нельзя же любить одного мужчину и быть в браке за другим?