Глава 34

– Зачем брала мой телефон?

Сглатываю шумно и включаю всю свою выдержку на максимум.

– Время посмотрела, нельзя?

– Можно, – смягчается и улыбается

Не знаю, то ли подыгрывает, то ли правда, поверил.

Телефон в моей руке снова вибрирует. Незнакомый номер.

Но я знаю, что Митрофанов.

Я выдыхаю, делаю вид, что устала от жизни.

– Кто там?

– Не знаю. Мельком показываю, что номер не определился.

– Да, слушаю…

– Насть, ты дома? – узнаю Даниила.

– Что случилось?

– Тебя забрать?

– Насколько резко?… Сейчас? Это какая больница?…

– Езжай ко мне.

– Ясно. Я буду через двадцать минут.

Отключаюсь.

– Кто там?

– Срочная консультация нужна.

– В десять вечера?

– У нас люди иногда болеют и ночью, – убираю телефон в карман. Сумку на плечо.

– А мы?

– Прости, – подхожу к нему и целую в щеку. – Я правда хотела этот вечер провести с тобой.

Леонид берет меня за локоть и, кажется, что может силой удержать, если начну спорить.

– Что за консультация?

– Ретроспективная динамика после катаракты, осложнение. Если ошибутся, человеку могут посадить зрение. Мне надо посмотреть.

– Настя, там что, врачей нет? Ты одна окулистка на весь город?

– Когда тебя вызывают ночью, ты же тоже не один офицер на весь город. Вызывают нужного. Сегодня нужная – я. Завтра можешь быть нужен ты.

Он замирает. То ли от логики, то ли от того, что спорить становится неудобно.

– Поужинай, ладно? В холодильник убери то, что не съешь. Я не знаю, когда вернусь.

И вот тут я что-то пробиваю в нем. Он и сам не заметил, как его мужской контроль "уплыл".

Пока он переваривает, я уже в коридоре, по лестнице вниз, вниз, вниз…

Я даже на улице не даю себе время отдышаться. Как будто муж побежит за мной и нагонит. Быстро сажусь в машину. Завожу. Отъезжаю.

Пронесло. Сегодня пронесло.

Через полчаса я в квартире Митрофанова. Я не помню, как доехала, не помню, как поднималась, не помню дверей.

Только его руки и мое дрожащее от страха тело.

– Ты с ума сошла? Зачем ты поехала туда одна?

– Я хочу этот чертов развод, – плачу, стоя в коридоре его квартиры. – Я столько лет терпела, что сейчас на все уже готова.

Даниил раздевает меня и разувает.

– Обещай, что ты больше к нему не пойдешь. Не будешь так рисковать.

– Если он узнает про тебя, то будешь еще хуже, – дрожу вся, не разбирая от страха или холода.

– Хуже будет, если с тобой что-то случится. Ты и так с этим телефоном очень рискуешь. Идем, – тянет меня за собой в ванную.

– Я не знаю, что его так держит около меня, но я когда делаю вид, что люблю его, то он все прощает и забывает. Или играет так хорошо.

– Не хочется верить, что так сильно любит.

Даниил включает воду, набирает в ванну горячей воды. Добавляет какой-то шампунь и гель для душа.

– Ты столько лет одно все это тянула. Выдохни и расслабься. Я дальше все сделаю сам.

Митрофанов помогает мне раздеться. Снимает блузку, расстегивает лиф, стягивает брюки и белье. Быстро раздевается сам и тянет меня погреться.

Опускаюсь спиной на его грудь. Горячая вода быстро накрывает наши тела. Хочется все сложности в этом растворить.

Прикрываю глаза.

Только с ним могу расслабиться и не бояться.

Даня большим пальцем массирует точку под затылком, и там тепло расходится по шее, вниз, под лопатки.

– Я хочу завтра подать наконец на развод. И надо сделать тебе операцию, но я в таком состоянии сейчас , что боюсь браться за аппарат.

– Лучше сначала найти его слабые места, потом подавать на развод. Он придет же, а у тебя должно быть что-то, что ему ответить.

– Я так устала, – утыкаюсь ему в предплечье.

– Настя, я знаю, но эта война еще только начинается.

Даниил медленно соскальзывает ладонью по груди, останавливается на животе.

– Кстати. Сегодня твой отец приходил в тир. С дочкой твоей, Диной.

Я замираю.

– Она стреляет, как будто родилась с прицелом. Хотя с такой мамой не иметь единицу грех… – усмехается сам себе. – У нее хват правильный, дыхание нормальное. Терпения больше, чем у половины наших.

Чувствую, как уголки губ сами ползут вверх.

– Папа мой ей многое показывал. И это я сказала ходить в тир, а то они во дворе его устроили.

– И правильно.

– Но я не знала, что ты в тире работаешь еще.

– Так, на досуге тренируюсь и других тренирую.

– А папа что?

– Узнал меня.

Даниил наклоняется и касается губами задней стороны шеи. Это не про страсть сейчас, а про нежность, которой так давно мне не хватало.

Я закрываю глаза. Дышу его запахом.

– Это могла быть наша дочь, если бы не твой муж…

Внутри как засовы схлопываются и все сжимается. Слова звучат как сожаление.

Я спасала его жизнь. Загубила свою.

А как было правильно поступить? Я утыкаюсь ему в руку. Если отвернется сейчас, то значит, так любит, а если нет… Сложно меня понять тому, кто не был в такой ситуации.

– Дань… – голос срывается. – Прости меня.

– Насть, перестань, говорили же уже об этом.

И хорошо, что сейчас спиной к нему, я не смогла бы сказать это в глаза.

– Ты не все знаешь.

Замирает, но не отпускает меня.

– Я с тобой тогда рассталась. Замуж вышла быстро.

Молчит.

– Потом узнала, что беременна. Срок был месяц. Я забеременела до свадьбы.

– Хочешь сказать…

– Да, Дина твоя дочка.

Набираюсь смелости и оборачиваюсь, чтобы посмотреть ему в глаза.