Глава 6 · Протирка совести и другие санитарные нормы

Утро в орочьем лагере началось не с кофе, а с того, что кто-то снаружи решил изобразить из себя перфоратор, со всей дури лупя камнем по камню. Я подскочила на шкурах, едва не выбив Грошшу глаз дужкой своих очков. Генерал спал как убитый — иронично, учитывая мою специализацию, — и даже не пошевелился.

— Подъём, сокровище! — я бесцеремонно похлопала его по мощному плечу. — Солнце ещё не взошло, а у меня уже план по дезинфекции горит.

Через час я уже стояла посреди пещеры, которую Грошш, ворча и потирая поясницу, выделил под мои нужды. Пещера была… аутентичной. В смысле, сухой, холодной и заваленной каким-то старым хламом, среди которого я с ужасом опознала чьи-то некомплектные рёбра.

— Так, экспонаты, строиться! — рявкнула я на троих орков, которых мне выделили в качестве «младшего медперсонала».

Орки были молодые, зелёные и смотрели на меня с такой опаской, будто я собиралась пустить их на паштет прямо здесь и сейчас.

— Вы — мои санитары, — я деловито поправила халат. — Инструкция простая: всё, что я скажу — закон. Всё, что не блестит — помыть. Всё, что воняет — выкинуть. И не дай бог я увижу, как кто-то из вас чешет пятку топором, которым мы будем разделывать реактивы.

— Но, госпожа… — начал было один, самый ушастый. — Мы — воины!

— Вы — бактерионосители, — отрезала я. — А теперь — марш за водой. И чтобы она кипела! И тащите сюда спирт… В смысле, жидкость, которая может гореть. Мне нужно протереть инструменты, совесть и, возможно, ваши не блещущие интеллектом лица.

Грошш зашёл в пещеру как раз в тот момент, когда я заставляла ушастого драть каменный стол песком с такой яростью, будто от этого зависела его карьера в Грызхалле.

— Вижу, ты уже начала своё… вскрытие? — хмуро уточнил генерал, оглядывая преобразившееся помещение.

— Я начала санобработку, — я обернулась, вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Грошш, у тебя в кладовых я нашла милейшие склянки с подозрительным содержимым. Скажи, я могу вылить второе и экспроприировать первое?

— Там же огненная вода! — оскорбился орк. — Лучшая настойка на эльфийских корнях!

— Надеюсь, без добавления самих эльфов? — хмыкнула я и деловито добавила: — Тогда забираю склянки вместе с содержимым. Подойдёт как обеззараживающее!

Подошла ближе и, понизив голос, добавила:

— И скажи своей «Зелёной Эльвире», чтобы не маячила у входа. У меня на таких аллергия ещё с прошлой жизни. Если она попытается заглянуть в мой «офис» без бахил, я её саму на анализы сдам. По частям.

Генерал хмыкнул, и в его глазах промелькнуло нечто, подозрительно похожее на одобрение.

— Пить огненную воду не дам, — буркнул он. — Только для дела.

— Ты недалёкого мнения о моём самосохранении, Грошш, — я вздохнула, поправляя очки. — Этим напитком можно либо разжигать костры, либо пытать особо стойких партизан. Если я это выпью, моё вскрытие начнётся само собой. Я лишь протру стол… В смысле, алтарь. Инструменты и руки… Нет, руки, пожалуй, не буду.

Не хотелось, чтобы микробы сошли с меня вместе с кожей. Как же добиться стерильности для себя?

— Как вовремя! — обрадовалась я, глядя, как орки волокут огромный чан к костру. — Можно принять горячую ванну с какими-нибудь лекарственными травами?

— Э… — генерал озадаченно почесал затылок.

— Вот и славно! — довольно потёрла ладони.

Лаборатория готова, ассистенты напуганы до икоты, муж заинтригован. Пора приступать к любимой работе!