Глава 18

Дорогой, твоя мама идет с нами!

Меня до сих пор пробивало на смех, когда я вспоминала окаменевшее лицо Андерса, узревшего призрачную ир-ру Леону. Мы эффектно спустились по парадной лестнице в одинаковых платьях. Разумеется, одежда призрачной ир-ры была нематериальной, но такая мелочь не помешала ей полностью скопировать фасон моего бального наряда. Проделала ир-ра Леона это с огромнейшим удовольствием и даже посетовала, что давно перестала следить за столичной модой, чем поставила меня в тупик. Стереотипы утверждали, что призраки равнодушны к миру живых, у них свои тайные и не всегда понятные задачи.

Свекровь оказалась прекрасным оружием массового поражениям. Я рассчитывала, что она разбавит драконье внимание к нашей с Андерсом персоне, а в нужный момент отвлечет и его самого. И мои чаяния начали оправдываться еще на этапе рассадки в экипаж — призрачная ир-ра вспомнила, что она солидная костяная драконица, способная изобразить подобие самоходной повозки. Если бы в Тарлонде водились некроманты, они бы удавились от зависти при виде костяного нечто, собранного стараниями ир-ры Леоны.

Я все ждала, что Андерс поинтересуется, а какого драка линялого происходит, но он за всю поездку не проронил ни слова и только загадочно улыбался, посматривая на блаженствующую в соседнем экипаже маму. Оставалось надеяться, что это не нервный тик.

Итак, мы улыбались.

Ир-ра Леона откровенно наслаждалась тем, что ее в кои-то веки вывели в свет, а не она сама вломилась на чужой праздник, гремя костями.

Я предвкушала беседу с арой Исурой. Разговор ожидался непростой, но мне казалось, что я рассчитала все верно и смогу если не убедить, то для начала заинтересоваться столичную даму.

Чему улыбался Андерс, я вообще не понимала. У меня сложилось впечатление, что он был далек от светской жизни Лондара так же, как я от шахтерского дела. Так что да, наверное, его улыбка была нервной. Однако даже сейчас, облаченный в местный вариант смокинга благородного иссиня-черного оттенка, глава рода Сандерс был одраконенно хорош. Спокойный, расслабленный, с загадочной улыбкой на губах, он покачивал ногой в такт громыханиям костяного экипажа ир-ры Леоны.

— Ара Сандерс, тебя что-то смущает? — подозрительно ласково поинтересовался супруг.

— Мы привлечем внимание, — несколько жалобно произнесла я.

— О нет... Мы будет гвоздем сегодняшней программы. Но ведь ты этого и добивалась?

Чего я добивалась, анализировать было уже поздно. Наш экипаж миновал арку портала и катился по дорожке в самое сердце владений Суратара, где возвышался трехэтажный особняк, увитый железным плющом. Только очутившись на территории другого рода, я в полной мере почувствовала, что значило стекло для рода Сандерс. Красивейшие витражи, великолепные люстры, украшенные тысячами стеклянных подвесок, изящные напольные вазы, стеклянные дверцы шкафов — я настолько привыкла к этим элементам интерьера, что, переступив порог особняка Суратаров, замерла от удивления.

Под потолком у Суратаров пылал младший брат олимпийского огня, причем горел так ярко, что хотелось с порога попросить карманный огнетушитель, факелы олимпийцев венчали стены, на которых, впрочем, не было ни малейшего следа копоти.

— Поразительно. — еле слышно выдохнула я, рассматривая кованые вензеля на окнах.

— Вот и я никогда не понимала, как Исура могла променять сияющее великолепие Сандерсов на металл, — раздраженно бросила ир-ра Леона.

— Ты просто никогда не умела его обрабатывать.

Хозяйка дома стояла в дверях и невозмутимо смотрела на нас. Я же жадно изучала однотонный наряд высокородной драконицы. Ни малейшего признака иллюзорных украшений или металлического чешуйчатого отблеска на ткани — мероприятие, на которое пригласила меня бабушка Андерса и Рика, было неофициальным.

— Елизавета Сандерс, тебе удалось меня удивить, — объявила Исура после продолжительного молчания. Её взгляд метался между внуком и невесткой и лишь изредка задерживался на мне.

То ли еще будет, ара Исура, мы еще до цели моего прибытия не дошли.

Праздник первого полета — одно из самых значимых мероприятий столицы. В этот день юные драконы и драконицы впервые сменяют ипостась при посторонних и поднимаются в небо. А дальше адреналин и гормоны вступают в суровую схватку с воспитанием и жизненными приоритетами. Ставки на то, сколько новых пар будет образовано после этого праздника, делали тут же, на вечере, посвященном его организации. И эти драконы еще презрительно называли своих сородичей под другую сторону гор дикими!

В огромной гостиной, в которой при желании можно было устроить бал, для гостей накрыли фуршет. Тут же полукругом располагались кушетки и мягкие кресла для дам. Наличие мужчин на этом вечере было необязательным. Многие, сопроводив свою пару, с огромной радостью откланивались. Немногочисленные оставшиеся переходили в соседнюю гостиную. Рассмотреть, чем она отличалась от дамской, я пока не успела. Но еще же не вечер?

— Ара Сандерс, вас уже можно поздравить?

Громкий голос драконицы рода Сандерс заставил умолкнуть другие разговоры.

— Смотря с чем, — осторожно парировала я.

— Ваш супруг вернулся и теперь оказывает вам повышенное внимание. Я своего второй год не могу затащить на бал. Он сопровождает меня разве что в императорский дворец. Но ар Сандерс здесь, его видели под стенами вашего представительства, вы встречаетесь днем... Означает ли это, что род Сандерс ждет пополнение?

Я подавилась несуществующей печенькой. Если бы что-то жевала, точно бы кусок стал поперек горла, а так только прохрипела:

— Вы ошибаетесь.

— Жаль. Новая кровь усиливает силу рода.

И снова мне пришлось дышать глубже. Благородную даму явно волновала не возможность потискать моего малыша, а общеродовые бонусы, которые обновились бы после его рождения.

— Сила рода прекрасно чувствует себя и без семейного пополнения, — решительно объявила я.

От жадных, завистливых взглядов стало не по себе. В гостиной находились представительницы всех великих родов империи, однако мое положение вызывало равное недоумение как у Сандерсов, так и у дракониц из других семей.

— Дорогая, как же вам удалось добиться таких привилегий? — вкрадчиво поинтересовалась дама в темно-зеленом платье из рода драконов-земледельцев.

— Как вы смогли убедить супруга уравнять вас в правах? — подхватила та, что интересовалась, не беременная ли я. — Я слышала, что дикие обладают определенными умениями.

Тут дамы дружно переглянулись и покраснели. Мне же захотелось стечь под кресло. Последнее, о чем я думала, отправляясь на женские посиделки, — это то, что местные дамы захотят изучить мою интимную жизнь с Андерсом. Святые чешуйки! Они хотя бы слышали о понятии “личная жизнь”?

От неминуемого обмена опытом меня спасло появление свекрови и ары Исуры. Драконицы ворвались в гостиную одинаково недовольные друг другом. Разве что бабушка излучала молчаливое неодобрение, а от призрачной дамы тянулся ледяной след. При виде нее драконицы разом умолкли и ненавязчиво потянулись к охранным амулетам.

Стоило попросить ир-ру Леону уделить мне немного времени, как хозяйка дома тут же предложила нам обеим выйти на террасу. Ещё и двери гостеприимно распахнула, охранками вдогонку не помахала, и на том спасибо.

— Простите. Я поставила вас в неудобное положение, — проговорила я, едва за нами закрылась дверь.

Эпатажная призрачная драконица улыбнулась столь пакостно, что стало ясно: достигнутым эффектом она была довольна. И себя показала, и свекрови нервы потрепала — во всех отношениях выгодный выход в свет.

— Не бери в голову, дорогая, — беззаботно отмахнулась она, лишь подтверждая мое предположение. — В неудобное положение я поставила себя сама, когда отказалась ступить в Драконью колыбель. Как можно уйти, когда вот-вот откроется тайна зарождения новой жизни? — По полупрозрачным губам свекрови скользнула предвкушающая улыбка.

— Надеюсь, вы не рассчитываете на мое участие? — спохватилась я. Если свекровь обеспокоится появлением внуков, я точно выйду из образа "правильной" драконицы, которой положено размножаться и радовать силу рода.

— Непременно надеюсь. Но позже. Сильно позже. Благодарю, что не бросаешь моего сына. И за встречу с Исурой спасибо. Если бы не ты, мы бы еще не скоро снизошли друг до друга. Наслаждайся вечером, Лиза Сандерс. — Свекровь ласково посмотрела на меня. — И обязательно скажи Исуре все то, что собиралась.

— Как... Как вы узнали? — слегка растерялась я.

— Смерть сделала меня очень наблюдательной, — усмехнулась свекровь и растаяла в воздухе.

Я еще гипнотизировала то место, где она только что стояла, когда открылась дверь на террасу.

— Она ушла? Наконец-то! Иначе пришлось бы задействовать защиту особняка! — В надменном ворчании ары Исуры было столько недовольства, что я с трудом удержалась от тихого фырканья.

Не захоти драконица впустить ир-ру Леону, защита особняка была бы задействована намного раньше.

— Ир-ра Леона устала и отправилась отдыхать, — с трудом сохранив серьезный вид, объявила я.

В голове все крутилась мысль: прихватила ли призрачная драконица свой "экипаж".

— Ты ее совершенно не боишься. Что с тебя взять, дикая. У вас совершенно не осталось почтения к первородным.

— И все же я отношусь с уважением к чужим традициям и посещала храм, — скромно заметила я, не сомневаясь, что и Великая Ба в курсе, что боги приняли мои дары.

— Дикарка. Ты плюешь на условности. — Драконица неодобрительно поджала губы.

— И сила рода одобряет этот подход. Мне кажется, мы поняли друг друга. Как женщина женщину... — Тут я понизила голос до доверительного шепота, надеясь, что упомянутая "дама" меня не услышит.

Куда там! Мне тут же дали понять, что нагло развесили "уши", тем более что тема, которую я собиралась поднять, была силе рода ну очень интересна.

— И ты надеешься на понимание и поддержку и с моей стороны, — снисходительно фыркнула ара Исура.

Если поначалу она приняла меня за мошенницу, то с прибытием Андерса была вынуждена пересмотреть точку зрения. Или же решила, что я чересчур крепко держу его за яйца и это казалось ей весьма интересным. Святые чешуйки! Надеюсь, она не захочет просветиться за мой счет подобно другим дамам.

— Вы поняли все верно, — я поспешно перешла к цели визита, пока мне не начали задавать неудобные вопросы. — Я рассчитываю на вашу поддержку в одном деле. Наверное, вы уже слышали, что в особняке Сандерсов живут и обучаются две девушки.

— Великий шаман часто делится мудростью с теми, кого сочтет достойным. Я рада, что в этот раз его взор обратился на дочерей рода Сандерс, — чопорно проговорила Исура.

Да, бабушка не промах. Хотя и перешла в другой род, за бывшим гнездом все еще присматривает.

— У вас устаревшие сведения. Помимо уважаемого Огрула, Марлу и Ниару обучают мастера из квартала ювелиров.

На несколько секунд мне удалось лишить драконицу дара речи. Сложив изящные руки на перилах, она долго рассматривала родовую татуировку, а потом еле слышно поинтересовалась:

— Занятия проводятся с разрешения главы рода?

— Скажем так, Андерс не возражает. Ара Исура, уверена, в роду Суратар также есть девушки, обладающие живым умом и жаждой знаний.

— Драконицам запрещено практиковать магию. Не все могут похвастаться поддержкой силы рода и неограниченным доступом к родовому источнику силы.

— Ниара и Марла изучают ювелирное дело и артефакторское искусство. Вряд ли его можно считать активной магией. Ара Исура, когда я говорю об обучении, я имею в виду в первую очередь знания: теорию магии, основы рунических схем и азы практического мастерства. Дракониц считают жадными до магии, но разве можно обвинять голодающего в желании добыть лишний кусок хлеба? Неуемная жажда силы во многом проистекает от незнания и непонимания. Связь с силой рода меня многому научила.

— Например? — Сухой голос Исуры был похож на карканье ворона.

— Неограниченный доступ к чему-либо — в первую очередь огромная ответственность. Именно этого не хватает благородным драконицам. Как они могут себя в чем-то ограничивать, если им разрешается лишь потреблять? Сначала девочек ограничивают в магии отцы, потом мужья, но дорвавшись до желаемого, они не могут остановиться.

Я говорила о юных драконицах, а сама думала о Ларе, не проявившей интерес к занятиям Марлы и Ниары. Ювелирное дело не особо волновало ту, что жаждала повелевать холодом. Ларе нужен был другой учитель и совсем иной подход...

— Чего ты хочешь от меня, ара Сандерс?

— Обмена опытом. Мы могли бы организовать сводные занятия для девушек и, возможно, в скором будущем создать школу.

— Дикая драконица решила учить благороднейших дочерей Лондара, — язвительно бросила Исура, но по ее взгляду я поняла, что Великая Ба заинтересовалась моим предложением.

Столичная гранд-дама возглавляла высшее общество, но наверняка ей хотелось большего. И она не понимала, как же так вышло, что дикарка ее обскакала и добилась более весомых привилегий. Значит, как минимум начнет ко мне присматриваться, в идеале захочет подружиться. А уж я придумаю, как обратить эту дружбу на благо рода Сандерс.

Английским высшим обществом в гостиной особняка Суратар и не пахло. Зато в ней витал потрясающий аромат жареного стейка и буженины с чесночком — закуски, предложенные хозяйкой дома, были лишь легкой разминкой. Оценив, с каким рвением высокородные дамы налегали на мясное, порадовалась, что прежде у меня не хватало времени на светскую жизнь. Всего месяц посиделок по-тарлондски — и я из фальшивой дикой драконицы превратилась бы в реального колобка. Впрочем, большинство присутствующих дам были в теле, что неудивительно с таким-то рационом.

Я зависла, изучая меню сегодняшнего вечера, и не сразу уловила суть разговора, который был начат еще в мое отсутствие.

— У них там совсем плохо с достойными мужчинами, раз согласилась на такого.

— Да кто ж ее спрашивал.

— Вы заметили? Она ничего у него не просит. Ни нарядов, ни украшений.

— Боится. Я бы такого боялась. Мало того, что урод, еще и жадный.

— Бедняжка, — сочувственно подытожила драконица рода Сандерс.

И тут дамы замолчали, засуетились и дружно начали жевать. А ведь они знали, что я покинула террасу. Сидящие к дверям лицом точно заметили. А остальные? Слух у драконов чуткий.

Я могла бы сделать вид, что ничего особенного не произошло. Могла бы представить, что не поняла, о ком шла речь.

Нет, не смогла бы! Хоть Андерс и был мужчиной, с которым меня случайно столкнула жизнь, я не могла позволить, чтобы его так нагло и грубо обсуждали в моем присутствии. Молчание расценили бы как поддержку, даже бездействием можно высказать отношение. Так вот, я становиться в один ряд с чешуйчатыми курицами точно не собиралась!

— И вам не стыдно обсуждать гостя хозяйки этого дома, когда он находится в соседней комнате?

От многоголосого лепета зашумело в ушах. Одни драконицы причитали, что не заметили меня, другие открыто сочувствовали, все-таки с таким страшилищем живу, третьи осторожно интересовались, не обиделась ли сила рода Сандерс на правду.

— Мои отношения с Андерсом вас не касаются. Мы здесь собрались, чтобы обсудить подготовку к празднику!

— А что там обсуждать? Каждый год проводим. Разве что в этом году мудрейший Огрул разрешил поставить шатры в его роще, — заметила драконица, назвавшая меня бедняжкой.

Внезапно я поняла, как выгляжу в глазах высокородных дам: балы и посиделки не посещаю, вместо этого торчу целыми днями в кабинете или ношусь по столице, словно в попу ужаленная, украшения мне не дарят, почести не оказывают, чтобы выпросить ребенка или кусочек секса. Все сама выдаю. Глупая дикарка, не знающая, как правильно вести себя с мужчиной.

Святые чешуйки! Как же они меня бесят!

Чтобы не сказать чего лишнего, решительно прошла в соседнюю гостиную. В той за круглым столом сидели немногочисленные мужчины и о чем-то тихо беседовали. При виде меня разговор прервался, и драконы замерли в ожидании. Я же подошла к Андерсу, обняла со спины, чмокнула в висок и прошептала:

— Пойдем домой. Я очень устала.

Уж не знаю, кто выпал в больший осадок: драконы, не привыкшие к явным выражением чувств на публике, Андерс, с которым мы по большей части вежливо расшаркивались, или я, когда он перехватил мою ладонь и поднес к губам. Руку до локтя прострелило электрическим разрядом, и в тишине гостиной прозвучал низкий ласковый голос:

— Как пожелаешь, моя Искорка.

Искорка? Хорошо, что рыбкой не назвал. Да и собственно, какая разница, если цель была достигнута — мы возвращались домой. Иначе бы я не сдержалась и окончательно разрушила образ правильно воспитанной драконицы.

Андерс заговорил со мной, лишь когда мы переступили порог особняка. Всю дорогу отмалчивался, даже не смотрел в мою сторону. Я интуитивно чувствовала приближение бури, поэтому с трудом сохраняла невозмутимый вид, стискивала зубы, чтобы не ляпнуть чего лишнего. Например, не начать объяснять, почему я захотела уйти. Правду все равно озвучить не смогла бы, а иные причины казались глупыми и надуманными. И все-таки "почему?" прозвучало в тишине холла, заставив пожалеть, что я не умею, как "жабка", просачиваться сквозь стены.

Мысленная связь с хранительницей дома и тут не подкачала. Огненная псина выпрыгнула из стены, потом спустилась, цокая коготками по деревянным панелям, и замерла, преданно уставившись на меня и подчеркнуто не замечая стоящего рядом Андерса. Вот и пусть кто-то скажет, что хранительница рода Сандерсов не женщина, ни за что не поверю!

Наклонилась, потрепала ее по огненной макушке, а потом тихо произнесла:

— Ты не сможешь игнорировать его вечно.

На что мне что-то рыкнули, а потом гордо удалились в сторону кухни. В обычной еде "жабка" не нуждалась, зато любила находиться поближе к домочадцам.

— Почему? — повторный вопрос обозначил, что так просто от меня не отстанут.

В полумраке холла глаза Андерса походили на раскаленные угли, а во взгляде было столько напряженного ожидания, что я все поняла:

— Ты слышал все, что говорили в женской гостиной.

— Пребывание в Диких землях развивает слух, — тихо подтвердил он.

Ах, черт! И что мне теперь сказать? Как объяснить, что собственная семья разочаровала? Точнее, меня разозлили драконицы рода Сандерс, обсуждавшие своего главу.

— Тебе стало меня жалко. Да? — безжизненным тоном произнес он.

— Что? Да что за бред? С чего ты это взял?

— Твое положение сейчас в некотором смысле выше моего. Если бы ты того пожелала, смогла бы попытаться избавиться от навязанной связи.

— Попытаться? — недоуменно вскинула бровь.

Молчание Андерса оказалось красноречивее слов, стало ясно, что мне не позволят "улететь".

— Вхожу во вкус супружеских отношений, — искривил губы в подобие улыбки Андерс. — И нахожу их очень интересными. Но ты так и не ответила на мой вопрос. Что заставило тебя встать на мою защиту?

— Ты мой муж. Знаю, в Тарлонде женщины запросто обсуждают своих супругов и открыто могут их критиковать, однако мои родители привили мне иное воспитание. Наедине мы можем ругаться и спорить, но для общества муж и жена — единое целое. Понимаю, мои слова звучат странно, но это точно не жалость. — Решительно тряхнула головой. — Если тебе так проще, можешь считать, что я делаю это для себя. Этот мир со своими прибабахами, и я вынуждена притворяться, но при этом не желаю терять себя.

Вот же завернула. Терпеть не могу разговоры начистоту. Да и объяснять, что на душе, никогда толком не умела. Предпочитаю поступки красивым словам...

— А мои шрамы? Они тебя тоже не отталкивают?

— Не понимаю, почему ты так на них зациклился.

Андерс шагнул ко мне, и бронзовая маска словно испарилась, явив темные отметины на левой щеке. Ярко вспыхнула над головой люстра, пришлось заставить себя держать глаза широко раскрытыми. Зажмурься я — и этот умник точно какую-нибудь ерунду придумал бы. Проморгавшись, смогла уже более осознанно взглянуть на Андерса.

Шрамы на его лице были старыми, но выглядели так, словно его неоднократно прицельно ранили в одно и то же место, не давая ранам затянуться. Всего несколько темных полос бугрящейся кожи. Я провела по ним кончиками пальцев. И откуда только смелость взялась?

— По-прежнему не понимаешь? — недоверчиво нахмурился дракон.

— В моем мире шрамы не являются чем-то невиданным.

— И их никто не маскирует?

— Отчего же. По-разному бывает. Иногда замазывают специальной косметикой, набивают поверх татуировки. Но мне кажется, что тебе не стоит их скрывать иллюзией, если все и так в курсе. Она только привлекает внимание и напоминает.

— Драконье пламя исцеляет. Дракону достаточно искупаться в нем, чтобы затянулись даже самые глубокие раны. Но мне не позволили исцелиться. Это было наказание. Я не стыжусь своих шрамов, однако они напоминают о моих разногласиях с богами.

Первородные, которым поклонялись в империи, не особо часто вмешивались в жизнь драконов. Ни Ниара, ни Марла никогда их не видели, однако Андерс явно привлек внимание. Не поэтому ли Хрустальная пожелала встретиться со мной в храме?

— Уверена, ваши разногласия незаразны.

Хотела немного разрядить атмосферу, но Андерс неожиданно взял мою руку и поднес к губам. От огня, вспыхнувшего в груди, стало тяжело дышать, с первого дня я старательно ограждала себя от драконьей магии, но контролировать брачную связь не получалось. Даже осознание, что это всего лишь побочный эффект "брачного чипа", помогало слабо.

— Лиза, не передать словами, как я рад, что судьба свела меня с тобой.

— Это не судьба, а Рик, — возразила я. — И однажды он вернется.

Я с вызовом уставилась на Андерса. Пусть только заявит, что я ему настолько понравилась как жена, что Рик может подвинуться, и я точно перестану быть лояльной супругой.

— Они не смогут держать его в Драконьей колыбели вечно, — неожиданно объявил Андерс.

— Они? — встрепенулась я.

— Боги Тарлонда. Один из первородных перехватил Рика в момент перемещения между мирами и назначил наказание.

— Думаешь, Хрустальная ему навредит?

— Хрустальная? — мужчина недоуменно нахмурился. — Я считал, что Рика поймал Странник. В конце концов, это он отвечает за пространственные перемещения.

И все же я была уверена, что Андерс ошибается. Женщина, с которой я разговаривала в храме, не была похожа на мстительную стерву. Скорее, ее волновало, насколько близкие у нас с Риком отношения. Она вела себя как женщина, прощупывающая чужую территорию...

— Вот черт! Андерс, а боги могут. — тут я почувствовала себя настоящей драконицей, краснеющей от одного упоминания интима, — иметь связь с обычными драконами?

— Иметь могут, — спокойно и несколько двусмысленно подтвердил Андерс, после чего тут же уточнил: — Ревнуешь?

— Переживаю. Все-таки здоровье и выносливость не божественные.

— Лиза, предлагаю заключить соглашение. — Дракон таинственно понизил голос.

Последние несколько минут он выглядел крайне умиротворенно и загадочно, прямо не знала, как побыстрее закончить разговор и ретироваться.

— Ещё одно? Дай угадаю: ты собираешься поднять мне зарплату.

Андерс удивленно моргнул. Так и знала, что меня нагло используют, причем на халяву!

— Ты взял меня на должность управляющей родовым имуществом, — напомнила я. — А наемным работникам принято платить.

— Верно. И как это я не сообразил. — Улыбка, возникшая на его губах, прямо-таки намекала, что мне пора валить. — Хорошо. С завтрашнего дня исправлюсь. Тем более что с ролью жены ты справляешься превосходно.

Так и знала, что к хорошему даже драконы быстро привыкают!

— Не входи во вкус. Это временная сделка.

— Разумеется, Лиза. Мы женаты, пока не вернется Рикард. Но до этого момента ты не станешь пытаться разорваться наш брак и позволишь помочь освоиться в этом мире.

— Да уж как-то и без тебя неплохо справлялась...

Отчего-то от предложения Андерса так и веяло подвохом. Странно даже, мне официально предложили мировую, а я была чем-то недовольна. С другой стороны, один раз он мне уже допомогался...

— Когда согласилась сотрудничать в прошлый раз, род Сандерс ограбили дикие драконы. Думала пристыдить, но Андерс и бровью не повел.

— Считай это взяткой ради будущих перспективных отношений, — незамедлительно выкрутился он. — Обещаю, что впредь ничего не стану проворачивать за твоей спиной.

— И будешь объяснять все, что будет непонятно. Вот как есть. Без прекрас и иносказаний. А то Огрула, любящего наводить туман, мне уже хватило.

— Договорились. Взаимная честность и сотрудничество, пока не вернется Рик. — Дракон протянул руку, на которой тут же вспыхнуло его пламя.

Мне полагалось прикоснуться к нему и принять, скрепляя сделку. Однако вместо этого я обратилась к силе рода и попросила подарить немного огня. Отчего-то захотелось проверить, как Андерс воспримет эту нарочитую демонстрацию равноправия.

Дракон усмехнулся и сцапал мою руку так быстро, что я не удержалась от тихого вскрика. Когда же наши огни соединились в единый столб пламени, он вкрадчиво произнес:

— Уверен, это будет весьма занимательная сделка.