Глава 23

Я только успеваю выдохнуть, как Даниил тянется ко мне и накрывает мой рот тёплым, вязким поцелуем. Мягко сминает мои губы.

Я машинально упираюсь ладонями в его грудь. Под кончиками пальцев ровно стучит его сердце. Как и мое. Профдеформация в этом плане наше все.

— Я замужем, Дань, — выдыхаю ему в губы, будто это может его остановить.

– Ты всегда была моей, он просто присвоил то, чего не мог добиться, – шепчет низким голосом.

Ладонь кладет мне на затылок и притягивает к себе сильнее, проталкивая глубже язык в мой рот.

И я уже сдаюсь, сжимаю пальцами ткань его рубашки и тяну на себя.

Мы падаем на диван.

По коже бегут искры. И мир стягивается в круг наших объятий.

Дождь начинает моросить и бить часто и громко по подоконнику, а я чувствую на себе тяжесть его тела, перебираю пальцами пуговички, чтобы скорее расстегнуть и раздеть его.

Не знаю, что будет дальше, но к мужу ни под каким предлогом я больше не вернусь. Никогда. Не заставит. За свободу Митрофанова я рассчиталась десятью годами брака, которого он так хотел.

Я вытягиваю ноги и упираюсь во что-то пушистое и теплое.

– Фрр!

– Ой!

– Кэмп свали! – кидает коту Даниил и тянет вверх мое платье, раздевая меня. – Ты еще красивее стала за это время, – утыкается губами мне в шею и снова целует.

Рвано, жадно, что кажется останутся кровоподтеки.

Как же я скучала. Как же мне его не хватало. Если бы не дочь, я бы давно с ума сошла и бросила все.

– Как я тебя хочу…

Подхватывает меня и сажает к себе на колени.

Запрокидывает голову и я целую линию его подбородка.

Всего его прощупываю пальчиками, зацеловываю.

Он нежничает, дает мне насладиться моментом.

Поглаживает, сминает, готовит…

И входит снизу.

Бог мой… Мне хочется одновременно раствориться, кончить, но чтобы это не заканчивалось. Медленно двигаюсь на нем.

– Как бы все было, если бы мы тогда…

– Я больше рад, что ты сейчас рядом.

Сильнее впивается мне в бедра пальцами и двигает на своем члене.

– Мрр! Снова над ухом кошак, мы тормозим и на него смотрим.

– Кэмп, свали, а?

Митрофанов подхватывает меня под попу, заваливает назад на диван и, уже не скромничая, доводит до оргазма.

Просыпаюсь от бренчания будильника на выключенном телефоне.

Тело все как ватное, рука и нога затекли… полночи любви дают о себе знать недосыпом.

Теперь я просто обязана… нет не выйти за него замуж, а развестись. Вопрос только как, сразу подать документы или искать компромат на бывшего?

Целую Даню в подбородок и аккуратно поднимаюсь. Накидываю его рубашку на голое тело и иду в душ.

Тепло, сладко нежусь. Так не хочется на работу, так хочется устроить себе выходной, побыть этот день с ним. Вообще уехать бы куда-нибудь.

А может, взять выходной?

Шампунь у него тут только мужской, наливаю на руку, растираю.

Шампуни Леонида меня всегда раздражали. Хотя вру. Я сама специально всегда покупала ему такие запахи, чтобы мне не нравились, чтобы ни за что не поймать себя на том, что мне что-то в нем нравится.

После душа на кухне делаю завтрак.

Включаю телефон, а там просто миллион сообщений и звонков от Леонида. Все смахиваю, даже не читая. Отвечаю только дочке, что сегодня вечером приеду к ним.

Это уже смешно со стороны. Я взрослая женщина, бегаю от мужа, потому что он, как маньяк, меня преследует и не отпускает.

– Мрау, – Кэмп выходит ко мне, смотрит с каким-то даже осуждением.

Серьезно, Митрофанов его недооценивает.

– Есть хочешь?

Не моргая, смотрит на меня.

– Мрау.

– И тебе доброе утро.

Садится с недовольным видом возле своей миски.

– Видимо, тебе не очень нравится, что ваше холостяцкое убежище посетила я. И уже второй раз.

Даже не моргает в ответ.

Ладно. Любовью можно любое сердце отморозить. Даже самое ледяное.

Мерной ложкой нагребаю корм и сыплю ему в миску.

Хочет. Голодный. Но из моих рук есть стремно.

Чешу ему за загривком.

Никак не реагирует, хотя у Митрофанова вчера подвывал.

Тогда вожу пальцем по шее снизу. Чуть тянет голову вперед.

Как бы и приятно, и не хочется показать.

Двигаю к уху, тут уже закатывает глаза и сам подставляет шею.

– Оттаиваешь, Кэмп?

– Не спишь уже? – в дверях появляется Митрофанов.

Непростительно хорош даже в одних джинсах.

Кошак тут же отходит от меня. Конечно, как же показать, что не только хозяин хорош в ублажении его величества.

– Будешь кофе? – поднимаюсь.

Митрофанов скользит ко полоске кожи между полами рубашки, останавливается на трусиках.

– Буду тебя, – идет на меня.

– Дань, подожди, – но он не слушает ничего, захватывает меня в объятия, запускает руки под рубашку. – Мне на работу надо.

– Ты же босс там, подождут, – прикусывает шею.

– Мне придется себя наказать.

– Я тебя накажу, плохую девочку, – сжимает мою попу.

На работе появляюсь только к девяти. Все не понимают, что случилось. Я первый раз приезжаю отдохнувшая, расслабленная и с надеждой, что можно что-то изменить.

Захожу в свой кабинет.

А за моим столом сидит Леонид.