Глава 19

Идея, как лучше всего всучить Отаборту фальшивые камни, пришла внезапно. Где-то после десятого подарка Андерса меня и осенило. Не иначе как блеск драгоценностей поспособствовал проблеску мысли. А думала я на этой неделе много. В основном о том, что меня как жену явно переоценивали. Когда заявила об этом Андерсу после первого изумрудного подарочка, наглый драконище рассмеялся в голос и потребовал, чтобы я носила украшения. Еще и выбор контролировал!

— Ясного дня, моя драгоценная. — Андерс вошел в комнату без стука, смутив Ниару. Девушка, помогавшая мне с прической, рассыпала шпильки.

— Ясного дня и вам, ир-ра Расотт-Сандерс. Не знал, что моя супруга не одна.

Ха! Не знал он. Да у этого дракона такие уши, что он, будучи на втором этаже, в курсе, что говорят на первом.

— Светлого неба, ар Сандерс. — Драконица робко приблизилась для пламенного рукопожатия, а потом взглянула на усыпавшие ковер шпильки.

— Не беспокойся, я все соберу, — успокоила я.

В последние дни Ниара была сама не своя от тревоги. Отаборт прислал ей цветы, и девушка переживала, что он явится лично, чтобы озвучить свои права. Я уверяла, что Андерс никогда не позволит этому случиться, но на всякий случай усилила защиту особняка.

Андерс подошел к туалетному столику и нагло сунул нос в футляр для драгоценностей.

— Рубины? Не сегодня. Ты надевала их два дня назад.

— Точнее, я ношу это колье два дня и к нему уже все привыкли, — раздраженно бросила я.

Последний подарок Андерса едва не сорвал мне совещание в квартале ювелиров. Уважаемые мастера узнали родовые рубины Сандерсов, и желание их рассмотреть так активно боролось с природной скромностью, что они не могли сосредоточиться на моих словах. Час времени потеряли!

— Привыкли, — спокойно подтвердил Андерс. — А о нас обязаны говорить. В глазах столичного общества мы должны казаться идеальной парой. Ничто так не облегчает ведение бизнеса, как безупречная репутация.

— Ничто так не восстанавливает пошатнувшуюся репутацию, как продуманная месть.

Прислонившись к туалетному столику, Андерс кивнул и объявил, что слушает внимательно, а когда я изложила суть плана, удивленно вскинул брови, подумал и кивнул:

— Хорошо. Действуйте.

Знакомый деревянный ящичек возник из стены, причем притянула его мне огненная лапа. Кажется, хранительница дома оттаяла и снова выполняла распоряжения Андерса. На краю сознания заворочалась еще одна обиженная сущность. Сила рода негодовала и считала, что “жабка” чересчур быстро пошла на мировую.

— Вот так просто берите и действуйте? — слегка растерялась я. — А если не выйдет?

— Лиза... — Андерс улыбнулся, но у меня от этой улыбки по коже пробежал озноб. — Я предельно четко высказался насчет соглашения Ловуда и Отаборта. Если тебе не удастся освободить Ниару от бывшего жениха, я его убью.

Да уж. Этот мужчина умеет правильно мотивировать.

Ниара отправилась на встречу с Экхаром в одиночку. Моя бы воля — увязалась бы следом, но Андерс не позволил. Сказал, что Отаборт будет ждать слежку, а если что-то заметит, успешность всей затеи окажется под вопросом. Я не верила этому козлодраку ни на грамм, и то, что свидание проходило в столичной ресторации в паре кварталах от представительства Сандерсов, ни капли не успокаивало.

Когда Андерс заявил, что почувствует, если Ниаре будет грозить опасность, я не удержалась и спросила, где же была его чуйка в прошлый раз. Да, прямо по больному ударила. Думала, пошлет туда, куда и драконы не летают, но Андерс смерил меня тяжелым взглядом и заявил, что, если продолжу психовать, не узнаю о последних новостях с юга.

Пока я мучительно соображала, какими шахтами род Сандерсов владеет на юге империи, супруг пояснил, что ему доставили почту из земель змеелюдов. Вот так у меня состоялась внезапная лекция о чешуйчатом народе, соседствующем с драконами. Рассказ был познавательным, но взбудоражил меня не он, а содержимое письма: змеелюды согласились продать огненные камни, причем в количестве, на которое род Сандерсов заключил сделку с сартаронскими целителями.

— Триста камней им на склад! — усмехнулась я, представив шок драконов.

Огненные камни обладали запечатанным жаром, схожим с внутренним огнем дракона, и помогали регенерации и восстановлению, да и в целом улучшали самочувствие. Хранить эти камни надо было небольшими партиями и в спящем виде, иначе огненный апокалипсис неизбежен. Змеелюды обещали прислать своих заклинателей для сопровождения заказа, но я не представляла, что будет делать Сартарон со свалившимся на него богатством.

— Знаешь, что злит сильнее всего? — Я ухватила со стола гренку. — Глава Сартарона знал, что мы не сможем выполнить заказ в срок. Попадем на штраф и будем упорно ковырять эти камни последующий десяток лет.

— Или откажемся от добычи вместе с сопутствующими разработками, — подхватил Андерс, надкусив сырный шарик.

Обсуждать проблемы рода было проще всего за едой. Сунув нос в мой гардероб с утра и обвесив меня драгоценностями для поднятия собственной репутации, супруг улетал по делам. Вечером мы либо отправлялись в гости, либо встречались в особняке за столом, чтобы обсудить последние новости или проблемы рода. Но чаще всего мы ужинали в представительстве вкусностями из "Драконьего жора". С каждым днем Андерс, которого я опасалась и на которого злилась, все больше походил на Андерса-из-камина. С тем Андерсом можно было говорить обо всем и не опасаться быть рассекреченной.

— Род Сандерс не обеднел бы, если бы отказался от добычи угля, — медленно произнесла я. — Зато репутацию сохранил бы. Знаешь, а ведь Рик точно испугался бы и постарался все уладить. У него духу не хватило бы пойти на конфликт, чтобы потянуть время.

— К змеелюдам он бы точно за камнями не подался. Я и сам узнал, что они их добывают в кратере вулкана, только когда... — Андерс резко замолчал и замер, уставившись на тубус из коры дерева, в котором прибыло письмо. — С тобой легко говорить, Лиза. Ты умеешь слушать.

Да, в Тарлонде я только этим и занималась. Минимум расспросов, зато ушки всегда на макушке. Когда Андерс упоминал о своих многочисленных связях, я думала, что он имел в виду кланы диких драконов. Но выяснилось, что он неплохо ладит с грохами, а теперь вот со змеелюдами умудрился сделку заключить.

— Так, значит, ты жил у змеелюдов...

— Какое-то время. — Дракон бросил на меня быстрый взгляд исподлобья, словно проверяя реакцию.

— После наказания? — еле слышно спросила я.

Могла бы давно задать этот вопрос Огрулу или ир-ре Леоне, но мне показалось нечестным разнюхивать что-то за спиной Андерса, когда я заявила, что меня не интересуют его разногласия с богами.

— Это была Карающая печать Древнего, — глухо уточнил он.

Пришлось вцепиться в подлокотники кресла, чтобы не вскочить на ноги. Ведь я уже слышала о таком наказании. Отец Марлы погиб в волшебной шахте, и девушка была уверена, что это произошло из-за нее, ведь она самовольно вломилась в подземелье на правах владелицы, не получив разрешения бога.

Примерно как я.

Андерс был ранен, а шрамы на его груди походили на письмена.

Крепко зажмурившись, попыталась переварить жуткое открытие. Не может быть, чтобы Андерса наказали из-за меня. Он бы сказал. Да он должен был популярно объяснить, какая же я дура, а не нанимать на работу!

— Так-так. Вижу, Марла рассказала об отце.

Кивнув, заставила себя открыть глаза и посмотреть на Андерса, и не обнаружила того на месте. Лишь когда на стол легли ладони, поняла, что дракон стоял за моей спиной.

— Не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой, — тихо произнес он.

— Но почему?! — повернувшись, задрала голову и посмотрела в лицо Андерса.

За минувшие дни я почти поверила, что наши отношения схожи с теми, что были у меня с Риком. Дружеское партнерство — единственная форма общения с противоположным полом, которую я знала. Но сейчас, когда Андерс стоял так близко, что я могла рассмотреть крошечные язычки пламени в глубине его глаз, было невозможно игнорировать ни физическую привлекательность, ни ауру властного спокойствия, которая его окружала. Я могла бы попытаться объяснить эту магию воздействием брачной татуировки, но фокус в том, что я точно представляла, как ощущается притяжение силы более влиятельного дракона. Император Ардам продемонстрировал мне его без прикрас, так что было с чем сравнивать.

— Долг дракона — защитить свою пару.

— Ты должен был сказать.

— Что ты обладаешь абсолютной защитой? — насмешливо заломил бровь Андерс. — Боюсь, в этом случае мне пришлось бы прочувствовать все последствия твоей деятельной натуры.

— Я не камикадзе, — еле слышно буркнула, ощущая неловкость.

Вот дура! Я же не просто вляпалась, войдя в волшебную шахту. Я этого даже не поняла, хотя меня скрутило от боли на входе. И Марла не предупредила о возможных санкциях мстительного бога. Видимо, и в самом деле сочла великой преемницей главы рода.

— Не понимаю. Волшебная шахта принадлежит нашему роду...

— Не совсем. Сандерсы всего лишь привратники в святилище магии. Истинный владелец один. Древний. — Я невольно вздрогнула, и тут Андерс обнял меня за плечи: — Не бойся. Ему нас не достать.

— Считаешь, что можешь тягаться с богом?

— Считаю, что знаю достаточно, чтобы он перестал им быть. — Дракон замолчал, словно к чему-то прислушиваясь.

Я и сама уловила сигнал, поданный защитой представительства, и сердце тут же пропустило удар.

— Ниара вернулась! — прошептала я, чувствуя, как начинает подкатывать мандраж.

Весь вечер Андерс умело отвлекал меня от тревожных мыслей, но сейчас настал момент истины.

Обнаружив на пороге незнакомку, я сперва растерялась. Андерс ловко потеснил меня в сторону.

— Ваши артефакты день ото дня хорошеют, как и вы сами, очаровательная ир-ра.

Девушка залилась румянцем, потупила взгляд. В общем, так бы и топталась разомлевшая, если бы я не втащила ее в холл и, лишь закрыв дверь, поинтересовалась:

— Недавняя разработка? Почему не рассказали?

Ниара развеяла иллюзию прикосновением к золотому браслету и смущенно пояснила:

— Мы с Марлой еще его не закончили. Надела на тот случай, если Экхар надумает за мной проследить. Но он сорвался в небо еще до того, как я перешла на другую сторону улицы.

— Торопился, — задумчиво обронила я. — Видимо, тебе удалось произвести на него впечатление.

Разумеется, Экхара Отаборта поразило не милое личико бывшей невесты, а содержимое ее шкатулки. Ниара показала дракону волшебный камень, а потом посетовала, что я не тороплюсь закрывать ее долг. Все в личную сокровищницу тащу, скряга ненасытная. И Экхар клюнул! И судя по тому, что в особняк он примчался раньше нас, наживку козлодрак заглотил глубже некуда.

— Ир Отаборт, какой сюрприз! — противно пискнула я, стараясь казаться взвинченной до предела.

Мне и не пришлось притворяться. Я и в самом деле нервничала, ведь супруг не пожелал вернуться домой. Заявил, что его мрачная рожа только все испортит, вдобавок у него дела в мужском клубе, а если Ортабор посмеет вести себя плохо, то хранительница откусит ему голову. И вряд ли последнее было безобидной шуткой. Так что да, я нервничала. И руки у меня тряслись вполне натурально, когда я вытаскивала коробочку с фальшивыми камнями из сокровищницы.

— Я рад, что вы все же решили выполнить свои обязательства. — Дракон смерил меня высокомерным взглядом.

— А я рада, что Ниара окончательно от вас освободится. Знаете, ей повезло, что вы оказались настолько жадным и расчетливым, что не смогли себе позволить на ней жениться, и достаточно аморальным, чтобы предложить ей иной вариант отношений. Если Ниара и питала к вам какие-то чувства, то вы сами их растоптали, и теперь она сможет двигаться дальше.

— Дикарка! Да что ты понимаешь в выгоде и расчете. Ты хотя бы представляешь, что это такое?.. — Дракон бросил вороватый взгляд на входную дверь.

— Мой супруг не рассказывал мне о волшебных камнях, но я собираюсь его расспросить, как только он вернется.

Надо ли говорить, что после этого козлодрак спешно надумал прощаться. Но куда там! Пришлось бедняге сначала озвучить устный отказ от претензий, а потом потратить время и на писанину. Ловуд составил проект документа, который я и выдала заметно офигевшему дракону. Письменные принадлежности принесла “жабка”, в честь такого гостя вымахавшая до размеров английского мастифа и явно собирающаяся исполнить трюк с откусыванием головы, если что-то пойдет не так. Отаборт и не догадывался, по какому краю прошелся, нехотя накорябал отказ от претензий и откланялся.

Ниара и Марла дожидались результатов переговоров в ювелирной мастерской, так что избавление от Экхара отмечали не вкусненьким, а демонстрацией артефактов, созданных руками дракониц. Усовершенствовав кристаллопроектор, девушки создали артефакт внешнего преображения, уже успешно протестированный Ниарой. Я осмотрела массивный золотой браслет, с внутренней стороны украшенный хитрой мозаикой из драгоценных камней, и поинтересовалась[1] , как в столице обстоит дело с регистрацией патентов. По реакции поняла, что с подобным вопросом лучше обратиться к Ловуду. Ювелирные мастерские тщательно оберегали семейные секреты и с пренебрежением относились к кустарным разработкам неименитых мастеров. Но если организовать поиск неродовитых талантов...

От предвкушения перспектив начали чесаться руки, лоб, шея. С возвращением, Андерс!

Оставив окрыленных планами девушек в мастерской, я поспешила в холл. Хотелось немедленно сообщить Андерсу новости. Или мне просто хотелось увидеть Андерса, чтобы сказать спасибо за то, что поверил в меня. Я понимала, почему он не вернулся домой, а изобрел причину, чтобы задержаться в городе, — он дал мне возможность прижать Отаборта в одиночку.[2] [3] Будь я драконицей, личная победа над врагом для меня была бы очень важна.

Ар! К черту межвидовые заморочки! Я была просто рада, что удалось надрать этому козлодраку задницу!

— Получилось! — без лишних предисловий объявила я и замерла, не зная, о чем лучше рассказать сначала.

О соглашении, подписанном Экхаром, которое мы могли обнародовать, если он хотя бы чихнет в сторону Ниары, или об успехах девушек, которыми я гордилась до слез. А может, проблема таилась в том, что я смотрела на Андерса и не могла отвести взгляд? Воздух в холле сделался горячим, как пламя, пляшущее в глазах огненного дракона.

— Я не сомневался, что ты справишься, — пророкотал он и протянул мне руку. — Идем.

— Вообще-то это я хотела тебя пригласить. Марла и Ниара...

— Могут подождать до утра. А я — нет. Должен сделать это, пока еще хватает духу, — еле слышно добавил он.

И сразу ноги приросли к полу, и невольно подумалось, что я давно перестала воспринимать Андерса как чешуйчатого и хвостатого. Это был мужчина, взгляд которого обжигал и заставлял чувствовать себя почти желанной. Почти. Ведь я запрещала себе и думать о подобном. Нас с Андерсом связывало лишь временное соглашение и.

— Довольно. Не знаю, в какие игры вы играли с Риком, но ты не должна использовать свои чары на мне.

— Чары? — удивленно поперхнулась воздухом. — В моем мире нет магии.

— Ошибаешься, Лиза. Мир, способный породить настолько волшебное создание, обязан хранить хотя бы крупицу магии. Вот о ней и я собирался тебе рассказать. И расскажу, если ты перестанешь на меня смотреть как истинная драконица, которая очень рада возвращению супруга.

— И совсем я не. — Я обхватила себя руками, совершенно смешавшись. — Ты смеешься!

— Над собой, Лиза Сандерс. Исключительно над собой и тем, что не сразу разгадал очевидное. — Андерс шагнул к стеклянному стеллажу с сокровищами рода, и тот внезапно исчез, сменившись провалом в стене.

Теперь я смотрела вглубь драконьей пещеры, внутри которой аккуратными горками лежало золото, сундуки и шкатулки с драгоценными камнями, а в нишах находились особо ценные артефакты.

— Не желаешь взглянуть на все богатства рода Сандерс?

Андерс протянул мне руку ладонью вверх и замер, давая самой решиться на этот шаг, однако, когда я подошла и переплела наши пальцы, на лице мужчины проступило облегчение. В недра драконьей сокровищницы я шагнула под аккомпанемент голоса

Андерса, рассказывающего о древних временах, когда драконы владели природными источниками магии и вели борьбу за обладание ими. Жажда личного накопления едва не погубила и драконов, и этот мир. Когда же они решили остановиться и воззвали к богам, те откликнулись на мольбы и изменили драконов. На смену личным источникам силы пришли родовые — драконы должны были помнить, что лишь в единстве семьи их сила, а вместо природных источников магии, которые они едва не иссушили, появились волшебные камни.

— И новый способ накопления, — подхватила я.

— Выбор. У драконов появился выбор: использовать силу или сохранить ее для потомков. Мой прадед выбрал второй вариант. Если проследить историю нашего рода от Дня перерождения, можно заметить, что среди Сандерсов не рождалось ни великих заклинателей, ни выдающихся воинов. Мы были скромными добытчиками земных сокровищ, накапливали магию, точно так же, как копили драгоценные камни, — и наш род начал меняться. В нем рождались не просто огненные драконы, а огранщики и артефакторы, стеклодувы и ювелиры...

— Поэтому пламя Сандерсов и называют созидающим?

— Верно. Мы творили с помощью огня, использовали природную силу стекла и драгоценностей и. умудрились прогневить богов. Первородные переполошились, что в родовом источнике Сандерсов собрано чересчур много магии, и потребовали, чтобы мы ее израсходовали. А когда мой дед отказался — натравили на наши шахты земляных и огненных духов, вынудив потратить магию на создание охранных барьеров.

— Это был Древний, да?

Андерс не ответил. Он смотрел на стену, в нишах которой находились самые ценные сокровища рода, но мысленно находился в прошлом.

— Древний наказал не только моего деда, самый страшный удар обрушился на простых шахтеров. Для многих тот спуск под землю оказался последним.

Я не знала, что сказать. Любые слова были бессмысленны. Наверняка Андерс был еще ребенком, когда произошли нападения духов.

— Древний добился своего. Сандерсы потратили магию, но начало было положено. Вдохновленные нашим примером, другие драконы тоже стали накапливать магию в родовых источниках.

— Именно поэтому Древний так на тебя взъелся?

Мужчина криво усмехнулся и качнул головой.

— Я имел наглость заявить, что, даровав нам перерождение и новую магию, боги забыли предупредить о грядущем вырождении. Я долго жил среди диких драконов, мне есть с чем сравнивать. Когда я озвучил свои наблюдения во время собрания старших родов, боги были настолько недовольны, что предложили мне пожить у диких, раз уж они мне так нравятся, а Древний подарил Карающую печать, избавиться от которой я мог лишь за пределами империи.

Андерс знакомил меня со своей жизнью насмешливым тоном, но я понимала, что скрывается за легкостью слов: боль и одиночество. Драконьи роды близки, семья во главе всего, а его лишили поддержки близких, когда она ему была так нужна.

Не выдержав, обняла его со спины и быстро произнесла:

— Молчи, сама в шоке.

— Расценю это как сигнал, что мне следует продолжить свои откровения.

— Даже не сомневайся. Итак, тебя заинтересовали дикие драконы...

Изо всех сил старалась сохранить насмешливый тон, и только кровь давно пульсировала в висках, а лицо пылало не хуже стекольной массы. Хотела ненавязчиво отлепиться, но Андерс точно это почувствовал и накрыл мои ладони своими.

— У них все иначе. Быт, нравы, уклад.

— Традиции, — смущенно подхватила я, прекрасно помня о жарких воспоминаниях Рика об этом крае.

— Свобода полета и полное отсутствие магии. По ту сторону гор нет богов.

— Как это? Не дотягиваются? — слегка опешила я.

Я знала, что дикие драконы не приняли новый порядок, но не думала, что таким образом они лишились и поддержки богов.

— Дикие не ждут милостей от Странника или Хрустальной, зато они могут не опасаться карающего бича Древнего.

— А еще они любят и уважают секс и прекрасно размножаются, — подхватила я и только после этого осознала, что ляпнула, кому и при каких обстоятельствах.

Томительная пауза, возникшая после моего заявления, намекала, что Андерс не был готов к подобной откровенности. Наконец он тихо бросил:

— Поясни.

— Считай меня мастером наблюдений, — с трудом выдавила я, потому что наглый дракон начал поглаживать мои руки. — Дикие драконы ближе к изначальной форме, они все умеют оборачиваться и активно используют все преимущества обеих ипостасей.

— Очень активно.

От тихого смешка Андерса бросило в жар. До этого момента я и не думала, что меня можно смутить еще сильнее.

— Дикие драконы не получили новую магию, зато сохранили старые возможности.

Хотела перевести все в шутку, но поперхнулась воздухом, ощутив прикосновение губ к своей руке.

— Спасибо. Мне нужно было это от кого-то услышать.

— Ты догадывался?

— Предполагал. Но обсудить было не с кем. Точнее, прежде у меня был Рикард...

— А сейчас я за него.

И снова шутка не удалась. Мои руки оставили в покое, и я тут же отскочила. Драконья сокровищница оказалась просторнее стеклянного шкафа, и я сделала вид, что любуюсь ее богатствами.

Итак, Андерс был близок с Риком. Если прежде у меня имелись некоторые сомнения, то теперь они развеялись. Андерс ждал возвращения брата. От облегчения на глазах выступили слезы, но я приказала им втянуться обратно. Не время разводить сырость.

— Так странно. Род Сандерс считается великим, но ты сам сказал, что великих заклинателей среди вас не было.

— Все верно. Магия не наша сильная сторона.

— Но тебя считают сильнейшим драконом!

— Моя сила в пламени, а не в магии. Даже Ардам не горит желанием опробовать его на своей шкуре, — с истинно мужским самодовольством поведал Андерс.

Отлично, ничто человеческое этому дракону не чуждо.

— Открыть? — Он возник рядом, и я поняла, что бессмысленно таращусь на огромный кованый сундук, украшенный металлическими заклепками и руническим орнаментом.

— Работа Суратара?

— Разумеется.

Мужчина протянул руку к замку, но я ее перехватила:

— Не нужно. Не сейчас.

— Правильная драконица тут все перевернула бы, потрогала, пощупала, примерила.

— Заодно и магией подзарядилась. А ты что хотел? Вы держите своих женщин на голодном пайке.

— Думаешь, это несправедливо? — Андерс вперил в меня внимательный взгляд.

Так странно, ему в самом деле было интересно мое мнение на этот счет.

— Такое поведение недальновидно и нерационально.

Губы Андерса дрогнули в улыбке, словно он хотел рассмеяться, но в последний момент передумал.

— Если есть два варианта ответа, ты обязательно выдашь третий.

— Считай это взглядом со стороны.

Да, взглядом человека на проблемы драконов. Звучало глупо. Однако я не первый день жила в Тарлонде и видела все плюсы и минусы драконьего общества. Я не собиралась лезть на баррикады, скандируя: "Магию женщинам", но на примере Марлы и Ниары видела, что систему образования дракониц нужно менять. Одна я не справлюсь, даже поддержка Андерса ничего не решала. Мне были нужны единомышленники из других великих родов. И кстати, пока не забыла...

— Какому роду принадлежит император Ардам? Я не заметила ни в Рубиновом, ни в Блистательном дворце его герба.

— Император вне родов и семейных связей. Он ставленник богов и правитель, обладающий особой магией, гарант мира среди драконов.

Иными словами, первородные сделали выводы из прошлых войн и даровали императору возможности для разрешения конфликтов среди драконов.

— Но папа с мамой же у него когда-то были? Или он сам из яйца вылупился?

— Были, — с тихим смешком подтвердил Андерс. — Когда-то очень давно император принадлежал роду Сандерс.

Змеелюды не подвели и доставили необходимые нам огненные камни. Когда в Лондар прибыл заказ в сопровождении заклинателей камней, во мне проснулся вредный почтальон Печкин. Вот она, посылочка! Только я вам ее не отдам, потому что вы хранить ее содержимое неправильно будете. О пожарной безопасности огненные драконы не слышали, да и в целом крайне беспечно относились к огню, которым умывались, лечились, а особо ярые любители стихии в нем еще и размножались. Без этих сведений я бы точно прожила, но воспоминания Рика не оставили мне и шанса остаться непросвещенной.

Сотня камней и всего два склада. Один — в самом центре столицы, а другой — в Вольном городе, рядом с металлолитейным заводом Суратаров и стекольным заводом Сандерсов. Узнав, где целители собираются разместить заказ, я объявила экстренное собрание и очень долго рассказывала о технике безопасности при хранении взрывоопасных материалов. Пыталась мимоходом выяснить у целителей, на кой черт им понадобилось столько целебных камней, но тут меня послали лесом. Внутренние дела чужого рода не должны были интересовать дикую драконицу Сандерсов, которая вмешивается в мужские дела, писхует и вообще отвлекает всех от важных занятий.

Пришлось взять два камня, от души стукнуть друг об друга, добавить родового огня как катализатора, а потом так же душевно убегать на руках Андерса, который успел меня вытащить из представительства до того, как в нем начался пожар. Представительства было до слез жалко, несколько дней потом восстанавливали, зато целители четко уяснили, что фига им, а не камни, если не придумают, как их хранить без помощи змеелюдов.