Глава 42

Тот пожал плечами:

— Возможно, Эйт перестраховывается. Доподлинно мы же не знаем. Но в его случае рисковать определённо не стоит.

— О, это да, — охотно согласилась она.

— Давайте вернёмся в столовую, — предложил уже одевшийся Леорнель. — Может быть, даже поедим заодно. Аппетит, честно говоря, зашкаливает!

— У меня тоже, — признался Марвилл.

— Неудивительно, — прокомментировал Герман. — Первый оборот отнимает немерено энергии и сил. Тем более, оборот в такую махину!

Граф предложил Алине руку, и они двинулись по лестнице.

Пока шли на третий этаж, девушка всё пыталась прислушаться к себе. Как там — зародилась ли в ней маленькая чешуйчатая зараза или ещё нет? По крайней мере, та пока молчала. Но даже новорождённые дети начинают разговаривать, не едва появившись на свет.

Хотя теперь такого панического ужаса перспектива появления драконицы почему-то уже не вызывала. Быть может, это потому что сегодня она видела вблизи целых двух ящеров, и выглядели они вполне адекватными? И никакого раздвоения личности у Марвилла после обращения заметно не было. Хотя не исключено, конечно, что новорождённые драконы ведут себя тихо и скромно, а борзеть, проявляя характер, начинают потом.

Но Марв ведь как-то надеется с ним справляться. Да и его братья тоже. И та же Айрис умудряется уживаться с чешуйчатой сущностью — с ума при этом явно не сходит, не говоря уже о Владе — тот уж точно образчик нормальности! Наверное, со временем и она бы научилась сосуществовать с крылатой ящерицей?

Куда больше её теперь терзали сомнения, так ли уж ей нужна свобода от Марвилла? Да, она может возвращаться в Москву хоть сегодня — Гардэ стали драконами, и никакие обязательства её здесь больше не держат. Так почему же от этой мысли становится так тошно?

Она ведь всю жизнь боялась замужества как огня. Бежала от любых серьёзных отношений с мужчинами — потому что на семейную жизнь насмотрелась выше крыши ещё в детстве. И для себя такого «счастья» точно не хотела!

Но вот пожалуйста — при мысли, что больше никогда не увидит Марвилла у неё буквально леденеет в груди! И даже от того что он больше не заговаривает о браке на сердце давит всё сильней.

А он ведь так и молчит…

— Итак, акции устрашения быть, — провозгласил герцог, сев за стол. — Пять драконов это уже никак не два — тот ещё нежданчик! — он плотоядно усмехнулся. — А главное, пусть твари знают, что помешать нам стать кровожадными монстрами они всё равно опоздали. Жаль, конечно, что не восемь, но уж что имеем.

— Можно, кстати, и восемь, — внезапно заявил Герман. — И даже десять — чтобы уроды вообще перестали что-либо понимать.

— Ты имеешь в виду, создать иллюзии ещё пяти драконов? — догадался Леорнель.

Заварзин кивнул.

— Так, получается, можно было и двумя обойтись, сотворив восемь иллюзорных? — тут же резюмировала Долорис.

— Нет, — Герман помотал головой. — При таком соотношении фантомов было бы слишком легко распознать. Чем больше настоящих, тем уже сложнее понять, что таковые они не все. Количество иллюзорных ни в коем случае не должно превышать число реальных. А в случае всего двух из плоти и крови опасно было бы выпускать даже одного «призрака». В принципе, насчёт десяти я тоже погорячился. При пяти живых оптимально будет не более трёх иллюзий.

— Значит, тремя и обойдёмся, — подытожил Леорнель. — Но, думаю, не лишним будет не просто полетать там, а как-то доказать свою реальность. Может, крепостные стены немного порушить?

— На стенах наверняка будут люди, — возразил Влад. — Лучше пожжём им посевы вокруг столицы. И это будет именно предупреждением. Мол, вообще мы мирные, но если хотите войны — ваши трудности.

— Спалить посевы тоже не слишком мирная акция, — вмешалась в разговор Лера.

— А убить нашу мать — это, по-твоему, акт миролюбия?! — жёстко вопросил герцог, посмотрев на неё в упор.

— Нет, конечно, — смутилась девушка. — Я о том, что голодать-то потом придётся простым людям, а не мерзавцу Крисалю.

— Ой, Лер, ты так говоришь, как будто наши парни собрались уничтожить все запасы зерна в Юнгаре! — вразумила её Кристина. — От пары пострадавших полей тотального голода там точно не случится. Лео, ты когда Леру-то с Долорис менять будешь? — обратилась она к мужу.

— Сейчас ещё немного наберусь сил и тогда… — ответил герцог.

— Что, уже сегодня? — обрадованно заволновалась Долорис.

— Да, мы считаем, что к моменту оборота Эйтана Лера должна быть в своём теле.

— Тогда мы, пожалуй, пока пойдём к себе, — произнёс Марвилл, поднимаясь из-за стола.

Он протянул Алине руку, и девушка двинулась с ним.

Зачем-то решил уединиться с ней? Или просто намерен отдохнуть перед дальним полётом?

Ох вряд ли ему не спится без неё. Значит, всё-таки хочет поговорить? О чём?

Сердце в груди стучало всё быстрей. Что он намерен ей сказать?

Когда дошли до покоев, от волнения пульс у неё, кажется, уже зашкаливал.

Но граф направился прямиком в спальню. Алина совершенно перестала что-либо понимать. Всё-таки он собирается поспать?

Однако ложиться Марвилл тоже не спешил. Встал перед кроватью, повернувшись к девушке. Тронул прядь её волос.

— Не вздумай покидать Альгард в моё отсутствие, — предупредил он строго.

Алина кивнула.

— Я имею в виду, вообще за ворота не выходи.

— Понятное дело, — заверила она. А потом коснулась пальцами его щеки: — Ты тоже не рискуй, пожалуйста, без крайней необходимости. Помни, что я тебя жду.

На последней фразе в карих глазах что-то переменилось — словно вспыхнул внутренний свет.

— Правда будешь ждать? — переспросил мужчина с тёплой улыбкой.

— А куда ж я денусь, если дракон запер меня в своём замке, — засмеялась она. Почему-то от этой его улыбки на душе невероятно полегчало.

А вот он, напротив, резко посерьёзнел:

— Ты же понимаешь, что это ради твоей же безопасности.

— Конечно, понимаю. Шучу ведь, — девушка снова улыбнулась.

Его взгляд опять переменился.

Чёрт, он так и будет молчать?! Хочет же, чтобы она была с ним. Сейчас Алина видела это совершенно чётко. Так почему не скажет? Или она уже так его зашугала, что он и заговаривать об этом боится?

Девушка перевела взгляд на окно и спросила:

— Скажи, у вас бывает снег?

Кажется, Марвилл порядком оторопел, но всё же ответил:

— Да, бывает, конечно. Зимой у нас полно снега.

— Я люблю снежные зимы. В Москве в последние годы с погодой полная фигня творится. А здесь зимой, наверное, обалденно красиво… — Алина пристально посмотрела ему в глаза.

Граф нервно сглотнул, тоже не сводя с неё взгляда.

Ну же, давай! — мысленно подтолкнула его девушка. Куда уж прозрачней намёк!

— Ты хочешь остаться здесь до зимы? — вымолвил он, явно боясь поверить.

Алина застонала про себя.

— Раньше ты казался мне догадливей! — бросила почти в досаде. Нет, ну сама делать ему предложение она точно не будет!

А Марвилл всё молчал, пожирая её глазами. В карих глубинах клубилось что-то невероятное. Всепоглощающее чувство, смятение, боль, проблески надежды и даже отчаяние — в них смешалось всё.

— Я надеялся, что у меня будет хотя бы две недели, — он всё-таки заговорил, — чтобы попытаться реализовать шанс, который ты мне обещала. Сказать по чести, ещё на утро после консуммации я почувствовал, что, скорее всего, уже могу обратиться. Однако пробовать даже в мыслях не было — для Леры две недели ничего не решали, а для меня, я надеялся, могли. Только юнгарские твари отобрали у меня и эту последнюю возможность.

— Но я-то не отбирала, — Алина видела, как тяжело даются ему слова, и мучить его дальше просто не могла. У неё самой уже сердце разрывалось на части. И что-то грызло изнутри с тех самых пор, как она поняла, что заключать с ним брак больше нет никакой необходимости. Больно так, чёрт возьми, грызло! Ну и не всё ли равно, кто из них что именно скажет?! — И никаких сроков вообще не устанавливала.

— Значит, у меня реально есть время до зимы? — теперь карие глаза буквально затопила надежда.

Алина нежно погладила его по щеке:

— Марв, я говорила, что люблю исключительно умных мужчин?

Он кивнул.

— Тогда чего ж ты так тупишь?! — улыбнулась девушка. — Я сказала, что хочу увидеть Альгард зимой. Но разве хоть слово было о том, будто я не желаю видеть его весной или следующим летом?

Марвилл схватил её за плечи, вглядываясь в глаза, будто узрел в них нечто принципиально новое:

— Ты что же, решила вообще не возвращаться в Москву? — похоже, поверить он всё ещё не мог.

— Браво! Возьми с полки пирожок! — засмеялась Алина.

Но уже в следующее мгновение её буквально смяли в объятиях и заткнули рот таким сумасшедшим поцелуем, что чуть не подкосились ноги. Впрочем, упасть у неё всё равно не было никаких шансов — держали её мёртвой хваткой.

— К демонам пирожки, — хрипло прошептал Марвилл ей в губы. — Вот моё самое лучшее лакомство!

— Э, нет, подожди! — Алина кое-как отпрянула от него головой — тело-то и на миллиметр отодвинуть не удалось. — Мы не договорили, — продолжила она вредничать — больше в шутку, конечно. Но вопрос, тем не менее, был очень даже серьёзным. (2894e)

— О чём? — вновь опешил мужчина.

— О моём статусе здесь. Предложения-то мне никто не делал…

Но вместо того чтобы произнести слова, которых она от него ждала, граф резко расцепил объятия и… стремглав исчез из спальни.