Глава 43

Лежу на плече у Дани. Поглаживаю через футболку его грудь.

Под моей щекой бьется его сердце. Ровно. Спокойно.

Как же я скучала… как не хватало его все это время.

Столько лет, а не прошло ничего. Будто на время притупилось, а сейчас опять вспыхнуло.

Он обнимает меня одной рукой, медленно гладит по плечу костяшками пальцев. Мы просто лежим, переживаем этот вечер.

– Настя… – шепчет только мое имя, но у меня внутри все отзывается.

Тянусь пальцами к его шее, нащупываю место, где бьется пульс. Веду по линии челюсти.

А потом приподнимаю голову, встречаюсь губами с его словами.

Медленно. Растворяясь в моменте. Давая насладиться тем, что у нас когда-то отняли.

– Я ничего еще не вижу, но чувствую… что ты все сделала идеально.

– Пока рано радоваться, – улыбаюсь уголком губ. – Но да… все должно быть хорошо.

– Я знаю, ты иначе и не могла.

Прижимаюсь ближе. Каждой клеточкой тела хочу чувствовать его ближе. Такого, какой сейчас есть. Уставшего, уязвимого, живого.

Оба замираем и слышим в комнате тихие, крадущиеся шаги. И в следующий момент на кровать прыгает кот. Как хозяин дома, да и спальни, проходится по краю кровати, потом садится и смотрит на нас.

– Он меня ревнует к тебе, – шепчу Дане.

– Кто знает, что у него в голове...

Кот лениво зевает и тихо идет ближе. Укладывается рядом с Даней, утыкаясь мордой ему в шею.

– Кажется, кто-то тут лишний.

– А мне кажется, что наоборот, кого-то не хватает…

Я понимаю, что он говорит про дочь, но я еще пока и не представляю, как сломать ее устоявшуюся жизнь и рассказать, что у нее другой отец.

Я просыпаюсь первой.

Даня спит. Не бужу, поднимаюсь и иду на кухню. Включаю чайник, режу хлеб, жарю яйца. Простые действия возвращают ощущение нормальной жизни.

Хотя понимаю, что выйдя из стен этой квартиры, все превратится снова в драму.

Я не ответила вчера на звонок Леонида, выключила телефон, сегодня он будет меня искать.

Оборачиваюсь на шорохи за спиной.

Даниил.

Появляется в дверях, весь взъерошенный, сонный, любимый.

– Доброе утро, – подходит и тут же обнимает, утыкаясь губами в шею.

– Доброе утро, пациент, как себя чувствуете?

– Доктор… может, осмотрите меня? Мне нужно лекарство от этого?

Чувствуется напряжение у него чуть ниже пояса.

– Пока нельзя.

– Ммм… – недовольно мычит.

– Тогда, может, снимешь это? Хочется посмотреть уже нормально.

– Хорошо, – выключаю плиту. веду его в гостиную и раскладываю на столе приборы. – Садись на диван.

– Сейчас сниму повязки. Пока закрой глаза.

Он тянет меня к себе на колени.

– Можешь это сделать так? Хочу первой увидеть тебя.

Аккуратно снимаю защитные пленки.

Его руки сжимают мои бедра, поддерживая. Или чтобы не сбежала.

– Медленно открывай глаза, без резких движений.

Он кивает.

Моргает. Один раз. Второй.

Смотрит на меня.

– Я… вижу, – улыбается. – Четче, чем вчера. Намного.

Я выдыхаю, даже не замечая, что задерживала дыхание.

– Отлично. Но расслабляться рано. Несколько дней без нагрузок. Никаких экранов в компьютере, телефонов. Не тереть глаза. Капли по расписанию. Свет – умеренный. И никаких геройств.

Он кивает, но уже тянет меня ближе к себе. Снова его губы не дают закончить указания.

– Пациент…

– Доктор, как мне вас отблагодарить? – шепчет и лезет рукой под футболку.

– Это моя работа. И лучшая благодарность – выполнять мои рекомендации, – кладу свои ладони на его и торможу.

– Вам нельзя напрягаться, пациент.

– Ммм…

– Потерпи. Потому что сейчас будет не очень приятно.

Беру свои приборы. Проверяю реакцию, положение импланта, давление.

Он терпеливо сидит, никак не реагирует, даже не морщится, хотя я знаю, что не очень приятно.

Тогда его пальцы на талии сжимаются чуть сильнее. Но не от боли. А с желанием.

– Митрофанов, не мешай.

– Я не мешаю. Это допинг выдержать твои пытки.

– Все выглядит хорошо, – улыбаюсь ему. – Очень хорошо.

– Значит, доктор разрешит жить?

– Осторожно только.

Тянет к себе и целует.

– Как я тебя хочу…!

– Надо подождать.

– Знаю, – выдыхает и отстраняется, – какие планы на сегодня?

– Сегодня будет проверка. Мне надо быть в клинике.

– Я поехал бы с тобой.

– Нет. Тебе нельзя. Я справлюсь.

Он задумчиво кивает.

– Тогда я займусь Леонидом. Попробую собрать сведения по тендерам.

– Тебе нельзя напрягать зрение, Дань, – автоматически отвечаю. – Давай чуть подождем.

– Не волнуйся. Я справлюсь.

– Я не для того так рисковала, чтобы сейчас все испортить.

Иду в душ, потом собираюсь в клинику. Даниила прошу отдыхать.

– Слушай, думай, но не напрягай зрение.

– Ладно, буду думать.

Выхожу из подъезда и вижу, как мою машину подпирает машина Леонида.

Нашел…

Сердце перестает биться вместе с тем, как мы встречаемся взглядами.

Он знает. Он все про нас знает…