Глава 5 · Вскрытие покажет, Грошш!

Я отступила на шаг, вытирая руки о влажную салфетку, которую достала из полупустой пачки, лежащей в кармане халата. Ситуация из «романтического приключения» стремительно превращалась в производственную драму с элементами триллера.

Орк обернулся, и вид у него был весьма задумчивый. Судя по всему, кровь прилила в мозг, и настроение пошалить в первую брачную ночь стремительно испарилось.

— Слушай, муж мой нечаянный, — я посмотрела ему прямо в глаза, которые в темноте светились, как два неспелых крыжовника. — У меня для тебя две новости. Плохая: тебя травят. Планомерно и со вкусом. Хорошая: я знаю, как это лечится. Ну, или как минимум знаю, как сделать так, чтобы ты не откинул копыта (или что там у вас вместо них) в ближайшую неделю.

Грошш нахмурился, и его тяжёлая челюсть упрямо выдвинулась вперёд.

— Говоришь, что я слаб? Что магия проклятия коснулась и меня?

— Я говорю, что химия — это наука, а не магия, — сухо отрезала я. — Чтобы понять, чем именно тебя «угощают», мне нужно провести вскрытие твоего батюшки. Нормальное, качественное вскрытие, а не тыканье пальцем, которое я устроила на постаменте. Мне необходимо заглянуть внутрь, взять образцы тканей, проверить печень — она у него, судя по цвету лица при жизни, и так была не в восторге от орочьей диеты.

Я задумалась на минуту, прикидывая список необходимого, а потом деловито продолжила:

— А ещё мне нужна лаборатория. Не это ваше сырое подземелье, где из оборудования только ржавые крючья, а нормальное помещение. Чистое, светлое, с перегонными кубами, набором скальпелей и — боги, умоляю! — запасом нормального мыла. Если я найду там хоть одну бактерию сальмонеллы, я закрою все ваши пещеры на карантин по решению санэпидемстанции, и никакой Гром-Гор тебе не поможет.

Грошш смотрел на меня так, будто я только что предложила ему съесть салат из одуванчиков вместо сочного стейка.

— Ты хочешь… резать вождя? Своего свёкра? — с благоговейным ужасом выдавил он.

— Я догадалась, что ты назвал меня женой не из-за моих несомненных достоинств, — я выразительно похлопала себя по бедру. — Так что, генерал, выбирай: или ты завтра выделяешь мне «кабинет» и разрешаешь покопаться в папиных секретах, или через месяц я буду проводить вскрытие уже тебе. И поверь, мой профессиональный интерес к твоей пояснице тогда будет куда более… детальным.

Грошш долго молчал, переваривая услышанное. А потом вдруг коротко хохотнул — звук был похож на камнепад в горах.

— Ладно, провидица. Будет тебе пещера для твоих кровавых дел. Но если ты ошиблась…

— Грошш, — я устало вздохнула, поправляя дужку очков. — Патологоанатомы ошибаются редко. У нас просто нет на это времени — пациенты очень быстро портятся. А теперь брысь под шкуры. И не приставай, мне нужно обдумать состав консерванта. В этом климате твой батюшка скоро начнёт активно со мной спорить, а я не люблю, когда со мной не соглашаются даже мертвецы.

«Ну что, Маргарита Павловна, — подумала я, забираясь на край гигантского ложа и стараясь не задеть локтем спящую гору мышц. — Хотела перемен в жизни? Получай. Лаборатория в мире орков, муж-генерал с подозрительной дыркой в боку и перспектива вскрытия в антисанитарных условиях. Бухгалтерия, говорите? Скука смертная!»

Что ж, вскрытие покажет. Оно всегда всё показывает, если уметь смотреть.