Глава 35

Алина проснулась в холодном поту. Сердце стучало молотком. В мозгу до сих пор звучали последние слова отца. Дракон ему, видишь ли, подходит!

С чего вообще ей опять начали сниться кошмары?! Пусть не с драконом в главной роли, но ведь в итоге опять про него!

Причём нереальна только последняя часть, всё остальное — калейдоскоп из воспоминаний.

А может быть, сон неспроста? Предупреждение? Стоило ей вчера растаять с драконом — и вот, пожалуйста!

Однажды она спросила мать напрямую: «Как тебя вообще угораздило выйти за отца замуж?!»

Мама только махнула рукой, утирая слезу: «Ох, Алин, а ты думаешь другие лучше?! Да все мужики одним миром мазаны. Им бы только командовать и давить! Но знаешь, как красиво твой отец ухаживал… Чуть ли не на руках носил. Цветы через день, стихи читал. Любое желание старался предупредить. Веришь?»

Алина тогда честно помотала головой.

«Вот и мне уже не верится. А ведь было».

Девушка посмотрела в окно, за которым уже брезжил рассвет.

Воспоминания про отца так и давили гранитной плитой. Слёзы сами наворачивались на глаза.

Ну откуда, откуда это вдруг выплыло?! Уж лучше бы снова сны про то, как её сжигает дракон! С ними при помощи Влада она более-менее разобралась. Конечно, неприятно и дико страшно гореть заживо — но это ведь не по-настоящему. Проснулась, отдышалась — и можно забывать!

А то, что снилось сегодня — это ведь всё было, БЫЛО. На протяжении многих лет, изо дня в день. И если ей будут напоминать каждую ночь… Нет, этого она просто не вынесет!

Что же делать? Она же обещала Марвиллу сближение. Но как сдержать слово, если «перед глазами» всё время будет папашин пример?! Так она только опять начнёт шарахаться от «жениха».

А ведь ему это сближение необходимо. И она обещала! Ну за что ей всё это?! Чёрт! Чёрт! Чёрт!

— Алина, что с тобой? — Марвилл вдруг обнял её сзади.

Она вздрогнула всем телом.

— Да что случилось-то? — в голосе мужчины звучала тревога.

Только ответить Алина не смогла. Её окончательно накрыло, и она разрыдалась.

По счастью, Марвилл с расспросами не наседал. Просто прижал к своей крепкой груди и поглаживал по голове. Алина даже развернулась к нему и продолжила рыдать, уткнувшись лицом в эту самую грудь.

Постепенно истерика иссякала. То ли просто силы на неё заканчивались, то ли… это молчаливая поддержка Марвилла так влияла. Его желание успокоить она ощущала прямо физически.

Наконец девушка прекратила реветь, утёрла слёзы и подняла голову. Встретилась взглядом с тёплыми карими глазами.

— Расскажешь в чём проблема-то? — всё-таки спросил мужчина. — Я вчера сделал что-то не так?

— Нет, — Алина замотала головой. — Ты ни при чём. Просто кошмар приснился.

— Опять про дракона? — он нахмурился.

Девушка снова качнула головой:

— Про родителей.

Складка между его бровей не разгладилась, кажется, даже стала ещё глубже.

— Ты говорила, что они погибли. Что-то про их смерть?

— Да нет, про их жизнь. И про мою.

Вот тут его брови поползли вверх, а глаза расширились в явном недоумении.

— Что же кошмарного тебе могло присниться про жизнь родителей? Какая-то ссора?

Алина горько усмехнулась:

— Самое смешное, что ссор-то практически и не случалось. По сути, вся их совместная жизнь была одним сплошным непрекращающимся кошмаром.

В глазах Марва прибавилось удивления, но он продолжал лишь выжидательно смотреть на неё.

А может, и правда рассказать ему? Вряд ли, конечно, мужчина поймёт. Но он ведь хотел знать, откуда её нежелание брачных уз и недоверие к противоположному полу вообще. Вот и пускай послушает.

— Хорошо, попробую объяснить, — начала Алина.

Прежде всего попыталась обрисовать проблему в общих чертах. А потом её понесло в воспоминания. Она говорила и говорила, перебирая один случай за другим. Слёзы вновь то и дело текли из глаз. Но на душе почему-то становилось легче, словно от лежавшего на сердце валуна постепенно откалывались и исчезали кусочки. Пусть маленькие, зато испарялись они бесследно.

С подругами никогда такого эффекта не было. Когда в юности Алина жаловалась им — да, боль отступала, но лишь на время. Быть может, разница в том, что тогда раны были слишком свежи? Да и стоило вернуться домой, отец быстренько напоминал ей, что женскому мнению на свете попросту нет места.

— Мда… — протянул Марвилл, когда она замолчала. — Вот, значит, откуда растут ноги твоей нелюбви к мужчинам. Ну, с таким отцом по-другому, наверное, вообще не могло быть.

— Ты правда понимаешь? — приподнявшись в изумлении, Алина посмотрела на него. Оказывается, углубившись в откровения, она и не заметила, как легла головой мужчине на плечо. — Я думала, сейчас начнёшь защищать его — мол, отец же заботился о вас, просто знал, как будет лучше, вот и делал именно так. Во всяком случае, сам он никогда не забывал тыкать нам этой своей заботой.

Марвилл криво усмехнулся:

— Да нет, Алина, заботился он исключительно о себе. Иначе хоть иногда бы замечал, что творит эта его «забота» с вами. Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через такое. Но ты молодец — не сломалась, не превратилась в ведомую куклу. Всё-таки жажду самостоятельных решений он из тебя не вытравил.

— Ты так говоришь, словно тебе нравится мой характер, — девушка вновь бросила на него удивлённый взгляд. — Как будто это не я вытрепала тебе уже все нервы.

Мужчина улыбнулся:

— Но ты мне действительно нравишься — такая, какая есть. И нервы мне треплет совсем другое. Ты можешь вообще ни в чём не соглашаться со мной — только не беги от меня, как от огня. Если бы ты дала мне хоть один шанс доказать, что рядом со мной тебе не будет плохо…

— И ты не станешь потом пытаться укротить меня? — Алина недоверчиво вскинула бровь.

— Никогда. Зачем мне затравленная зверушка? Знаю, что бы я сейчас ни сказал, ты не поверишь, — Марвилл вновь сдвинул брови. В карих глазах плеснулась боль. — Но, кстати, насчёт отца я тебя понимаю, возможно, как никто другой. У нашего отца характер тоже был не сахар. Правда, он всё же не получал наслаждение, растаптывая близких в порошок. Однако борьбы с ним даже в каждой мелочи нам тоже хватало.

— В общем, и ты можешь написать книгу «Как закалялась сталь», — вдруг пошутила Алина. Сама от себя не ожидала, что уже способна шутить.

Марвилл Островского, конечно, не читал, но смысл понял и улыбнулся. На щеках тут же прорисовались неизменные складочки.

Алина застонала про себя. Нет, просто невозможно, как на неё действовала эта его мимическая особенность! Рука сама куда-то потянулась — наверное, к складочкам. Однако до них почему-то не дошла, принялась вычерчивать что-то кончиками пальцев на груди мужчины.

Лишь когда его взгляд опасно потемнел, опомнилась, что до пояса он вообще-то абсолютно голый.

Девушка испуганно упёрлась ему в грудь обеими руками.

А он вовсе и не возражал, чтобы она трогала его какими угодно жестами.

Как назло, ладони категорически не хотели отлипать от его тёплой шелковистой кожи.

— Нет-нет, Марв, спасибо, что выслушал, — залепетала Алина. — Но о консуммации нам думать ещё рано.

— А я разве прошу? — его улыбка продолжала бессовестно кружить ей голову.

— Не просишь, ну и замечательно, — она тоже улыбнулась. И всё-таки отклеила ладони от его груди. Бросила взгляд на часы над камином: — Кажется, пора вставать. Если мы ещё собираемся сегодня куда-то ехать.

***

Алина с Марвиллом одновременно завели «Харлеи». Воздух завибрировал от мощи двигателей.

Поначалу её пытались посадить на мотоцикл Дениса, но у того был чёрный бензобак. Алина решила, что раз уж Марвилл чёрный дракон, значит, и бак у него должен быть соответствующим.

Говорила настолько убедительно, что мужчинам ничего не оставалось, кроме как согласится. И теперь она гордо восседала на королевском байке.

Выслушав от Влада последние наставления, Алина тронулась с места, медленно покатила к воротам.

Марвилл обогнал её и свернул на серпантин первым. Спускаться со склона друг за другом им наказали хозяева мотоциклов — чтобы не возникло проблем на крутых поворотах.

А уж добравшись до прямой дороги, поравнялись и прибавили скорости.

Вот она — свобода! Вот он — полёт!

Ну и как тебе, граф? — Алина бросила взгляд на Марвилла. А ты в обнимку хотел!

Они стали развлекаться тем, что по очереди чуть-чуть прибавляли газа, чтобы немного вырваться вперёд. Словно бросали друг другу вызов.

Проехали километров пять, а может, и больше. Так бы и мчали дальше, только вот совесть не позволяла транжирить чужой бензин.

Развернулись и двинули обратно, теперь уже медленнее — чтобы максимально растянуть удовольствие.

На подъезде к Нолвуту Марвилл жестом попросил Алину притормозить.

— С тобой я каждый день открываю что-то новое, — признался он, заглушив двигатель.

— Вчера ты узнал, что безрассудные девушки действительно существуют, — посмеиваясь, сказала Алина, вспомнив свой героический бросок между волком и «драконом». — А что за открытие совершил сегодня?

В свою очередь рассмеялся и Марвилл.

— Мне и до этого нравилось ездить на мотоцикле, — сказал он. — Но сейчас, когда мы с тобой ехали рядом… это было просто великолепно!

— А я говорила! — улыбнулась Алина.

— Ну а ты на «Харлее» это вообще незабываемое зрелище, — не скрывая восхищения, добавил граф.

— Ты на байке тоже ничего себе.

— Только на байке? — вскинул бровь Марвилл.

— Нет, ещё в бассейне, — усмехнулась Алина и завела двигатель.

Столицу объездили вдоль и поперёк — городишко небольшой, поэтому экскурсия много времени не заняла. Посмотрела Алина и на королевский дворец. Дворцом это, конечно, трудно было назвать — скорее, небольшой замок.

Последним пунктом путешествия стал трёхэтажный белый особняк. Как выяснилось, здесь жили Кравцовы. Они, кстати, равно как и Тимур с Евой, узнав, что свадьба переносится, ещё вчера сразу после обеда уехали домой. А Марвилл просто решил заглянуть к ним в гости.

— Хозяева в саду, ваше сиятельство, — сообщил слуга, появившийся на звук мотоциклов. — Я доложу им, что вы приехали.

— Мы подождём в гостиной, — сказал Марвилл и, взяв Алину за руку, вошёл в холл.

Поворачивая на лестничной площадке, девушка бросила взгляд в окно и остолбенела.

— Марв, — она схватила мужчину за рукав. — Там… там два леопарда! Сбежали, наверное, откуда-то! — она указала пальцем на пару пятнистых хищников, которые, сцепившись, резвились на лужайке.

— Во-первых, это не леопарды, а ягуары, — рассмеявшись, поведал граф. — А во-вторых, это Олег с Региной.

— Что?! — вылупила глаза Алина. — Серьёзно, что ли? Они оборотни-ягуары? И такие тоже бывают?

— Как видишь, — улыбнулся граф, наблюдая, как подошедший слуга что-то говорит хищникам.

— Ну, теперь хотя бы стал объясним тот факт, что Регина перед свадьбой съела полтора кило мяса, — протянула девушка.

— Перед свадьбой? — поразился Марвилл.

— Накануне, я хотела сказать.

— А, ну это другое дело.

Ну ничего ж себе! Ягуары!

Вот же чёрт — почему ей не предлагается обрести ипостась в виде красивого зверя?! Почему жизнь пытается подкинуть ей будущее в виде крылатой ящерицы? Чем она так судьбу прогневала?

Продолжая сетовать сама себе на вселенскую несправедливость, Алина не заметила, как по лестнице к ним поднялись Олег с Региной.

— Привет, пятнистые! — поздоровалась она с улыбкой.

Ой, сейчас как скажут ей: «Привет, чешуйчатая!».

Но, к счастью, Кравцовы поздоровались нормально.

— Вы как раз к обеду, — Регина призывно мотнула головой.

— Это мы удачно заглянули! — обрадовалась Алина — аппетит за время поездки разгулялся нешуточный.

Олег отдал распоряжение слуге, чтобы накрыли ещё на две персоны. А затем провёл небольшую экскурсию по дому.

— Неплохо устроились, — оценила Алина логово ягуаров, когда четвёрка расселась за столом.

— Учитывай, что мы ещё здесь и работаем, — заметил Олег.

— Уж не банк ли тут у вас? — больше в шутку поинтересовалась девушка. Пока Кравцовы гостили в Альгарде, она всё время забывала спросить, чем в Алаваре занимается бывший банкир. Потом вспомнила, но пара уже уехала.

— Именно, — улыбнулся Олег. — Это первый банк на Интарре, — добавил не без гордости.

— Здорово! — восхитилась Алина. — Знаешь, а мне Герман предложил работать в «КД-Капитале».

— Слышал об этом, — сказал Кравцов. — И в свою очередь хочу предложить тебе работу в моём новом банке. То есть здесь, — он обвёл взглядом столовую, подразумевая под ней здание в целом.

У Алины чуть сердце не остановилось. И не столько от самого предложения, сколько от того, что прозвучало оно фактически в судьбоносном ключе. Сказать резкое и твёрдое «нет», означало ранить Марвилла — ведь это более чем прозрачное подтверждение факта, что оставаться здесь она не намерена. Согласиться — это собственная подпись под тем, что она выбирает жизнь в Алаваре со всеми вытекающими. Взять время на раздумья равносильно второму варианту. Ведь фраза «мне нужно подумать» будет означать, что в этом мире она остаётся, а вот с родом занятий пока ещё не определилась.

«Товарищ Кравцов, что ж ты меня в безвыходное положение-то ставишь?»