Глава 9

У Алины засосало под ложечкой. Ощущение угрозы обвило сердце холодными щупальцами.

Кто это такая? Ещё одна избранная? Бывшая избранная?

Почему в инвалидной коляске? Что с ней случилось?

Может, просто родственница графа? Но зачем она тогда едет в их флигель?

Терзаемая очередной порцией нехороших мыслей, Алина зашла в комнату и упала на кровать. Кому обед переваривать, а кому присутствие в замке таинственного инвалида.

Загадки, вместо того чтобы решаться, только накапливаются. Как же всё увязать в единую картину?

Алине казалось, что если мозаика сложится, то и станет ясен ответ, каким образом она сюда попала и как ей вернуться в своё тело… если, конечно, наглый дракон вообще позволит ей это сделать.

Полежав немного, она отправилась к Крестику. Застала ту за излюбленным занятием.

— Хочешь, вышивать научу? — предложила девушка, откладывая пяльцы на столик.

— Нет, спасибо, — Алина помотала головой. — Боюсь, единственным результатом будут мои исколотые пальцы.

Во-первых, вышивать крестиком она умела. Во-вторых, меньше всего ей сейчас хотелось заниматься рукоделием. Так что, прости Крестик, у кого вышивание, а у кого выживание.

Правдами и неправдами Алине удалось-таки выведать информацию о монархе-байкере.

Короля, который взошёл на трон в результате недавнего переворота, зовут Владислав. То есть, свой, землянин! Кстати, семейство Гардэ, состоявшее из трёх братьев, одним из которых являлся чешуйчатый граф, приняло самое непосредственное участие в возведение Владислава на трон.

Выяснилась и ещё одна подробность, явно не добавившая Алине спокойствия — и Владислав, и его супруга — драконы. То есть, она попала не просто к дракону, а в рассадник драконов! Где, скорее всего, все друг за друга. А она одна. Против целого парка юрского периода.

Так что во время завтрашней прогулки нужно будет постараться не издеваться над графом, а выудить из него побольше информации. Хотя как тут не издеваться, когда язык чешется поставить на место дракона-похитителя!

***

На следующий день

По графику, который драконистый брюнет, судя по всему, составлял лично, Корэль должна была отправиться с ним на прогулку последней.

Вряд ли он оставлял её на десерт. Похоже, в конец очереди он распределял тех, кто ему наименее интересен или раздражает больше остальных. Потому что, если составлять график в обратном порядке, можно испортить себе настроение на весь день.

Итак, она последняя. Незаметно, что избранная? Совсем не заметно?

Ну, нет худа без добра — у неё куча времени, чтобы научиться держаться в седле. В верховой езде опыта у Алины не было никакого.

Сразу после завтрака она отправилась на конюшню. Намекнула конюху, что хотела бы перед прогулкой размяться в седле.

— Вам оседлать вашего жеребца? — спросил тот.

Нашего? У нас есть жеребец? Здорово! Выходит, Корэль просто обязана хорошо держаться в седле, раз уж сюда приехала аж верхом! Кошмар!

Коник оказался неказистым, но послушным. Алина довольно легко забралась в седло и попробовала поездить шагом по нижнему двору. Худо-бедно, но у неё это получилось. Спасибо конюху — помогал советами и при этом не задавал лишних вопросов.

Около шести вечера к ней зашёл слуга и сообщил, что граф выехал на прогулку с предпоследней из девушек.

Алина уже была готова. Оставался последний штрих.

Она подошла к зеркалу и распустила ненавистные бублики. Встряхнула головой.

Ну, граф, как тебе такая Корэль? Не всё ж тебе от бубликов беситься. Получи теперь дурочку с претензиями.

— Гы! — сказала Алина зеркалу и вышла в коридор.

Приятно было идти, чувствуя тяжесть колыхавшихся за спиной волос. Кажется, прогулка будет незабываемой!

Она дошла до пропилея и села на скамейку, дожидаясь возвращения драконистого графа.

Вернулся он с аристократкой.

Ага, значит в его рейтинге она на предпоследнем месте. Правда, стерва вряд ли придерживается такого же мнения. Похоже, считает, что её величество — изысканное лакомство, оставленное гурманом на закуску.

Сейчас с лошади упадёт, узнав, что она не последняя, и увидев, какую сладкую вишенку граф оставил на торте.

И точно, от расстройства змея чуть не соскользнула с женского седла — хорошо, слуга подстраховал её, после чего помог спуститься.

Одарив Алину взглядом обжигающей ненависти, аристократка поблагодарила графа за поездку и с гордым видом поплыла в сторону флигеля.

А граф хмурился, переваривал смену образа Корэль.

— Без них лучше, — вынес он наконец вердикт.

О! Граф! Какой тонкий комплимент!

— Ну, да, живенько так, — согласилась Алина, тряхнув головой.

Слуга тем временем вывел из конюшни жеребца Корэль.

Вот будет номер, если чешуйчатый спросит, как зовут этого милого коника!

Девушка взобралась в седло.

Оценив готовность наездницы, граф медленно направил лошадь к воротам. Алина тронула поводья и двинулась вслед за ним.

Дорога, по которой ехали на «Харлее» уходила влево, а они свернули направо. Кажется, им предстояло спуститься со склона. К счастью, насколько могла убедиться Алина, глядя отсюда, его крутизна располагала к прогулкам на лошади. Тропа, правда, сначала позволяла ехать только друг за другом, но вскоре стала шире, и всадники поравнялись.

У графа был вид человека, которому предстояло потратить впустую полчаса своего драгоценного времени.

— Отличная погода для прогулки, не находите? — задал он дежурный вопрос.

Ага, значит, когда мы злимся, обращаемся на «ты», в спокойной обстановке — на «вы». Что ж, в этом с Грановским они различаются. Тот переходит на «ты» сразу и навсегда.

— Да, довольно миленько, — ответила она.

— Как зовут вашего друга? — спросил граф, скользнув взглядом по жеребцу Корэль.

Ну вот, накаркала!

— Бублик, — ответила Алина.

Губы мужчины дёрнулись. Кажется, с них слетело беззвучное ругательство.

— Ну, это я его так называю, — улыбнулась девушка. — У него есть длинное имя, только я запомнить не могу. Поэтому для меня он Бублик.

— Южно-гаурский? — уточнил граф.

Что? Это порода?

— Вы хорошо разбираетесь в лошадях, — похвалила его Алина.

Граф оставил комплимент без ответа. Лишь улыбнулся неясно.

— А в мотоциклах так же хорошо разбираетесь? — поинтересовалась она, решив, что пора переходить к делу.

— Хуже, чем в лошадях, — сознался граф. — Я ведь уже говорил, что собственного мотоцикла у меня нет. Пока нет.

— Наверное, очень дорогое удовольствие, — нахмурилась Алина.

— Недешёвое. Но гораздо ценнее топливо для него.

Слово «топливо» прозвучало по-русски. Аналога в местном языке, похоже, нет.

— Топливо — это как трава для лошади, — пояснил граф, заметив в её глазах наигранное непонимание. — Только оно жидкое.

— Почему топливо такое дорогое?

Собеседник не спешил с ответом.

Давай-давай, колись, откуда бензин берёте. Должна же у вас быть какая-то связь с Землёй.

— Топливо, это, считайте, вода с добавлением специальных компонентов, — ответил наконец. — И эти компоненты — большая редкость.

Кажется, граф только что совершил прорыв в области химии. Ладно, зайдём с другой стороны.

— А хозяин мотоцикла… это ваш друг, вы говорили? — спросила Алина. — Выходит, он очень состоятельный?

— Не настолько, — мужчина помотал головой. — Просто он приближённый короля.

И опять ниточки ведут к королю!

— Он живёт в столице? — уточнила она.

— Нет, — с едва заметным раздражением ответил граф. — Сейчас он живёт в нашем замке.

Уж не тот ли это парень, который возит девушку-инвалидку? Может быть, она неудачно упала с мотоцикла? Бедняга.

— Расскажите лучше, чем вы занимаетесь на досуге? — спросил чешуйчатый граф, явно планируя закрыть предыдущую тему. — Есть у вас какие-то увлечения?

И какие, интересно, увлечения могут быть в этом мире, кроме вышивания крестиком?

— Люблю делать картинки из яичной скорлупы, — ответила Алина, вспомнив уроки труда в начальной школе.

— Из чего? — удивлённо переспросил граф.

— Из скорлупы. Красите яйца в разные цвета, очищаете, давите пальцем скорлупу на осколки и из них составляете картинку.

— Я бы до такого не додумался, — пробурчал мужчина.

— Каждому своё, — ухмыльнулась Алина. — А можно узнать, чем увлекается ваше сиятельство?

— Да много чем. Магией, историей, фехтованием… вот, мотоциклами в последнее время.

Магией? Колдун всё-таки! И не скрывает этого.

Но к чёрту сейчас магию, всё равно она в этом ничего не понимает. А вот желание выяснить, как в этот мир попадает бензин, по-прежнему не давало покоя.

— А мне мотоцикл прямо так понравился! — девушка мечтательно закатила глаза.

Граф сделал тоже самое, только отнюдь не мечтательно.

— Можете собрать картинку мотоцикла из яичных скорлупок, — посоветовал он, всеми силами стараясь скрыть недовольство.

— Отличная идея! — обрадовалась девушка. — Вы мне тогда завтра выведите его из стойла, пожалуйста. Или, если у вас нет времени, можете попросить вашего друга это сделать.

Мужчина зло сжал губы.

— Хорошо, напоследок я выполню вашу просьбу, — мрачно проговорил он. — Будет вам мотоцикл.

Это ещё что за новости?!

— Почему напоследок? — дрогнувшим голосом уточнила она.

— Послезавтра примерка браслетов, — ошарашил её граф.

Ну всё — послезавтра её конец! Дракон выберет себе пару. Можно не сомневаться, что ею станет девушка, душу которой он так усердно выцарапывал через сны. «Напоследок» — вполне логичное заявление в свете послезавтрашнего ритуала. Потому что потом она станет его собственностью, которая не только картинки из скорлупок делать не сможет — шаг ступить без его ведома будет не вправе!

Алина скосила на него глаза.

Всё его существо дышало затаённым торжеством.

Ей стало страшно. До дрожи.

Но нет, нужно держаться! Ведь пока остаётся надежда, что избранная для дракона не она.

И, да, есть ещё вариант, рискованный, правда. Довести чешуйчатого до белого каления. Вдруг он рассвирепеет и по собственной воле вернёт её в своё тело. В образе Корэль вывести графа из себя не такая уж и сложная задача. А что ещё остаётся, если никакой информации выудить не получается.

— Ещё мне будут нужны крашеные яйца, — сказала Алина.

— Я распоряжусь, чтобы покрасили, — заверил её граф.

— Чёрные, серебристые и красные.

— Хорошо, — хмуря брови, бросил он.

— Только скорлупки я сама буду давить, — предупредила девушка.

Граф издал тихий рык.

— Вы предполагаете, что это могу сделать я?! — почти угрожающе произнёс он.

— Не только вы. Есть слуги. Ой, чуть не забыла — ещё нужен клей и плотная бумага.

Мужчина нервно потёр переносицу. Пошевелил губами, но так ничего и не сказал.

Что-то его явно терзает.

С полминуты ехали молча.

Девушка вопросительно посмотрела на графа. Мол, давай, сними уже камень с души.

— Яйца должны быть сырые или варёные? — спросил наконец он, не глядя на неё.

Алина сжала губы, чтобы не улыбнуться. Да, это было смешно и немного трогательно. Его драконье сиятельство, весь такой из себя самовлюблённый и горделивый, снизошёл до простой человеческой заботы. Но далось ему это нелегко.

— Варёные, конечно, — сказала она. — Скорлупу собираешь, а яйца кушаешь. Мы бывало, с подружками сядем… О, хотите я вам про своих подружек расскажу?

— Спасибо, не нужно, — отрезал мужчина, помрачнев как грозовое небо.

— От чего ж? — надулась Алина. — Да, они не приближённые короля, и мотоциклов у них нет…

— Я не сужу о людях по наличию у них мотоциклов! — жёстко произнёс граф.

— Зато, я смотрю, вы горазды судить о людях, даже ни будучи с ними знакомы, — заметила девушка.

— В некоторых случаях личное знакомство совсем не обязательно, — парировал драконистый брюнет, явно рассчитывая, что собеседница не заметит смысла, вплетённого между строк.

— В каких случаях? — уточнила Алина, провоцируя его выражаться прозрачнее. Но он ведь не посмеет сказать ей в лицо, что ему неинтересны друзья тупицы?

Ну, давай же уже, взбесись хорошенько! А там глядишь, и вовсе отпадёт желание примерять браслеты с Корэль.

О, да, грозовая тучка почернела, вот-вот грянет гром!

Но тут её жеребец испуганно захрапел.

Алина завертелась по сторонам, пытаясь выяснить, почему животное так встревожилось.

Обернулась назад.

Мама!

Сзади к ним приближался огромный волчара!

Конь под ней дёрнулся и как сумасшедший понёсся вниз по склону.