Глава 34. Ярослава

— Катя, — дрожащей рукой скребу по двери квартиры соседки, — Катя… Открой, пожалуйста.

Еле дотягиваюсь до дверного звонка, жму усердно на него, второй рукой поглаживая живот.

Катя наконец появляется на лестничной площадке, ловит меня в тот момент, когда я по стенке съезжаю вниз.

— Яра, что случилось? — трогает меня за щёки, потом аккуратно пытается встряхнуть.

Голова идёт кругом, тошнота сильная, а ещё по вискам стекает пот, который Катя стирает подушечками больших пальцев.

— Господи, — она не дожидается ответа, тут же бежит обратно в свою квартиру и вызывает скорую.

Не знаю, почему я сама до этого не додумалась… У меня голова как в тумане, я совершенно ничего не соображаю, а ещё пелена перед глазами, и я почти не вижу.

Ещё чуть-чуть — и точно отключусь.

Не помню ничего дальше, только ощущаю прикосновения и слышу голос Кати. Она суетится, просит кого-то уложить меня на диван. Дальше мокрой тряпкой проходит по моему лбу, потом меряет давление.

Всё это я ощущаю, но не вижу… Потому что не могу открыть глаза.

Через какое-то время живот со всей силы начинает тянуть, пульс подскакивает до ста пятидесяти, дышать становится всё труднее.

Скорая успевает, они в срочном порядке меня увозят в больницу, Катя не может поехать со мной, но обещает, что позвонит моей матери и что завтра придёт.

И просыпаюсь я уже в больничной палате, где стены выкрашены в неприятный грязно-зелёный, белые тумбы у коек поцарапаны, а за окном — метель.

— Проснулась, — какая-то девушка слева от меня начинает движение.

Встаёт и подходит ближе, всматриваясь в лицо.

— Позвать врача?

Говорить не могу, лишь киваю головой. Девушка, придерживаясь за поясницу, медленно вышагивает по палате в сторону двери.

Я замечаю её большой округлый живот, понимая, что она беременна.

Тут же кладу руку на свой плоский живот, прощупываю его, словно могу там что-то почувствовать.

Осознание приходит моментально… Я беременна.

— Так, моя хорошая, ты проснулась.

Доктор с улыбкой заходит в палату, тут же подходя ближе.

— Переживать не стоит, с ребёночком всё хорошо. Но ты пока у нас ещё полежи, понаблюдаем. Ладно?

Киваю ей.

Нужно найти силы и задать вопросы, только сил этих нет.

— Сколько? — хрипло выдыхаю, — Сколько недель?

Врач удивлённо вздёргивает брови, а потом прячет за профессиональной маской отчуждённости.

— Ты не в курсе была, да? — поджимает губы, — Срок-то немаленький… Аборт не сделаешь, — тут же строго добавляет.

— Я не стану, — от одной мысли воротит.

И пускай я Глебу говорила, что не готова к детям… Если я уже беременна, значит, так нужно. Значит, нам с Глебом суждено стать родителями.

Тем более мы не успели доехать до клиники, замотались в делах и подготовке к свадьбе. Мы спали без защиты множество раз… И в глубине души я понимала, что вероятность забеременеть очень большая, хотя Глеб и делал всё вовремя.

Может, подсознательно я хотела этого ребёнка. Даже если и не была к нему готова.

— Двенадцать недель, — наконец отвечает врач.

Я прикидываю в голове все сроки и понимаю, что забеременела после первого раза.

Вот так чудо… Удивительно. Тогда я ещё не понимала, что чувствую, не понимала, как мне повезло с мужчиной. Я не знала, что нас ждёт дальше.

А судьба уже подарила в тот момент малыша.

Слёзы катятся из глаз непроизвольно, я даже не вытираю их, позволяя бесконтрольно скатываться по лицу.

— Ну ты чего это? — и снова строгое лицо становится более мягким, — Чего ревёшь то? Всё хорошо уже! А вот стрессовать как раз тебе и нельзя! Довела себя до изнеможения.

Чёрт! Я чуть не загубила собственного ребёнка.

Но что делать, если кусок в горло не лез и сон не шёл… И так несколько страшных недель. Без него.

Нет, не без него… А без известий хотя бы, где он и всё ли у него хорошо.

— Мужу звонить будем? А то к тебе только подруга приходила, но она вон, — кивает на тумбу, — Оставила твои вещи и обещала зайти, как ты проснёшься.

— Муж не приедет.

Я не вкладываю в эти слова никакой смысл, но тут же ловлю на себе сочувствующие взгляды соседок по палате.

— Он военный, — зачем-то добавляю я. Просто не могу выдержать эти взгляды сочувствия, — Далеко сейчас.

— Ладно, — врач прячет руки в карманы белого халата, — Ты поспи ещё, скоро обед. Витамины тебе прокапали, поставим чуть позже ещё. Чтобы ела мне за двоих! — она грозит мне пальцем.

— Конечно.

— Я Марина, кстати, — девушка с соседней кровати достаёт из тумбы яблоко и протирает его о свой халат, — У меня сахар скачет сильно, — тут же начинает рассказывать свою историю, — Вот держат меня тут. Скукота страшная.

— Ярослава.

— Интересное имечко, — вгрызается в сочный плод, — А че, муж и правда военный? С нашего гарнизона что ли?

— Да, — отвечаю уклончиво, потому что ни сил, ни желания общаться нет.

— А фамилия какая? Может, я знаю… Я многих там знаю.

Закрываю глаза и молчу.

Девушка понимает, что не настроена я на диалог, и замолкает наконец. А мне удаётся вновь погрузиться в сон. Хоть ненадолго.

Чтобы не терзать себя мыслями о Глебе.